Лабиринт хондверкеров

[ Версия для печати ]
Добавить в Facebook Добавить в Twitter Добавить в Вконтакте Добавить в Одноклассники
Страницы: (3) [1] 2 3   К последнему непрочитанному [ ОТВЕТИТЬ ] [ НОВАЯ ТЕМА ]
Slip1977
11.02.2020 - 14:17
Статус: Offline


Александр Прялухин

Регистрация: 22.01.20
Сообщений: 328
228
Он боялся ложиться спать, боялся не проснуться. Сердце подводило, порой пропуская удары. Не всегда, но достаточно часто, чтобы каждый день напоминать ему о бренности бытия. Таблетки, микстуры помогали слабо, как и строгая диета. Фроуд был в хорошей форме. Просто, видимо, пришел его срок. Порой он с сожалением думал о том, что его печень, почки, да хоть бы глаза или руки могли бы служить еще долго, но сердце в один “прекрасный” миг даст финишную отмашку. Жаль.

Служанка принесла чай и утреннюю газету. Где-то за окном протяжно созывал на работу гудок его – господина Фроуда Ножницкого – фабрики. Рабочие торопились, толкались у проходной, пока хозяин читал передовицу “Котла”. Он не глядя помешивал в стакане строго отмеренную ложку сахара, кружившегося вместе с долькой лимона.
– Хех! – мотнул головой, криво ухмыляясь.
Газета сообщала, что к весне власти намерены разобрать пресловутый “Лабиринт хондверкеров”. В который раз? И как они собираются это сделать?
Перелистнул дальше – одну страницу, другую. Достойных внимания новостей больше не было: празднование семисотлетия колонии, слухи об установлении связи с Землей, банкротство электродвигательных мануфактур… Все ожидаемо, все как всегда.

Фроуд сложил газету, бросив ее на край стола. С сожалением посмотрел на хлеб, масло и персиковый джем. Позволить он их себе не мог, дабы не навредить здоровью еще больше. Но каждый раз требовал подавать на завтрак, просто чтобы были, потому что так привык.
Встал, надел пиджак, поправил галстук, глядя на себя в зеркало. Достал часы из кармана жилетки. Рабочий день начался! У дома его ждал паровой экипаж. Водитель приподнял фуражку, чуть поклонившись, дождался, пока хозяин сядет в машину и тронулся в путь. Маршрут, не менявшийся уже многие годы, он знал хорошо.

Ножницкий думал о своем, не замечая проплывающие за окном городские кварталы. У него не выходила из головы передовица “Котла”. “А вдруг и правда разберут?”. Лабиринт давно мозолит глаза губернатору. Все эти забавные штуковины, которые претендуют на магические свойства, активно раскупаемые падкими до чудес горожанами, они ведь наносят немалый экономический вред. Вместо того, чтобы купить новый бойлер производства компании “Штокман и Савельев”, какой-нибудь глава семейства, наученный своей женушкой, идет в лабиринт, и за гроши покупает у хондверкеров невообразимое нечто, помещающееся в кармане, подмигивающее из глубин латунного корпуса красной или зеленой лампочкой. И оно даже работает, исправно нагревая воду и не требуя энергии, пока хозяюшка не нарушит одно из нелепых условий эксплуатации, вроде ежедневного протирания устройства листом болотного дерева.

Честно говоря, Фроуд и сам подумывал… Почему нет, в конце-то концов? Если врачи махнули на него рукой, призывают смириться и не нарушать их инструкций, чтобы протянуть еще год или два, то, может быть, в лабиринте ему помогут? Да, глупо. Такие дела не для фокусников. Но червоточинка сомнений, раз засевшая в его сознании, продолжала подтачивать здравый смысл и толкать господина Ножницкого на авантюру: “давай же, попробуй, что ты теряешь?”.
“Действительно, вдруг и правда разберут? И ведь разберут! Не останется лабиринта, исчезнут, растворятся в городских кварталах хондверкеры, а то и уйдут подальше от города. Ищи потом нужного мастера!”. Фроуд потянулся к переговорному устройству, нажал на кнопку звонка.
– Езжай в лабиринт!
Водитель удивленно оглянулся, но не стал переспрашивать, перечить. Слово хозяина закон. Развернул машину, направляясь на север, через старые кварталы времен первых поселенцев. Вскоре они выехали на окраину города и перед ними открылась панорама лабиринта. Продольные и поперечные ряды низеньких зданий, уходящих на многие километры вглубь широкой долины. Это было самое многочисленное поселение хондверкеров – аборигенов, населявших планету до появления людей.

Машина остановилась и Фроуд покинул салон. Он с сомнением разглядывал вход в лабиринт, отмеченный железной аркой, множество раз перекрашенной, местами подернувшейся ржавчиной.
– Господин, – окликнул его водитель, – Может, мне съездить за охраной? Вы же не пойдете туда один?
– Нет, не нужно. Езжай на фабрику, обратно я доберусь сам.
Водитель пожал плечами, отпустил педаль тормоза и экипаж, выпустив струю пара, укатил обратно в сторону городских кварталов. Наступила звенящая тишина. Навстречу Ножницкому из лабиринта вышли два человека, плохо одетые, прячущие что-то в бумажных свертках. Они с удивлением взглянули на солидного фабриканта, посторонились.

Фроуд решился, вошел внутрь. Оказавшись на улочке, зажатой каменными домами, он гадал – с чего начать? У кого спросить? Как правильно сформулировать свою просьбу? И сможет ли, черт побери, ему вообще кто-то помочь?

