Война против отцов?! Узаконенное отцеубийство?, гражданам РФ посвящается (амазонщина)

[ Версия для печати ]
Добавить в Facebook Добавить в Twitter Добавить в Вконтакте Добавить в Одноклассники
  [ ОТВЕТИТЬ ] [ НОВАЯ ТЕМА ]
Kanubis
17.01.2013 - 20:33
Статус: Offline


Шутник

Регистрация: 5.04.10
Сообщений: 0
Были здесь совсем недавно пара постов:
1. Не платишь алименты?
2. Ювенальный террор
Высказал, что думаю и там и там, но наткнулся еще на пару интересных статей.
И думаю, что было бы справедливым в противовес этим двум постам, а где-то и в довесок (для полноты картины так сказать) почитать его мысли, тем более, что по-моему написано хорошим языком и главное - написано из пережитого (переживаемого). И написано очень точно - есть с чем сравнить. Да и общался со многими женщинами и почти половина разведенных не дает видеться отцам со своими детьми и почти у каждой(го) наверно есть знакомая разведенка, которая ведет себя точно так же. И об этом все молчат. А тем временем, как точно приводит автор мысли известных людей:

Только у раба могли забрать детей, не спросив на то его согласия; у мужчин отбирают их собственных детей, не спрашивая их согласия. До сих пор мы все еще говорим женщинам, что они имеют право на детей, а мужчинам мы говорим, что они должны бороться за детей...

Уоррен Фаррелл.

(да. материал несвежий - 2011г, но не думаю, что многие читали это, да и тема такая, что сливать ее в баяны было бы досадным действом по-моему...)

Далее сами статьи...
В первой говорится о проблеме в общем, во второй более предметно с некоторыми цифрами разной статистики в духе:

Дети, выросшие без отца:

• В 5 раз чаще совершают самоубийство;
• В 35 раз чаще сбегают из дома;
• В 9 раз чаще бросают школу, не доучившись;
• В 14 раз более вероятно совершат изнасилования (мальчики);
• В 10 раз чаще становятся наркоманами;
• В 9 раз более вероятно закончат свою жизнь в нищете;
• В 20 раз более вероятно закончат свои дни в тюрьме.

Результаты социологических исследований в США:

• 63% от всего подросткового суицида совершается детьми, растущими без отцов.
• 90% всех бездомных детей и детей, регулярно совершающих побеги из дома — из семей без отца.
• 85% детей с характерным антисоциальным поведением растут в семьях без отца.
• 71% детей, бросающих школу, растут (росли) в семьях без отца.
• 70% детей, попадающих в государственные специализированные заведения, выросли в семьях без отцов.
• 85% всех подростков, находящихся в тюрьмах, росли в семье без отца.


Это сообщение отредактировал Kanubis - 17.01.2013 - 20:48
 
[^]
Yap
[x]



Продам слона

Регистрация: 10.12.04
Сообщений: 1488
 
[^]
Kanubis
17.01.2013 - 20:33
Статус: Offline


Шутник

Регистрация: 5.04.10
Сообщений: 0
Уважаемые друзья! В течение десятка лет я занимался проблемой отцов и детей в расколотых семьях, написал довольно большой трактат под названием "Амазонщина: дети без отцов, отцы без детей" и напечатал его в моей книге "Сильверстова находка" (изд. "Худ. Л-ра", 1990). Эта проблема по-прежнему волнует меня как одна из самых опасных язв нашего общества. Всю ее ядовитую остроту познал на собственной судьбе. Тому, кто через это не прошел, трудно по-настоящему все понять. (Россош Г. Г., Москва)

Добро, будет она римскою папой. (А. С. Пушкин)

Ужасная судьба отца и сына -- жить розно… (М. Ю. Лермонтов)

В наши дни стала вполне возможной и допустимой, даже популярной, ситуация, когда между отцом и детьми возводится "железный занавес" -- не по закону, не по решению полномочных органов, а единственно лишь по воле и усмотрению матери. Примечательно, что отец вовсе не обязан в этих случаях быть "алкашом", разложенцем, бузотером -- нет, с него довольно не угодить чем-либо своей супруге, выйти из повиновения.

В Кодексе о семье и браке черным по белому сказано: родители -- независимо от того, состоят они в супружестве или нет, проживают совместно или врозь -- не только имеют право, но и обязаны на равных основаниях участвовать в воспитании детей. На практике же иная мать, если она того пожелает, может взять на себя безраздельное распоряжение судьбой ребенка, оставляя за отцом лишь право (и обязанность) быть кормильцем детей, не допуская его ни к воспитанию их, ни к общению с ними. Этот камень преткновения между отцами и детьми стоит сегодня так незыблемо и бесповоротно, что даже решение суда, обязующее мать не препятствовать встречам ребенка с отцом, может стать фикцией, если мать откажется ему подчиниться *. Доходит иной раз до актов отчаяния -- отцы "похищают" своих детей. Но, разумеется, и это ни к чему хорошему не ведет.

Женщина-мать -- для всех нас святыня. Так было и так будет всегда. Вот почему неимоверно трудно, зато и необходимо -- высветить теневые стороны прекрасного ореола. Злоупотребления авторитетом и привилегиями материнства -- это уже не "досадные исключения", не отдельные "вывихи", а серьезный социальный фактор, который не может не вызвать тревогу и озабоченность.

Амазонки -- легендарное племя древних времен, но не редкость и теперь -- встретить прямую наследницу духа и традиций этого племени: женщину, чья независимость возведена в самоцель, а материнский инстинкт переродился в инстинкт собственности (в широком смысле этого слова, то есть обретения власти как над вещами, так и над людьми). Муж, дети, да и все прочее -- словно бы принадлежат ей. Она одержима комплексом полноценности: в запале самоутверждения ее прельщает не равенство с мужским полом, а главенство над ним. Этот комплекс она привносит, в первую очередь, в атмосферу семьи. Ей необходимо единовластие в доме -- она одна знает что нужно и не нужно детям, чему и как их учить; твердо знает, что полезно и что вредно мужу, как отвадить его от "бесполезных" друзей, побочных влияний, интересов, привычек, как привить ему единственно необходимую привычку -- быть второстепенным, заштатным существом, с полным правом молчаливого согласия и послушания.

Нынешняя амазонка -- женщина особого склада и толка. У нее свой кодекс неписаный, есть и "обмен опытом". Зная, конечно, что не все мужья так податливы, как ей того требуется, она держит в запасе универсальный козырь. Ребенок -- вот ее беспроигрышная карта на все случаи жизни. Строптивому мужу раз и навсегда дается понять: развод с женой -- это развод и с детьми; причем инициативу развода все чаще берет на себя "слабая половина".

