«… Глубокая осень. А в этой варварской стране идет снег. В то время как дома делают вино из поздних ягод, здесь идет снег. Мороз и чертов ветер. Ощущение такое, словно сейчас этот ветер, пронзивший насквозь мундир своими холодными когтями разрывает тело на маленькие кусочки в надежде добраться до теплого сердца и очень мягко, играючи остудить его. Выпить жизнь из этого инородного пятна плоти посреди белой пустыни, вытереть влажный губы и со злорадной ухмылкой палача, напевая заунывные мотивчики пурги, отправиться дальше в поисках новых жертв. Или продолжит кружится над нелепо скрученным моим телом, зазывая волков к трапезе. Сколько здесь грязи холода и волков… Зачем Император сюда пошел? Что ему нужно было от этой земли?...»
Такие мысли путались в голове бывшего полковника славного кавалерийского корпуса под командованием генерала Мюрата, Рене-Жиля де Шатофонтань. Бывший лихой гусарский полковник теперь брел по заснеженной равнине одетый в лохмотья, сорванные под покровом ночи с какого-то трупа на разбитой артелерийской батарее. Был ли это мундир русский или французский, видно уже не было из за запекшейся крови и налипшей грязи. Лицо, холеное лицо офицера Великой Армии теперь было жалким подобием отдаленно напоминавшим что то высокородное разве что орлиным носом и сильными скулами. Оба эти атрибута физиономического благородства сейчас были выражены наиболее ярко на фоне впалых щек, поросших густой рыжеватой щетиной. Он был похож на кого угодно, вернее на тень кого угодно. Но узнать в нем офицера было невозможно. Но продолжая преодолевать боль, страх голод, жажду и ужасную усталость. Усталость, которая въелась в кости, пропитала их своей желчью и теперь отдавал
Созвонимся Я не люблю случайные встречи со старыми знакомыми. Товарищи по детским играм, одноклассники, однокурсники, бывшие коллеги – все те, с кем волею, к примеру, судеб не виделся уже несколько лет, и не увидишься уже, скорее всего, до конца жизни. Все эти дружеские похлопывания по плечу, потрясание рук при рукопожатии, натянутые улыбки, глупые «ну как ты» и неумные «нормально». Стоишь себе у дороги, ловишь мотор, чтобы добраться наконец до мягкого дивана и холодного пива. Останавливается блестящая иномарка с блондинкой за рулем, из тех, про кого говорят «насосала на машину». Чего это она вдруг частным извозом-то подрабатывает, думаешь, открывая дверь, а она тебе: «Садись, Олег». Сидишь и мучительно пытаешься увидеть за крашеными волосами, накладными ресницами и ранними мимическими морщинами этой взрослой и усталой женщины ту девочку из-за которой последний раз в жизни плакал. «Как ты?» «Нормально. А ты?» «Тоже нормально. Останови здесь». «Созвонимся?» «Да, конечно, вот моя визитка». «На днях позвоню», - говорит она и выкидывает мою визитную карточку в окно вместе с недокуренной сигаретой, как только я отворачиваюсь.
yaplakal.com