КОКОС: Возрождение Легенды. Внеконкурс

Внеконкурс: читаем работы

Портал «ЯПлакалЪ.ком» и раздел «ЯП-издат» представляют:
Конкурс Очень Коротких Оху Офигительных Сочинений



Итак, господа, дамы и не определившиеся, мы начинаем!
Вашему вниманию предлагаются работы авторов, не вошедшие в основную конкурсную ленту. Это отнюдь не означает, что работы откровенно слабые.
Наш КОКОС получается насыщенным, к нам пришли люди с воли, которых мы, может быть, напугали нашими бешеными критиками, которых забыли закрыть в палатах санитары, нашими неприличными рецензиями, нашим натиском, напором и беспощадным весельем. И это на самом деле хорошо. Даже где-то лампово.

Вы можете проголосовать за три понравившихся рассказа

Схуялинепрошло Голосование продлится до 22 сентября 2016 года, 23:59 по MSK, после чего будут обьявлены все имена, все голоса и вообще всё.

Приятного вам чтения и, пожалуйста, не забывайте оставлять свои отзывы о прочитанном, - Авторы более всего ждут вашу критику и объективных и остроумных комментариев


Это сообщение отредактировал ZM87 - 18 сен 2016 в 02:36

1. Об универсальности законов бытия

У меня дома стоит пианино. Старинное, с бронзовыми канделябрами, с бархатом, с золотой надписью «C.WOHRMANN». Ещё до революции моя пра-прабабушка, разложив новенькие ноты, пыталась играть «Амурские волны».

Вряд ли инструмент оценивается по нынешним временам дорого, но стоит на одном и том же месте уже больше ста лет.

Я как-то поймал себя на мысли, что что-то не так в этом факте. Пианино стоит в моём доме БЕСПЛАТНО! Неправильно это.

Если у тебя есть дом, ты платишь налог на недвижимость. Просто за факт владения.

Ты платишь за обладание автомобилем, дачей, заросшим огородом. Даже просто за своё существование плачу подоходный и прочие налоги. Платежи могут называться по-разному — страховка, налог, сбор… А за пианино я не плачу. Вроде как и нет его у меня.

Наверное, я что-нибудь нарушаю. Или как с оффшорами — букву закона блюду, а фискальную этику не соблюдаю.

Но всего вероятнее, что здесь проявляется несовершенство мира, недостижимость идеала, когда нарушается универсальность изящного правила «За всё нужно платить».

Я так не могу. Видимо, я перфекционист в душе. Душа требует заплатить кому-нибудь за обладание пианино, но денег нет.

Граждане, пианино никому не нужно?


2. От кокоса не спасешься

Человек сидел на крыше здания и кидался в Руммера кокосами. Рядом пытался материализоваться Перс77, 66 предыдущих персов были потрачены на прицеливание и натягивание сетки это был последний. Внизу, на первом этаже Руммер яростно бегал зигзагами и МакКряками, уворачиваясь от столь яростной атаки. «Хрен ты от меня увернёшься» думал Человек. «Я тебе говорил е мое, пиши на кокос, пиши злюкен собакен, и слог у тебя есть и смысл, а ты тут выпендриваешься, но неет тебе надо было рассказывать про свои новые работы, и дразнить несчастных читателей» . «Да сколько у Вас там этих гребанных Кокосов» – орал Руммер бегая по двору уже крестиком и ноликом. «Дофига» прокричал Перс77 «Мы их по твоему совету грузили вагонами, обезьяны в Африке бьются головами о пальмы. А знаешь, сколько трудов стило затянуть эти вагоны на крышу дома, и натянуть над домом прицельную сетку? Да мы тебя по ИП вычисляли только недели четыре ». Вечерело, над городом опускалось солнце, на крыше дома сидели три уставших человека. «Ну что, будешь писать для Кокса» спросил человек. «Не знаю бля», ответил Руммер, но ведь вы же мои любимые читатели. А на земле обычные мирные жители таскали кокосы и раздавали их обезьянам.


