КОКС-1001, Конкурс очень коротких сочинений

Уважаемые ЯПовцы!

Великий и прекрасный Yodli и Ваш покорный слуга, имеют честь представить Вашему вниманию Первый КОКС-1001 (Конкурс Очень Коротких Сочинений).
Правила просты до безумия. Авторы представили рассказы, в которых ровно 1001 печатный знак (без пробелов). Было разрешено выставлять любое количество произведений от одного автора. Да, что там! Здесь набрались наглости и приняли участие сами организаторы!).
Друзья, мои!
Ваша задача прочесть и голоснуть за три понравившихся КОКСика. Победитель будет только один. Четкого времени на голосование не дается. Как только увидим, что кто-то ушел в серьезный отрыв будет объявлен ОН - Победитель первого КОКС-1001 на ЯПЕ и в торжественной обстановке ому будет предоставлено право организации следующего подобного мероприятия!!!

Лого Первого КОКС-1001 изготовлено Yodli (и шо я врал про него в начале своей речи?)))

№1. Как то без названия.
Где-то в кишках длинного извилистого коридора невидимый музыкант играл на губной гармошке последний хит Киркорова про розовую кофточку .
Мигало электричество, в комнатах хлопали незапертые форточки. Ветер сквозняков и странствий гонял по полу и стенам шуршащие полиэтиленовые пакеты, которые вздыхали и метались крыльями, как перелетные птицы.
На кожаном диване в холле две девушки и парень в белом халате на голое тело занимались любовью. На диване у стены напротив, их подбадривали приветственными выкриками, задавая хлопками в ладоши ритменный такт.
- Маша, где у нас запасы спирта для дезинфекции? - спрашивал грузный седой мужчина у встрепанной молодой женщины, которая пыталась затолкать в шкаф огромный рулон шприцов и упаковку ампул с наркозом.
- Так вы велели выдать спирт на вахту, протирать подоконники и ручки на входных дверях, Опанас Мопасанович?
- Не помню, - тупо отвечал мужчина, устремляясь к выходу из кабинета.

В столовой разухабисто, но удивительно стройно, на два голоса, пели песню <Ой, да не вечер>.
Операционная переливалась огнями, как елка в рождество. Кому-то имплантировали силикон в ягодицы.

В сумасшедшем доме состоялся день открытых дверей.

№2. Рассказ снят с конкурса

№3. Подлый гусь
Близилась середина весны, Хуня все больше волновался: его старинный друг Гусь со своей стаей все не прилетал с югов. Поминая недобрым словом всех Анжел и резиновых гномов, Хуня стал собираться на поиски Гуся.
-Куда ты собрался, старый? – вопрошал Пупоня. – Этот ёбаный гусь сейчас где-то в компании гусынь горькую пьет, закусывая ягелем!
Хуня нахмурился: слово «ёбаный» вернуло его в молодость, когда они с гусем предавались беспробудному пьянству и разврату; а вот «пьет» натолкнуло на мысль, где искать этого пиздюка!
- Жопой чую, в КолдунскихОбосратушках он! – воскликнул Хуня и ёбнул в бубен на всякий случай. – Этот пиздюк давно уже яйца подкатывает к Лине, однако!
- На сайгаке ехай, однако! – посоветовал Пупоня. – Снег-то растаял уж, пока мы с тобой ягельное варево пили.
Ёбнув по стопке ягелевки на дорожку, Хуняпосайгачил в деревню. Прихваченное в дорогу зелье сократило время пути до трех дней, и вот они КолдунскиеОбосратушки.
- Добрались, - прошептал Хуня, входя в дом. В воздухе ощутимо пахло гусиным пометом, алкоголем и развратом. Голая Лина и бесчувственный гусь лежали в обнимку на полу.
-Эх вы, - вздохнул Хуня и сел допивать остатки алкоголя. На деревню опускалась ночь

№4. Золотой ключик Зигмунда Фрейда
Родился однажды на свет Семёныч, рос, учился, но вот не женился. А не женился Семёныч, да и работал плохо по тому, что Была у Семёныча мечта. Нет, не мечта, а прямо идея навязчивая! С детства ни как не давала ему покоя одна гайка. Не спал, не ел, учился плохо, всё как гайку открутить думал, а не дело делал. Но вот беда- какие ключи, где только ни покупал- всё не подходит, больно уж конфигурация хитрая.

