У меня в телефоне до сих пор есть его номер.
Я точно знаю, что номер давно не его — люди меняют телефоны, операторов, города. Но удалить не могу. Каждый раз, когда листаю контакты и вижу «Лёха Куприн», палец проходит мимо. Как будто, если я сотру эти десять цифр, то сотру что-то большее.
Мы не ссорились.
Между нами не было ничего плохого.
Мы просто перестали.
Лёха появился в моей жизни в восьмом классе. Его семья переехала из Саратова, он пришёл к нам в середине четверти — в джинсах, которые были ему немного коротки, с чёлкой, падающей на глаза, и с таким видом, будто ему всё равно, примут его или нет.
Первые две недели он сидел один. Не потому что его отвергли — просто он не навязывался. Не пытался шутить, не подлаживался. Сидел на задней парте, рисовал что-то в тетрадке и смотрел в окно.
Мы заговорили случайно. На физкультуре разбивались на пары для кросса, я остался без пары, он тоже. Побежали рядом. Где-то на втором круге он сказал: «Ненавижу бегать. Я для этого неправильно устроен». Я засмеялся. Он засмеялся. И всё.
Вот так это бывает. Никакого особенного момента. Никакой драмы. Просто два человека засмеялись одновременно, и что-то соединилось.
Следующие пять лет мы были неразлучны. Это слово сейчас звучит как-то книжно, но тогда оно было буквальным. Мы виделись каждый день. Не потому что планировали — просто так выходило. Школа, потом к кому-нибудь домой, потом во двор, потом опять к кому-нибудь домой.
У Лёхи была привычка — он коллекционировал фразы. Услышит где-нибудь выражение, которое ему понравилось, и записывает в маленький блокнот. Не цитаты великих людей. Обычные фразы
Читать дальше...
|
yaplakal.com