3. Покорми кота

- Она у тебя какая-то малахольная! – произнес Василий и шершавым языком лизнул Риту в нос, - и визжать нормально не умеет!
- Вась, ну вот нахрена?! – осуждающе посмотрел я на кота. – А если она лыжи задвинет?
- Не задвинет… хотя, эта может! – Васька потерся ухом о Ритин подбородок. – И где ты таких самок находишь?
Я достал дежурный пузырёк с нашатырем и, промокнув салфетку, провел ей под носом у подруги. Та вздрогнула и распахнула глаза.
- Твой кот… он велел мне покормить его грудью! – прошептала Рита, безумным взглядом обшаривая комнату.
- Тихо, Риточка! – я участливо взял её руки в свои. – Ты ведь понимаешь, что так не бывает, да? Коты не разговаривают!
- Но он велел… - девушка оттопырила нижнюю губу, и было похоже, что сейчас она заревет, - он велел!
- Да не верь ты ей! – заорал Васька из под дивана, - шизофреничка какая-то, да еще и сисек нет!
Рита издала нечленораздельный звук и сбив журнальный столик, пулей вылетела из квартиры босиком.
- Пальто заб… - начал я, но осекся, когда где-то внизу хлопнула подъездная дверь. – Сука ты, Вася, а не кот…
Пушистый подонок не удостоив меня ответом сладко потянулся и пошел на кухню. Зря я его, наверное, кастрировал, не даст он мне теперь жизни, ой не даст…


4. Пора проснуться

Я родился благодаря встрече моих родителей и произошедшему между ними капуляционному сексу. Мир вокруг меня был безупречен. Я рос, крепчал, мужал и жил, не думая о будущем. Я знал, что, как и у моих родителей, у меня будут дети, что вокруг всегда будет еда и тепло, что моя жизнь прекрасна в своем спокойствии, приятной сытости и безмятежности. Все было отлично до того момента, пока в наш мир не ворвался ураган.
Четыре металлических штыря пронзили в наш мир с сверх звуковой скоростью. Двигаясь синхронно, они словно штопор пронзали, рвали, кромсали и перемалывали все, что окружало меня и моих близких. Это был кошмар.
Бросившись бежать, я думал, что потерял всё, моя жизнь, казалось, кончена и нет будущего. И вот я достиг края своего мира..и увидел свет. Как он был прекрасен. Вот и отступила тьма. Из темноты постепенно проступали неясные очертания окружающего мира. Наконец, около самого горизонта вспыхнула ослепительная каемка солнечного круга. Она еще совсем маленькая, но уже поразительная яркая. Я не мог поверить в солнце!
Кто же знал, что этим утром хозяин дачи решит переворошить вилами свою компостную кучу. А я всего лишь навозный червь, ослепленный красотой этого мира.


5. Прибывшие на место

Мы пробирались через лес. Похоже кроме нас, никого, всё затихло, ожидая дальнейшего развития ситуации.
На подходе к объекту, вся группа затормозила. В этот раз объектом был дом в лесу. Мы остановились в ста метрах от него.
Крис, проверь главную.
Подбегая, как можно тихо я приоткрыл дверь, внутри никого, запах гнили забил все ноздри. Прошел вперед, услышал шум с кухни. Подхожу к двери, открыл и на меня пошли два парня с очерневшими телами, в изодранных армейских формах. Я попятился, нацелился на них и кричу:
Стоять, буду стрелять!
Я развернулся и убежал на улицу. Они пошли за мной. Выбежав на улицу, вскинул оружие, прицелился.
На расстоянии двух метров от меня, один прыгнул на меня, но я среагировал и ушел в бок, второй же прыгнул как раз в то место, где я очутился. Он повалил меня на землю и начал клацать зубами у моей шеи. Я упирался ему в горло автоматом. Страх наполнял меня. Я не знал что делать.
Отключи уже этих трупов, у нас и так много работы!!
Да ладно, они послушные, хочешь грызут тебя, хочешь не грызут.
Тел от наркобарыг почти не осталось. В целом группа ходячих хорошая, не уцелеет ничего, что будет двигаться. Жаль рядовых, которые пошли на этот эксперимент, но это все мелочи.


6. Ремонт

Солнечный свет едва проникал в комнату сквозь слегка отдернутые занавески. В тихом полумраке Алексей украдкой, небольшими шагами продвигался к компьютеру. Внезапно, в коридоре скрипнула половица, Алексей вздрогнул и замер, а липкий, холодный пот проступил на лбу.

Постояв с минуту не шевелясь, он с осторожностью шагнул дальше. До кресла оставалось каких-то полметра, а кнопка включения компьютера уже захватывала дух своим манящим подмигиванием, предлагая погрузиться в сладкий мир виртуальных грез и фантазий.

