Юлия Король

Хрупкая 12-летняя девочка, выросшая в скромной московской квартире, в один из июньских дней оказалась один на один с безжалостной стихией Карельского озера. У нее не было времени на панику, не было взрослых, на которых можно было переложить ответственность. Были только ледяная вода, крики тонущих друзей и внутренний стержень, который не позволил ей сдаться. Эта история - не просто хроника трагедии на Сямозере, случившейся летом 2016 года. Это рассказ о взрослении, о безграничной любви к людям и о том, как тяжело порой нести бремя подвига, когда тебе всего двенадцать.

Школа выживания, начавшаяся задолго до шторма

Чтобы понять, откуда в маленькой Юле Король взялась эта невероятная, почти стальная стойкость, нужно заглянуть в ее детство. Юля и ее брат-близнец Дима росли в условиях, которые сложно назвать безоблачными. Их семья жила на окраине Москвы в самой обычной многоэтажке, но по-настоящему теплым этот дом назвать было трудно.

Мама двойняшек, совсем еще молодая женщина, тяжело болела. Ситуацию усугубляла домашняя атмосфера: отец детей злоупотреблял алкоголем и нередко поднимал на жену руку. Череда тяжелых инсультов окончательно подкосила здоровье женщины — в 40 лет она оказалась полностью прикованной к постели, потеряв память и способность узнавать собственных детей. Юля и Дима росли без нежных материнских объятий, а отца и вовсе старались обходить стороной. К слову, бойкую и не по годам самостоятельную Юлю отец побаивался и не трогал, а вот тихому Диме от него доставалось.

Вскоре измученную семью взяла под свое крыло бабушка, Галина Петровна. На ее долю выпало столько испытаний, что хватило бы на несколько жизней. Незадолго до того, как слегла ее дочь, Галина Петровна потеряла младшего сына, погибшего в автокатастрофе. Но плакать и опускать руки было некогда: на ее руках остались дочь-инвалид и двое маленьких внуков.

Денег катастрофически не хватало. Пенсия по инвалидности и крошечные выплаты уходили на лекарства и подгузники. Чтобы прокормить семью, Галина Петровна устроила двойняшек в детский сад с пятидневным пребыванием, а сама устроилась работать ночной нянечкой. Отец детей вскоре исчез из их жизни окончательно. Суд назначил ему алименты — по 10 тысяч рублей на каждого ребенка, но мужчина отделывался редкими переводами в тысячу рублей, да и те присылал не каждый месяц.

Юля и Дима взрослели быстрее своих сверстников. Они никогда не просили у бабушки новых игрушек, модных кроссовок или дорогих телефонов. Дети прекрасно понимали цену каждой копейке. Они не могли пригласить в гости одноклассников, потому что прямо на кухне стояла кровать их тяжелобольной мамы. Именно поэтому путевка в карельский лагерь «Парк-отель «Сямозеро», выделенная департаментом соцзащиты для детей из семей, находящихся в трудной жизненной ситуации, казалась им настоящим чудом и билетом в сказку.

Когда каникулы превращаются в ад

Карелия встретила московских ребят палящим солнцем и вековыми соснами. Поход на лодках должен был стать кульминацией смены — романтика костров, песни под гитару, ночевка в палатках на диком берегу. 17 июня группа из 47 детей и четырех молодых инструкторов вышла на воду на двух каноэ и одном плоту (рафте).

Руководство лагеря совершило роковую ошибку: синоптики МЧС предупреждали о надвигающемся шторме, но поход отменять не стали. Сами инструкторы — вчерашние студенты педколледжа — не имели никакого опыта спасения людей на воде, а надувные жилеты на детях были либо не по размеру, либо со сломанными карабинами.

Первая ночь на острове прошла спокойно, но утром 18 июня, когда ребята поплыли обратно, озеро показало свой суровый нрав. Поднялся шквалистый ветер, волны пошли высотой с человеческий рост. Рафт с тяжелым основанием удержался на воде, а вот легкие каноэ начало швырять из стороны в сторону. Одно из них перевернулось мгновенно. Дети оказались в воде, температура которой не превышала 12 градусов.

Один из мальчиков, Женя, успел набрать на мобильном телефоне номер 112. «Помогите, мы тонем!» — закричал он в трубку. Но звонок переадресовали в ближайшую районную больницу, где дежурный фельдшер приняла отчаянный плач ребенка за глупый розыгрыш и положила трубку. Эта халатность стоила жизни 14 детям.

Подвиг посреди ледяной бездны

Юля Король находилась во втором каноэ. Она видела, как переворачиваются весла, как волны заливают борта, как паникуют испуганные мальчишки и девчонки. Через минуту перевернулось и их плавсредство. Ледяная вода обжигал легкие, одежда моментально потяжелела и потянула вниз.

В этот момент в 12-летней девочке проснулся тот самый внутренний защитник, которого она взрастила в себе дома. Юля не кричала. Она плыла от одного ребенка к другому. Вокруг нее бурлила черная вода, мелькали бледные лица и руки. Она хватала тонущих сверстников за воротники, за волосы, вытаскивала их на обломки лодок и удерживала на плаву.