И вот появилось у него однажды диво-дивное- Интернет называемое! Полез по форумам, фотографию вывесил, измерения произвёл, да заказал в Японии нужный ключ по Е-баю. Пришла ему однажды в марте посылка. Двери запер, окна завесил, штаны снял- приготовился. Хуй у него аж стоймя-встал от любопытства. А на нём гайка огнём горит! Накинул Семёныч ключ, подходит! И как давай крутить, да резьба видать заржавела! Рванул- отлетела гайка вместе с резьбой- не прикрутишь. Встал- гайку у окна на свет глянуть.

Да чует что-то не то- хуй внутрь ушёл и из оставшейся на стуле жопы торчит да подло подмигивает!!!

А потом Семёныч проснулся, в себя пришёл, вспомнил что 70-й год на дворе, до Инета ему лет 30-ть ещё кочевряжиться, да и гайки ни какой в помине нету, поцеловал жену, оделся и пошёл на завод- работать!

№5. Весеннее утро.
Весеннее утро было чудесно. Прозрачная глубокая глубина небосвода органично соседствовала с яркой зеленью пробивающихся листьев и травы. Яркими штрихами сверкали белые, с едва различимым розовым оттенком, цветы на стоящей рядом яблоне. К их аромату примешивалась едва различимая дымная горечь. Воздух пьянит и заставляет учащённо раздуваться лёгкие, отвыкшие от такого количества кислорода.

Внезапно картинка задрожала, свернулась в причудливый иероглиф и выбросила меня в реальность, открыв взору мужское лицо с раскосыми глазами.
- Продолжать будишь? – С сильным китайским акцентом спросил мужчина, открывший камеру активного виртуального погружения. – Ищо питсот юаней плати!
Я отрицательно помотал головой и вышел из камеры, оказавшись в комнате с аляповатым восточным интерьером. А китаец подошёл к стойке, у которой стояла миловидная азиатка, и отрывисто пролаял несколько фраз на родном языке, кивнув на меня. Девушка рассмеялась, прикрыв рот ладонью и опустив глаза.

- Понаехали тут! Путина на вас нет! – зло пробормотал я и, привычным движением надев респиратор, вышел из гермошлюза помещения в вечную серую хмарь улиц Москвы начала двадцать второго века.

№6. Игрок.
- А сейчас, милостивые сэры и леди, вы увидите знаменитого рыцаря Семи озер и Заозерья, победителя Черного Дракона и Лиги Ядовитого Плюща, обладателя десятого дана в неравной борьбе с лучшими из лучших бойцов феода, - герольд сделал паузу, чтобы выстрелить в воздух именем заявляемого к конкурсу претендента.
- Смурфогон Светоносный и Несгибаемый Чипсет ака 76!
Трибуны всколыхнулись, тысячи лиц обратились к ленте ристалища, на которой противника ожидал лорд земель Дальнего Перегара и Ближнего Бодуна, сэр Дристан Бычеголовый, опытный боец на мечах и копьях, прошедший огонь, воду и горящие трубы. Конь под сэром переминался и кряхтел, мечтая о миге, когда сбросит с себя чудовище в пахнущей железом и потом броне.
Воздух над другим концом ристалища сгустился, материализуя невысокую щуплую фигурку.
Трибуны ахнули. Противником Дристана был мальчик лет десяти.
Бычеголовый захохотал, тыкая железным чешуйчатым пальцем в мальца. Буркнул сквозь смех: - Пойдешь на пирож...!
Мальчик скучающе сплюнул через выбитый зуб и достал из кармана плазмоган, обрезавший речь сэра Дристана на полувздохе.
- Ох уж эти мастодонты меча и копья. Читы - наше всё! - сказал он и нажал опцию save