Вокруг царила тишина. Дома казались безжизненными и даже солнце, ярко светившее там, на территории людей, здесь с трудом рассеивало сумрак узких улиц. Ножницкий кашлянул, чтобы разрушить наваждение, уверенно зашагал вперед. Оглядывая мимоходом дома, он заметил, что большинство из них были двух или трехэтажными, но каждый этаж едва ли доходил ему до подбородка. Местные – низкорослый народец. Окон в домах было мало, хотя, возможно, большая их часть выходила во внутренние дворы. А есть ли эти дворы? Что там, за домами? Фроуд вдруг подумал, что понятия не имеет о том, как здесь ориентироваться. Он наивно полагал, что это лишь экзотический городок, и лабиринтом он называется иносказательно, за тесные и извилистые улицы. В конце концов, выйти обратно ему помогут, если не по доброте душевной, так за вознаграждение! Но никого не было вокруг. Перекрестки, тупики, повороты, давящие стены – все это запутывало, намекало, что лабиринт настоящий.
Он вдруг увидел в одном из домов деревянную дверь, на которой висел аншлаг: “Информаторий”. Буквы кривые, написаны от руки. Фроуд с облегчением выдохнул, потянул за ручку. Внутри, при свете керосиновой лампы, сидел за столом хондверкер. Он что-то писал в толстом журнале перьевой ручкой, время от времени макая ее в чернильницу. Фабрикант склонился, чтобы зайти внутрь.
– Добрый день…
Хозяин молча, не отрываясь от работы и не поднимая головы, указал ему на стул в углу комнаты. Ножницкий подвинул его ближе к столу, сел.
– Добрый день! – повторил он, – Мне бы… Хм. Как это сказать… Нужен особенный специалист.

Хондверкер постучал пальцами по столешнице, отложил ручку, положив ее пером на чернильный прибор, достал из под стола табличку – “1 энхет”. Посетитель суетливо стал копаться в карманах, вывалил кучу мелочи, отыскав среди монет одну нужного достоинства, подвинул ее хондверкеру. Тот смахнул вознаграждение в выдвижной ящик.
– Бытовые приборы сразу за поворотом и дальше на тридцать улиц вглубь, – голос у хозяина был скрипучим, говорил он быстро, скороговоркой, – Там же точные устройства, но они на верхних этажах.
– У меня, собственно…
– Механизмы желаний, чувств и прочее еще дальше, – перебил он Фроуда, – Двигайтесь по улицам на север.
– Нет, мне нужно…
– Мастерские здоровья находятся…
Ножницкий встрепенулся, подвинулся ближе.
– Находятся в постоянном движении.
– То есть, как? Где же мне их найти?
– В лабиринте не вы ищите. Вы просто идете. Чем сложнее дело, тем дольше идти. Лабиринт сам решит – показывать ли вам мастерскую, и когда именно.
Маленький человек снова взялся за перо, демонстрируя всем своим видом, что разговор окончен. Сердце пропустило удар. Фроуд положил ладонь на грудь, поморщился, глубоко вздохнул. “К черту. Дурацкая была идея! Лучше помереть дома”. Он вышел из комнаты, с удовольствием разогнувшись, хлопнул дверью, чуть сильнее, чем следовало. Странно – солнце уже клонилось к закату, будто он провел в этой каморке весь день. Развернулся, быстро зашагал в ту сторону, откуда пришел. Он был уверен, что не успел зайти так далеко, чтобы не знать теперь, как вернуться. Посмотрел на небо. Зарево заката было слева от него.
– Что за… Я ведь иду на юг. А закат – на западе?
“Нет-нет, просто где-то свернул не туда. Чуть-чуть заплутал. Сейчас вернусь и выйду к городу!”. Он снова оказался у дверей с надписью “Информаторий”. Огляделся, решил идти в другую сторону. Через полчаса солнце закатилось за горизонт, а вскоре пропало и зарево. Лабиринт окутала тьма.

Фроуд остановился, прижался спиной к холодной стене. Закрыл глаза. Ему почудилось, что где-то далеко, на границе слышимости, просвистел фабричный гудок. “Заблудился!”. Будут ли его искать? Семьи нет. Служанка, наверное, позвонит на фабрику, не дождавшись его к ужину. Найдут водителя, тот скажет, что “господин Ножницкий попросил отвезти его к лабиринту хондверкеров”. Отправят полицейский патруль. Фроуд сильно сомневался, что полисмены станут обшаривать в темноте весь лабиринт. Пройдут несколько улиц и вернутся. Возможно, возобновят поиски с утра. Значит, этой ночью он предоставлен самому себе.