"Амазонщина" -- именно так я окрестил это уникальное явление. В научном плане оно лежит на затейливом стыке-скрещеннии социологии, истории, психофизиологии, этики, футурологии, даже и политологии (этой последней далеко не в последнюю очередь). В рамках данной статьи я затрагиваю одно звено амазонщины -- как она проявляет себя "в кругу семьи". Амазонок не так уж и много, но они тон задают, образуя вокруг себя вихреобразное "силовое поле". От этого вихря даже статьи закона трепещут. Многие выступления на сей счет в прессе свелись практически к "щекотанию умов и нервов". А воз и ныне там. То есть в глубоком тупике. Авторы публикаций трактуют проблему прежде всего как тяжбу отцов и матерей, между тем, как суть дела остается, на мой взгляд, за бортом их понимания. Защита души и личности ребенка, очутившегося меж двух огней, -- вот главная наша задача. Ребенку одинаково нужны и мать, и отец. Никто не властен лишать малыша (без исключительных на то причин и оснований) ни материнских, ни отцовских ласк, забот, уроков воспитания. Когда, по стечению обстоятельств или специально интересуясь этим, сталкиваешься с участью "маменькиных" сынков и дочек, насильно отторженных от родных отцов, тебе предстает калейдоскоп нелепых, низких, диких конфликтов, панорама сбитых с толку душ, изувеченных характеров. Дети, как заложники, в руках у амазонки -- любые условия может она диктовать, может веревки вить из "сильного пола", играючи на его отцовских "слабостях". Как в застенке, отцу с ребенком "свидания" предоставляют -- по великой милости, да еще зачастую под надзором. И кто надзиратель-то? Неужели мать родная?! Она тебе и прокурор, и судья. Над кем она самосуд вершит? Кто они, эти "прокаженные" отцы, которым к родным детям приблизиться нельзя? В большинстве своем -- отцы как отцы. Кто лучше, кто похуже. Общество доверяет им вполне: производить материальные блага, лечить, учить -- взрослых и детей, командовать людьми. За какие же страшные грехи ставят их в положение "уголовного элемента", лишенца, ограниченного в "дееспособности"? И первейший, коренной вопрос: за что четвертуются дети? По какому праву осуждают их на полусиротство?

* * *

Амазонщина как явление связана с глобальной системой "Мужчина -- Женщина". Все то, чем ознаменован уходящий двадцатый век: взлет и взрывное развитие науки и техники, ломка чуть ли не всех структур, укладов, процессов -- все это как бы вырвало названную систему из ее насиженного гнезда, вывернуло наизнанку. Статус мужчины и статус женщины претерпели такие метаморфозы, что потребуется еще не одно десятилетие, прежде чем системе удастся обрести новое равновесие, приемлемые ориентиры. Наиболее резкие перегрузки и потрясения пришлось испытать женщине -- на нее обрушился целый каскад небывалых возможностей, задач, требований. Вознесенная на качественно непривычный социальный уровень, она должна теперь совмещать новые для нее обязанности со своим исконным назначением -- быть женой и матерью. Ее сегодняшняя роль в обществе важна и почетна, но в то же время невыразимо трудна, сложна ответственна. Нет ничего удивительного в том, что отнюдь не всем женщинам -- в их самосознании, психологии, морали -- удается здраво воспринять и усвоить пестрый узор зигзагов, изломов "шального века". У некоторых "вскружилась голова" -- от достигнутой высоты, от величия, которым по достоинству овеяны понятия женщина, мать. Кстати немалую долю "хмельного зелья" вносят в эти головки бойкие журналисты, взахлеб расточая прекрасному полу елейные, напыщенные дифирамбы и оды. Такого рода возлияния, безмерное славословие, даже идущие от чистого сердца, могут задурить кого угодно, пробуждая подчас низменные, нечистые устремления.

Мы, старики, чье детство пришлось на военное лихолетье, хорошо знаем, как наши матери ждали наших отцов, выбивались из сил, подымая нас, хранили и хранят память о тех, кто не "вернулся из боя". Знаем, как ждали отцов мы сами, малолетние сорванцы, да и теперь не можем смириться с утратой, положившей отпечаток на всю нашу жизнь. С каким же изумлением взираем мы на тех молодых матерей, что поддались сегодня соблазну самодовольства, самонадеянности, иллюзии самодостаточности. Уверяют себя, что мужья для них обуза и помеха, а для детей самое лучшее -- не знать своих отцов. Кое-кто из "добровольных вдов" живут вроде бы припеваючи -- в домах со всеми удобствами, окружены заботами услужливых "предков"… Не всем, конечно, далеко не всем безмужний удел дается легко, безоблачно. Многим приходится ой как несладко. Но вирус мужепрезренья заразителен, агрессивен. Бывает: добропорядочная, любящая жена и мать, хлопотливая хозяйка каменного гнезда, и вдруг -- перемена декораций! Без повода, беспричинно (иногда против своей воли и желания) -- подводит муженька к порогу, дает ему коленкой "вольную" и… начинает "новую жизнь". Готова, в угоду своей лихорадочной "самостийности", не только разбить семейное счастье, но и пустить под откос благополучие детей, их душевное равновесие, даже подчас и здоровье. Ничего не попишешь: такова соль и суть амазонщины. Согласно дошедшей до нас легенде, "те еще" амазонки жили чисто женским племенем: детей зачинали в набегах на чужие народы, себе оставляли только девочек, приучали их к войне, выжигали им грудь -- чтоб без помех натягивать тетиву лука, и знать не хотели ни мужей, ни отцов. Не потому ли радостный смех малыша при встрече с отцом -- нож острый для нынешней амазонки? "Я, Я, Я" -- вот ее материнский мотив, женская страсть, канон супружества! И поди докажи ей, что "я" -- не первая буква в алфавите. Поистине медвежью услугу, повторяю, оказывают ей те, кто, подливая масла в огонь, со всех "амвонов" вещают и трубят гимны женскому роду, звучащие так не педагогично, как если б школьному учителю взбрело по-рыцарски расшаркиваться перед существительными женского рода, затирая спиной на классной доске мужское и среднее "отродья". Извечная мудрость "чти отца своего" стерта этими горе-педагогами, предана забвенью, чуть ли не осмеянию. А зря.

Здесь, правда, нельзя не сказать вот что. И впрямь -- изрядно раскис наш брат "сильный пол", крепко подмочена его былая честь и слава. Мы уж не столпы общества. Главенство мужское в доме, авторитет непререкаемый -- канули в Лету. Кому не лень -- понукай, подстегивай нас в хвост и в гриву. Чуть выпустили бразды -- амазонка тут как тут: кого в рог бараний скрутит, кого взнуздает, кому просто пинка дает. Заартачишься -- вмиг узнаешь почем фунт лиха. Настал наш черед -- добиваться равноправия. А если без шуток: престранные вещи происходят в мире. Все круче осваивая мужскую хватку -- в труде, спорте, творчестве, многие женщины, чего греха таить, не очень-то отстают и в делах бесславных. Табак, бутылка, вертеп. Мужеуподобление входит и во внешний их облик: одежда, прически, походка, жестикуляция, нередко и голос -- сближаются с антиподом. И он, со своей стороны, идет на сближение: перенимает исподволь женские черты, манеры, занятия, попутно обретая пресловутую бабью ворчливость, склонность к пересудам, перебранкам. Мужской род явно теряет свою мощь, свое лицо. Ну а женский пол -- устал быть слабым и прекрасным.