№7. Сердце
Старик зашёл ко мне без четверти три.
Он несколько раз порывался разуться, но я остановил его молчаливым покачиванием головы и проводил на кухню.
Мне не пришлось спрашивать, чем же его угостить. Я и так знаю. Большая чашка обжигающего чёрного чая без сахара. Две папиросы «Герцеговина Флор». Ванильный зефир.
- Внучка всё болеет, - начал он, - врачи руками только разводят.
- Сердце?
- Да ты и так всё знаешь, что спрашивать попусту?
Я промолчал в ответ.
Старик ещё немного помялся, но в конце концов чуть слышно выдавил:
- Я готов. Давай.
- Для себя точно ничего не хотите? Молодость? Богатство? Счастье?
- Нет. Я решил.
На столе появились два белоснежных листа с багряной вязью букв и авторучка. Я знал, что к этому всё идёт. Я всегда знаю.
Старик двумя взмахами подписал оба листа.
Я взял один лист и опустил в стоящий под столом портфель.
- Последнее слово?
- Пусть моё сердце бьётся за неё… - Старик опустил голову.
- Дело сделано. Простой обмен – жизнь за жизнь. Твоя душа, Старик, мне не нужна. Ведь та, кто будет жить, однажды тоже придёт ко мне. Я знаю.
Он резко поднял глаза и попытался схватить меня за ворот, но в моей руке уже появился скальпель. Я улыбнулся:
– Договор вступает в силу немедленно.

№8. Прогулка по облакам
Рассвет – самое лучшее время суток. Он дарит надежду на лучшее, вселяет уверенность в собственные силы.
Каждое утро рождается новый рассвет, как узоры калейдоскопа.
Сегодняшний начался бледной быстросветлеющей полоской и разметался павлиньим хвостом облаков. Невозможно было оторвать взгляд от фантастического зрелища - облака, размазанные гигантской кистью на полнеба. Голубого чистого неба. Они были разных оттенков белого. Да-да! Там не было серого! Ведь серый - это обязательное присутствие какого-то процента черного. Был лишь белый, ярко-белый, темно-белый. Упругий и текучий. Странно, обычно белый дает плоскость, а тут был объем. И динамика. Незаметно менялись формы, становясь то крутыми горами, таившими в себе древние легенды, то каньоном, из которого вот-вот выбежит сказочное чудовище, то морской прибой пеной вылизывал прибрежные камни. Зрелище было грандиозным и потрясающим по своему размаху. Оно захватило, закружило и унесло в страну фантазии.
Хотелось остаться там навсегда. Там нет времени, нет ни забот, ни проблем. Это невозможно передать словами, надо почувствовать. Там была иная реальность, полностью меня поглотившая и не отпускавшая.

№9. День Пи.
Сумасшедший дом горит. Не иначе. А как по другому объяснить, что на улицах сегодня особо много сумасшедших? Сначала, я встретил старика с тазиком на голове. Но тазик – то херня. Старик передвигался на «шагающем велосипеде». Это такая хреновина, типа обычного велотранспорта, но только в движение она приводится не с помощью кручения педалей, а с помощью шагательного устройства. То есть человек как бы шагает и одновременно едет. Ад на колёсиках.
Когда я поинтересовался у деда: «Нахуя?», то получил ответ, что шагать полезнее. Ну и ладно. Я плюнул и пошагал в метро.
И вот он, второй беженец из сгоревшего Кащенко. Грязный, покрытый какой-то вонючей субстанцией голый мужик призывал всех покаяться и покакаться. При этом он периодически обмазывался результатом покакаяния и кидался обниматься с прохожими. Так быстро я не бегал даже на соревнованиях.
Потом был уролог, со странной улыбкой, который предлагал мне купить диск с порнухой. При этом рассказывая, что он, как врач использовал его сугубо в медицинских целях.
И так весь день.
А вечером, зайдя в сеть, я увидел. Мир празднует День Пи. 3 месяц, 14 число. Вот тут всё и стало на свои места. С праздником вас, жертвы глобального Пи.

