«Страшнее всего – мамочки из плацкарта». Письмо уволившегося проводника

«Меня зовут Елена. В прошлом году я уволилась с проводников, отработав 10 лет. Я очень любила свою профессию и старалась все сделать для комфорта пассажиров. Но взамен не получала ничего», – так начинается полученное нами письмо от проводника пассажирского поезда. Приведем его целиком.

Проводником я стала, потому что с детства любила поезда – часто ездила к бабушкам и всегда мечтала связать жизнь с железной дорогой. У меня есть муж и дети, но они меня отпускали без проблем – понимали, что я не могу без железной дороги. Мы живем в небольшом городе и иметь стабильную работу здесь почетно.

Мой родной вагон

Я начала работать в конце 2000-х. Вагоны в нашем депо были преимущественно старые, но это ничего. Первые годы я работала на очень приятном уютном составе в хорошем коллективе – постоянная бригада проводников, у нас все было. Ковровые дорожки в купе, занавески, одни и те же механики следили за состоянием вагонов. Я больше двух лет проработала на одном и том же вагоне, и все в нем знала. Это смешно, но ведь вагоны – каждый со своим характером. И если ты работаешь годами, то все узнаешь.

Например, везде по-разному работают отопление и кондиционеры. То есть ты можешь включать одинаково, выставлять одинаково, а температура будет разная. Причем она может отличаться даже в разных купе. В общем, я изучила свой вагон вдоль и поперек и знала все, что нужно сделать, чтобы пассажирам было хорошо.

И пассажиры были хорошие. Мы ездили в Москву из небольшого города, и многие меня знали. И даже старались брать билеты в мой вагон. Тогда вообще не одной жалобы не было. Только благодарности. Иногда давали маршруты в Петербург и на юг.

Пытались клеятся, а потом отомстили

Попадались, конечно, разные пассажиры и тогда. Алкоголики – меньшее из зол, но их было мало, все же я была на купейном вагоне. Но хуже всего – это понтовая молодежь, которой всем всё должны. Они садились с вечером с бухлом, закрывались в купе, бузили, а на утро чего я там только не находила. Объедки, завернутые в белье, пару раз мне оставляли, простите, продукты жизнедеятельности. Да, они видели, что я – молодая женщина, и даже клеятся пытались. Но, видимо, решили отомстить, что я их отвергла.

Но это счастье длилось недолго. Наш резерв расформировали. И приписали нас к другому городу. Теперь уже не было стабильности. Вагоны стали чередовать, направления, маршруты, графики, команды. Может, это и интересно – всегда что-то новое. Но когда вагоны меняются, ты не успеваешь его изучить. Конечно, все вагоны всегда исправны и безопасны. Но мелкие недоделки тоже есть в большинстве вагонов. И пока ты это поймешь и попросишь исправить, тебя уже переводят куда-то.

Я всегда пыталась добиться исправления положения – там тусклое освещение, тут из титана вода идет грязноватая, здесь шторка не держится. Поработала я в новой жизни и на плацкартах, и на старых сидячках. Здесь аудитория была, конечно, совсем другая, чем в купе. Хотя плюс в том, что тут все на виду. Особо не похулиганишь, а если что не так, то мне на помощь всегда приходили другие пассажиры.

Если на проводника пожаловались – то это всё, конец

В плацкарте тяжелее всего ездить с детьми, у которых специфические родители. Я сама мать, и я не понимаю, как можно так относиться к воспитанию. Воспитания там нет вообще. Ребенок может шуметь, бегать по вагону, не давать отдыхать другим. И ладно бы днем – нет, ночью. А эти мамочки начинают выкручивать руки. Если держишь температуру в заданных рамках, где-то 24-25 градусов, то они требуют сделать теплее. Объясняю: таков закон, да и вряд ли у них дома теплее. Но бесполезно – потом обязательно пожалуются куда-то. А если на проводника пожаловались – то это всё, конец. Редкий руководитель за тебя горой будет стоять. Чаще всего сделают тебя виноватым – только и делов.

В общем, со временем все превратилось в бардак. Вагоны стали бездушными – уют там не создашь. Занавески не дают, ковриков нет. Моющие средства за свои. Работать приходится много, часто без отпусков летом. Я как-то вообще месяц ездила. Дефицит кадров страшный. Мотивации никакой – только кнутом бьют за провинности.

Я год собиралась уйти. Все что-то держало. Все-таки всегда новые люди, среди них очень много хороших, благодарных, какие-то новые ситуации, которые надо решать – с вагонами теми же самыми, с конфликтами. Мне было интересно. А вдруг так получилась, что я разоткровенничалась с одной женщиной. А ей управляющая гостиницей была нужна. И она меня позвала.

Я полюбила самолеты

Знаете, все то же самое, только на земле. Никуда не едешь. И здание одно, а не чередуется, как вагоны. В остальном – тот же купейный вагон, где постоянно меняются постояльцы. Получаю в два раза больше, провожу время с семьей и никто меня не грозит лишить части зарплаты. И да, я полюбила самолеты. Но нет, в стюардессы не пойду.

Грустная история получилась. Но я скажу, что надо сделать. Управленцев всех поменять на нормальных. Которые понимают, как работать с персоналом, а не по блату встали на свои места. Такие начальники есть и сегодня в некоторых регионах. И там все хорошо – и с вагонами, и с проводниками.

Источник: источник