Хорошо это или худо? Мы не даем себе отчета в том, что различие между мужчиной и женщиной -- не просто половая принадлежность; гражданское равноправие -- не равнозначность, не тождество. В социальном, духовном, нравственном отношении -- у женщины и мужчины свой "профиль", особый склад натуры и личности. На том и держался мир испокон веков: Адама манила женственность Евы, ее влекла его мужественность. Откуда же теперь взяться взаимному притяжению, когда нарастают сходство и дублирование? Замечу попутно: дела и заботы домашние, "женские", отнюдь не менее престижны, чем любое "сугубо мужское" дело, хотя бы и государственной важности; но мужчина сплошь да рядом погружается теперь в быт буквально "с головой", становясь закоренелым "подкаблучником", теряя возможность и способность жить своим умом, посвятить себя тем делам и задачам, которые по плечу только ему. Отсюда многие наши беды -- и в семье, в делах воспитания детей, и во многих общенародных делах. И женщина: настойчиво "отбивая хлеб" у мужчины чуть ли не во всех видах деятельности, остывает к домашнему очагу, теряет первозданное обаяние, душевное участие в судьбах близких.

-- Жуткий анахронизм! Ретроградство! -- слышу голоса протеста. -- Женщина давно выросла из этих пеленок!

Да, очень похоже, что выросла. Но стало ли кому от этого лучше? В том числе (и прежде всего) ей самой.

Амазонщину порождает как раз отклонение женщины от своего естества, от прямого призвания. Нечто вроде "мутации", причем довольно-таки шаблонного пошиба. Если этот сдвиг будет углубляться -- последствия не заставят себя ждать. Уж и сегодня пожинаем мы плоды такой аномалии. В последнее время на телевидении, в печати все чаще упоминают тех, кто вольно или невольно оскверняет свое звание женщины, миссию материнства. Кого-то из них лишают родительских прав, другие матери просто отказываются от своих детей. С той и другой категориями женщин более или менее ясно, на них ставится определенное клеймо. С амазонками -- гораздо сложнее. Сами кормят и одевают детей, по-своему заботятся о них, сами воспитывают… но как?

* * *

В качестве первой, неотложной меры надо, по-моему, обеспечить соблюдение действующих законоположений. Там, где в законе слабина и брешь, она провоцирует беззаконие, как бы заманивая, втягивая в эту лазейку все что ни есть в людях бесчестного, корыстного, недоброго. Когда при живом и любящем отце мать из кожи лезет вон, чтобы искоренить в сознании ребенка даже само понятие "отец" или, во всяком случае, ошельмовать, обезобразить его -- не равносильно ли это нанесению нравственного увечья малышу? Психологическое давление на детей, зачастую переходящее в "психическую атаку", парализует их моральные, умственные и чисто физические ресурсы. Принудительное отчуждение от отцов ведет детей к более обширному, чуть ли не "круговому" диапазону отчуждения -- от сверстников, от самих себя, да и от матери тоже. Без дуэта родительских натур и характеров (пусть нестройный, но дует!) выходит однобокое, осколочное воспитание, изъян души. Представим себе триумф амазонщины: отец изгнан напрочь, выбит из седла, утратил "центр тяжести" и "точку опоры", стал безразличен ко всему, докатился до прогулов… Картина не из веселых, но это лишь мелочь в сравнении с тем, какой операции подвержено детское сердце, когда корчуют из него привязанность к отцу, память об отце.

Вправе ли мы безучастно созерцать, как детство многих и многих превращают в "поле битвы, поле брани"? Тем паче, что баталия эта уродует не только детство. Надо вызволить из этого котла и самих родителей. Как сберечь для ребячьей души рядом с образом матери, с ее лаской и заботой также и образ отца, его крепкие руки, особенный взгляд, потешные выдумки, его не всегдашнее согласие с матерью? Что станется с детьми, если их воспитание и впредь будет всецело на откупе у матери, а отец по-прежнему останется на птичьих правах? И что будет вообще с семьей как ячейкой общества, служившей до сих пор колыбелью и гнездом для большинства живущих?

И на холме средь желтой нивы

Чета белеющих берез…

Какой замечательный образ и символ семейного союза! Но амазонщина не признает и не щадит ничего прекрасного, ничего, что соединяет и роднит. Ей это органично противопоказано. На ее допотопном знамени начертано: разделяй и властвуй!

Итак, "хозяйка положения" не всегда способна быть "на высоте положения". Проявляя склонность и волю к единовластию в семье, к ниспровержению и подавлению мужского начала, она, по существу, делает отверженным не только отца, но и ребенка, превращаемого в орудие материнского каприза. Супружеский развод оборачивается разводом поколений, что формирует многих полусирот как негативную массу, как резерв [букета] явлений: пьянства, разгула и разврата, лихоимства и рутины, безыдейности и безответственности, ярого ожесточенья.

Дети, выросшие в полусиротстве, бессемейности, теряют способность, желание и вкус к любым долговременным союзам -- будь то дружба, любовь, семья или просто родство. Таким ли хотим мы видеть своих наследников? Человек без постоянных глубоких привязанностей -- достоин сочувствия и сожаления. Для него и Родина может быть пустым звуком. Поветрие амазонщины относит семейные паруса прямиком на эти зубчатые рифы.

Мать-одиночка -- это сегодня не позор, не низость. Общество предоставляет ей, по сравнению с другими матерями, дополнительные льготы. Что касается амазонки, она зачастую с легким сердцем и вполне добровольно становится матерью-одиночкой, особенно если находит поддержку у своей родни. Недальновидные бабушки и дедушки с готовностью, иногда с радостью хватаются за любой повод, чтобы отделаться от "чужого". Это поощрение служит амазонке весомой последней каплей, склоняющей чашу в пользу одиночества.

Положение в делах семейных настолько казусное, что, к примеру, иные женщины, живущие в полном согласии со своим супругом "де-факто", находят резон не регистрировать брак с ним, юридически быть в статусе матери-одиночки: помимо того, что это обеспечивает ей постоянное денежное пособие и прочие законные "купоны", можно еще в любую минуту и в любом месте козырнуть своим "одиночеством", добиться каких-то уступок, снисхождений и т. д.

Все это было бы смешно…

В Семейном кодексе [КоБС] предусмотрено: порядок общения с детьми, их воспитания (когда у родителей в этом пункте раздор) определяют органы опеки и попечительства, а если кто-либо из родителей не повинуется этим органам, вопрос решается в судебном порядке. Вроде бы все учтено. Между тем, как уже сказано здесь и не раз признавалось в печати, на практике торжествует диктат матери. Почему? Отчасти потому, что у органов опеки нет четко разработанной и жизненно оправданной методики, которой можно действенно руководствоваться. У них нет и физической возможности вникать в каждый конфликт. То есть регулировать эти тончайшие отношения по справедливости и по закону -- некому, некогда и неизвестно как **. Амазонка с лихвой восполняет этот вакуум, внедряя свою "справедливость", свой "закон". Общественность до сих пор огибала здесь острые углы, лишь теперь, кажется, все исподволь сходятся на том, что дальше так нельзя -- слишком вопиющи злоупотребления, слишком велик социальный урон. Перейти, однако, от слов к делу совсем не просто. Нужен общеприемлемый "механизм" регуляции отношений в расколотых семьях.

