Блондинка прибегает к доктору: - Доктор, помогите! Меня укусил шмель! - Ничего, щас намажем мазью… - Но как вы его поймаете? Шмель, наверное, уже далеко улетел! - Да нет же, намажу то место, где он вас укусил. - Ааааа. Это было в парке, на скамейке под деревом. - Вот идиотка! Я помажу вам ту часть тела, куда вас укусил шмель, и всё пройдёт. - Ну так бы и сказали, доктор! Шмель укусил меня в палец. Боже, как это больно! Доктор (бьёт себя кулаком по лбу): - Какой именно?!? Блондинка (невинно): - Откуда я знаю? Как по мне так все шмели одинаковые…
- Скажите, а если вот одна девушка у меня отсосала, а у нее потом ангина началась, я как-то к этому причастен? - Дедушка Мороз? Я знал, что ты есть!!!
Два года колонии получил сантехник Петров за выкрики на улице: "Всё прогнило, всю систему нужно менять!".
Жена мужу: - Дорогой, знаешь, сколько бы мы могли всего купить, если бы ты бросил пить? - Знаю... Мне ничего, а тебе шубу.
Жена — мужу: — Милый, скажи, я красивая? — Да. — А подробнее можно? — Да, красивая.
Найдена главная причина, по которой мужчины бросают женщин: они тяжелые.
Женщине ночью снится кошмар, она громко кричит и будит своего мужа. — Что с тобой, дорогая? — спрашивает он. — Мне приснилось, будто за мной гнались людоеды, а впереди меня оказалась пропасть. Мне ничего не оставалось делать, я прыгнула и полетела вниз. К счастью, мне удалось ухватиться за деревце, торчащее из скалы... и после этого я проснулась. — Ну, вот видишь, ты спаслась. Так что можешь теперь деревце отпустить.
Мальчик лежал на каменистом морском берегу. Его каштановые волосы едва колыхал лёгкий ветёрок, смешивая в их гущине принесённые откуда-то из-за тысячи километров запахи и ароматы – вкус далёких стран и народов. Но мальчик не грезил Землёй: его зелёные глаза скользили по вечернему небу, освещаемому багрово-красным, заходящим солнцем. Там, словно кусок сливочного масла по раскалённой сковороде, похожее на тонкий, вытянутый, овальный блин, плыло огромное облако. Воображение рисовало на нём отсеки, шлюзы, крылья и иллюминаторы – мальчик рисовал космический корабль. Облако становилось железным, мощным, оно дышало соплами многочисленных двигателей – уносилось прочь. Оно уносилось к звёздам.
Мальчик представлял, как он, сидя за штурвалом своего космолёта, грустно смотрит на удаляющуюся землю – и в море отражались не небо, не облака, ни даже космический корабль. В нём отражались его зелёные глаза. Он закрывал их, а когда открывал – видел поверхность другой планеты. Континенты и леса, моря и океаны – всё было совсем другим, таким волшебным и чарующим, необыкновенно тёплых и приятных цветов, таким свежим и необжитым, дышащим гостеприимством и изобилием, что мальчик ни за что не хотел возвращаться из своих грёз.
- Сэмми, домой! – кричал дедушка, вышедший на крыльцо старой хижины, - Завтра в море выходим! Рано! Вот так, изо дня в день, на осколки разбивались его мальчишеские грёзы; но что ни вечер - так снова собирались воедино. Сэмми любил смотреть на небо, он просто жить без него не мог. Он резво бежал на старческий зов. Мальчик спал в гамаке, повешенном на веранде. Старик улыбался, всматриваясь в его юные контуры, в его нетронутые стар