№10. Посвящение прошедшему конкурсу ККК-9
Оторвали Ваньке встаньку
Бычка укачали в конец
Горшку насрали в душу
В сторожке ебется юнец

Вконец окосевшее зеркало
На Белоснежку стучит
Татарин гуттаперчевый
С трибуны что-то кричит

Свинью гоняют солдаты
Бог форматирует диск
У бедных крокодилов -
Родился василиск

В столице снова паника
На Марсе народ негодует
А президент испуганно
Кирпичи в туалете штампует

К кому-то приходят кальмары
К кому-то резиновый гном
Сорится с бабой профессор
В ванной разлад и разгром

Гамлет травы накурился
И лежит в прострации
Мандавошки на хую
Устраивают овации

До края принц водки налил
В хрустальную туфлю
А потом плеснул в стакан
Говорящему воробью

С недетским взглядом младенец
Из коляски им "фак" показал
Тяжко ему без курева, еще
И танк китайский пристал

С котом творит непотребство
На цепи златой обезьяна
На лохматой голове -
Фуражка капитана

Дракон доедает идальго
Сзади крадется Анжела
Акация хотела крикнуть
Но... не успела

В нашем Лукоморье
Что-то не то происходит
Писатель измельчал
Читатели не ходють

В Калхозном клупе срачь
С переходом на личности
Эх! зря недооценивают
От застоя спермы токсичности

Зря я на ЯП зашёл
Не отойдя от наркоза
Не слабо меня плющит
От весеннего "Авитаминоза"

№11. Когда финансы поют романсы.
Босс выглядел разъярённым, напоминая демона, временно получившего полную власть над Добром и Злом.
- За что я тебе только плачу!?- сакраментальный вопрос, застыв в воздухе как подбитый звездолёт, оставил после себя звенящую тишину.
Главный аналитик Егор, заёрзал в кресле. Это не прошло незамеченным, и взор босса, начал буравить его, как голодный червяк дармовое яблоко.
- Ну, какие будут мнения? - придав голосу, вкрадчивость дознавателя, продолжил шеф. – Получаешь тут как директор Саяно-Шушенской ГЭС, а кредитов как с паршивой овцы. Ты хоть понимаешь что мы на грани? Ещё одна неудачная операция и музыка стихнет! – гневная тирада нарастала как снежный ком.
- Но Виталий Валерьевич, в отчётах всё указано, - подал голос Егор, чем подписал себе смертный приговор.
- В ОТЧЁТАХ!? В ОТЧЁТАХ, БЛЯДЬ?? – шеф взревел так, что паровозный тифон умер бы от зависти. – Да что мне с твоих отчётов!?
Егор посмотрел в окно, там красиво и тихо падал снег.
-Продаём!- отчеканил Егор, и весь напрягшись, выскочил из кабинета шефа. Зов природы, взяв его своей могучей рукой, потянул в сторону «комнаты астрального созерцания».
Когда Егор хотел срать, он умел быстро принимать «правильные» решения.

№12. Название, которое не считается
Остервенело-беспречинное шуршание скомканного бумажного листа по шершавым остаткам прошлогоднего снега давит на серое вещество, мирно зимовавшее внутри твоей черепной коробки, нестерпимой тяжестью несформулированных желаний, озвученных фрагментами нейронов просыпающегося от спячки разума, не желающего менять привычное положение вещей, навязчиво вписывающихся в дрожь сознания, реагирующего на происходящее и плавно раскрывающее самое себя на встречу пока ещё отсутствующим лучам солнца, которые обязательно исправят существующее положение вещей на лучшее, и весело вытанцовывая безумно-весёлый танец перерождения, откроют сознанию новый, почти позабытый за время серой зимы мир, царящий за гранью крео, которое ты пытался написать на бумаге, и, не совладав с элементарным условием, смял, зашвырнул прочь, и проклял самыми страшными словами, осознавая нелепость, спонтанность и бесперспективность данного конкурса, от участия в котором ты отказался после одной единственной попытки уложиться в 1001 знак, но не смог не заглянуть в эту тему, и оторваться от данного набора букв, не сразу заметив, что ты сейчас прочитал одно единственное предложение.

