Ребята, а если нам реально устроить здесь некую авторскую кухню? Прямо в этой теме. Будем выкладывать куски произведений (или не куски), чтобы покусать друг друга, или похвалить. А потом, после исправления косяков - уже в большой ЯП выдвигаться.
Ребята, а если нам реально устроить здесь некую авторскую кухню? Прямо в этой теме. Будем выкладывать куски произведений (или не куски), чтобы покусать друг друга, или похвалить. А потом, после исправления косяков - уже в большой ЯП выдвигаться.
Не придирайся. Да, написано неправильно. Но картошка со шкварками... Мало найдется блюд лучше. Никакое мясо змеи в белом вине и печень молодых зайчиков не могут сравниться с данным шедевром.
Это ты пирожки из жопы кобры не пробовал
А жопа кобры, в данном случае, ингредиент или средство запекания?
Ребята, а если нам реально устроить здесь некую авторскую кухню? Прямо в этой теме. Будем выкладывать куски произведений (или не куски), чтобы покусать друг друга, или похвалить. А потом, после исправления косяков - уже в большой ЯП выдвигаться.
Не придирайся. Да, написано неправильно. Но картошка со шкварками... Мало найдется блюд лучше. Никакое мясо змеи в белом вине и печень молодых зайчиков не могут сравниться с данным шедевром.
Это ты пирожки из жопы кобры не пробовал
А жопа кобры, в данном случае, ингредиент или средство запекания?
Меня больше интересует, как она выглядит. По идее жопа - это же целая система, агрегат так сказать, а не только банальное отверстие. А кобра, она ж вся, в основном, одинаковая. В длину. И вот где у нее кончается спина и начинается жопа? А где кончается жопа, и начинается хвост? Обращают ли внимание кобры самцы на жопы кобр-самок? Существует ли кобриный (или кобрячий?) твёрк? Ищут ли кобры приключений на неё? Столько, мать его, вопросов!
Я никого и ни к чему не призываю, но сам делю тексты по такой шкале (упрощённо): короткое - рассказ, подлиннее - повесть, совсем длинное - роман.
Ну вообще-то, это неверно, насколько я помню из уроков литературы. Если на пальцах и своими словами, то рассказ - это короткий эпизод, обычно ограниченный одним событием, может даже ограничиваться одним героем. Повесть - рассказ более пространный, может вмещать в себя описание целой жизни. Роман - обязательно присутствует описание окружающей политической обстановки, уклада жизни и наличествуют несколько персонажей. Количество букв обычно не имеет критического значения. )
Не люблю, когда роман пытаются впихнуть в 5000 знаков)
обсуждать остается только нам - трем с половиной землекопам. Постоянное поднятие темы с обсуждением пусть даже сырых произведений привлечет в раздел проходящих мимо читателей.
Пластмассовый мир победил. Ликует картонный набат- кому нужен ломтик июльского неба? Е. Летов
Перед столом Министра Всеобщей безопасности стоял невысокий невзрачный человечек в костюме стального цвета и мятой клетчатой рубашке. Человечек беспрестанно шмыгал распухшим простуженным носом, старательно отводил взгляд от строго лица Министра Дымова и нервно мял в руках видавшую виды фетровую шляпу. Дымов выдержал паузу, которая должна была означать всю важность разговора, скривил губы и обратился к посетителю: - Итак, гражданин Наумов, насколько я понимаю, ваши исследования, на которые Правительство выделило миллион кредиток, зашли в тупик. Генетик Наумов испуганно вжал голову в плечи, шмыгнул носом громче обычного и, слегка заикаясь, попытался оправдаться: - Господин Министр, вас ввели в заблуждение. Работы по созданию вакцины добра идут полным ходом. Нами успешно проведены опыты на мышах и оставшихся собаках. Вот-вот, и мы приступим к опытам на людях. Жаль, обезьян не осталось.
Министр вздохнул и встал из-за стола. Дымов обладал громадным ростом и поистине богатырской мощью. Частенько эти его качества становились рычагом давления в разговоре с неприятными собеседниками. Вот и сейчас, видя, как несчастный генетик практически вжался в коричневый ковер на полу, Дымов снисходительно улыбнулся. Как истинный военный, он никогда не жаловал этих ученых крыс, которые только и могут, что постоянно клянчить финансирование, не вылезая из своих лабораторий. И это в мире, где деньги стали таким же ресурсом, что когда-то лес и вода. Деньги не берутся из ниоткуда, они должны работать и производить сами себя. Дали бы ему, Дымову, чуть больше власти и полномочий, уж он тогда развернулся бы. Да так развернулся, что весь этот безумный мир, который беснуется сейчас за стенами Периметра, щедро удобрил бы кровью мостовые Города. Все эти уличные банды, рвущие друг друга на куски ради миски бесплатной похлебки, что им ежедневно выдает Правительство, все они дружно полегли бы недвижимыми тушками под перекрестным огнем пулеметов, установленных в стенах из сверхпрочного сплава. А с оставшимися в живых мигом разобрались бы ребята из элитных гончих подразделений.
