В Барнаульском филиале Клупа, обычно унылом и безлюдном, что-то назревало и готовилось. Точней - назревало к приготовлению.
Запыханные повара волокли в подсобки корзинки со снедью, за стеной глухо булькала медная бадья, издавая неизвестный, но странно знакомый и приятный запах брожения, пузатый метрдотель распорядился принести из ЦПКО столы и даже лично почистил их от летних ещё остатков голубиного помёта. На крыше гордо взвился вынутый из старого сундука красный стяг с наспех зашитыми прорехами, второпях замазанными серпом и молотом и криво намалёванной надписью "ПРЕВЕТ УЧАСНИКАМ МИРОПРИЯТИЯ!!". Отпизженный за безграмотность Директор филиала, по совместительству дворник в ДК, утолял обиду бормотухой, но другого флага не было - и метрдотель, плюясь и ворча, оставил всё как есть.
По договорённости с мэром и после распития двух полубанок казахстанского коньяку с командиром расположенной вблизи дивизии неизвестными организаторами даже был подготовлен приветственный салют в 5 залпов С-300, но в последний момент идею зарубили по звонку из Москвы с кратким "Вы там не охуели? Это же война!". Решено было ограничиться тремя выстрелами из воздушки.
Филиал ждал Писателя. Настоящего. Овеянного легендами, закалённого в буквенных баталиях, мудрого и опытного, не перестающего удивлять и, что самое важное, удивляться. Творца. Город застыл в немом благоговении, предвкушая встречу. По торжественному случаю оркестр с городского кладбища разучил приветственный туш, медь списанного горна и пластик потрёпанного, но задорного бубна блистали. начищенные заботливыми руками музыкантов. Часы у вокзала, преисполнившись важности момента, поставили стрелки по стойке "смирно" и замерли, не желая нарушать тишину. Спецуказом губернатора всем голубям было предписано срать толкьо в памперсы, кои раздавали бесплатно по вывешенным на заборах и афишных тумбах адресам. И даже старому кроту Евстихию, пережившему Гражданскую войну, коллективизацию, целину и перестройку, было увеличено зимнее довольствие и проиндексировано пособие на снег.
И вот вдали пказалось облако снежной пыли. Резвый электропоезд, задорно свистя, въезжал на станцию, неся в своей тёплой утробе увенчанного лаврами гостя...
Дверь вагона распахнулась с прозаическим шипением, похожим на звук открываемой полторашки пива. На перрон принялись вываливаться жители и гости Столицы Мира, билетные контролёры и прошлогодние дачники. Встречающие взволнованно крутили головами, отгоняя досужливых сотрудников ЛОПа и привокзальных голубей. Последним на обледенелую платформу вышел человек, похожий на Кису Воробьянинова в молодости - в очках, бороде и серебряном когте на правом мизинце. В ухе немолодого приезжего покачивалась тускло сияющая серьга, кривая ухмылка обнажала стальные зубы. В одной руке он сжимал перчатки на китайском меху, в другой - три невзрачные брошюрки цвета снегу. За локоть его мёртвой хваткой цеплялась яркая девица неместного виду, а на плече зябко ёжился заспанный птеродактиль. Оглядев толпу поверх пенсне, мужчина сунул в рот сигарету, прикурил и повернулся спиною к встречающим. Лист бумаги "Берёзка" формита А4, приколотый панковской булавкой к куртке-аляске гласил: "ЯПъНСО приветствует ЯПъАлтКрайГубСельХимВодооотвода!" Встречающие настороженно, но с облегчением вздохнули. Бакинские товарищи по телеграфу передавали о скверном нраве и буйности во хмелю широкоизвестного в узком кругу байкера, но приложенный к телеграмме доклад ТайГубБакСыска утверждал, что нашествия оного непродолжительны, а при хорошем приёме - даже бескровны. Приезжий меж тем вновь предостивал свой изрядно измятый годами и сном в пригородной лик всеобщему обозрению, сплюнул на пути окурок и тихим, наводящим леденящий ужас голосом осведомился: - А ночевать где? Найдётся? А то мне в обратку через час, ежели хреново принимать будете...
- А ночевать где? Найдётся? А то мне в обратку через час, ежели хреново принимать будете...
При последних звуках услышанного тесная группка встречающих вздрогнула...
Единство противоположностей дало трещину и стремительно обращалось в борьбу. В пригородных кустах, аккурат за ПолемЧудес, подвыл переходящей в эндшпиль Луне замёрзший и жаждущий апреля волк. Часы на привокзальной площади смутились и уронили стрелки на половину шестого. Машинист задорно топчущегося в тупике поезда крякнул и, в нарушение Федерального закона, закурил прямо в кабине.
Земная ось сместилась ровно на четыре тысячных угловой секунды, а старый Евстихий, не прерывая восторга по поводу дотированного пособия на снег, подумал про себя: "Ну вот, блять. Таки опозорились".