На мой взгляд, в раскаленных перипетиях семейной драмы можно создавать специальные группы посредников -- из числа родных, друзей или сослуживцев обоих родителей. Они выступали бы связующим звеном между сторонами, смягчая и гася конфликтные вспышки, помогая родителям разумно распорядиться собой и детьми, а главное -- оберегая интересы детей в полном соответствии с законом. Конечно, стороннее вмешательство крайне нежелательно, но случаи-то как раз крайние, "пожарные", и дело-то ведь не келейное. Тактичный третейский подход будет избавлять детей от втягивания в родительскую междоусобицу. Это даст им возможность не терять любви и привязанности ни к отцу, ни к матери, ни к родственникам с обеих сторон. А когда и посредники не справятся -- нужны решительные законно-правовые меры. Так, если мать, несмотря ни на какие доводы, считает своим долгом по-прежнему ставить рогатки контактам детей с отцом, внушает детям пасквильное представление об отце, -- в качестве последней меры суд мог бы смелей идти на отрыв ребенка не от отца, а от матери (разумеется, если отец может обеспечить нормальный уход и воспитание ***; кстати говоря, жизнь дает нам достаточно примеров того, что для многих отцов это вполне посильная задача). "Отлученная" мать сохранит, конечно, все свои права, у нее будут отняты только орудия пытки и надругательства. Сама по себе вероятность такого решения может сыграть роль отрезвляющего тормоза в поведении амазонок. Они уже не будут так твердо убеждены в своей полнейшей безнаказанности. Более того: в условиях настоящего не "филькиного" равновесия в правах отцов и матерей участятся, пожалуй, случаи возрождения семейных союзов.

Я бы предложил проводить ежегодно Дни семьи. В рамках этих Дней на страницах печати, в телестудиях, дискуссионных клубах, на тематических конференциях можно обсуждать весь спектр насущных проблем семьи, супружества, воспитания детей.

* * *

Волшебная мука деторождения была и остается естественным правом женщины, ее высшей привилегией. Эта святая обязанность обеспечивает ей исключительное положение в обществе. Огромное большинство женщин понимают свою уникальность как подвижническую миссию, которую они призваны исполнять не за страх, а за совесть, не уповая на лавры, не требуя почестей и оброков. Они с радостью несут тяжкий крест материнства, не простирая свою монополию за пределы этого подвига. Что же до амазонок -- они видят в особом призвании женщин знак "высокородия" и "высокомерия"; своей монополией они хотят обнять все области жизни. Встретишь иную из них -- того и гляди провозгласит себя Триумфальной Аркой и Поклонной Горой. Позволю себе вновь прибегнуть к литературному примеру.

Амазонки, как и все матери, на сон грядущий рассказывают и читают детям сказки. В том числе, конечно, "Сказку о рыбаке и рыбке". Десятки раз читана-перечитана, по радио, в мультфильмах, по рисованным книжкам, просто наизусть -- ни детям она никогда не надоест, ни взрослым. А вот поди ж ты: не все матери осознают, что поучительный ее смысл обращен прежде всего к ним, а не к детям. Не хотят извлечь урок для самих себя. Не хотят присмотреться к старухе из сказки -- почему и зачем понадобился Пушкину такой вот сюжет, такой зловещий (и жалкий в конечном счете) женский образ. Неутолима жажда старухи к самоволию, нет предела ее самодурству. Всю жизнь иссушала ее эта жажда, а может быть, дремала под спудом, да так бы и не показала себя, кабы старик не изловил в море золотую рыбку. И свершилось преображение. Как только был дан повод и возникла возможность для упоения алчущей души, тотчас же страсть эта пробудилась, вскипела, вышла наружу. Можно наверняка сказать: стань старуха, владычицей морскою и согласись, золотая рыбка быть у ней "на посылках" -- ей и этого оказалось бы мало. Страсть ее безмерна и невменяема. Такова амазонщина.

Почему так названа эта сказка -- о рыбаке и рыбке? Ведь вокруг старухи все здесь крутится. У Пушкина, думаю, был здесь тот умысел, что такие старухи не достойны заглавной роли -- ни в сказке, ни в действительности.

Амазонка порывается завоевывать и тиранить не пространства земные, а души людские. Она действует как предельно сжатая стальная пружина, что дала себе зарок расправляться, но никак не может расправиться вполне. Материнский инстинкт срабатывает сегодня по-прежнему, но у многих женщин его затирают другие, привнесенные побуждения. Между прочим это не может не настораживать лидеров тех стран, где малодетные и бездетные семьи грозят стать общей нормой. Тут очевиден и ощутим некий органический сбой, какая-то аномалия, чреватая для человечества утратой перспективы.

В определенном смысле амазонка все отчаянней рвется к "трону". Конечно, пока еще слишком мало реальных признаков "женовластия". Они проступают главным образом в частной жизни. Так, все чаще жены отказываются брать себе фамилию мужа и детям дают свою фамилию. Можно наблюдать это и в тех случаях, когда отцовская фамилия явно благозвучней. Мужчины, как правило, смотрят на это сквозь пальцы, не находя тут никакой "крамолы", не увязывая эту частность с общим наступлением амазонок по всему фронту. Даже Мишель Монтень как-то очень легкомысленно писал об этом 400 лет назад: "Мы предаем чересчур большое значение наследованию по мужской линии и охвачены нелепым желанием увековечить наши имена". Ключевые посты в подавляющем большинстве стран остаются за мужским полом, но кто может с уверенностью определить -- что день грядущий нам готовит.

Я бы, пожалуй, не усмотрел ничего странного и страшного в том, что мы на пороге неоматриархата -- скорей всего, так тому и быть -- если б только не сбиваться женщине на стезю самовозвеличения и бесполой тирании. Моя мишень -- не "женовластие" как таковое, а лишь болезненное и безумное проявление его: амазонщина.

Иногда эта болезнь проходит, но что оставляет она после себя? Коросту и гарь сокрушенных судеб, как после настоящей войны -- не на жизнь, а на смерть. (1984-1989)
Тынц на первую статью
 
[^]
Kanubis
17.01.2013 - 20:33
Статус: Offline


Шутник

Регистрация: 5.04.10
Сообщений: 0
Признаемся. Со всей откровенностью. Отцовства не существует. По крайней мере, в правовом поле нет отцовства. Презумпция недоверия к отцу и презумпция доверия к матери в равной степени узаконены. У отцов нет никаких прав. В лучшем случае у них есть обязанности, в худшем – недостатки. Территория отца есть территория вины, вечной и неискупимой…

«На берегу Атлантического океана стоит статуя Свободы, но неплохо было бы поставить рядом статую Ответственности», — остроумно заметил Виктор Франкл. Материнские права и свободы почти безграничны и не заканчиваются даже там, где начинаются права отцов и детей. Необходимо раз и навсегда уравнять порции Свободы и Ответственности: признать, что права отцов являются настолько же естественными, как и права матерей; вступая в силу с момента зачатия ребенка, они должны сохраняться всю его жизнь. Эти права никем не могут быть ограничены; реализация отцовских прав на воспитание, общение и заботу о ребенке не зависит от воли и желания кого бы то ни было, в том числе, — от воли и желания матери ребенка. Любое нарушение прав отца на воспитание, общение и заботу о своих детях является нарушением прав человека и должно караться законом.

* * *

Весной 2008 года я принял участие в разработке законопроекта, посвященного поддержке отцовства в России.

По приглашению автора проекта «Папин День» Сергея Крячкова, главы департамента социальной защиты населения г. Москвы Владимира Петросяна, депутата Московской городской Думы, председателя комиссии по культуре Евгения Герасимова я выполнял роль научного консультанта.