В глубине переулка что-то сверкнуло. Фабрикант присмотрелся внимательнее. Игра света и тени, будто кто-то прошел с лампой в руках и скрылся за очередным поворотом. Ножницкий бросился следом, споткнулся, но сумел устоять на ногах. Стараясь не потерять нужное направление, повернул за угол. Да, снова отблеск света! Только бы не отстать, не упустить! Еще один поворот, свет все ближе, он уже видит, как лампа отбрасывает на стены тень маленькой фигуры.
– Подождите! Эй! Постойте!
Фигурка остановилась, повернулась к нему. В несколько шагов Фроуд нагнал ночного странника, широко улыбнулся, готовый отдать любые деньги за то, чтобы местный вывел его из лабиринта.
Перед ним стояла девочка. Не хондверкер, обычная человеческая девочка, сжимающая в руках электрический фонарь.
– Что же это вы, господин хороший, бродите ночью в таком месте? Да еще и без захудалой свечки?
Фроуд ошарашенно смотрел на ребенка. Светлый овал лица, чуть испачканного сажей, простое, несколько раз перешитое платье.
– А ты? – ответил он вопросом на вопрос, – Что здесь делаешь?
– Иду, – ответила девочка, отвернулась и зашагала дальше.
Ножницкому снова пришлось нагнать ее, пристроиться рядом, стараясь идти в ногу.
– Куда ты идешь? И почему?
– Во-первых, потому что стоять холодно, а идти – более-менее. А во-вторых потому, что за своим делом мне надо идти очень далеко. Это уж я верно знаю. А ты разве не знаешь?
Она повернулась, посмотрела ему в лицо. Он неопределенно пожал плечами.
– Да. Мне сказали. Но… Я подумал, что это все выдумки. Ерунда.
Девочка отрицательно помотала головой.
– Не ерунда. Я уже третий раз иду. И теперь уж обязательно…
Она остановилась, протянула ему фонарь.
– Подержи.
Достала из кармана конфету, развернула, положила в рот. Обертку аккуратно убрала обратно в карман.
– Нельзя мусорить, лабиринт не любит. У меня еще одна есть. Хочешь?
– Нет, спасибо. Сколько тебе лет?
– Двенадцать.
– Зачем тебе лабиринт?
– Мое дело… – насупилась, повернулась в ту сторону, куда надо было идти, вздохнула.
Фроуд тоже посмотрел туда.
– Что?
Девочка перекатывала во рту конфету, разглядывая густую тьму впереди. Потом снова взглянула на спутника.
– За день дойти не успеваешь, дни здесь проходят очень быстро, особенно если зайти куда-нибудь. А ночью… Ночью появляются странности, – снова вздохнула, забрала у него фонарь и медленно двинулась дальше, – Не люблю их.
– Какие странности?
– Разные, – неопределенно ответила она.
Некоторое время они шли молча. Фроуд заметил, что девочка шагает все медленее и медленее. В свете фонаря проступил перекресток. Точнее, разветвление – впереди была глухая стена, вдоль которой направо и налево уходила улица.
– Как тебя зовут?
Девочка не ответила, подняла руку, показывая, чтобы он замолчал. Все еще глядя на нее, Фроуд хотел снова задать вопрос, но краем глаза заметил движение. Повернулся к стене. От ее серой, шершавой поверхности медленно отделилась фигура. Высокое, почти в два раза выше его самого, существо. Руки и ноги человеческие, разве что сморщенные, обтянутые дряблой кожей. А вот голова просто огромная! Вытянутый нос, узкие губы, большие, пронзительно сверкающие глаза. Зрачки скользнули по девчонке, потом по фабриканту. Существо приблизилось к остолбеневшему Фроуду.
– Выход ищешь?
Он судорожно сглотнул, заставив себя кивнуть. Посмотрел на девочку, словно ожидая поддержки. Она что-то говорила ему, шевеля одними губами, и он сумел разобрать: “не бойся”. Существо резко обернулось.
– Подсказываешь?!
Подскочило к ней, нагнулось, почти касаясь лица девчушки огромным носом.
– А ты? Маленькая, занудная… В который раз уже пытаешься пройти! – и вдруг отступило на полшага, сменило тон на более спокойный, даже ласковый, – Давай помогу. Оставь мне этого здесь, я с ним потом разберусь. Ты смелая, а он труслив. Будет тебе обузой. Ведь ему хочется обратно, домой, сбежать поскорее!
– Нет. Мы идем по своим делам. Оба! – выкрикнула она в лицо существу.
Странность с большой головой недовольно скривилась, отступила обратно к стене и через секунду растворилась в воздухе, словно ее и не было. Девочка уверенно повернула направо, быстро зашагала подальше от перекрестка, бросив Ножницкому: “Идем отсюда! Быстрее!”.
Через несколько кварталов она остановилась. Протянула Фроуду руку, совсем как взрослая.
– Энни.
– Фроуд.
Она кивнула, пожала его руку своей маленькой ладошкой и уверенно зашагала дальше. Он заторопился следом.
– Прости, я…
– Ничего. Первый раз всегда страшно, я понимаю. Но их не надо бояться. Они не настоящие. Если не бояться – сразу исчезают.
– А если все же испугаешься?
– Убьют.
– Как… убьют? Ты же сказала, что они не настоящие.
– Ага. Но убьют, – она нахмурилась, – Видела один раз.
Он шел рядом, задумавшись, потом спохватился, снял с себя пальто.
– Держи. Ты говорила, что тебе холодно.
Забрал у нее фонарь, чтобы девочка могла одеться. Энни улыбнулась.
– Спасибо!
С благодарностью натянула дорогое шерстяное пальто, полы которого теперь касались дороги, а рукава сложились гармошкой.
– Теплое.
Энни запихала в рот вторую конфету. Казалось, она идет светлым днем по цветущему бульвару и вполне довольна своей жизнью.
– Вдвоем – даже хорошо. Странности не могут сосредоточиться сразу на двоих, это сбивает их с толку. Поэтому те, кто уже знает лабиринт, приходят сюда не в одиночку.
– А ты? Почему одна?
Девочка молчала несколько мгновений.
– Мне не с кем, – ответила тихо.
Фроуд хотел уточнить, но сдержался, не стал спрашивать об этом.
– А зачем ты идешь?
Она снова молчала. Не дождавшись ответа, повернулся к ней, чтобы переспросить, но… Энни рядом не было. Ножницкий в растерянности остановился, заозирался по сторонам.
– Эй! Ты где? Энни!
Тишина. Он бросился назад, добежал до того места, где, он был уверен, она еще шла рядом. Снова огляделся. Никого и ничего. Только тьма вокруг, едва рассеиваемая дрожащим светом фонаря, да камень холодных стен.
– Энни!