№13. Весна, кризис, парикмахерская
Главное, зарос я сильно.
Одно дело – зима была. Под шапкой особо и не видно – раз. Да и теплее лохматым быть - два.
Но тут весна на носу уже. Как говорится – шапки долой.
Делать нечего – поплёлся в парикмахерскую, что в четвёртом подъезде у нас.
А парикмахерша незнакомая мне. Девушка. Чёрненькая, худенькая, востроносенькая.
- Как вас стричь?
- Да как хотите! Главное, чтобы вот тут – лесенка, там – троечка, здесь – чёлочка.
Покивала и давай ножницами махать, да машинкой жужжать.
- Сто рублей! – говорит. – Ещё приходите.
Ну, подмигнул я ей, червончик сверху накинул, и пошёл себе до пивной.
А назавтра опять к ней вернулся.
Потому как – не поверите – зарос снова! Вот как был до этого.
- Стриги, -говорю, - востроносая, да только под ноль теперь!
Пожужжала, пощёлкала.
Сто рублей снова.
А на следующий день…
Вот хоть плачь! Снова лохматый да заросший!
Пошёл снова до брюнетки, чуть не в слезах.
- Что хочешь, - кричу, - со мной делай, только избавь вконец от шевелюры!
Та улыбнулась по бабьи так и говорит:
- В жёны возьмёшь – тогда постригу так, чтобы больше не росло!
Ну мне делать нечего. К тому же падок я до тощих брюнеток.
Поженились.
Вот вы всё говорите – кризис, кризис…
А вот весна, граждане! Чувства!

№14. Про кур.
Продавщица Марина радостно хлопнула себя по заднице. Вполне себе аппетитная попка, под обтягивающим платьем не видно было даже целлюлитных бёдер. Надо же похудела на двенадцать килограммов за лето. Её ухажёру, Николаю должно было обязательно понравиться щипать Маринку за эти, почти упругие булочки. Продавщица с вожделением ждала конца рабочего дня. Её любимый вернулся с вахты сегодня в обед, он наверняка набирался сил, чтобы устроить незабываемую ночь своей красавице-невесте. Марина повернулась спиной к двери магазина и продолжила себя, неотразимую, разглядывать в зеркале.
Пятилетняя девочка Даша вприпрыжку забежала в магазин. Задание от мамы было получено, купить пару куриных ножек. Сегодня она с мамой будет варить суп! Какая радость для маленькой хозяюшки.
-Здластвуйте тётя Малина!- захлёбываясь от эмоций прощебетала Даша.
-Привет, Дашенька. – не оборачиваясь ответила продавщица. – Тебе опять твоих любимых, маленьких пирожков с повидлом ?- продолжала любоваться своим отражением Марина.
Даша тем временем нашла взглядом на витрине нужные для супа продукты. И показала на них пальцем: - Нет, тетя Малина! Мне сегодня вон те, два большущих, околоочка!

№15. Как Перфоратор стал пидарасом.
Толика звали Перфоратором не спроста: он девок йоб и целок сломал неисчислимо. Был непрезойденным мастером траха и орала. Но вскоре его постигло несчастье.
Как то Перфоратор с целью выброса тестостерона пробрался в женскую общагу от кулинарного техникума, называемую в народе ЦПХ. Так вот, студентки из Центрального Пиздо-Хранилища взяли Толика в плен. Привязали его к кровати и ебли своими телами всю ночь до полного изнемождения.
Поутру девчонки отправились на лекции познавать тайны лепки пельменей, а Перфоратор остался привязанным к кровати. А тут, как назло, к одной студентке мамаша в гости привалила. Глядь, а там голый Толян к постели прикреплен. Маман в гневе хвать! пилочку для ногтей и над Толиком занесла. Кричит:
- Отсеку мужское достоинство!
Толик испугался и голосом умирающего евнуха взмолился:
- Исполню любое желание, только оставьте половой пенис на месте.
А у мамы к пятидесяти двум годам, сами понимаете, тайных фантазий - вагон. Короче, пришлось ебливому Перфоратору реализовывать все желания престарелой мамаши.
Спас его комендант: увидел за окном трусы с гульфиком сушатся... Выжил Толик, но на баб после того случая смотреть не может. Пидарасом стал.