Алексей подошел к креслу, ласково провел ладонью по кромке спинки - сколько же приятных воспоминаний - и начал поворачивать его, чтобы опуститься в его мягкие объятия. Но в этот момент, словно демон, желающий вырваться из преисподней, тысячи лет страдавший безысходностью своего адского заточения, кто-то бросился на Алексея из самого темного угла комнаты. В руке этого страшного существа была зажата скалка. Глаза сверкали священным огнем безграничного гнева. Как в замедленной съемке, скалка взлетела вверх, со свистом рассекая воздух комнаты. Последнее, что Алексей услышал, теряя сознание, были слова его жены: "Сначала прикрути розетки, блять!".


7. Сасиська в тесте

Как же я люблю праздники! Все ходят радостные, дарят друг другу подарки. И я буду дарить. Вот сейчас как раз его и делаю. Успею, времени еще много.

Потом всей семьей пойдем в магазин. Это скучно, но очень ответственно. Надо купить все по большущему списку, чтобы приготовить салаты, горячее и, конечно, пирожки! Наверное за них я еще больше люблю праздники! Тем более сегодня нас больше - придут бабушка и дедушка. Зато мы и сделаем все быстрее.

Вечером будем все это готовить. Пирожки будут разные. С картошкой - вкусный пирожок очень. С повидлом - как по мне - очень сладкий. С капустой - не мое! И с сосиской. Ну очень люблю сосиски! И чтобы их было больше - мама разрезает каждую поперек, тем самым делая два пирожка. Но сразу из духовки есть их нельзя - иначе живот будет болеть. По этому дегустацию этих самых пирожков я отложу на утро. Да и взрослые все равно сейчас будут выпивать и разговаривать. А я в разговорах этих все равно ничего не понимаю. Наверное потому, что выпивать нельзя.

Просыпаюсь утром, бегу на кухню схватить любимый пирожок, а там только с капустой лежат. Ничего не понимая, подхожу к папе, усиленно пытаясь прекратить наполнять глаза слезами:
- Пап, а де сасиська?
- В тесте...


8. Трип

- Хм…

Старик приподнялся с табурета и выглянул в окно.

- Трип.

- Трип? - я тоже привстал и посмотрел на улицу. Пасмурно, осень. Мокрый после недавнего дождя асфальт. Девица лениво толкает красную коляску… Я открыл уже было рот, чтобы переспросить, что имел в виду старик, да и вообще — откуда он такие слова знает? - как старик досадливо махнул рукой. Я осекся, а он полез в холодильник. Достав домашнюю буженину, маринованные огурцы и водку, он сурово глянул на меня из-под седых бровей.

- Говорю же: Трип! - он явно начал злиться на мою непонятливость. Я тоже на нее злился, но понятнее не становилось. Небо было привычного московского осеннего цвета цемента, листья с деревьев летели вниз, а не в случайную сторону, тетка с коляской шла по асфальту, а не радуге… Причем тут трип-то?!

Тем временем старик разлил водку по уже почти антикварным стопкам с гравированными гербами и поднял свою. Попытался разглядеть меня через запотевший хрусталь и рассмеялся.

- Трип — кот мой. Сбежал, паршивец. Такой же гулена, как я по молодости, - он повертел рюмку в пальцах. - Мне всего 62, тебе уже 21 год. У тебя кот Гаджет, а у меня — Трип. Разница всего-то в 40 лет… А словно прошла целая эпоха.

И немедленно выпил.


9. Чужое золото

Гном опять упал. Колобок хренов.
- Вставай! Не дошли!
- Иду, иду!

Тоннель серпантином уходил вниз к моему золоту, заныканному пузатыми. Пнул мелкого для ускорения чуть ниже ремня.
- Пошевеливайся, скотина.
Гном семенил все неохотнее, и, казалось, даже бороду поджал. Путь преградила деревянная дверь.
- Чувак. Секрета двери я не знаю. Я-то в банке лишь охранник! – затряслась борода. Ага. Верю.
Дверь. Деревянная. Гы. Два удара топором, и аж щепки с дымом полетели. С дымом?

- Развелось ворья. Бизнес делать мешают.
Открыл глаза. Тошнит. Бородатый хрен точит нож.
- Яйца то я ему обрежу! Совсем обнаглел! На золото покушаться!
Яйца сами поджались к подбородку. Не прикусить бы стучащими зубами.
- Нет, меня, да по жопе пнуть!

Вам снились кошмары? Просыпаетесь в поту. А это не сон.
- Слыш, борода, давай договоримся?
- Говорить со всякими еще. Яйца отрежу – и договоришься.

Не годится. У меня на подвески еще планы. Какие мои годы, позвенеть бы ими еще.