Фроуду вдруг стало страшно. Даже страшнее, чем если бы на него напало очередное чудовище. Он успел привыкнуть к мысли, что не один, что рядом человек, пусть маленький, слабый, но в чем-то более опытный, чем он сам, и, чего греха таить, более смелый. Сейчас этот человечек пропал, растворился в каменных закоулках. Лабиринт сожрал девочку, не оставив и следа.
Следуя слепому инстинкту, Фроуд обшаривал стены, недеясь обнаружить тайный ход, где она могла бы скрыться. Но нет, ничего похожего… Перешел на другую сторону дороги, попробовал там, потом побежал вдоль по улице, не имея понятия – куда. Оглядывался вокруг, выкрикивал имя девочки. Через какое-то время он оказался там же, где первый раз заметил ее исчезновение. По крайней мере, место было очень похожим. “Я хожу кругами?”. Развернулся, решил идти в другую сторону. Поворот, еще поворот…
– Энни! Энни, где ты?!
Вдруг остановился. Сердце сжало в груди. Ноги у него подкосились, Фроуд осел на мостовую. Несколько томительных мгновений, которые заставили его жадно хватать ртом воздух, рвать пуговицы на пиджаке и рубашке, прошли так же неожиданно, как и начались. Тук-тук… Тук-тук… Оно снова билось. Пока еще билось.
Господин Ножницкий вытер со лба холодную испарину. Поднялся, шатающейся походкой сделал пару шагов. Закрыл глаза. “Надо успокоиться. Если я буду волноваться, то не дойду”. Открыл глаза, двинулся дальше. “Что она говорила? Не бояться. Правильно! И не важно, где я ее потерял. Прочь сомнения, надо быть смелым, и тогда лабиринт отдаст Энни!”. Он сам не понимал, почему так уверен, но держался за эту мысль, как за последнюю соломинку.
Снова перекресток, такой же, как в прошлый раз – впереди глухая стена, поворот направо, поворот налево. Пошел прямо, протягивая руку к стене. Рука легко провалилась внутрь, словно перед ним и не было каменной кладки. Фроуд шагнул вперед, проникая сквозь барьер всем телом. Позади брякнул фонарь, упавший на дорогу – его стена не пропустила.
Фабрикант стоял перед городскими окраинами. Оглянулся: позади железные ворота, вход в лабиринт. Он протер глаза, посмотрел еще раз. Да, так и есть… Проклятый лабиринт исторг его, выплюнул.
Холодный ночной воздух начинал пробирать. Сейчас бы домой, горячего чаю, сердечные капли и в постель. А потом на недельку в отпуск. Ничего, фабрика без него не остановится. И пускай сносят эти хондверкеровские развалины! К черту… Еще и спонсорскую поддержку оказать губернатору, дать ему паровые бульдозеры, чтобы сносить было сподручнее.
Фроуд прикусил губу. “Если бы не Энни… Но кто она мне?”. И все же решительно шагнул к воротам. Что-то подсказывало ему, что если бы он поехал на фабрику и вернулся сюда с кучей охраны, с полисменами, было бы только хуже. Это странное место обведет их вокруг пальца, выплюнет так же, как и его, а то еще и прихватит кого-нибудь. Нет, нужно самому.
“Кто она мне? Я знаю! Она человек, который шел рядом. Мы шли вместе. К одной цели. И я ее не брошу!”.
Он мало что видел перед собой, фонарь остался там, в дебрях каменных поворотов, шел по памяти, той же дорогой, что и первый раз. Притормозил, сделал шаг назад. “Информаторий”. Распахнул дверь, прошел к столу, достал энхет.
– Мне нужен фонарь! – монетка звякнула, закрутилась на ребре, упала.
Хондверкер посмотрел на него.
– Бытовые приборы за поворотом и дальше…
– Здесь нужен, сейчас!
Хозяин подпрыгнул от неожиданности. Фроуд в нетерпении вывалил на стол все монеты, какие у него были.
– Минутку… – низкорослик встал, скрылся в соседнем помещении. Вернулся с фонарем в руках.
– И еще. Со мной была девочка. Она пропала, исчезла. Можно ее найти?
Хондверкер в сомнении шамкал губами. Ножницкий достал из внутреннего кармана несколько купюр, потряс ими перед его носом. Похоже, хозяина информатория это заинтересовало: никто еще не платил за информацию так дорого. Он медленно протянул руку, взял деньги.
– Заблудшие в саду.
Фроуд ждал продолжения, но хозяин молчал.
– В каком еще саду, черт бы тебя побрал?!
Тот встал, подошел к двери на улицу, открыл ее, приглашая Ножницкого. Указал на ближайший поворот.
– Направо.
– А дальше?
Хондверкер вздохнул.
– Нужен не точный путь, а устремление. Поворачивай направо, потом снова направо, и снова направо. Столько, сколько потребуется. Лабиринт сам поймет, куда ты хочешь попасть.
“Спасибо” у Фроуда вышло раздраженное, невнятное. Он уже пошел прочь от информатория, когда его окликнули.
– Только знай, что не все этой дорогой доходят до конца.
Отмахнулся.
Через час у него кружилась голова от беспрестанных поворотов в одну и ту же сторону. Даже стало подташнивать. Порой он останавливался, задирал голову вверх, к небу, и стоял так несколько минут, стараясь прийти в себя. Потом шел дальше. И вот, наконец, что-то изменилось. За очередным правым поворотом Фроуд увидел длинный коридор, конец которого терялся во тьме.
Замер на месте, но тут же обругал себя за нерешительность, рванулся вперед. Он злился на хондверкеров, на непостижимый лабиринт с его тайнами и несуразностями, на себя злился, что ввязался во все это и отступить уже не мог.
Стены с обеих сторон, еще секунду назад имевшие ровные поверхности, проступили темными, ребристыми выступами. Что-то пыталось отпочковаться от них, шевелилось в разных местах, натягивая рисунок камней, словно это резиновое покрытие. Фроуд ступал уверенно, чеканя широкие шаги, игнорируя тянущееся к нему нечто. До ушей его долетал неприятный, угрожающий шепот. Чем больше становилось выступов и чем дальше они вытягивались, тем больше его это злило.
Одно зацепилось за рукав, останавливая фабриканта. Он увидел, как натянутая поверхность разделяется на пальцы, стиснувшие ткань его пиджака. Где-то в глубине стены, подернувшейся мутной полупрозрачностью, на него смотрели глаза.
– А ну пошел к дьяволу! – он дернул рукой, оставляя в цепких пальцах кусок рукава. Ответил стене испепеляющим взглядом, полным ненависти к непонятному, жуткому, пришедшему из страшных сказок.
Все кончилось мгновенно. Стены снова стали ровными, в коридоре воцарилась тишина. Не теряя времени, Ножницкий достиг его оконечности, за которой оказался долгожданный сад!
– Энни!
Никто не отвечал, только кусты с бутонами экзотических цветов шелестели, покачиваясь на слабом ветру.