26 мая на заседании комиссии МГД по культуре и массовым коммуникациям был обсужден вопрос «О праздновании «Папиного дня в городе Москве. Об актуальности разработки закона «О поддержке отцовства», а 31 мая на Поклонной горе прошел необычный праздник — «Папин день», организованный Департаментом социальной защиты населения города.

Реакция СМИ была неоднозначной; через несколько дней после заседания комиссии в газетах можно было встретить все — от рептильных восторгов до едкой и не очень уместной критики.

Почти каждое издание, откликнувшееся на событие, процитировало мое выступление в Думе, особо не вникая при этом в его смысл. Отношение к проблеме отцовства по-прежнему остается инфантильным, например, МК ограничился девичьим «хи-хи-хи», выпустив заметку с характерным названием «В Мосгордуме женщин признали злом. Папин день станет началом конца унижения российских отцов».

http://www.mk.ru/blogs/MK/2008/05/27/society/354947/

(Почти исчерпывающую картину реакции СМИ можно увидеть, набрав в разделе «новости» Яндекса «Папин день» или «Кирилл Журавлев»).

Нижеследующий текст представляет собой попытку довольно бегло рассказать о корпусе проблем, скрывающихся сегодня за вывеской «проблема отцовства», обозначить ключевые вопросы и реперные точки. Я не ставил перед собой задачу наметить пути решения проблемы; выражаясь языком нозологии, я всего лишь собрал анамнез и выстроил клиническую картину…

1. Неполные семьи и патернальная депривация.

Все больше детей воспитывается в неполных семьях. Авторы исследований в области психологии развития, психологии ребенка единодушно говорят о том, что патернальная депривация чревата тяжелыми последствиями для формирования личности ребенка, в особенности — для ее социализации. Пагубные последствия, к которым приводит (часто — намеренная) изоляция ребенка от отца, в большинстве случаев необратимы хотя бы в силу тотальной феминизации воспитательных практик. За пределами семьи детей воспитывают исключительно женщины — в детском саду, в школе, в других детских учреждениях, поэтому лишение ребенка всего того, что может дать ему его родной отец, как правило, решительно нечем компенсировать.

Эрих Фромм был тысячу раз прав, объясняя разницу между материнской и отцовской любовью в своей книге «Искусство любви». Любовь матери — безусловна: ребенок почти никогда не рискует получить отказ в очередной порции тепла и ласки. Любовь же отца — условна. До встречи с требованиями человеческого сообщества ребенок сталкивается с требованиями отца, и в случае их неисполнения может лишиться ощутимой части заботы и внимания. Отец, в значительной мере, является фигурой, в раннем детстве ребенка замещающей общество. Моральные установки отца, выраженные в ультимативной форме (за ослушанием неотвратимо следует наказание), постепенно интериоризуются ребенком — становятся его требованиями к самому себе. А потом, когда отца рядом нет, отношения с обществом выстраиваются по образцу отношений с отцом — в результате поведение взрослого человека социально ориентировано; он готов пожертвовать своими личными интересами ради ценностей, превосходящих ценность собственной жизни. При сохранившемся сценарии меняются актеры — происходит экстериоризация усвоенного, впитанного в детстве.

Отсутствие отца сопряжено с неизбежным нарушением процесса воспитания и социализации ребенка. Психолог Анри Биллер, исследуя судьбы мальчиков, не получивших отцовского воспитания, отмечает их неуверенность в себе, трудности в определении моральных ценностей, высокую вероятность суицидального поведения, наркомании и правонарушений. Ему вторит И.С. Кон, утверждая, что у детей (и мальчиков и девочек), растущих без отца, часто понижен уровень притязаний; у них, особенно у мальчиков, выше уровень тревожности, чаще встречаются невротические симптомы; мальчики в неполных семьях с трудом общаются как со сверстниками, так и со старшими, отсутствие мужчины в семье отрицательно сказывается и на успеваемости, и на самоуважении детей — опять же в особенности мальчиков; они хуже усваивают мужские роли и соответствующий стиль поведения, а потому преувеличивают, гипертрофируют свою маскулинность (грубость, драчливость и т. п.). Эти дети во много раз чаще склонны к девиантному поведению.

Ряд исследований, проведенных за последние годы, продемонстрировал, что вопреки распространенному заблуждению, присутствие отца играет исключительно важную роль даже на самых ранних стадиях развития ребенка, т.е. до трехлетнего возраста. Один из примеров — нашумевшее исследование, предпринятое группой ученых из университета Северной Каролины. В ходе пристального наблюдения за сотнями малышей выяснилось, что речевое развитие ребенка зависит прежде всего от отца, хотя, казалось бы, матери намного больше общаются со своими детьми. В эксперименте участвовали семьи с детьми в возрасте около 2 лет. Ученые протестировали лингвистические способности родителей (лексикон, особенности синтаксиса, идиолекта и т.д.), через год протестировали и малышей. Обнаружилось, что у красноречивых пап-ораторов дети также легко владели языком. Если уж отец «испил воды из Иппокрены», то и ребенок, вероятнее всего, будет отличаться красотой и богатством речи. И напротив, чем примитивнее разговаривает папа, тем беднее речь его ребенка… А вот лингвистические способности матерей не играют почти никакой роли. Чем это объяснить? Доктор медицины М. Хантер и его коллеги из университета Шеффилда (Англия) пришли к выводу, что человеческий мозг (а в особенности — мозг ребенка) легче распознает речь мужчин, нежели женщин. «Для женщин характерно использование просодии или естественной «мелодии» речи, которая делает их речь более сложной для восприятия, — утверждает учёный. — Женский голос имеет более сложный диапазон звуковых частот и требует большей активности мозга в процессе распознавания речи». Вполне возможно, что допустимы иные объяснения, но факт остается фактом… Многие психолингвистические исследования, посвященные проблеме усвоения языка, также говорят о значительной роли отца в этом процессе…

Не будет преувеличением сказать, что почти каждая патология общества: насилие и криминал, наркомания и алкоголизм, нежелательные беременности, суицидальное поведение,— в большей степени инициирована безотцовщиной, чем каким-либо иным фактором. Безотцовщина — одна из наисерьезнейших проблем нашего времени. Суть этой проблемы заключается не в том, что отцы оставляют семью и детей, а прежде всего в том, что очень многим из них, любящим своих детей, не дают возможности быть отцами…

2. Рост независимости женщин, количества разводов и легитимация неполной семьи.

Безусловная ценность традиционной, нуклеарной семьи пошатнулась. В связи с этим, как показывают исследования, проведенные в европейских странах и в России, все большее количество женщин — будущих матерей готовы воспитывать свое чадо без мужа и отца. Причем количество респондентов, полагающих, что «для воспитания и развития ребенка нет необходимости в обоих родителях, а естественное желание женщины иметь детей далеко не обязательно связывать с созданием семьи» неуклонно растет. Таким образом, налицо процесс легитимации неполной семьи, являющийся, как и рост количества разводов, одним из следствий эмансипации женщин.