- Лохматый? Я вашему банку еще должен за квартиру. Хочешь за раз погашу? Со всеми долгами?

Бородатый коллектор, главный по ипотекам в среднемирье, улыбнулся в бороду. Поплыл, касатик. Стукнуть кувалдой у яиц – и раскошелится. С процентами.


10. Он все знал…

Шёл он по проспекту, хотя его всё время удивляло, как проспект может быть кривым.
Проблемы, проблемы, сплошные проблемы крутилось в его голове.
Что-то не так! Не покидала Пашку тревога.
Мне просто нужно понять! Я должен знать. Ждать того самого часа. Но, как и бывает в таких историях, час этот настал гораздо раньше.
Хлопок. Вспышка света. Звон в ушах. Пашка поднимает голову с асфальта.
Здравствуйте! Вы откуда к Нам. Голос незнакомого мужчины, почему то показался очень знакомым.
Здравствуйте! Я оттуда! Сказал Пашка.
Подняв голову, Пашка увидел, вокруг какой то странный пейзаж. Тихо пусто и тишина. Очень родная тишина, слушать которую можно вечность
Вот это я попал! Подумал он.
Вы к нам по ошибке, не унимался мужчина. Вам не сюда. Вас не должно тут быть.
Пашка поднялся, отряхнулся.
Так вот как всё на самом деле!
Вы наивно думаете, что вы умерли? Сказал мужчина.
Вы просто оказались там, где вас быть не должно. Ваше сознание просто стало готово «знать»
Ждём вас с нетерпением. Здесь все, как и вы. Те, кто могут знать, и узнать вам придётся очень много.
Хлопок. Вспышка света. Звон в ушах. Пашка поднялся с асфальта, вытер платком разбитую бровь.
И пошёл счастливый. Теперь он всё знал.


11. Что-то вроде первой любви

Митрошка семенил по аллее, на ходу дожевывая домашний бутерброд. Проглотив последний кусочек, боковым зрением он заметил на скамейке Её в компании двух девчонок. Была Она на два года старше и на голову выше Митрофана, внешне ничем не примечательна, но на подсознательном уровне ему невольно хотелось съездить Ей между лопаток мешком со сменной обувью и дернуть за косичку, которую Она сроду не носила. Она же его демонстративно не замечала. Тем более удивительно стало Митрошке, что, встав со скамейки, Она направилась в его сторону.
- Привет! Тебя, кажется, Митрофаном зовут?
- Ну да, - Митрофан непроизвольно дернул мешком со сменкой.
- Знаешь в «Мифах Древней Греции» историю про яблоко раздора, которое Парис должен был вручить самой прекрасной богине?
- Совсем что ли? Рано нам ещё в четвертом классе такое проходить.
- Ой, ну ладно, ты просто отдай это яблоко той, которую считаешь самой красивой из нас троих.
- А оно мытое?
- Мытое, мытое.
- Только вы глаза закройте, а то я стесняюсь как-то.
- Ну хорошо, хорошо, только выбирай скорее, – девчонки протянули руки, закрыв глаза.

Так они и стояли. А Митрошка удалялся по аллее, хрустя яблоком и жалея, что так и не стукнул Её между лопаток.


12. Жестокий роман

Иру положили в психиатрическое отделение без особых на то причин. У нее была обычная депрессия, но родственники посчитали, что раскачиваться на люстре - это не совсем нормально и решили ее полечить. Так Ира осталась лежать в больнице. Однажды, прогуливаясь по коридору она встретилась взглядом с лечащим доктором, Дмитрием Олеговичем. Искра пробежала между ними и с этого момента врач стал уделять Ирине особое внимание.
-Как вы себя чувствуете Ирина Владимировна? - участливо интересовался он.
-Не плохо, Дмитрий Олегович, пора и честь знать, выписывать. - отвечала, краснея Ира.
-Ну что же, динамика положительная. Жду вас завтра в своем кабинете.
Дверь скрипнула и в кабинет проскользнула Ира в своей больничной рубашке. Дмитрий Олегович совсем не хотел ее выписывать, ведь это означало расстаться с ней навсегда, он женатый человек и искать ее, ухаживать, нет времени и сил. Он дотронулся до нее и ее тело ответило взаимностью.
Через пару дней дверь в кабинете взломали. На полу валялся полусъеденный труп Дмитрия Олеговича, а на люстре качалась беззаботная Ирина и напевала себе под нос гимн России. Ведь Россия это великая страна, а Дмитрий Олегович просто бездарный доктор.


