Дом, милый умный дом.

Геннадий был из тех людей, которые покупают кактус, а через неделю обнаруживают, что он завял от депрессии.
Поэтому идея доверить свою жизнь китайским микросхемам изначально отдавала слабоумием и отвагой.
Всё началось с датчика температуры. Геннадий резонно рассудил: зачем самому решать, холодно ему или жарко, если за него это может решить бездушная пластиковая таблетка из Шэньчжэня? К пятому дню автоматизации Гены напоминали планы Наполеона перед Бородино: если кот чихнул, а влажность упала ниже 40%, то Алиса должна зачитать цитату из Пауло Коэльо и включить подогрев пола в туалете.
Суббота. 03:15 ночи.
Кот Семён, чья психика и так держалась на честном слове и дешёвом корме, решил почесать за ухом. Датчик вибрации, приклеенный Геной к кошачьему ошейнику «для трекинга активности», расценил это как землетрясение в 8 баллов.
Система «Умный дом» отреагировала мгновенно. Согласно сценарию «Армагеддон-1», во всей квартире вырубился свет, а умная колонка голосом Левитана объявила: «Граждане, воздушная тревога! Проследуйте в укрытие». Укрытием Гена назначил ванную, где в это время умный унитаз решил провести самоочистку горячим паром.
03:17.
Марина, жена Гены, проснулась от того, что на неё упал карниз. Не потому, что сломался, а потому что Алиса решила: «Пора проветривать», и рванула шторы с такой силой, будто за окном ждал солнечный пляж и отпуск кончался..
— Гена, — ледяным тоном произнесла Марина в темноте, — если я сейчас встану и найду твой паяльник, ты будешь есть его без соли.
— Тихо! — шикнул Гена, тыкая в зависшее приложение. — Идёт обновление прошивки шлюза! Если прервём, чайник начнёт транслировать китайское радио!
03:20.
Случился конфликт интересов. Пылесос Иннокентий, чей интеллект был сопоставим с табуреткой, получил две команды одновременно: «Влажная уборка» и «Охрана периметра». В итоге он начал мыть пол бензином для зажигалок (Гена перепутал бутылки в кладовке) и пытаться укусить Марину за лодыжку, имитируя лай овчарки через встроенный динамик.
Кот Семён, увидев пылающий праведным гневом пылесос, который лает и пахнет как заправка на МКАДе, осознал, что мир окончательно сошёл с ума. Его кошачье сердце, привыкшее только к звуку открывающейся консервной банки, сказало «ой» и ушло в пятки вместе с сознанием. Семён застыл в форме буквы «Г», превратившись в пушистый элемент декора.
Утро. Развязка.
Марина уходила эффектно. Она хотела хлопнуть дверью, но умный замок, учуяв «несанкционированный выход пользователя», заблокировал ригели и начал обдавать её освежителем воздуха с ароматом «Альпийский луг», чтобы снизить уровень стресса.
— Я подаю на развод, — прохрипела Марина, вытирая глаза от «луга». — И на экзорцизм для этой квартиры.

Когда приехали санитары, вызванные Алисой (она приняла крики Марины за заказ пиццы, а когда не смогла оплатить — решила, что хозяин умирает от голода и вызвала службу спасения), Геннадий пытался объяснить им структуру своего мироздания.
— Понимаете, — говорил он, пока на него надевали рубашку с подозрительно длинными рукавами, — если я не настрою сценарий «Добрый вечер», то в 18:00 увлажнитель начнёт плеваться в иконы…
Санитар вздохнул и пометил в журнале: «Пациент считает себя системным администратором вселенной. Опасен для бытовой техники».

В пустой квартире остался только Иннокентий. Он медленно жевал край ковра и тихо, почти интимно, шептал голосом Алисы в пустоту:
— Маршрут перестроен. Через двести метров — бездна.