№16. Собака Баскервилей
- Мне стало ясно, что мы имеем дело с настоящей собакой, Ватсон! – Холмс принялся нервно набивать трубку табаком.
- Отчего же, Холмс? – Ватсон выхватил блокнот и с любопытством прищурился. – Оттого, что у сэра Генри пропала пара итальянских ботинок?
- Это же элементарно, Ватсон! Тут у них в мусорке за сортиром куча голов и огромная собачья шкура. Собственно, чего вы хотели: чтобы в придорожной забегаловке с названием «Собака Баскервилей» вам за такую цену подали стейк из мраморной говядины? И объясните мне, как можно было, пока я сидел на толчке со сканвордом, сожрать обе порции шашлыка???
- Но я… я же… вы так долго, а я был исключительно голоден и… и подумал: дозакажем… - дрожащие усы доктора рыжими чернобыльскими елками топорщились на его позеленевшей физиономии. Он издал сдавленный горловой звук и, согнувшись пополам, пулей вылетел из заведения.
- Невыносимый человек с дурацким именем «Доктор»! – величайший сыщик вздохнул ему вслед и раскурил трубку. Затем, прищурясь и выпустив в потолок кольцо дыма, добавил:
– И при этом доверчив - безумно…
Он покрутил носком изящного, лакированного штиблета и подумал: «А хорошо, все-таки, что у сэра Генри сорок третий размер обуви…»

№17. Флегматичная гусеница.
Гусеница Степанида ползла по земле и думала о насущном. Хотелось есть. Степанида давно уже приметила вдалеке аппетитный листик, и направлялась к нему. «Ну, что за жизнь такая? Только и делаю, что ползаю в поисках еды. Где экзистенциальное бытие? Где социализм?» - такие мысли часто посещали волосатую гусеницу. Оно и неудивительно: самцы-жуки не обращали внимания на продолговатое чудовище. А Степанида страдала и плакала по ночам, завернувшись в подорожник. Если он излечивает раны, может, сможет вылечить больную душу насекомого?
В рассветный час Степанида открыла черные глазки-пуговки. Попытка потянуться в зеленой постели оказалась безуспешной. Степанида подумала, что она очутилась в сказке, и Гарри Поттер наложил заклинание «Конфундус!», но быстро избавилась от этой мысли и решила завязать с алкоголем.
Без движения, отчаявшись, Степанида пролежала в коконе несколько дней. Грусть и печаль не покидали ее чуткое сознание. Даже порезать вены не представлялось возможным.
В один прекрасный день гусеница начала двигаться и разорвала шелковые нити. Оглядев себя, Степанида взмахнула яркими крыльями и полетела высоко к небу, решив больше никогда не сдаваться.

№18.Первый приход
...он с силой похлопал по руке. Вены не появлялись. Он решил ввести приготовленную смесь подкожно. Все-таки первая проба! После короткого колебания, он набрал полкуба и осторожно надавив на поршень, впрыснул дозу.
Откинувшись на подушки, мужчина прикрыл глаза и стал ждать. Приход начался часа через три. По всему телу прошла дрожь, стало холодно. Внезапно биение сердца резко ускорилось, и он «полетел в пропасть». В ушах свистел ветер, а перед глазами со скоростью света мелькали галактики. Кожа на лице натянулась и собралась на затылке...
«Держало» четыре дня. Он то оказывался на вершине горы, продуваемый холодными ветрами, то задыхался от нестерпимой духоты в жерле вулкана. Конечности вырастали до горизонта или сжимались в не функциональные отростки. В голове говорили мыши и распускались цветы...
Наконец его отпустило. Он вновь приготовил дозу. Ввел. Сутки ожидания. Ничего. Совсем ничего. Он вновь приготовил экстракт. Поймал вену и в отчаянии ввел два куба. Легкий толчок и все.... Но первый раз ведь вышло! Нужно рассказать хотя бы это...

