Эх, было времечко... Как я резиновыми штуками торговал и всем что вибрировали

Эх, налейте еще полсотки, пацаны…

Что-то накатило прямо, вспомнил молодость.

В середине девяностых, когда мой родной оборонный завод благополучно закрылся, мне — дипломированному инженеру — пришлось резко менять квалификацию.

Так я оказался за прилавком самого первого в городе магазина интим-товаров. Время тогда стояло сумасшедшее: рушились старые устои, ломались судьбы, а мы на этой передовой линии жизни продавали людям счастье и раскрепощение в серых коробках без опознавательных знаков. Помню, как сейчас…

Эх, налейте еще полсотки, пацаны… Расскажу, пока память окончательно не смыло.Сейчас смотришь на эти модные «секс-шопы» — стерильно, как в аптеке, девочки-хипстеры с высшим психологическим что-то там вещают про «эстетику удовольствия». Тьфу!

В фаллоимитаторах я тогда разбирался получше, чем любой нынешний эксперт. Мог по весу определить плотность силикона и с закрытыми глазами отличить «Властелина» от «Мечты домохозяйки».

А уж в китайских комплектах насадок мне равных не было. Помните эти шедевры из пахучей резины? Это ж полет инженерной мысли!

Был там, например, набор насадок «Зоопарк». Самый ходовой товар — «Хобот слоника» (с пупырышками для, так сказать, дополнительной стимуляции) и «Розовый единорог» (с мягким рогом на конце, который по инструкции должен был дарить «неземные ощущения»).

Я эти насадки по звуку работы моторчика диагностировать мог. Приносят по гарантии, мол, не жужжит, а я сразу вижу: это вы, мадам, «Слоника» неправильно натянули, там клапан пережало!Пара историй из тех времен до сих пор вызывают у меня нервный смех.


Заходит как-то интеллигентный дедок. Пальто с каракулевым воротником, бородка клинышком, чистый завкафедрой квантовой физики. Долго ходит, кашляет в кулак, рассматривает витрину с насадками. Наконец подзывает меня и шепотом спрашивает:

— Молодой человек, а вот этот… хм… «Розовый единорог». Какова его гидродинамическая сопротивляемость при, эвакуации, так сказать, в жидкую среду?

Я не моргнув глазом выдаю:

— Профессор, там резина тридцать пятой фракции, гидродинамика идеальная, но учтите — рог дает завихрения потока, так что аккуратнее на поворотах.
Дед просветлел лицом, достал пачку «купонов» (или что там тогда ходило), купил сразу два и уходя пожал мне руку: «Спасибо, сынок, спасаешь отечественную науку!». До сих пор гадаю, для чего они с бабкой его использовали.

История вторая. Бандитская.

Был разгар 96-го. Заваливаются в магазин двое в кожаных куртках, шеи шире чемоданов, на пальцах «болты» золотые. Я сперва подумал — рэкет, щас жечь будут. А один хмуро так на меня смотрит и басом:

— Слышь, командир. У братана днюха. У него всё есть — мерин есть, волына есть, хата в центре есть. Че подарить, чтоб чисто поржать, но по-богатому?Я, сообразив, что терять нечего, достаю из-под прилавка наш главный калибр — сорокасантиметровый агрегат ядовито-зеленого цвета на присоске, а к нему как раз комплект китайских насадок, включая «Хобот слоника».

— Вот, — говорю, — пацаны. Эксклюзив из Гонконга. На присоске. Мощность — как у перфоратора «Макита». Если на капот его «мерседеса» прилепить — оторвать можно будет только вместе с бампером.

Братки переглянулись, заржали на весь магазин так, что витрины затряслись, и отвалили мне три счетчика сверху. Потом этот зеленый агрегат еще долго на капотах в криминальной хронике не мелькал, слава богу.

Да уж… Время было дикое, но веселое. Эй, повтори-ка еще по одной. За здоровье тех, кто не боялся «Розовых единорогов» в эпоху первоначального накопления капитала!

Была у нас одна регулярная посетительница, местная сумасшедшая старушка, которую мы между собой окрестили «Спидовой бабкой». Говорила, от нашего товара подмосковные кроты в ужасе эмигрировали в соседние области, а у неё урожай картошки был лучший в районе.

К товару она, понятное дело, не прикасалась, но стабильно раз в неделю устраивала под окнами одиночные пикеты. Врывалась в предбанник, крестила витрины клюкой и визжала на весь переулок, брызжа слюной: «Тьфу на вас, содомиты чертовы! Да чтоб вы все СПИДом завалились и сдохли в корчах! Закрывать вас надо, вертеп сатанинский! Сталина на вас нет».

Причем про СПИД она поминала в каждом предложении, видимо, недавно услышала страшное слово по телевизору. Сначала мы пытались вызывать милицию, но менты только ржали: «Она ж ветеран Куликовской битвы, мы её в обезьянник не посадим».

В итоге я нашел к ней инженерный подход. Как только она начинала орать про проклятия и зарытие магазина, я выходил из-за прилавка, выдавал ей из бракованной партии самый большой и толстый каталог интим-товаров с картинками и строго говорил: «Вот вам, бабушка, компромат для прокуратуры. Изучайте грехопадение». Бабка моментально затыкалась, прижимала каталог к груди как святыню и шла на лавочку — изучать. До следующей недели мы жили спокойно.

История четвертая. Вагина Фаллосова.

А вот эта дамочка пила из нас кровь ведрами. На вид — типичная учительница русского языка и литературы: строгий пучок, очки в роговой оправе, идеальная осанка. Но стоило ей зайти, у всех продавцов начинал дёргаться глаз.