Большая часть разводов — результат одностороннего решения, и именно женщины инициируют до 80% расторжений супружеских союзов. Крупный российский психолог Е.П. Ильин в книге «Дифференциальная психофизиология мужчины и женщины» отмечает, что по данным исследований в России женщины являются инициаторами порядка 75% разводов и, как ни странно, процесс адаптации после развода у женщин происходит существенно легче, нежели у мужчин. Дети в подавляющем большинстве случаев остаются у женщин, но это обстоятельство крайне редко мешает повторному браку. В 60-70% случаев матери, пользуясь своим привилегированным положением, всячески препятствуют контактам бывшего мужа с собственным чадом.

3. Феминоцентризм семейной и демографической политики.

Существуют государственные программы, нацеленные на то, чтобы создать для матерей максимальный комфорт, общественные организации и движения, защищающие права матери и ребенка и т.д. Статья 38 Конституции РФ посвящена материнству и детству, но в ней нет ни слова об отцовстве — двойной стандарт зафиксирован даже в главном законе страны. С легкой руки одного из российских политиков обрело популярность словосочетание «материнский капитал». Несмотря на очевидную значимость проблемы отцовства, на то, что в воспитании детей исторически сложившаяся роль отца, как минимум, не менее важна, чем роль матери, на протяжении многих лет этот вопрос традиционно замалчивается. Исключительно женские, материнские проблемы ставятся во главу всех мер и рекомендаций в области семейной и демографической политики. Проблемы мужчин, отцов в рамках семейной политики совершенно не учитываются, а если это и происходит, то лишь в контексте борьбы с алкоголизмом, насилием и рядом других пороков. Фактически, между понятиями «материнство» и «детство» парадоксальным образом поставлен знак тождества…

Но ведь отцовство — не менее достойное и важное дело, нежели материнство, и поэтому заслуживает всяческого поощрения. От поощрения и поддержки отцовства зависит будущее нашей страны. Не следует ли уравнять права отцов и матерей в получении поддержки от государства? А также установить льготы для мужчин, имеющих детей, при приеме на работу, при определении времени отпуска, предоставлении медицинских услуг и пр.

Частая неподготовленность отцов также является результатом ущербной семейной политики. Даже в полноценных семьях наличие и отца и матери нередко остается лишь номинальным в случаях недостаточного участия в воспитании ребенка молодых пап, неглубокого осознания ими своей отцовской роли. Средний возраст новоиспеченного папы в России не достигает и 25 лет, то есть, по сути дела, рубеж перехода к самостоятельной жизни совпадает у многих с рождением собственных детей. Будущие папы нуждаются в информации, у них нет должных навыков обращения с ребенком. Тезис о том, что искусству отцовства можно и должно учить, не может вызвать даже малейших сомнений, однако на самом высоком уровне определения направлений семейной политики в России напрочь отсутствуют какие бы то ни было инициативы, нацеленные на подготовку и образование будущих отцов.

4. Жертвы узаконенного киднеппинга: отцы и дети после развода.

Как ни парадоксально, в России, да и во многих других странах, киднеппинг действительно узаконен, но только в том случае, если он осуществляется женскими руками. В большинстве цивилизованных стран мира существует двойной стандарт: при разводе учитываются исключительно права матери в ущерб правам отца; интересы ребенка при этом не играют никакой роли. Что поделать — ladies first… Увы, мы привыкли уступать женщинам даже в том случае, если жест джентльменства наносит очевидный вред нашим детям… Разведенные отцы, требуя защиты своих родительских прав, организовали демонстрацию на улицах Лондона. В Шотландии оскорбленные папы пикетировали здание парламента. В США ежегодно более миллиона детей становятся жертвами разводов, инициированных, как правило, матерями. Именно в этой стране неслыханное количество отцов было насильственно отделено от детей. Возмущенные политики и общественные деятели вынуждены молчать из-за соответствующего политического климата — античеловеческого, но защищающего права женщин в ущерб интересам детей.

Невиновных мужчин и их детей разлучают друг с другом. Так называемые «ограничительные ордера», разлучающие отцов и их детей на месяцы, годы, а то и на всю жизнь, выдаются без наличия каких-либо доказательств и оснований. Их выдают на слушаниях, на которых отец не присутствует или даже не знает о них, либо по факсу и вообще без всяких слушаний. Отцы, получившие такой ордер, должны немедленно отказаться от всяческих попыток общения с собственными детьми. Почему же родители, которые не обвинены ни в каких преступлениях, должны передавать кому бы то ни было право на воспитание их детей? Ситуация после развода, при которой мать стремится ограничить контакты отца и чада, выглядит как требование к безупречному родителю финансировать кражу его собственного ребенка. Материальный шантаж отца за право общения со своими детьми стал совершенно обычным делом.

Ставшие модными обвинения в домашнем насилии обычно используются как эффективное оружие для получения преимуществ в опеке над детьми, — ограничительные ордера раздаются, как конфеты. Ограничительные ордера предоставляются фактически всем женщинам, которые их запрашивают, доказательства являются при этом излишними. Во всех случаях не уделяется никакого внимания ни необходимому разбирательству, ни серьезности свидетельств, — одни лишь массачусетские судьи выдают до 60 000 ордеров каждый год.

Лишь в последние годы ситуация в Соединенных Штатах стала постепенно меняться. Администрация Буша предложила 300 млн. долларов ежегодно на развитие программы «ответственного отцовства». Администрация Клинтона организовала программу под названием «Проект Спасения наших Детей». Президент Клинтон организовал «Президентскую Отцовскую Инициативу», а вице-президент Ал Гор председательствовал на конференции по «заботящемуся отцовству». Конгресс учредил двухпартийную оперативную группу по поддержке отцовства и принял соответствующую резолюцию. Около 80% респондентов в опросе службы Геллопа назвали отцовство наиболее серьезной социальной проблемой сегодняшнего дня.

К сожалению, судебная практика в России закрепляет за женщинами право исключительной собственности в отношении своих детей и сводит роль отца исключительно к выплате алиментов. И это несмотря на то, что как прежнее, так и нынешнее семейное законодательство устанавливает абсолютно равные права и обязанности отца и матери в отношении своих детей. По закону отец и мать равны в своих правах на ребенка. Однако это равноправие существует лишь на бумаге. По разным данным, от 95 до 97% детей после развода автоматически передаются матери, в то время как на Западе этот процент составляет 85-90%, а 10-15% детей остается под совместной опекой… В СССР существовала рекомендация Верховного суда для судов нижних инстанций о предпочтительности передачи детей под опеку матери после развода. Чудовищный документ, поправший законы и Конституцию, созданный теми, кто призван законы и Конституцию защищать! Последняя рекомендация предлагает судьям определять достойного родителя, учитывая интересы ребенка. Но на практике за эти годы почти ничего не изменилось.

Всегда ли «свято» материнское право? Как быть отцу, бывшая супруга которого категорически против его общения с ребенком? Подать в суд? В лучшем случае он получит законную возможность видеть ребенка пару часов в неделю, а все остальное время, 24 часа в сутки, мать и ее окружение будет настраивать ребенка против отца… «Разрешить отцу свидания с сыном раз в две недели в течение двух часов в присутствии матери»… Где же проводить эти краткие свидания? В доме бывшей супруги, дышащем чувством неприязни? На улице? В ресторане? В школе? Хорошо бы — у себя дома, но ведь мать возражает против поездок ребенка к отцу… Возможно и такое: время и место назначены, но ребенок, со слов матери, «заболел» или «очень занят уроками», «не хочет тебя видеть», «на него плохо влияет общение с тобой». Отец отказывается от обращения в суд, опасаясь испортить отношения с бывшей женой, которая располагает единоличным правом навсегда отнять у него ребенка… И день за днем ребенок растет без отца…

«Нет юридического основания для того, чтобы ограничить материнские права», — скажут судьи. Однако юридических оснований для ограничений прав отца также не существует, но этот факт не учитывается сложившейся судебной практикой: презумпция недоверия к отцу, наряду с презумпцией доверия к матери, действует по умолчанию во всех случаях.