Один из мальчиков в панике крепко обхватил Юлю за шею, увлекая за собой на дно. Девочке пришлось проявить недетскую жесткость: она освободилась от мертвой хватки, вынырнула, глотнула воздуха и снова ушла под воду — спасать. Самым страшным для нее было то, что прямо посреди этого кошмара из ее ладони выскользнула теплая ладошка брата Димы. Волна развела близнецов в разные стороны, и Юля была уверена, что ее брат погиб.

Поняв, что лодки уходят на дно, а помощи нет, Юля скомандовала тем, кто еще держался: «Плывем к берегу!». Сама она плыла, толкая перед собой нескольких обессилевших ребят. Сколько это длилось — полчаса или вечность — Юля не помнит. Когда ее ноги наконец коснулись карельского берега, она принялась вытаскивать из прибоя тех, кого прибивало волнами. Многие дети были без сознания, кто-то уже не дышал.

Юля понимала: если она сейчас ляжет на песок, они все замерзнут насмерть. Шатаясь от усталости и холода, в мокрой одежде, она пошла через глухую карельскую тайгу. Ей пришлось преодолеть почти четыре километра по бурелому и болотам, прежде чем она вышла к окраине поселка Кудама.

Девочка стучала в окна первого попавшегося дома. Дверь открыла местная жительница Наталья Столярова. Увидев замерзшего, исцарапанного ребенка, который сбивчиво шептал: «Там дети тонут, помогите...», женщина тут же вызвала спасателей, а ее муж вместе с соседями бросился к озеру на лодках. Именно они первыми начали доставать из воды выживших ребят. Среди спасенных, к невероятному счастью Юли, оказался и ее брат Дима — его прибило к острову, где его позже нашли живым.

Жизнь после подвига: испытание медными трубами и людской завистью

Очнувшись в больнице, Юля Король обнаружила, что мир вокруг нее изменился. О ней писали все газеты, ее поступок называли беспримерным подвигом. Из рук главы МЧС Владимира Пучкова девочка получила медаль «За спасение погибавших». Чуть позже добавились еще две награды — медаль Следственного комитета «Доблесть и отвага» и премия «Щит и роза». Известные артисты, политики, блогеры — все хотели пожать руку маленькой героине. Ее бабушке выделили материальную помощь, помогли сделать ремонт и закрыть долги.

Но когда погасли софиты телекамер, Юля осталась один на один со своим посттравматическим синдромом. Ей каждую ночь снились безжизненные лица друзей, которых она не успела, не смогла вытащить из воды. Девочка сама попросила бабушку записать ее к психологу — редкая осознанность для столь юного возраста. Чтобы преодолеть страх воды, Юля начала ходить в бассейн, хотя признавалась, что лежать на воде на спине так и не научилась — этот жест напоминал ей о погибших ребятах.

Однако самым тяжелым испытанием стали не кошмары, а жестокость человеческого общества. В школе и социальных сетях на Юлю обрушилась волна необъяснимой травли. Находились те, кто открыто писал ей: «Почему ты выжила, а наши дети погибли?», «Если ты такая героиня, почему не спасла всех?». Интернет-пользователи обвиняли девочку в желании прославиться.

Для неокрепшей психики подростка это стало страшным ударом. Юля полностью удалила свои профили из социальных сетей, замкнулась в себе и наотрез отказалась общаться с прессой. В реальной жизни справиться с депрессией ей помогли строгий распорядок дня, учеба и поддержка учителей, которые, чтобы отвлечь девочку, выбрали ее старостой класса.

Быть просто человеком

Сегодня Юлии Король уже 22 года. Она превратилась в красивую, серьезную и очень независимую молодую девушку. В отличие от многих, кто получил свою порцию славы в детстве, Юлия сознательно выбрала путь абсолютной непубличности. Она не дает интервью, не принимает участия в ток-шоу и не отвечает на сообщения журналистов в памятные даты июня.

Юля окончила школу и поступила в один из столичных высших учебных заведений. Направление своей учебы и будущую профессию она держит в строжайшем секрете, чтобы новые знакомые и преподаватели не оценивали ее через призму трагедии десятилетней давности. В социальных сетях она зарегистрирована под вымышленным именем, а круг ее общения ограничен лишь самыми близкими родственниками и одним-единственным, но самым верным другом.

Годы, прошедшие с момента трагедии на Сямозере, научили Юлю многому. В том числе — разбираться в людях. Она поняла, что за маской восхищения часто скрывается корысть: кто-то пытался дружить с ней только ради того, чтобы погреться в лучах чужой славы и похвастаться знакомством с «той самой девочкой».

Юлия Король категорически запрещает называть себя героем. «Я просто делала то, что должна была делать в тот момент», — тихо говорит она редким близким людям. Прошлое осталось позади, раны на душе затянулись, оставив после себя глубокую мудрость и понимание истинной ценности человеческой жизни. И сегодня для Юли гораздо важнее быть не национальным героем на пьедестале, а просто счастливым, спокойным человеком, который умеет ценить каждый новый день.

kulturologia.ru