13. Тайна рождения

- Привет Леха, че такой хмурый? - спросил друга Сашка.
- Да... Слухи ходят, что я с нашей Габанихой переспал по пьяне, а она брюхатая ходит уже второй месяц.
- С кем она только не спала, Лех, ну ты можешь трезво то рассудить?
-Трезво? Не, не могу. Давай возьмем "малька" покумекаем.
- От чего бы и не покумекать - оживился Сашка, предвкушая халявную чекушку.
Выпив по сотке и немного расслабившись Сашка вздохнул:
-Хорошо.
-Кому хорошо, а кому и отцом быть. - пробубнил Леха.
-Так это. Может ее кто другой жахнул? Кто на нее полезет? Даже с пьяного глазу страшно. - пытался ободрить друга Сашка. - ты погоди тревогу бить, пусть родит, а там посмотрим. Сличим, так сказать оригинал с новорожденным.
-Прав ты Леха, пока гулять надо, а там поглядим...
В это утро деревня гудела на все лады. Леха проснувшись с бодуна ничего не мог понять, пока Маруська не заорала в открытое окно:
-Габаниха негретенка родила!!!
-Фууух, не я... Пронесло - подумал Леха и заплакал.
Негра, который сделал Габанихе ребенка искали всем селом, ночью правда не искали, негра то в ночи не видать. Искали, да так и не нашли. Ребенка все полюбили, а когда он вырос то уехал в Африку и каждый год присылал посылки с бананами всей деревне.


14. Масаи или как я с бодуна чуть не вышла замуж. Отпуск в Африке

Масаи работают отменно- пляшут неистово.
Я неистово желаю умереть. Последний вискарь вчера был лишним.
Солнце клонится к закату, быки ревут в загоне.
Наш гид щебечет с местным вождем. Нирвана. И только мне одной херово.

Масаи в красных простынях,в ушах кольца, я с красным носом - обгорела.
Главный попрыгун мечется в моих глазницах аки черт перед крестом.
Вверх, вниз. Да твою же мать- ты успокоишься или нет.
Но хлопаю как и все и отгоняю мух цеце.
Мух вижу только я. С бодуна и не такое привидится.

Солист в прыжке Цискаридзе оказался у моего бренного тела.
Мол так призывно машете,может станцуем. Кто их поймет дивных жителей планеты.
Может он выражал признательность быку на моей футболке, но признательность ,
поднесенная масайкой в виде чаши какой то бурды- мне понравилась больше.
Глоток, второй, третий - я оживаю.

Эх, где наша не пропадала. Начала с кадрили, цыганочкой прошлась, закончила частушками.

Ночевали в хижине для гостей.
Утром переполох и шум.
Узнаю- солист попрыгун согласен взять меня в жены.
По этому поводу забит бык.

Да елы палы- станцевала.
Договорились пожениться на следующий год.
Приеду со стадом коров, негоже девушке входить в новую семью без приданного...


15. Вечность

Закончилось лето. Прохладная, багряная осень вступала в свои права. Он стоял на крыше высотки и глядел в пасмурное небо. Низкое, пасмурное, вечное небо.

Капли дождя приятно охлаждали его лицо, ветер озорно задувал под одежду. Хлестнув вспышкой по глазам, неподалёку, в похожий домишко ударила молния.

- Вот бы и... - успел подумать он, но удар близкого грома, налетев на голову чугунной чушкой, на пару секунд выбил оттуда все мысли.

Там, далеко внизу, проползали редкие автомобили, бегали маленькие, с такой высоты, серые и убогие людишки. Они прикрывались зонтами, накрывались дождевиками, вечно суетились и думали свои никчёмные мысли. Он же, стоял широко раскинув свои длинные руки, ветер шевелил его волосы и развевал расстёгнутые одежды. Он был велик! Он был высок! С высоты взирал он на эту суету и презирал её всем своим огромным сердцем!

Этот вечерний город внизу, был убог и мелок, он не соответствовал ЕМУ! Да и вся эта планета, так- ошмётки былого величия, руины древнего достоинства, помойка на которую выкинута история! Он один на этой планете, был велик и чего-то стоил.

Шагнув к краю, он прыгнул туда- ввысь и одновременно вниз!
И сама вечность, рванулось ему навстречу.


16. О пользе взаимопомощи

Костёр догорал, уха была готова и для начала Федот с Коляном махнули по стописят для аппетиту!

— Мужики, кувалда есть?

Метрах в трёх от них стояло нечто желеобразное.

