Любимые советские блюда

Однажды Георгий проводил опрос среди бывших студентов советских вузов по всему миру, какое именно блюдо им больше всего понравилось в СССР.

Тут, конечно, с большим отрывом лидировали борщ и пельмени. Их не могли забыть и в Судане, и в Эфиопии, и даже в Сомали. Человек, попробовавший указанные блюда, навеки становился их рабом. Он был не в силах пережить их отсутствие, и жизнь казалась ему бессмысленной без тарелки пельменей и дымящегося борща.

Далее, весьма популярен чёрный хлеб. Он мог вообще самостоятельно основать какую–то секту или культ. Георгий помнит, как ныне покойный брат Слободана Милошевича – Борислав, вёз из России ЧЕМОДАН бородинского хлеба. Летел он тогда в Белград через Париж, и на французской таможне не могли взять в толк – что это такое? Предложение таможеннику попробовать привело того в ужас. Бобби, студент из Бирмы, учившийся в Москве ещё в шестидесятые (!), рассказал о том, как они в первый раз купили в общаге бородинский, приняв его за кекс (!), кондитерское изделие. А потом у всех по этому хлебу случился расколбас. У Бобби так же личный расколбас на морсе. Ему за 80. Но, когда кто–то из знакомых летит в Россию, он просит обязательно привезти ягодный морс.

Кстати, slatky mors в своих мемуарах XVII века хвалят иноземцы, жившие в Москве. Эвон как.

Квас порвал конкретно всех. Люди, долго не бывшие в экс–СССР, задавали Георгию вопрос – а продают ли квас на улицах? А есть ли бочки? Такой же вкус, или какой–то другой? Особенно почему–то страдают без кваса в Африке.
Он запал им в душу. «Это наркомания» — сказали Георгию на Мадагаскаре. – «Кто квас попробовал, он потом без него не обойдётся. Это тайное советское оружие по распространению вкусовой экспансии». Георгий с этим согласился. Явно, даже агенты ЦРУ переходили на нашу сторону, едва попробовав квас. У них не было выбора.

Гречка аналогично покоряет души. Георгия один человек в Танзании очень просил привезти гречку. Встретил в аэропорту, и жутко терзался снаружи, пока Георгий проходил таможню – думал, что таможенники тоже захотят гречки. Оную гречку обожают и люди, не учившиеся в СССР. Скажем, в Руанде Георгий был в гостях у хорошего русского мужика. Так вот, у него жена из местных, но гречку ей только подавай, она от неё в экстазе.

Интересно, что бывший генсек ГДР Эгон Кренц в интервью Георгию сказал: он больше всего любит настоящий узбекский плов. Как вот в Узбекской ССР попробовал, так и забыть не в состоянии. Борщ для него на втором месте. Другой коммунист из ГДР, премьер–министр Ханс Модров (его уже с нами нет) любил советскую колбасу. Он утверждал, что она вкуснее и сочнее, чем немецкая. Правда, Модров как участник фольксштурма был в советском плену, а там разносолами не баловали – возможно, тогда колбаса и запомнилась ему как лакомство.

Человек, у которого отец был первым послом Лаоса в СССР, сказал, что больше всего любил шашлык. На майские праздники. Его это очень впечатлило, хотя, казалось бы – ну, жареное мясо на открытом огне, чего ж тут такого? Но он очень подробно описывал впечатления от маринада, запаха дыма и шипящее мясо с капающим жиром.

Печальный факт: селёдку мало кто отметил. У неё есть отъявленные фанаты, но не в большом количестве. Оливье тоже нравился всем, однако, как–то без энтузиазма. То есть, вкусно, но без него не дрожат, и ночами не снится.

Зато есть один продукт питания, каковой по вкусу абсолютно всем. Причём, как мужчинам, так и женщинам. Из Африки, Азии, Европы и откуда угодно. С ним ознакомились в СССР сразу, и он зашёл иностранцам за секунду.

Это водка.

© Zотов