Но Президент и Конклав, усердно избирающий его каждые шесть лет, неожиданно оказались против бессмысленной, как они выразились, жестокости. - Мне кажется, гражданин Наумов, - обратился он, наконец, к генетику, - вы толком не понимаете всей серьезности ситуации. На ваши исследования существуют громадные планы. Ваша вакцина добра должна вылечить наш больной мир, а наше Правительство, во главе с мудрейшим Президентом, хотят повернуть вспять энтропию общества и возродить забытый всеми добрый мир прошлого. Вы почти спаситель человечества, гражданин Наумов, но сами этого не осознаете.
Генетик страдальчески наморщил лоб и вновь принялся терзать несчастную фетровую шляпу. - Понимаете, - скороговоркой забормотал он, - массовые опыты на мышах показали малую эффективность вакцины. А в случае с агрессивными собаками она оказалась практически бессильна. Чем крупнее организм, тем меньше шансов, что вакцина принесет результат. Всё! Наумов, наконец, высказал то, что носил в себе весь последний год. Спешка, с которой он представил научному совету свое случайно изобретенное детище, сыграло с ним неудачную шутку. Первые опыты, проведенные на пауках, показали, что вакцина добра способна даже самую агрессивную особь превратить в спокойный и миролюбивый организм. Самки черной вдовы уже не откусывали самцам головы после оплодотворения, а спокойно заедали секс принесенной мушкой. Мыши, для опытов над которыми были выделены средства из неприкосновенного правительственного фонда, вели себя уже иначе. Лаборанты Наумова долго отбирали самых драчливых и воинственных самцов в надежде на удачный результат. Вакцина действовала, но эффект ее оказался слишком кратковременным, а после нескольких дней идиллии в мышином загоне произошло кровавое побоище. Самцы, которые должны были мирно соседствовать, не бросаясь в битву за пушистую самочку, неожиданно словно сошли с ума. Утром лаборанты обнаружили в клетке растерзанную самку и двух самцов, намертво сцепившихся между собой в кровавый клубок.
Про собак Наумов не хотел даже вспоминать. Опрометчивый эксперимент с огромным злобным псом, которого его работники едва поймали на территории завода, привели к совершенно обратному результату. Сразу после укола вакцины вперемешку с сильнейшим снотворным пес неожиданно разорвал кожаные ремни, которыми был привязан к каталке, и вцепился в глотку одному из лаборантов. Поток крови, хлынувший из разорванной артерии, Наумову снился до сих пор. Собаку уложил охранник метким выстрелом из табельного. Если бы не это, то не стоять бы сейчас генетику перед столом Министра, стараясь оправдаться.
- Иными словами, - с обманчивой мягкостью произнес Дымов, - вы говорите, что потерпели полный провал? Вы понимаете, чем это грозит лично вам? Палец Дымова уже лег на кнопку вызова Гончих, когда Наумов неожиданно осмелел. Он рискнул вздернуть подбородок и практически выкрикнул в холеное лицо Министра: - Да, у меня нет вакцины, но у меня есть кое-что другое. Дымов задержал палец на кнопке, прикидывая какие шансы у этого жалкого крысеныша на то, что его яйцеголовые работники способны произвести хоть что-то стоящее. Чаша весов склонилась в пользу Наумова. Но не потому, что Министр вдруг поверил трясущемуся от страха ученому. Результат решил предстоящий разговор с Конклавом и Президентом. Где Дымову пришлось бы оправдываться так же, как сейчас оправдывался перед ним ученый. - У вас есть пять минут, - процедил он, - после этого я вызываю Гончих.