— Есть там... в тракторе. А тебе зачем? — выдавил Колян с дрожью в голосе.

— Да, сука, неудачно сели. Посадочную ферму погнули о какой-то пень, теперь внутрь не убирается — взлететь не можем.

— Так, я подмогну, а то у тебя и рук-то нет! — И Федот рванул к трактору.

— Ну, помоги, мы в долгу не останемся, — в голосе пришельца послышалась усмешка.

Трёх ударов кувалдой хватило для решения проблемы и мужики, довольные собой с любопытством взирали на звездолёт.

— Водка у вас вряд ли найдётся,— осторожно начал Колян, — так может гравицаппа какая в хозяйстве имеется? А то бензин и соляру нынче не докуписся!

Желеобразный исчез и тут же появился с коробочкой.

— Есть только такая, для перемещений в пределах одной планеты. Эта кнопка - вперёд, эта - стоп, эта - реверс.

— А мой "Жигуль" потянет?

— Адаптирована хоть к велосипеду, хоть к "Бентли", — заверил пришелец.

Басне про встречу с "чужими", конечно никто не верил, но когда Колян на ржавом корыте за секунду уходил в точку, а через три появлялся с другой стороны, крестились даже атеисты!


17. На стыке галактик

Капсула была разработана так, что физическое состояние человека в ней не изменялось во время полёта. Ученые не смогли придумать, как погрузить человека в сон на весь период полёта, и мозг космонавта бодрствовал до десяти часов в сутки по земному времяисчислению. Как же это утомляло. Тело подключенное электродами к системе жизнеобеспечения не ощущалось, но одиночество тяготило. Всё время бодрствования сводилось к сеансам связи, и доступу в интернет, управляемому силой мысли. Благодаря квантово-лучевому способу передачи данных интернет был в реальном времени. Правда искусственный интеллект корабля постоянно блокировал доступ к новостным сайтам и политической информации, поэтому посещение любимого до полётов ЯПа было в основном ограничено. Лишь иногда, появлялся доступ к разделу «Клубничка». О, как же посты оттуда будоражили мозг. Шутка ли, три года полёта. Как же хотелось женской ласки, или хотя бы вздрочнуть, но проклятая капсула не давала и этого. Воспалённый мозг пытался заставить руку сдвинуться, но тело не отзывалось, причиняя еще большие страдания, и заставляя снова и снова повторять попытки.
До завершения полёта оставалось еще два долгих года.


18. Вселенский кач

Мелкие рыбешки хаотично двигались неподалеку в мутноватой от поднятого песка воде.
- Надоели моллюски, нужно разнообразить поступление витаминов,- начитанность просто перла из всех щелей.
- Странно, что вообще помню такое. По идее после перехода должны обнулять память, «формат Цэ - комплит» как говорится, но «Контора» посчитала нужным оставить данные на месте. Вообще в каком это месте? В облаке что ли? Молекулы мозга то другие совсем. Лучше б стерли, а то скучно сил нет. Хоть бы пояснили, что делать нужно, вдруг я опять карму не в ту сторону прокачаю?
Совершенно на автомате цапнул тремя правыми щупальцами зазевавшуюся рыбешку, оказавшийся кстати клюв легко раскусил ее пополам, организм воодушевился от вкусняшки.
- Может это и не наказание даже, а так - летний отдых на курорте: лежи в воде, ешь-пей-спи. Точно – курорт! 20 метров влево, 30 вправо. Надо пойти соседей поискать!
Не успев сделать несколько реактивных толчков, наткнулся на какие то веревки:
- Сетка!- мелькнуло в голове. Сознание померкло.
- Ну что же вы так быстро? Это был очень легкий уровень, хорошая возможность быстро стать человеком.
- Я хочу стать котом!
- Пока это нереально с вашим кармическим уровнем!


19. Первый день после лета

В тот день мы шли домой все вместе - папа, мама, Тимка и я. По пути мы встретили соседку, тетю Зину, с Павликом. Она залезла к сыну в ранец и достала две раскрашенные кухонные дощечки. Мама долго на них любовалась, потом повернулась к нам:
- Вот, смотрите, что дети мастерят вместо того, чтоб сутками за компом просиживать.
Она ткнула деревяшки мне под нос и я послушно кивнул, потом показала их Тимке, но тот отвернулся.
- Ты сам ничего не делаешь, так хоть посмотри, как люди умеют!
Тот глянул на мать, потом перевел взгляд на дощечки и вдруг смачно сплюнул на одну из них. Мать среагировала сразу - Тимка получил звонкую оплеуху деревяшкой. Брат набычился, чуть опустил голову и плюнул на вторую.
Мама словно с ума сошла, дощечки в ее руках летали, словно, лопасти пропеллера, а Тима стоял без движения, лишь морщась от оплеух.
Конец избиению положил отец. Он вырвал дощечку и нанес точный удар в мамин лоб. Та, словно очнувшись, остановилась. Папа ударил еще раз, потом еще и еще. Добивал маму он уже на земле. Дощечка потеряла окраску Павлика и походила на картины абстракционистов.
Мама лежала без движения, обломок деревяшки торчал из рассеченного виска.
Будь ты проклято народное творчество!