И пока дело обстоит таким образом, тысячи, миллионы женщин получают законную возможность нагло и абсолютно безнаказанно совершать одно из самых чудовищных преступлений, известных человечеству: отнимать у отцов их детей, а беспомощных, не имеющих права голоса детишек разлучать со своими отцами…

5. «Украденное» право на отцовство. Горькая правда или ложь во спасение?!

Традиционно считается, что все дети, рожденные в браке, являются детьми мужа. Однако вместе с открытием ДНК возник целый корпус совершенно новых проблем в сфере медицинской этики. Еще несколько лет назад, если предполагаемый отец обращался к медикам для установления своего отцовства «просто из любопытства», эта информация ему, как правило, не предоставлялась. Причина заключается в том, что установка на предотвращение случайного обнаружения обмана ничего не подозревающим отцом действовала «по умолчанию», а неверные женщины и матери были, таким образом, заранее амнистированы. Мужчина был обречен пребывать в неведении: а своего ли ребенка он растит?

В статье «Внутриутробное тестирование отцовства с использованием дезоксирибонуклеиновой кислоты», опубликованной в 1996г. американским журналом «Акушерство и гинекология», было установлено, что в послеродовом тестировании 37% предполагаемых отцов не являлись биологическими отцами детей. Было выполнено 753 послеродовых теста на отцовство, и почти каждая мать не исключала возможность того, что отцовство новорожденного неоднозначно… В некоторых странах тесты ДНК широко доступны, подобно тестам на беременность: любой отец может приобрести этот тестер и провести анализ. Массовые данные поражают: например, в США (2002 г.) было проведено около 300000 тестов ДНК на отцовство; оказалось, что каждый третий ребенок, то есть чуть более 30% детей — не являются родными детьми своих официальных отцов. Это был эффект взорвавшейся бомбы… А что же в России? Масштабных исследований не проводилось, но нет оснований полагать, что в нашей стране дело обстоит иначе: распад культурной идентичности, произошедший в 90-е годы, предполагает, помимо всего прочего, тотальный регресс от парного брака к промискуитету, активно пропагандируемому многими современными СМИ…

Справедливо ли, чтобы мужчина был обязан оплачивать жизнь биологически чужих детей, в случае, если это уменьшает ресурсы для его родных детей? Что делать несчастному, на склоне своих лет обнаружившему, что всю свою жизнь он растил детей, зачатых его лучшей половиной от других партнеров? Что право быть отцом у него, попросту говоря, украдено? И какое из мыслимых наказаний может быть адекватным подобному преступлению?!

6. Мужчины лишены права на репродуктивный выбор: подобно эмбрионам, они зависят от единоличной власти женщины…

Родительство— вопрос осознанного, ответственного выбора; оно ни в коем случае не должно быть принудительным. Однако возможности у мужчины и женщины здесь явно неравнозначны, и эта гетеротопия диктуется самой природой.

Если женщина хочет быть матерью, она самолично может принять решение забеременеть и сохранить беременность без уведомления партнера, может родить ребенка, не ставя его отца в известность, и даже в этом случае у нее есть шанс вынудить мужчину платить алименты, т.е. финансировать ее личный выбор. Не секрет, что беременность часто достигается с помощью обмана, особенно если партнер влиятелен и обеспечен.

Если женщина, напротив, не хочет быть матерью, в ее распоряжении есть право на аборт, она вполне может прервать беременность, имитируя выкидыш (ни один медик не выдаст тайну ее партнеру), или отказаться от ребенка сразу после родов, передав его на усыновление третьим лицам. Она обладает единоличной властью решать за еще не рожденного ребенка — жить ему или нет, а за мужчину — быть ли ему отцом…

Мужчина же полностью лишен репродуктивного выбора; возможностей влияния на ситуацию у него лишь незначительно больше, чем у эмбриона, но совершенно точно меньше, чем у новорожденного…

«На берегу Атлантического океана стоит статуя Свободы, но неплохо было бы поставить рядом статую Ответственности» — остроумно заметил Виктор Франкл. Материнские права и свободы почти безграничны и не заканчиваются даже там, где начинаются права отцов и детей. Необходимо уравнять порции Свободы и Ответственности и раз и навсегда признать, что права отцов являются настолько же естественными, как и права матерей, вступая в силу с момента зачатия ребенка, и должны сохраняться всю его жизнь. Эти права никем не могут быть ограничены; реализация отцовских прав на воспитание, общение и заботу о ребенке не зависит от воли и желания кого бы то ни было, в том числе, — от воли и желания матери ребенка. Любое нарушение прав отца на воспитание, общение и заботу о своих детях является нарушением прав человека и должно караться законом.

P.S. В настоящее время мы с партнерами готовим всероссийскую научную конференцию, посвященную проблеме отцовства. Нас поддерживают крупнейшие ученые России, специалисты в области наук о человеке. Спонсорские предложения приветствуются. Мы готовы к дискуссии в СМИ, на радио, ТВ и в печатных изданиях.

ФАКТЫ, ЦИФРЫ, МНЕНИЯ.

По данным Госкомстата, количество разводов в России в январе 2007г. выросло на 29,2% по сравнению с январем позапрошлого года (55,6 тыс.) и достигло 71,8 тыс. Число браков за рассматриваемый период времени наоборот сократилось на 8,2%, с 62,2 тыс. в январе 2001г. до 57,1 тыс. в январе текущего года. Таким образом, число разводов превысило число браков в январе 2007г. на 26% .

В целом в 2007г. число браков в России выросло на 11,6% по сравнению с 2000г. и достигло 1млн. В то же время темп роста количества разводов в 2007г. был еще выше, составив 21,6%, а число разводов достигло 764 тыс.

Что с этим делать?! Еще несколько десятилетий назад в Чехии действовало одно волшебное правило. Заключалось оно в следующем. Поженились, например, юноша и девушка, студенты университета. Какова же позиция государства?! «Ты — муж, глава семьи; согласно принятым в нашей стране традициям ты и должен обеспечивать семью. Поэтому твоя стипендия отныне увеличивается в два раза…». Через пару лет в семье студентов раздается детский крик… «Ты теперь не только муж и глава семьи, ты — отец! Это — новые обязанности и большой долг. Увеличиваем твою стипендию еще в два раза!». Надо ли говорить, что разводов в эту пору почти не было, а престиж отцовства находился на недосягаемой для нас высоте…

И действительно: если общество придерживается патриархальных традиций, представлений, согласно которым муж и отец должен самостоятельно кормить семью, то государство должно предоставить ему возможность этим представлениям соответствовать, т.е. обеспечить преимущественные по сравнению с женщиной и матерью условия извлечения дохода…

По данным ряда социологических исследований, резко увеличилось число респондентов, считающих, что для того, чтобы ребенок рос и развивался, нет необходимости в обоих родителях, а желание иметь детей люди во все меньшей степени связывают с созданием семьи. За почти десятилетний период исследований поддержка этих мнений в некоторых странах увеличивалась особенно быстро: в Швеции число их сторонников возросло на 26% (в 1999 году их поддерживали 40% шведов — больше всех остальных евро-пейцев), в Португалии — на 21%, Англии — на 15%. В 1999 году 41% финнов и 40% шведов считали, что для развития ребенка не нужны оба родителя, в то время как в Польше, на Украине и в Болгарии так полагали только 3% .

