Вот сидишь, весь такой важный, везде успел, всё победил, семья, дети, достаток. Везде молодец... Но выпьешь несколько стаканов, и иногда вспомнишь ту Машку/Таньку/Люську, которую когда-то обхаживал, вожделел, трахал, как никого и никогда... и хочется вернуться в то время, в молодость и ещё раз просто поговорить с той нимфой, которой ты рассказывал сказки, дурил голову... а она дурила голову тебе. А потом ты одергиваешь себя, ибо взрослый, ибо семья, ибо тебе нельзя, да и у неё своя семья, и она не помнит... но хочется всё же узнать – как ты, как я, как получилось в жизни? Уже и секс не важен, просто хочется узнать, как было бы без тебя, а может быть, с тобой было бы круче, а может и нет... хотелось бы поспорить... но нельзя. У тебя жена, у неё муж... так и живём.
В редакцию «Блокнот Волжский» накануне 15 апреля обратился Дмитрий Занин. Мужчина проживает в Иркутске, но долгое время являлся удаленным сотрудником волжского предприятия по производству бытовой химии «Вириди ГРУПП». Мужчина записал открытое обращение к главе СКР Александру Бастрыкину с просьбой взять на контроль дело в отношении недобросовестных, по его мнению, работодателей. Дмитрий сообщает, что после его увольнения из компании, работодатель через суд потребовал взыскать с него часть серой зарплаты, которую ему переводили ежемесячно на карту.
Дмитрий рассказал, что в 2022 году работал удаленным сотрудником на одном из предприятий Волжского VIRIDI GROUP («Вириди ГРУПП»). Этот завод занимается производством бытовой химии.
— Часть зарплаты я получал переводом на карту от сотрудников предприятия, от генерального директора и его жены. После увольнения я не получил все полагающиеся выплаты. Зато получил требования от генерального директора и его жены о возврате перечисленных мне средств, как неосновательного обогащения. Якобы они каждый месяц переводили мне одинаковые суммы в долг без расписок и переписок. Таким образом они хотели защититься от проверок налоговой и прокуратуры, — рассказал Дмитрий Занин.
Как итог — на бывшего сотрудника подали иск, однако суд по неосновательному обогащению (иск был от физических лиц). Суд первой инстанции истцы выиграли, но апелляционный суд Иркутска не подтвердил версию с займом и решение 1-ой инстанции отменил. Однако даже после такого решения суда, сообщает Дмитрий, ФНС и прокуратура не дают мужчине ответа о назначении платежей.
В далеком 1995 году занесла меня нелегкая на Сахалин. Там я успешно оттрубил пути́ну в рыбацкой бригаде и благополучно вернулся домой. Живым, но с приобретенным от поднятия тяжестей и соприкосновений с ледяной водой геморроем и девочкой Машей. С которой я прожил больше, чем со всеми жёнами вместе взятыми, но с перерывами. В общей сумме года два-три. Геморрой оказался гораздо более верным спутником, чем Маша, а я как был, так и остался козлом.
С той поры утекла прорва воды и времени и я уже дружил другую девочку по имени Таня. Таня была поэтессой с коровьими глазами, упругими сиськами и наивным характером, что добавляло ей особого шарма, который некоторые называют ебанутостью. Поэтессы, они все «бабы с прибабахом». Первое правило – узнал, что барышня пишет стихи, – беги быстрее! Секс на детских качелях во дворе при луне или на набережной в сугробе – это, конечно, круто, но ни к чему хорошему не приведёт.
Гуляли однажды мы с Таней и встретили её одноклассника. Я с ним оказался шапочно знаком, знавал его одногруппницу по университету Катю. Хороший человек, но в койке просто мечта лесоруба. У неё даже погоняло в универе было – «Катя-бревно».
Одноклассник пригласил нас на чай-кофе. Мы оказались почти соседями, так что я согласился, предусмотрительно прихватил по дороге пивка. Вообще-то я не люблю ходить к малознакомым людям в гости – мне с ними не о чем разговаривать. Но тут так получилось, что разговор склеился сразу, вспомнили Катю, а потом оказалось, что пацану тоже посчастливилось побывать на Сахалине буквально на следующий год после меня.
Завязался ностальгический разговор с байками и прибаутками. Сахалин – очень притягательное место, кото
yaplakal.com