20. История, рассказанная ночью в летнем лагере

Таня была очень красивой.
Больше всего на свете она любила целовать свое отражение. А потом она купила на ebay черный дилдо и прилепила его к зеркалу. Теперь она каждый вечер трахалась с собой. Однажды, зеркало вспыхнуло и кончило в Танечку сильной струей. Девочка испугалась и больше так не делала.
А через 9 месяцев она родила черную (потому, что хуй был черный) девочку. Дитя открыло глазки и посмотрела на врача, тому стало плохо, и к вечеру он умер. И все на кого посмотрела девочка к вечеру умерли. Только мама осталась живой, потому что она была отражением своей дочки, которую она тоже назвала Таней.
И когда маленькая Таня смотрела людям в глаза, то она забирала у них жизнь, а сама росла. И пока ее донесли до палаты, она выросла размером, как здоровый дог. И все дети в палате умерли, а Таня пошла на улицу. Она пошла через дорогу, чтоб попасть в круглосуточный магазин. И тут ее сбил Камаз, потому что шофер ее не заметил, а увидел только блеск глаз:
- Блять, опять кошка!
Утром все увидели, что Таню разметало мелкими осколками по всей дороге и в гроб ее собирали веничком. Так и похоронили.
Но если откопать гробик и вместо крышки накрыть тем самым зеркалом, то Таня оживет и пойдет искать маму.


21. Вещий сон в летнюю ночь (Таланты и поклонники)

- Как эффектно сыплются из ладоней розовые искры, как завораживающе капает кровь. Ты меня развлек, Грек. Но это простой фокус - окрасить кровью осколки раздавленного в руках сосуда... Освежи кожу лечебной губкой, пропитанной душистым маслом, она остановит кровь и утолит боль.

- Хотя бы легкий поцелуй, Великая! Невыносимо уйти ни с чем, - молил отвергнутый.
- Излей свою муку песнями. Прославишься. Лучшие красавицы будут бросать сердце и честь к ногам Певца. Люди одарят тебя благами земными.

Грек стал известен, состоятелен. Полагал, что Она приходила в вещем сне, удивлялся шрамам на ладонях. Он пел о любви: великой, или жертвенной, проказливой, коварной, грешной.
Очень редко, когда Она мимолетно улыбалась воспоминаниям о Греке, он пытался поведать миру о любви счастливой. Пропитываясь счастьем, протягивал его в пылающих ладонях поклонникам.
Со временем прихотливая публика меняет кумиров. Ничто не вечно в нашем мире. Певец умолк. Поселился уединенно. Писал мемуары. Любовался рассветами и закатами. Пестовал внуков.

А Она - юная, ненасытная Творческая Слава ищет и не найдет, кого полюбить навсегда, попутно одаряя ласковым взглядом достойных и недостойных её.


22. Главный монстр зоны

Сталкеры приходили ночью. Сегодня была как раз ТАКАЯ ночь.
Капитан Квоттерблад погладил холодный ствол, скользнул пальцами по ложу и глубоко вздохнул.
Можно было курить, но сидевший в засаде человек воздерживался. Он был уже немолод и очень серьезно относился к вредным удовольствиям. К охоте на сталкеров тоже – но охота была не удовольствием, а работой.
Звякнули привязанные к проволоке банки. Мигнул фонарик, выхватив из темноты горбатые от рюкзаков фигуры с «палками» в руках. Отморозки давно ничего не боялись, но скрытность при пересечении Периметра считалась у них особой фишкой. Наглость и скрытность сочетались плохо.
Пора. Охотник отложил ружье, перехватил черенок лопаты и быстро встал. Первому сталкеру лезвие штыка разрубило горло до позвоночника. Второй умер так же быстро. Третий успел закричать.
«Сталкеры, блядь!» - капитан Квотерблад – в миру дачный сторож Пафнутьич - воткнул лопату в землю и закурил. Мародеры, беженцы, дауншифтеры – какая разница? Тела заберут утром и утопят в омуте за насосом. Хабар? Сторож брезговал. Только раз взял из рюкзака книжку - на растопку. Откуда и выхватил, скармливая огню, лишь фразу:
«И пусть никто не уйдет обиженным»..