– Ах! – Фроуд отдернул руку.
На ладони проявилась линия пореза, из которой скатилось несколько капель крови.
– Чтоб тебя…
Он внимательнее посмотрел на растения, окружавшие его со всех сторон. Листья поблескивали в свете фонаря острыми гранями, будто это были заточенные лезвия. Постарался идти аккуратнее, не касаясь кустов. Но с каждым метром они наклонялись к дорожке все ближе и ближе, закрывая ее своими ветвями, заставляя неудачливого путника прятать ладони, лицо, сгибаться все ниже и ниже. Фроуд тихо ругался словами, которые раньше слышал только от фабричных рабочих. Пиджак его уже висел изрезанными лоскутами, на руках и макушке головы, несмотря на все ухищрения, увеличивалось число порезов. Глаза стало заливать кровью, а заросли требовали нагибаться все ниже и ниже. В какой-то момент он малодушно дернулся назад, но не поверил, что выбраться обратно будет проще, чем идти дальше. Упал на четвереньки и пополз, упираясь окровавленными руками в холодную землю. Дыхание стало частым, он испугался, что сердце снова даст сбой, но продолжал ползти, толкая перед собой фонарь.
– Я знала, что ты придешь!
Остановился, поднял голову. Кустов над ним больше не было, они остались в метре позади. Перед Фроудом раскинулась небольшая поляна, в центре которой, постелив на траву дорогое шерстяное пальто, расположилась Энни. Ножницкий улыбнулся, в изнеможении сел на колени. Девочка подошла, вытерла невесть откуда взявшимся платочком кровь с его лица.
– А фонарик у тебя не мой, зелененький. Мой был синий. Потерял?
Фроуд кивнул, продолжая улыбаться. Он потянулся к девочке, нежно обнял ее, стараясь не касаться светлого платьица испачканными руками.
– Как же ты здесь оказалась?
Пожала плечами.
– Провалилась.
– Сквозь мостовую?!
– В невидимые ходы. Мне носатый про них рассказывал, когда я еще первый раз шла.
– Носатый? Это тот, который…
– Ага.
Ножницкий, морщась от боли, вытирал израненные руки прямо о штаны. Поднялся с колен, посветил фонарем вокруг.
– Как нам выбраться отсюда?
– Выходов хоть отбавляй, – она оглянулась через плечо, – Только вход один, колючий и неудобный.
– Что ж ты сидела? Не уходила?
– В темноту идти не хотела. Или солнце надо ждать, или тебя с фонарем. Хорошо, что ты оказался быстрее солнца!
Они выбрались из сада на обычную улицу лабиринта и, не оглядываясь, пошли вперед. Кажется, небо светлело, но слишком медленно, светило еще пряталось далеко за горизонтом.
– Зачем ты идешь? Так мне и не сказала.
Девочка поправила на плечах пальто.
– Болею я. Мать говорит – отец в свое время помер от той же заразы.
– Какой?
– Больно уж мудреные слова, я не запомнила. Мать всего один раз меня к врачу и водила. Серьги продала, чтобы на прием попасть. А больше продавать нечего. Того, что она зарабатывает, едва на еду хватает. Да и то… – Энни ненадолго замолчала, – Часть денег пропивает.
Ему захотелось взять девочку на руки, прижать к себе, но Фроуд понимал, что она слишком самостоятельна и много раз бита злой жизнью, чтобы доверчиво принимать сочувствие и ласку. Впрочем, он и сам не ожидал от себя такой сентиментальности. Бизнес для него был превыше всего, поэтому и женщины рядом с ним не задерживались, и детей он не нажил. Только фабрику да многочисленные склады.
– А ты, Фроуд?
– Я?
– Зачем пришел в лабиринт?
– О, тут мы с тобой похожи, милая.
– Тоже болеешь?
Кивнул.
– Угу. Сердце у меня слабое, больное. Несколько раз думал, что помру здесь, в лабиринте, – горько усмехнулся.
– Зато доброе сердце.
Он посмотрел на нее, улыбнулся. Не удержавшись, потрепал по светловолосой голове.
Впереди показалось нечто странное. Дорогу перегораживал длинный стол, за которым сидел хондверкер – вроде того, в информатории. “Что ж, по крайней мере не чудище, не лапы, хватающие тебя за руки, да и не растения с листьями-скальпелями”. Воодушевленный, Ножницкий прибавил шагу и первый подошел к служителю лабиринта. Тот поднял на него взгляд, мельком посмотрел на девочку.
– Вдвоем идете? Зря, зря… – достал из ящика два медных прибора, совсем небольших, едва ли с ладонь Энни.
– Отчего же? В компании лучше, чем поодиночке! Правда, Энни?
Девочка смотрела на хондверкера исподлобья. Казалось, она знает или догадывается о чем-то, чего Фроуд еще не понимал.
– Жмите. Наугад, – маленький человечек за столом указал на приборы, – Вы забрались достаточно далеко, так что имеете право. Одна кнопка выбросит к воротам, другая – туда, куда шли.
Фроуд смотрел на него непонимающе.
– Подождите. Что значит – одна туда, другая сюда? Мы идем вместе и не собираемся разделяться!
Хондверкер не отвечал. Энни подошла ближе, тихо сказала:
– Он не уступит. Лабиринт не уступит. Будет так, как они захотят.
Фроуд сплюнул.
– Да идите вы… знаете куда? Мы сами найдем дорогу! Пошли, милая, – он взял ее за руку.
Там, откуда они только что пришли, где была дорога, сейчас возвышалась стена. И справа, слева тоже были стены, уходящие вверх так высоко, что ни фонарь, ни светлеющее небо не могли открыть путникам – где же эти стены заканчиваются. Тупик.
Ножницкий развернулся обратно к коротышке, но того уже и след простыл. Вместо стола на мостовой зиял темный провал, достаточно широкий, чтобы его не смог перепрыгнуть Фроуд, не говоря уже о девочке. А прямо перед ними, на дороге, лежали медные кнопки.
– Вот скотина, а? – процедил сквозь зубы Фроуд, – Ничего… Ничего, мы что-нибудь придумаем.
Сзади что-то хрустнуло. Он обернулся, но ничего не увидел: те же стены, та же мостовая.
– Так. Ладно. Это не смертельный выбор, дорогая. Нажми любую кнопку. Я верю, тебе повезет! А я пройду лабиринт еще раз. Теперь смогу, точно знаю! – он улыбнулся, и понял, что да, знает. Второй раз не пройдет. Сердце у него болезненно защемило.
– Не нажму.
– Что?
Сзади снова хрустнуло. Фроуд внимательно посмотрел на стены и понял, в чем дело. Стены двигались, сокращая их жизненное пространство.
– Энни, послушай. Ты должна. Должна нажать первой. Я не могу оставить тебя здесь, если не буду уверен, что все в порядке. Слышишь меня?
– Не буду нажимать.