Растет и одобрение респондентами женщин, которые хотят воспитывать ребенка без отца. Особенно заметен рост таких мнений в Латвии (с 24% в 1990 до 55% в 1999 годах) и Польше (соответственно с 12% до 42%). В Литве одобрение женщин, желающих самостоятельно растить ребенка, возросло только на 9%, однако распространенность такого мнения (61%) была одной из самых больших в Европе (в 1999 году Литву обгоняли только Испания с 66, Хорватия — 67 и Исландия — 81%). В России мать-одиночку, желающую воспитывать ребенка самостоятельно, одобряли 53% респондентов, т.е. больше, чем средняя по всем странам (44%). Менее всего такое поведение одобряют респонденты на Мальте (15%), в Словакии (23%), Италии (28%), Эстонии и Ирландии (по 29%), Северной Ирландии и Германии (по 30%).

Последствия развода для детей:

• Ежегодно около полумиллиона детей переживают развод.
• Вероятность его пережить существует для каждого третьего ребенка.
• 98% детей автоматически при разводе передаются матери и лишаются отца.
• Более половины матерей всячески препятствуют контактам отца с ребенком.
• Материальный шантаж отца за право видеть своего ребенка стал повседневностью.
• В подавляющем числе случаев соответствующие органы оставляют без внимания нарушения матерью прав отца ребенка.
• Тысячи детей без согласия отца увозятся матерьми за границу.

Дети, выросшие без отца:

• В 5 раз чаще совершают самоубийство;
• В 35 раз чаще сбегают из дома;
• В 9 раз чаще бросают школу, недоучившись;
• В 14 раз более вероятно совершат изнасилования (мальчики);
• В 10 раз чаще становятся наркоманами;
• В 9 раз более вероятно закончат свою жизнь в нищете;
• В 20 раз более вероятно закончат свои дни в тюрьме.

Результаты социологических исследований в США:

• 63% от всего подросткового суицида совершается детьми, растущими без отцов.
• 90% всех бездомных детей и детей, регулярно совершающих побеги из дома — из семей без отца.
• 85% детей с характерным антисоциальным поведением растут в семьях без отца.
• 71% детей, бросающих школу, растут (росли) в семьях без отца.
• 70% детей, попадающих в государственные специализированные заведения, выросли в семьях без отцов.
• 85% всех подростков, находящихся в тюрьмах, росли в семье без отца.
Тынц вторую на статью

По первой статьи насчет амазонщины - слишком красивое название по-моему, я бы назвал как-то попроще, но суть отражена очень верно.

Напоследок скажу - одумайтесь, бабы!
И разошлите это всем знакомым мамам-одиночкам.
И не верьте, когда эти мамаши говорят вам, что отец их ребенка знать не хочет и даже не интересуется как и где его ребенок живет.


И ты, Андрей не верь ей и когда, подрастешь, научишься читать и печатать, надеюсь, найдешь меня через сеть, если раньше твоя мама не засрет тебе голову, чем-нибудь вроде "твой папа бросил тебя и не хочет тебя знать"... Буду ждать тебя здесь...
Сделал, что мог, разрывать тебя на части, не буду - мне проще убить твою маму, чем смотреть на то, как она над нами будет издеваться, гореть ей в аду синим пламенем, поверь...

Это сообщение отредактировал Kanubis - 17.01.2013 - 20:41
 
[^]
mudist
17.01.2013 - 20:37
Статус: Offline


Лыбу с лица убрал...

Регистрация: 22.08.11
Сообщений: 306
Сделал, что мог, разрывать тебя на части, не буду - мне проще убить твою маму, чем смотреть на то, как она над нами будет издеваться, гореть ей в аду синим пламенем, поверь...
Концовка понравилась, остальное не читал...
 
[^]
Sochinskiy
17.01.2013 - 20:42
Статус: Offline


Teddy bear

Регистрация: 18.07.11
Сообщений: 2719
Порочная судебная практика, когда матери-алкоголичке и безработной отдадут детей, а отец трудяга и трезвенник будет платить алименты не имея возможности увидится с ребенком просто бесит!!!
Да и прав у мужчин совсем не осталось, зато обязанностей хоть отбавляй!
Впрочем что ожидать от государства, где полным ходом идет геноцид собственного народа!!!
 
[^]
Stilus
17.01.2013 - 20:45
Статус: Offline


Ярила

Регистрация: 12.02.11
Сообщений: 1624
фигасе! сколько текста) сам рос без отца, полный пи... очень плохо
 
[^]
bobbyyy
17.01.2013 - 20:50
Статус: Offline


Приколист

Регистрация: 18.12.11
Сообщений: 201
Читать всем.
Чтоб потом не было больно за своих детей.....
 
[^]
DOGER
17.01.2013 - 21:04
Статус: Offline


Ку-КУ, Йопта!

Регистрация: 28.08.12
Сообщений: 952
Борюсь сейчас с Амазонкой за сына. Дочку уже потерял.
Как мне всё это знакомо! 4х летний ребёнок на вопрос : -Как ты провёл новогодние праздники, ответил:
-Когда праздник, а тебя нет, то это не праздник!
пс. сохраню статью, очень пригодится в судах.
 
[^]
aLex66
18.01.2013 - 12:28
Статус: Offline


Ярила

Регистрация: 27.12.11
Сообщений: 7218
Знакомо по практике. Очень многое зависит от поддержки гос., но уверенные, знающие, уважающие себя мужчины не нужны, т.к. они опасны. Идиотские попытки возродить налог на бездетность, яркий пример. Бизнес, если есть семья, то о.к., а если нет, то очень не надёжный, подозрительный человек. Госслужба, бизнес, вы ценный работник для начальства при условии, наличия семьи с детьми, употребления алко, наличия любовницы, мелких косяков, кредитов, т.е. легко управляемый и безотказный, готовый на всё от доносов до преступлений. Да, к сожалению сейчас в игре, дети из не полных семей и проблема будет только усугубляться. И мальчики воспитанные женщинами, станут мужьями для девочек, которые воспитывались мамами. И они оба не знают, либо видели негативный опыт общения мужчины и женщины, т.е. будет повтор этого опыта. Решается это индивидуально, а гос. должно создавать условия для создания полноценной семьи, но этого не происходит. Ну, и судебные процессы надо вести за детей.
 
[^]
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии. Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.
1 Пользователей читают эту тему (1 Гостей и 0 Скрытых Пользователей) Просмотры темы: 3568
0 Пользователей:
[ ОТВЕТИТЬ ] [ НОВАЯ ТЕМА ]


 
 



Активные темы








Наверх