23. Кокос

- Хочешь кокос? – спросил молодой человек в цветастом шарфе. – Муж из Гонолулу привёз.

- Хачу! – отозвался скучающий сосед.

- Нэт, спасиба, - обернуля с переднего ряда хач. – Ганалула долго лечится!

- У меня прививка, - сказал сосед, почесав «колодец» на сгибе локтя.

- Вот, - модник достал из сумки кокосовый орех.

- Это чё? – удивился нервно постукивающий кредиткой по зеркальцу сосед. – Чё-то новое? Как вводить?

- В рот, - ответил модник. – Только нужно расколоть.

- Кого расколоть? – перевалился с верхнего ряда амбал с паяльником.

- Кокос, - модник протянул амбалу орех.

Прошло полчаса, но кокос не сдавался. Взмокший амбал посмотрел на разбитые кулаки и погнутый паяльник, крикнул:

- Димыч! А ну шмальни в эту падлу!

Димыч, жевавший жвачку неподалёку, привычным движением выхватил ТТ и выстрелил в затылок хача.

- Ты чё? – возмутился амбал. – В орех!

- Я думал началось… - виновато пробубнил Димыч, перецеливаясь.

Грянул выстрел. Пуля, отскочив от кокоса, угодила в большой синий экран, посыпались осколки.

- Господа! – объявил мужик под гербом, глядя на разбитый экран. – По техническим причинам голосование о повышении пенсии откладывается. Объявляются летние каникулы! Всем спасибо!


24. Запор

Туалет в конторе один, с двумя толком не закрывающимися кабинками. В каждой кабинке гостей ждёт грязный и шатающийся унитаз без седалища и мусорка, вечно набитая вонючими засратыми бумажками.
Сбоку в туалетной комнате присобачена разъёбаная раковина, треснутая и с отколовшимся углом. Мыла нет.
Одна из кабинок на данный момент занята, и судя по звукам, доносящимся оттуда - занята по прямому назначению.
Там заседает начальник конторы - 220-ти килограммовый Кондратий Карпович Вырвикишко, и заседает он уже несколько часов.
Страдающий упорными запорами, он обычно избавляется от каловых масс раз в неделю дома, начиная накачиваться слабительным уже в пятницу вечером.
Но в этот раз что-то пошло не так.
Новое слабительное, которое подлый фармацевт так нахваливал – походу оказалось полным фуфлом. Прошли суббота и воскресенье, а жопа Кондратия Карповича соизволила только несколько раз смрадно и тухло пёрнуть.
И теперь, в понедельник, это случилось. Не успев придти на работу - бедный директор застрял в вонючей кабинке, не могя встать с мерзкого унитаза.
В туалете по-летнему жарко. Он потеет, кряхтит, и чувствует себя на редкость гадко.
Кондратий Карпович попал в беду.


25. Понос

Итак: лето. Душный, грязный и вонючий туалет в зачуханой конторе. На расшатаном унитазе без седалища восседает сам директор - 220-ти килограммовый Кондратий Карпович Вырвикишко.
Слабительное, принятое им в выходные, подействовало так ядрёно, что продукты недельного запора уже пару часов рвутся на волю из Кондратия Карповича, и конца этому не видно.
Как при извержении вулкана - сначала бурно отходят взрывные газы, твёрдые каменюки пробивают жерло, а потом - подобно лаве течёт более жидкий продукт, чвакая, хлюпая и шмякаясь. Краткое затишье, и опять гремит раскатистый газовый взрыв, сопровождаемый влажным бульканьем и плюхами.
«Да я же столько не ем» - мелькает у директора мысль.
Но жопа не размышляет, она продолжает делать своё жопное дело, чуть не выворачиваясь наизнанку. И в какой-то момент Кондратию Карповичу начинает казаться, что это уже не говно, что это он сам разжижается и стекает в унитаз. Он тужится и кожа на нём дрябнет и проседает, он чувствует прохладу унитаза вокруг и внутри себя, успевает поднять слабеющую руку и дёрнуть слив, а потом его уносит головокружительный водоворот.
А в кабинке остаётся только обувь и несусветных рамеров костюм с трусами.