– Черт! – оглянулся, оценивая оставшееся время, – Упрямая девчонка! Да в чем же дело?! Почему ты не хочешь нажимать? Ну даже если выкинет к воротам, это не конец, Энни!
Стена подталкивала их в спины, до кнопок, лежащих у ног, осталось не больше полуметра.
– Нажимай! Нажимай же!
Энни повернулась к нему. Она едва заметно улыбалась. Взяла Фроуда за руку.
– Не бойся. Все так и должно быть. Я знаю.
Носки его ботинок уже были над пропастью.
– О-о-о! – Ножницкий зажмурился.
Маленькая ладонь по-прежнему держалась за него. Держалась, держалась… Вокруг тишина – ни скрипа ползущих стен, ни свиста ветра в ушах, который можно было бы слышать при падении. Да и падения не чувствовалось. “Неужели стены остановились?”. Он боялся открыть глаза.
– Долго так стоять будете? Кто первый?
Фроуд приподнял веки и в страхе взмахнул свободной рукой, потому что нечаянно качнулся вперед. Но пропасти перед ним не было. Лишь старый, очень старый хондверкер, редкие волосы которого выбелены сединой. Энни стояла рядом и продолжала улыбаться.
– Я же говорила, что так надо. Лабиринт хитрый. Но я хитрее!
Она сорвалась с места и побежала к открытой двери, над которой висела надпись “Мастерская здоровья”.
У дома стояла деревянная скамейка, сколоченная из широкой доски. Превозмогая боль в груди, Фроуд Ножницкий добрел до нее, присел. Не очень удобно, не по его росту, но все лучше, чем стоять. Посмотрел на небо: наконец-то рассвет. Вовремя, пожалуй. Господин фабрикант подумал, что жизнь его после лабиринта никогда уже не будет прежней.
Дверь отворилась, выглянул старик.
– Заходи.
Скрипнув зубами, Фроуд поднялся. Вошел в дом. Внутри просторного помещения, немаленького даже по высоте потолка, витал дух таинственных, незнакомых человеку наук. Цветные склянки на стеллажах, подозрительные комочки явно органического происхождения, заспиртованные в банках, медные трубки, идущие вдоль стен, по потолку, пересекающиеся между собой и заканчивающиеся кранами или резиновыми трубками, странные приборы с вращающимися шестеренками, мигающими лампочками… Он увидел кресло, хотел присесть, но старик хондверкер запретил.
– Вставай сюда, – указал пальцем перед собой.
Фроуд встал.
– А где девочка? С ней все в порядке?
– Ее помощник мой осматривает. О себе думай.
Старик нацепил на голову обод, на котором была смонтирована сложная система окуляров и электродов. Подключил ее к громоздкому аппарату, стоявшему на столе.
– Не шевелись теперь.
Ножницкий замер, хотя это и стоило ему больших трудов. Хондверкер щелкнул одним, окуляром, поднял его, опустил другой.
– Мда-а…
Медленно обошел Фроуда сбоку, присел, снова выпрямился.
– Почти опоздал. Но ничего, успеем. Есть у меня замена.
Он снял обод, отключил его. Открыл дверцу металлического шкафа, внимательно рассматривая диковинные вещицы на нижних полках. Сходил за табуреткой, взобрался на нее, осмотрел верхние полки. Наконец достал что-то, спустился.
– Вот!
Протянул руку, демонстрируя находку. Даже не имея медицинского образования, Фроуд узнал в ней некое подобие человеческого сердца, сделанного из тонких пластин странного, блестящего материала.
– Ого. Это что же – вы хотите в меня засунуть? Не тяжеловато будет?
– На, потрогай.
Ножницкий взял устройство, прикинул на вес. И правда, удивительно легкое! Старик забрал, нажал что-то и продемонстрировал, как оно с готовностью сокращается, выполняя роль маленького насоса.
– Проработает дольше, чем все твои родные органы. Впрочем, они у тебя еще будь здоров.
– Сколько я буду должен?
Седовласый лекарь удивленно оглянулся.
– Прошедшие лабиринт получают желаемое бесплатно. Но сюда редко кто добирается.
Он положил “сердце” на стол, старательно записал что-то в блокноте.
– Резать мы тебя не будем, не переживай, у нас тут не человеческий госпиталь. Пройдешь через камеру трансформации, она из тебя что не надо достанет, а что надо внутрь положит, смонтирует. Даже не почувствуешь! Запущенное состояние, а то можно было бы и не менять целиком, только пучок.
– Что еще за пучок?
– Энергетический, какой же еще. Ну да вы, люди, об этом понятия не имеете. Орган – это ведь кучка клеток, ничего более. Физический материал. Управляет им энергия! От нее все зависит. Здоровый пучок и плохой орган восстановить может. У тебя вон в каждом сверкает, прям букет энергетический, кого хошь вытянет. И только сердечный еле тлеет. Тут уж все, полная замена. Последний он у меня, жалко. Новый теперь не скоро появится. Я сейчас…
Старик поднялся по винтовой лестнице, какое-то время были слышны его шаги, потом все стихло. Фроуд застонал, умоляя про себя, чтобы хондверкер поторопился: боль становилась все сильнее и сильнее. Снова послышались шаги, но не старческие, легкие, и с другой стороны. Открылась вторая дверца, которую он до этого не приметил. Вошла Энни. Все такая же улыбчивая она села в кресло. Ножницкий тоже заставил себя улыбнуться.
– Ну как ты? В порядке?
Она отрицательно покачала головой.
– Сказали – “замены нет”, – девочка виновато пожала плечами, – Не судьба!
И прежде, чем фабрикант успел ей что-то ответить, вышла на улицу. Солнце уже поднималось над горизонтом, согревая лучами крыши маленьких домов, кварталы которых занимали всю долину. Где-то далеко-далеко призывно подвывал фабричный гудок. Начинался новый день.
Энни посидела на скамейке, расправила на коленках платье, разглядывая швы и заплатки, вспоминая – когда и какую подшивала сама, а некоторые, постарее, еще и мать. Вздохнула. Надо возвращаться домой. Зачем? Но что ей еще оставалось…
– Поди-ка сюда, – старик выглянул из дверного проема.
Девочку проводили через камеру несколько раз, слишком много пучков пришлось заменить. Откуда они взялись – никто не объяснил. Когда отпустили, выпроводили под лучи уже полуденного солнца, сунули в руки бумажку. Она, все еще ошарашенная, не до конца поверившая в свое счастье, отошла от мастерской на несколько шагов, развернула документ.
“Я, Фроуд Ножницкий, находясь в здравом уме и твердой памяти, завещаю все свое движимое и недвижимое имущество…”.
Энни села на мостовую. По щекам ее катились слезы.