На левой пятке Евстихия, порозовевшей от попадания в порыв теплотрассы, проступили капилляры в форме цифр 361919208 - в юности Евстихий завёл себе аську, и, чтоб не просрать УИН и контакты, заказал в местном салоне "Розочка" такую своеобразную напоминалку.
По рядам пионеров, стоящим в белых от мороза носах вдоль перрона, пробежал еле слышный вздох. Фанаты Клупа ковыряли носками ботинок застывшие на бетоне сморчки и смущались. Председатель подобрал-таки трясущиеся от волнения голосовые связки и фальшиво прокаркал:
-Ну мы это... Рады... В общем - вы тогой... Располагайтесь, а по ходу что-то придумаем? - Председатель неловко дал отмашку.
В отдалении прокатился троекратный залп из воздушки. Оркестр грянул чудовищную смесь Баркаролы и Ламбады, бубны бубнили, скрипки скрипели, дудки примерзали к губам, монисты на сиськах не первой свежести цыганок наливались тяжестью и индевели. Процессия двинулась с места в сторону Приключений...
В отдалении прокатился троекратный залп из воздушки. Оркестр грянул чудовищную смесь Баркаролы и Ламбады, бубны бубнили, скрипки скрипели, дудки примерзали к губам, монисты на сиськах не первой свежести цыганок наливались тяжестью и индевели. Процессия двинулась с места в сторону Приключений...
...В сумраке БББ приезжий долго, с матами и опечаткам, ласково отводя любопытную морду птеродактиля в сторону, корявым почерком надписывал привезённые брошюрки. Дело шло с переменным успехом: прерываясь на каждом слоге, паршивый старикан нудно переспрашивал имена несчастных, имевших несчастье заказать нелегальщину, через что писать Шып или Шип? С ятями и ерами или огненными рунами? Ему робко подсказывали и указывали пальцем, в каком именно месте надписать. Приезжий щерил сталь зубов, громко хлюпал халявное пиво и, оттягивая когтем за серьгу ухо, твердил: - Вы мне в сюдой не орите, я с этого борта глухой, как полено! Устав от писания, он в раздражении воткнул перо в столншницу, вынул из кармана болтающегося на его тощем теле лапсердака фотоаппарат и повёл скучающую девицу фотографироваться в причудливых БББшных интерьерах. Посадив в конец аккумуляторы камеры, он вернулся к столу, ведя окогчённой дланью за зад девицу. У стола потребовал кружку портеру, ништяков к нему и виски девице. - Дык... Ваша Светлость, - робко заговорил Председатель, - не приехамши оне... - Кто? - WhiskIn сотоварищи... Из Нерезиновска депешировали - нет окаазии, велели не ждать... - Ну хоть мартишка девке дайте - прозябла, сиськами щеголямши... Оне, ударницы стриптизного труда, вам - не люди, что ли?
Это сообщение отредактировал Rumer - 5 фев 2015 в 12:37
Тем временем в стремительно накатывающих, прозрачных, словно слеза комсомолки, февральских сумерках пожилой кучер Мартин запрягал Имперский экипаж. Три сотни статных жеребцов, невесть как упрятанные в железную маленькую для такого табуна коробку, ржали наперебой нечеловеческими неконячьими ржалами, трясли экипаж и выпускали пар. Воняло перегоревшей солярой.
Мартин, закутанный в упленд, тихо бормотал назначенную ему в незапамятные времена епитимью. Из-под лунно-белой бороды доносилось смутное: "...И ежели помешает кто езде прямой и спорой одесную - пропустить следует путника сего... блять... сего с миром; слева же не пущать, дабы убоялся... повертать назад же на полосах белых непрерывных зело Богомерзко... и узриша фонарь красный, без смущения остановить экипаж, но остановить неостервенело, дабы никого в раззор не ввести... Тьфу, понапишут же..."
Мартину было скучно. Путь до Нового Города он знал наизусть, многие сотни лет водя сквозь заросли дрока на север караваны, затем - санные поезда и дилижансы, а теперь вот эти странные железные короба, дурно смердящие, но очень спорые. Когда-то, в юности, его звали Агасфером, и жил он на берегу тёплого моря... Эх, года ушедшие... И вновь теперь в дорогу, и нет ему покоя, старику.
Но пусть веселит пенный напиток гостей достойных да хозяев заждавшихся! Пусть до дна иссушат они чаши свои, да наполнят и вновь иссушат. торопиться некуда. Да и путь недолог...
Когда-то, в юности, его звали Агасфером, и жил он на берегу тёплого моря... Эх, года ушедшие... И вновь теперь в дорогу, и нет ему покоя, старику.
Не поверишь - недавно перечитывал "Отягощённые злом", а сегодня пересматривал "Jesus Christ Superstar"!