***
Лиза хотела пить. И есть. И спать тоже. Воду еще можно было найти, когда в ржавых бочках она скапливалась после дождей. А вот с едой было туго уже давно. Все магазины оказались разграблены, а последняя банка консервов закончилась два дня назад. Каждое утро они с Димкой брели к месту выдачи бесплатной похлебки, которую выдавали вооруженные до зубов Гончие. Плюх поварешки с бесцветным варевом, в котором плавали жидкие островки желтого жира, всегда сопровождался бодрой проповедью из мегафона. Им с Димкой предлагалось благодарить Правительство за заботу о населении и неустанно молиться за личное процветание Президента, который ночами не спит, все думает о том, как бы все поправить. А что тут было править? Этого не понимал никто. Никто даже вспомнить не мог, с чего началась разруха, и как, каким образом процветающий когда-то город превратился в руины, а на его обломках безумствуют сейчас уличные банды грабителей, насильников и мародеров. А от самого Города осталась только окраина, обнесенная высокой и прочной стеной, из многочисленных бойниц в которой на окружающий мир были нацелены спокойные точки пулеметных дул. Когда-то у Лизы была подруга Светка. Каким-то образом той удалось закрутить короткий роман с Гончим, вот ей-то он и рассказал, что там, за Периметром, есть настоящая жизнь. Там гудят станки в заводских цехах, в которых в две смены работают люди. Там есть школа, больница и магазин одежды. - Магазин одежды? – удивилась Лиза. – Ничего себе. - Да-да, - подтвердила Светка, - магазин с одеждой, которую шьют на заводе, и целый магазин продуктов, которые выращивают на ферме. Там даже молоко есть, в том магазине. А потом Светка умерла, так и не сумев разродиться ребенком от того самого Гончего. Но бесхитростный ее рассказ о молоке в магазине запал Лизе куда-то глубоко, под клубок внутри, который постоянно хотел есть.
Дверь квартиры, которую они с Димкой облюбовали для жилья, открылась, и парень появился на пороге. - Вот, - произнес он с гордостью, - нашел в кабине старой машины. Шоколадка была покрыта плесенью от долгого хранения, но Лиза об этом даже не подумала. Она вскрыла хрустящую фольгу и с восторгом впилась крепкими зубами в восхитительную темно-коричневую сладость. Дима смотрел на нее, которая наслаждалась вкусом заплесневелого шоколада, и думал о том, насколько же он старше своей подруги. Лиза не помнила ничего, кроме сырого подвала, в котором жила с полусумасшедшей старухой до тех пор, пока та не умерла. Когда девочка-подросток оголодала настолько, что съела всех пауков в том подвале, она выбралась на свет и первым, кого встретила в этом сбрендившем мире, оказался он – Дима, которого только что прогнал вожак Черных Ястребов. Сказав напоследок, что слабакам и слюнтяям в его банде делать нечего. Сам-то он иногда просыпался по ночам от проблеска детских воспоминаний, в которых его маме всегда было плохо по утрам. Маленький Дима начинал плакать, когда мама запиралась в туалете и принималась там громко стонать, жалуясь на тошноту. Но папа всегда улыбался, взлохмачивал огромной пятерней непослушные мальчишеские волосы и говорил: - Это пройдет, пацан. Скоро у тебя появится братик. И вот сейчас Лиза вела себя так же, как когда-то его мама. Она жаловалась по утрам на тошноту и постоянно хотела есть. И скоро у Димы должен появиться сын. А тогда, увидев на ступеньках, ведущих в темное нутро подвала, девчонку, что шаталась от голода, он протянул ей руку и сказал: - Пойдем со мной. И привел ее в небольшую квартирку, заваленную всяким хламом, который уже долгие дни таскал со всех помоек. Лиза взглянула на это богатство и тихо разрыдалась, опустившись на изрезанную резиновую покрышку. - Вот, - сказал он ей, стараясь утешить, - это рыба. Ловко вскрыл банку рыбных консервов и протянул Лизе. Она громко сглотнула, стараясь удержать во рту огромную реку слюны, которая потекла при упоительном запахе кильки в томате, и благодарно улыбнулась своему неожиданному спасителю. Они стали жить вдвоем, уходить утром за бесплатной едой, копаться в гниющем мусоре, которым были завалены улицы города, и согревать друг друга холодными ночами, укрываясь тряпками, собранными на помойках. Затем к ним прибилась Светка, сбежавшая из банды Леопардов, пока они не изнасиловали ее до самой смерти, и их маленькая устойчивая шайка зажила вполне сносно. Пока Светка не умерла, корчась в родовых муках, а сама Лиза впервые утром не выблевала весь бесплатный завтрак.