- Удачи, хозяин!
- Пока, Жак. - Луи Пастер отправлялся в Парижскую АН читать доклад «О новом в лечении сибирской язвы»

№19. Резиновая паранойя
Троллейбуса не было уже четыре минуты, и Антон нервничал, боясь преследования.
В последнее время он очень плохо спал, по причине постоянно являвшихся кошмаров. Первые сны не так пугали, но впоследствии становилось всё хуже и хуже. Сначала, он начал разговаривать во сне с богом и другими представителями небесной фауны. Затем появились птицы, которые попадаясь Антону на глаза, в особенности на любимой набережной, чуть не доводили до истерики. В какой-то момент, он начал слышать голоса, и на всякий случай даже сходил в поликлинику, к венерологу. Но там сказали, что всё нормально и ему необходим отдых. Но как можно было думать об отдыхе, когда ему приснилась желтая кегля для боулинга! И вот любимая игра уже не радовала, а заставляла дрожать всем телом и нервно сжимать сфинктер. Один из снов отбил желание, есть морепродукты, и заставил в ужасе бежать от всех японских ресторанов. Но сегодня ночью пришел самый страшный кошмар, весь такой холеный, гладкий и румяный. Антон проснувшись, еще долго слышал гул его грозных слов. Повторяя их, он сделал вывод, что резиновый гном сегодня обязательно придет за ним. Антон решил срочно бежать.
Шла шестая минута, троллейбуса всё не было.

№20. Пастораль
Летнее солнце изливало на землю потоки жара. Но возле широкой, спокойной реки было прохладно. Полуденную тишину нарушало только негромкое гудение небольшой насосной станции, подающей воду на видневшуюся неподалеку ферму.
Скрипнула, открываясь, дверь коровника. Из нее вышел невысокий, худой и изможденный пастух. Он был одет в белый, не застегнутый халат на голое тело. Халат был явно с чужого плеча и висел на мужичке как мешок. Достав из кармана сигареты он закурил, и шмыгая носом, вытер скупую мужскую слезу. Минутой позже вышла абсолютно голая доярка. Высокая грудь 5-го размера мерно колыхалась в такт ее шагам. В руках у нее была крынка молока.
- Вот попей, полегчает - хныча сказала она, протягивая горшок пастуху.
- Возвращайся в кровать, я сейчас приду - ответил ей пастух и отхлебнул молока. Дверь за дояркой закрылась.
- Ебу и плачу. Плачу и ебу. Поебу, поплачу, и опять ебу... Что за хуйня происходит? - пробурчал, обращаясь неизвестно к кому, пастух. Затоптал окурок и открыл дверь.
Парой километров выше по реке медленно тонули две столкнувшиеся баржи. Одна, идущая от завода по производству "Виагры". Другая, с грузом слезоточивого газа для столичного ОМОН.

21. Редкая болезнь
У студента Вити Пукина третий день болел локоть правой руки.
Его мучили кошмары. То эсесовец пилил его руку, то её грыз соседский мастиф. Витя орал во сне. Мази не помогали, и мама повела его по врачам.
Взглянув на припухший локоть, травматолог предположил последствия старой травмы. Витя подошел к подоконнику и грохнул по нему локтем другой руки. Воробьи попадали с карниза, врач пожал плечами и направил к невропатологу.
Невропатолог заметил, что боли может вызывать шейный остеохондроз и хрупкость суставов. Тогда Витя развернул голову на 180 градусов, а локоть здоровой руки выгнул в обратную сторону. Доктор впал в ступор и направил к хирургу.
Хирург объяснил, что причина кроется глубоко, и диагностировал врождённое неопущение правого яичка в мошонку с раздражением нервных окончаний. Витя снял штаны и показал яйца. Хирург извинился, сказал, что неопущение у него самого, и попросил сфотографировать яйца и не только.
Витя пал духом, но вахтер Петрович, видя, как парень мучится, доставая пропуск, велел ему закатать рукав.
Осмотрев локоть, и отряхнув пятно мела с Витиного правого рукава, он выдал окончательно верный диагноз – Или смени руку, или не дрочи возле стенки.