А в БББ, наконец-то установился полный порядок: гость из Новониколаевска, утолив жажду и, наконец, надписав всю нелегальщину куриным почерком своим, сидел теперь разваляся и тиская за мякоть привезённую с собою девицу, что пристроилась на его поленья коленья, аки птеродактиль на насест. Мирно струились матерные слова, изредка перемежаемые междометьями, Принимающие частью пили, частью взапой читали привозные брошюрки, а частью поглядывали на часы, ожидая отбытия северокорейского металлолома на север. Нудный старикан всё скрипел про каких-то друзей, что должны были прибыть изъ Алейскаго уезду, про дурные двухколёсные повозки, про былые времена при Советахъ Народныхъ Депутатовъ и прочую мутоту, призывая Председателя Корабля (Самого!) не вступать в многословные полемики с Нерезиновской фракцией и не вменять в вину WhiskIn сотоварищи флудЪ и срачЪ, а також намекая на Мiръ во всём Мiре... Председатель Корабль, отойдя в тепле и отбросив всякую ложную скромность, запальчиво возражал, отстаивая свою точку зрения на Адъ и Израиль, складно выводил своё виденье международной обстановки, приводя к месту цитаты из работ Харьковских товарищей и в запале хватал за грудки дремлющего птеродактиля. Ящер с просонок икал, немножко гадил, а гость хитро улыбался и хватал за зад техничку, терпеливо стирающую с пола гуано.
недавно перечитывал "Отягощённые злом", а сегодня пересматривал "Jesus Christ Superstar"!
Я при размышлениях об извозчике Мартине-Агасфере почему-то гибрид "Тёмной Башни" и "Степпенволфа" представляю :)
Рептилоидное гуано прожигало керамику полов, изумрудным дымом летели к потолку искромётные эмоции пейс-сателей. Все были умиротворены. Узурпировавший кресло Директора филиала Корабль, сминая резко очерченными скулами пространства "Свалки"*, выковыривал крошки от панировочных сухарей из жидкой бородёнки и витиевато ораторствовал.
Речь его, потогретая портером и ощущением субботы, сводилась к тому, что никаких полемиков с Белокаменной он вести более не желает, с Мiром согласен, а вот с войной - отнюдь, а харьковскую фракцию никак не выделяет и вообще видит всех равно достойными, при этом твёрдо находясь на позиции анархизма-индивидуализма. Временами воздевая перст к небу, Корабль упирался в некую точку между раздаткой и задним мостом распятого на потолке "Лунохода"** и удивлённо оглядывал его побитое судьбой брюхо, прерываясь на секунду-другую...
Часы были остановлены, ибо нехуй. Северокорейские пони мерно жевали невкусную русскую соляру и сонно дремали на просторах Великой Сибирской Равнины, Девица взвизгивала, почётный гость ухмылялся, принимающая сторона изо всех сил поддерживала пространственно-временной стазис и тянула Римана за Лагранжа, впихивая всё это добро в Евклида. "Флуд ИРЛ - что может быть прекрасней!" - икнул Корабль, залпом влил в трюм остатки портера и потянулся за добавкой...
*- "свалка" - одна из закусок, подаваемых в БББ. По вкусу, виду и изобильности напоминает своё название чуть более, чем полностью. Нажористо, просто, много. ** - "Луноход" - ЛуАЗ-969М (?), нижняя половина коего действительно приторочена к потолку БББ и зело смущает впервые увидевших. Это сообщение отредактировал Ship76 - 5 фев 2015 в 13:50
И не говори... Но таки насчёт автобуса посмотри - я глянул расписание по электричкам, там реально час с копеечкой разрыву. Фигня какая-то. А Мартин - кучер бывалый, уплендом обмотанный, дрока не боится, да и епитимью в виде ПДД выучил куда лучше, чем Отче наш.
Цитата
В БББ я бывал неоднократно, фото оттуда и впечатлений - на полный трюм
То да. Но многие же не бывали. Московская фракция та же, положим Или астраханские пустынники.
И это. Кто тама в делегации? Кого ждать? И что насчёт Алейского уезда - а то на всех и портера надо предусмотреть жеж Это сообщение отредактировал Ship76 - 5 фев 2015 в 14:15
И это. Кто тама в делегации? Кого ждать? И что насчёт Алейского уезда - а то на всех и портера надо предусмотреть жеж
Нас будет максимум двое, если у девушки сопли пройдут, из Алейска могут подъехать (тоже - как получится...) мои друзья. Двое, на машине. Я пью... Почти не пью. Так что... Полтора пьющих из возможных четверых, но запросто может оказаться так, что приеду один. Должен подтянуться ещё один ЯПовец из ваших, Барнэо. А заночевать можно в хостеле напротив - недорого и перемещаться недалеко. Посмотрим Ruslan34, хреново, что телепорты ещё не распространены, да?.. Так бы приехал в нашу ячейку на партучёбу
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии. Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.
1 Пользователей читают эту тему (1 Гостей и 0 Скрытых Пользователей)
В БББ я бывал неоднократно, фото оттуда и впечатлений - на полный трюм 
Так что... Полтора пьющих из возможных четверых, но запросто может оказаться так, что приеду один. Должен подтянуться ещё один ЯПовец из ваших, Барнэо. А заночевать можно в хостеле напротив - недорого и перемещаться недалеко. Посмотрим 
Так бы приехал в нашу ячейку на партучёбу 
yaplakal.com