Александр Прялухин | Fantstories.ru

Лабиринт хондверкеров
 
[^]
Yap
[x]



Продам слона

Регистрация: 10.12.04
Сообщений: 1488
 
[^]
alkbanka
11.02.2020 - 14:49
19
Статус: Offline


Юморист

Регистрация: 12.08.15
Сообщений: 400
Ух ты, вот это очень здорово! Набрел совсем неожиданно, в рассылке не было. Но огромное спасибо!!

Это сообщение отредактировал alkbanka - 11.02.2020 - 14:54
 
[^]
alkbanka
11.02.2020 - 14:50
6
Статус: Offline


Юморист

Регистрация: 12.08.15
Сообщений: 400
Во, и рассылка пришла ))) Спасибо огромное!
 
[^]
johnjrl
11.02.2020 - 14:50
4
Статус: Offline


Весельчак

Регистрация: 1.12.18
Сообщений: 125
Задумался...

Размещено через приложение ЯПлакалъ
 
[^]
a5ja
11.02.2020 - 15:05
8
Статус: Offline


Ярила

Регистрация: 2.06.14
Сообщений: 1377
Спасибо за рассказ и рассылку.

Вроде в лабиринте, только Информатория все нет и нет.

Это сообщение отредактировал a5ja - 11.02.2020 - 15:05
 
[^]
kdy
11.02.2020 - 15:09
6
Статус: Offline


Ярила

Регистрация: 27.01.12
Сообщений: 1383
Slip1977
Очень понравилось! Стимпанковская атмосфера..!
Вот только куча вопросов возникла.
Что за колония и почему пропала связь с Землей? За семьсот лет никто про них так и не вспомнил? Почему производить паровые котлы выгоднее чем электродвигатели? Из-за гаджетов хондверкеров греющих воду? И почему колонисты не идут к хондверкерам за мощным передатчиком для связи с Землей? Или за пространственным перемещателем?

Это сообщение отредактировал kdy - 11.02.2020 - 15:18
 
[^]
bull22
11.02.2020 - 15:15
4
Статус: Online


Восставший из бана

Регистрация: 12.06.14
Сообщений: 865
Сильный сказ! Спасибо!
 
[^]
BACRKOT
11.02.2020 - 15:16
5
Статус: Offline


Ярила

Регистрация: 27.08.18
Сообщений: 2763
Неплохо. Очень даже.Но местами ожидаемо - в особенности последнее "испытание". "Зеленухи" накинул.
 
[^]
Eklerius
11.02.2020 - 15:19
5
Статус: Offline


451º по Фаренгейту

Регистрация: 25.03.13
Сообщений: 1362
Весьма, весьма...
Спасибо, автору.
 
[^]
ААК65
11.02.2020 - 15:20
3
Статус: Online


Ярила

Регистрация: 4.02.16
Сообщений: 7971
Да. Этот рассказ понравился.
Скрытый текст
Вот сериал про игрушки не очень.

Может я просто постарел, конечно, стал сентиментальный.