Мы её прозвали «Вагина Фаллосова» за феноменальную способность устраивать грандиозные истерики на пустом месте. Принесет назад вибромассажер и давай кричать на весь магазин: «Он жужжит в тональности си-бемоль, а у меня мигрень от этой частоты! Вы хотите моей смерти?!».

Из-за этого «си-бемоля» она требовала жалобную книгу, грозила вызвать прокуратуру, СЭС и лично Анатолия Чубайса. Успокаивалась она только тогда, когда я с самым серьезным инженерным видом доставал отвертку, уносил прибор в подсобку, крутил там три минуты винтики вхолостую и выносил обратно: «Все исправили, мадам, перевели на чистый до-мажор». Она благосклонно кивала и уходила до следующей недели.

История пятая. Проверка с пристрастием.

Конец девяностых, вваливается к нам проверка — двое суровых оперов из ОБЭП и с ними бледный представитель налоговой инспекции. Глаза горят, в воздухе пахнет плановыми показателями по раскрываемости и конфискацией.

Старший лейтенант, с ходу шлепая удостоверением по витрине, командует: «Так, коммерсанты, предъявляем сертификаты соответствия на... — он замялся, глядя на ценник, — на прибор артикул ХХ-7. И вообще, это у вас тут порнография или медицинское оборудование?

Сейчас оформлять будем».Налоговый инспектор тем временем брезгливо, двумя пальчиками, берет с полки коробку с тем самым «Розовым единорогом» с китайскими насадками, открывает и случайно нажимает кнопку на ручке. Аппарат, работавший от четырех больших круглых батареек, ка-а-ак зажужжит на максимальных оборотах, да еще и с характерным свистом.

Налоговик от неожиданности подпрыгнул, выронил его, и эта розовая бандура падает на кафельный пол и начинает там бешено прыгать, крутиться и натурально преследовать оперативника, натыкаясь на его форменные ботинки.Опер бьет по прибору подошвой, пытается наступить, а резиновый «Единорог» из-за специфической формы насадки ловко выскакивает из-под ноги и продолжает наворачивать круги по залу.

Мы с напарником стоим бледные, понимаем, что сейчас нам точно пришьют «сопротивление сотрудникам при исполнении с применением спецсредств». Наконец я прыгнул рыбкой, поймал беглеца, выкрутил батарейки. В магазине повисла гробовая тишина.Старлей посмотрел на свои истоптанные ботинки, потом на притихшего налоговика, потом на меня. Я, не растерявшись, протягиваю ему коробку: «Товарищ старший лейтенант, это не порнография. Это сертифицированный массажер для снятия стресса в силовых структурах. Экспериментальная модель "Перехват". Возьмите для отдела... чисто для тестов».

Опер секунд пять молча сверлил меня взглядом, потом ка-а-ак зальется басовым хохотом. Налоговый тоже нервно захихикал. В итоге они составили протокол, что нарушений не обнаружено, забрали «Перехват» в качестве вещественного доказательства для личного пользования и ушли, пообещав охранять наш вертеп от любой местной шпаны.

История шестая. Гарантийные обязательства по-русски.

Тема возвратов и гарантии в нашем бизнесе — это был отдельный цирк с конями. Закона о защите прав потребителей в его современном виде тогда никто толком не знал, зато фразу «Покупатель всегда прав» наши люди выучили назубок. И плевать им было, что товар, мягко говоря, сугубо личной гигиены.Приходит как-то в субботу мужик.

Хмурый, небритый, в тяжелом похмелье. Молча достает из пластикового пакета «жирную» такую, дорогую модель немецкого реалистика.

Причем прибор явно отмыли наспех — на нем еще капли воды не высохли. Мужик шлепает его на прилавок и заявляет:

— Возврат. Не подошел.Я аккуратно, стараясь не прикасаться голыми руками, отодвигаю агрегат карандашом и говорю:

— Уважаемый, это интимный товар. По санитарным нормам возврату и обмену он не подлежит. Тем более, вы им, судя по всему, уже... воспользовались.

Мужик ка-а-ак шарахнет кулаком по витрине:

— Да ты на коробку посмотри! Там по-вашему, по-немецки, написано: «Гарантия — 1 год»! А он у меня вчера на самом интересном месте заглох! Жена в слезы, вечер испорчен, я требую экспертизы и возврата бабок!
Делать нечего, крик на весь магазин. Я беру отвертку, пинцет, при мужике раскручиваю нижний отсек, куда батарейки вставляются. А оттуда… натурально начинает по капле вытекать подсолнечное масло «Олейна».

Густо так, с характерным запахом семечек.Я смотрю на мужика, мужик смотрит на масло.
— Ну и что это? — спрашиваю.

— Зачем вы моторный отсек подсолнечным маслом залили? Тут же плата погорела!Мужик ни капли не смущается, шмыгает носом и на голубом глазу выдает:— Слышь, инженер, ты мне зубы не заговаривай. Инструкцию читал? Читал! Там написано черным по белому: «Использовать только со специальной смазкой». А у вас эта смазка в тюбике стоила как пол-ящика водки! Мы с кумой подумали

— какая разница? Масло оно и в Африке масло, чтоб скользило. Ну я внутрь и ливанул для надежности, чтоб подольше прослужил…В возврате денег я ему, конечно, отказал по причине «нарушения правил эксплуатации и нецелевого использования пищевых продуктов». Мужик еще долго матерился, забрал свой промасленный агрегат и ушел, пообещав пожаловаться в общество защит