22. Хозяева жизни
Она стояла у кровати с молотком в трясущейся руке. Всклокоченные волосы, раздутые ноздри и глаза, обрамлённые свежими синяками. Муж, уткнувшись носом в стену, давно уже спал, мирно похрапывая и изредка подёргивая ногой.
- Я тебя убью... Уж сегодня-то я это сделаю, наконец! – процедила сквозь зубы и прицелилась. Но резкое чувство тревоги и боль в кишечнике заставили опустить орудие и пулей понестись в туалет.
По возвращению злобы и ненависти осталось лишь на желчный взгляд. Они будто уплыли с переваренным обедом и растворились в мрачных лабиринтах городской канализации. Женщина улеглась, брезгливо отвернулась и окунулась в тревожные сны.

- Эй! Фииуу... – под одеялом раздался тихий свист.
- Ты ещё не спишшь? Видишшь, я опять спрравилась! Иди ко мне, шшладенький.
После лёгкой возни послышались страстные вздохи и звуки мягких поцелуев.
- Я люблю тебя. Шшильно-шшильно. – едва слышный шёпот.
- Я тебя ещё большше, мой хррабррый абррикосик, мы вшшегда будем вмешште. А теперрь давай шшпать – завтрра опять долгий день.
И две жопы - одна гладкая и круглая, другая угловатая и слегка поросшая волосами - блаженно уснули в душных потёмках, нежно касаясь друг друга мягкими щёчками.

23. Страшная мировая эпидемия и гопник Миша
Эпидемия началась, как и положено, в стране третьего мира. В посёлке городского типа Чепушаево, что под Тамбовом.
Второкурсница Нинка Лепёхина на последнюю бабушкину пенсию купила себе фотоаппарат. И первым делом сфоткала свои утиные губы в зеркале и лучшую страшную подружку – Маринку.
Тут оно и понеслось по всему миру.
Маринка, заражённая фотографизмом, отобрала у дедушки «похоронные» деньги, купила фотик и нафотала всех друзей. Те, в свою очередь, тут же понакупали фотоаппаратов тоже и продолжили щёлкать затворами.
Через четыре дня на всей планете не осталось не осталось почти никого, кто бы не бегал с фотоаппаратом как зомби, и не искал бы хоть кого-нибудь, кто ещё не сфоткался с солнцем на ладошке, или в раскоряченной позе у деревца.

Но всех спас Миша. Гопник всё из того же Чепушаево под Тамбовом.
Он один не подвергся вирусу фотографизма (потому как бухал всю неделю). А выйдя на улицу впервые за много дней - сразу же отжал фотик у первого подвернувшегося зомби. Тот тут же излечился и отжал фотик у другого зомби. Так оно и пошло снова – как волна. Этот отжал у того, тот у этого.
Через три дня Миша, сам того не подозревая, вылечил мир от жуткой эпидемии.
Ура русскому богатырю!

№24. Писательский талант
Три года начинающий писатель Сидоров настойчиво двигался к своей заветной цели.
Три года он оттачивал своё мастерство. Три года, день за днём, он собирал то, что поможет ему стать известным.
Тысяча дней поисков. Тысяча разных задач, лёгких и сложных. Тысяча сломанных карандашей. Тысяча тяжёлых шагов по ступенькам к вершине мастерства.
Наконец, долгожданный день настал!
Сидоров достал из кармана помятую бумажку, повторил текст заклинания.

Выйдя в центр поляны, Сидоров кровью нарисовал большой круг и тайные руны, выложил из кишок последней жертвы пентаграмму. Подняв за волосы отрезанную женскую голову, Сидоров воткнул ей в глаз карандаш.

- Демон писательства и вдохновения, явись передо мною! Я принёс тебе жертву!

В центре пентаграммы зашевелились камни, появился желтоватый дымок, потом медленно материализовалось страшное чудище, покрытое перьями, карандашами и шариковыми ручками.

- Кто меня звал? Где моя жертва? Чего ты хочешь?
- Я принёс тебе в жертву 1001 душу, я хочу победить в Конкурсе Кровавых Креативов.
- Жертва не принята.
- Почему?
- Одна из женщин работала в Сбербанке. Это филиал ада, у них нет душ. Поэтому я забираю твою.

Тут Сидорова и распидарасило.