Это сообщение отредактировал ААК65 - 11.02.2020 - 15:21
 
[^]
ААК65
11.02.2020 - 15:25
5
Статус: Online


Ярила

Регистрация: 4.02.16
Сообщений: 7971
Цитата (kdy @ 11.02.2020 - 15:09)
Slip1977
Очень понравилось! Стимпанковская атмосфера..!
Вот только куча вопросов возникла.
Что за колония и почему пропала связь с Землей? За семьсот лет никто про них так и не вспомнил? Почему производить паровые котлы выгоднее чем электродвигатели? Из-за гаджетов хондверкеров греющих воду? И почему колонисты не идут к хондверкерам за мощным передатчиком для связи с Землей? Или за пространственным перемещателем?

Давно прилетели. Забыли технологии.
700 лет не шутка.

М.б. и из-за гаджетов. А может - нет.

А нет у них передатчика. Тем более мощного.
И перемещения нет.

Они колдуны. Тело (в определённых пределах) и душа подвластны, перемещение материи - нет.

Это сообщение отредактировал ААК65 - 11.02.2020 - 15:26
 
[^]
bmw13
11.02.2020 - 15:28
2
Статус: Offline


Ярила

Регистрация: 4.02.14
Сообщений: 1674
интересно
аффтар, пешы истчо)
 
[^]
a5ja
11.02.2020 - 15:30
4
Статус: Offline


Ярила

Регистрация: 2.06.14
Сообщений: 1377
kdy, скорее с Землей тебе получится связаться, только телефон типа проводной и с собой не унесешь. Да и перемещение есть и работает. Раз они обратно не возвращаются. )

Цитата
А нет у них передатчика. Тем более мощного.
И перемещения нет.

Все есть, не каждый доходит.

Это сообщение отредактировал a5ja - 11.02.2020 - 15:32
 
[^]
Likara
11.02.2020 - 15:39
4
Статус: Offline


Хохмач

Регистрация: 28.02.15
Сообщений: 777
мне понравилось :)
 
[^]
kdy
11.02.2020 - 15:40
5
Статус: Offline


Ярила

Регистрация: 27.01.12
Сообщений: 1383
a5ja
Цитата
kdy, скорее с Землей тебе получится связаться, только телефон типа проводной и с собой не унесешь.

Ну так хондверкеры с энергией умеют работать! А связь это и есть применение энергии для передачи и приема информации. И не важно чем ее передаешь, дымом костров, фонариком, радиочастотным излучением или телепатическим мыслепотоком!
 
[^]
pit1278
11.02.2020 - 15:42
5
Статус: Offline


Весельчак

Регистрация: 5.06.12
Сообщений: 150
Спасибо! Две недели захватывающего чтения от ТС!
 
[^]
SVD1303
11.02.2020 - 15:42
8
Статус: Offline


Юморист

Регистрация: 21.04.14
Сообщений: 544
Передатчик, связь с Землёй, паровые двигатели ....
Не в том вопрос! Лабиринт вытаскивает всё, что есть в душе, что там ещё осталось... Это скорее энергия взаимопонимания, сочувствия....
Мне понравилось! Я б тоже пошла за здоровьем.... Проблемы с ним.

Размещено через приложение ЯПлакалъ
 
[^]
Invicta
11.02.2020 - 15:43
8
Статус: Offline


Хохмач

Регистрация: 18.10.15
Сообщений: 749
А мне хотелось а ля "счастье для всех, даром, и пусть никто не уйдет обиженный". Тоже с прицелом на продолжение, я правильно понимаю? Мир-то интересный!
 
[^]
kdy
11.02.2020 - 16:04
7
Статус: Offline


Ярила

Регистрация: 27.01.12
Сообщений: 1383
SVD1303
Цитата
Лабиринт вытаскивает всё, что есть в душе, что там ещё осталось... Это скорее энергия взаимопонимания, сочувствия...

Ну так это понятно, так как все дошедшие получают искомое бесплатно! Да и есть некая отсылка к шару желаний. Просто автор все это завернул в стильную и атмосферную оболочку! Очень бы хотелось увидеть и другие его произведения связанные с колонистами и хондверкерами. Девочке Энни ведь досталось нехилое наследство и крепкое здоровье. Как сложится ее судьба дальше?

P. S. Здоровья тебе!

Это сообщение отредактировал kdy - 11.02.2020 - 16:06
 
[^]
1916
11.02.2020 - 16:14
4
Статус: Offline


Ярила

Регистрация: 5.03.09
Сообщений: 1054
СПАСИБО!
 
[^]
SUDI
11.02.2020 - 16:34
3
Статус: Offline


ВасГен рождён в СССР

Регистрация: 6.09.14
Сообщений: 1795
По щекам ее катились слезы.
 
[^]
kia2261
11.02.2020 - 17:03
3
Статус: Offline


Юморист

Регистрация: 14.04.13
Сообщений: 456
Зацепило....
 
[^]
старыймокша
11.02.2020 - 17:10
4
Статус: Offline


Хохмач

Регистрация: 11.07.15
Сообщений: 618
Хороший рассказ. Но, как по мне, таких фабрикантов не бывает. Или лабиринт его за ночь "переформатировал" нв доброту? why.gif
 
[^]
АлыйВит
11.02.2020 - 17:38
4
Статус: Online


Ярила

Регистрация: 5.04.11
Сообщений: 5480
Ого! Хорошо! bravo.gif
Прочитал не отрываясь.
 
[^]
vitalf
11.02.2020 - 17:46
3
Статус: Online


Хохмач

Регистрация: 4.09.12
Сообщений: 740
Очень понравилось!

Размещено через приложение ЯПлакалъ
 
[^]
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии. Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.
1 Пользователей читают эту тему (1 Гостей и 0 Скрытых Пользователей) Просмотры темы: 9672
0 Пользователей:
Страницы: (3) [1] 2 3  [ ОТВЕТИТЬ ] [ НОВАЯ ТЕМА ]


 
 



Активные темы








Наверх