***
- Господин Президент и члены Конклава. Министр Всеобщей Безопасности стоял перед огромным овальным столом. Лиц он не видел, да и видеть не мог. В Бункере, где заседали члены Конклава, электричество экономилось, заливая тусклым светом лишь центр самого стола. - Надеюсь, Министр, вы принесли нам хорошие вести, - раздался голос Президента с узнаваемыми простонародными нотками. - Я тоже надеюсь, - ответил Дымов, склонив голову, и начал свой доклад. Два дня назад, когда его палец лежал на кнопке вызова, и когда трясущийся от страха генетик, проглатывая окончания, пытался донести до Министра свои идеи и наработки, Дымов думал, что конец пришел не только его карьере. А и всей жизни тоже. В условиях жесткой экономии ресурсов кормить уволенный в запас лишний рот никому не интересно. А выпускать во внешний мир человека, обладающего знаниями о жизни внутри Периметра, слишком опасно. Пустят в расход, а тело переработают на удобрения для фермы. Но по мере того, как генетик приближался к концу рассказа, у Министра забрезжила надежда. Крохотный пока ярко-красный уголек, но он разгорался всё сильнее, стоило только понять окончательно весь грандиозный замысел этого невзрачного крысеныша в мятой рубашке, пропахшей потом. Это было не просто объявить карантин, выгнать на улицы обезумевшего Города все подразделения Гончих, закованных в латы, и всадить каждому хорошую дозу вакцины добра, уничтожив этим агрессию раз и навсегда. А после можно было бы открыть ворота Периметра и заставить бывших убийц и насильников наводить порядок в Городе. Отстраивать разрушенные ими же здания, восстанавливать электричество и водоснабжение. И тогда экономика, рухнувшая от кризиса сорок с лишним лет назад, начала бы восстанавливаться мало-помалу. Тонкий ручеек денег потек бы в казну, обеспечивая необходимый товарооборот. Но нет, этот сумасшедший гений замахнулся на большее. Он нацелился на саму природу человеческую. За это Дымов обозвал его идиотом и пригрозил немедленно кликнуть Гончих, ожидающих приказа за дверью. Но Наумов смешно замахал руками в ответ и зачастил еще быстрее: - Не-не-не, господин Министр, вы не понимаете самой сути моего предложения… А когда Дымов понял, к чему клонит этот облезлый субъект, он натурально восхитился. Нет, зря все-таки он когда-то недооценивал это яйцеголовое племя. Иногда они способны выдать нечто стоящее. Вот с этим самым стоящим Дымов и находился сейчас в темноте бункера перед огромным овальным столом.
Когда же он закончил доклад, в желтое пятно тусклого света выдвинулось лицо человека настолько старого, что морщины, казалось, просто окаменели на этой маске смерти, обтянувшей лысый череп. - Я старше всех здесь присутствующих, - проговорил человек, чей голос исходил из голосового аппарата в трахее, - и помню, как отец катал меня на огромной гоночной машине по загородному шоссе. С другой стороны стола раздался незнакомый Дымову голос: - А сейчас все машины переплавили на металл, а кожу с сидений перешили на куртки. - Мы только в книгах читали о том, как роскошно жили наши предки, - ответили справа от Дымова.
Старик поднял руку, заставив всех замолчать: - Может ли ваш ученый гарантировать нам результат? Чтобы не случилось того, что произошло с вакциной, которую мы так долго ждали. На это Министр твердо и без раздумий ответил: - Да, это он нам гарантирует. - Тогда, - продолжил старик, - я отдаю свои последние сбережения. Это говорю я, последний из Рокфеллеров. Пока последний. У меня есть здоровая молодая наложница и несколько замороженных эмбрионов. Я хочу, чтобы мой будущий сын тоже смог проехать на гоночной машине по загородному шоссе.
Дымов вышел из кабинета, вытер пот со лба и обессилено опустился на пластиковый стул у двери. Можно было выдохнуть. Когда почти сорок лет назад капиталистический мир накрыла волна очередного финансового кризиса, никто особо поначалу не волновался. Этих кризисов за всю историю человечества было не пересчитать по пальцам на руках и ногах. Однако ж выжили как-то. И надеялись, что пронесет и в этот раз, но не пронесло. Кризис накрыл всех. Экономики ведущих стран валились, словно доминошный домик, увлекая за собой всю цепочку связанных с ними производств. Некогда гиганты промышленности каждый день объявляли об очередном сокращении штатов и закрытии предприятий по всему миру. Армии безработных штурмовали биржи труда, требуя хоть какой-нибудь, пусть даже подённой работы. Хоть за еду, да копейку, на которую можно будет купить булку хлеба для ребенка. То тут, то там вспыхивали голодные бунты, когда отчаявшиеся в поисках работы люди врывались в продуктовые магазины и добывали пропитание с боем и жертвами. Хозяева магазинов лихорадочно вооружали сотрудников и под каждый прилавок лепили красные кнопки экстренного вызова Гончих. Население крупных городов уверенно опускалось на самое дно, где ведущие специалисты крупных корпораций сидели прямо на голом асфальте, прикрываясь табличкой «Ищу любую работу». Но единственная работа, которую им могло предложить Правительство – это была работа Гончего, которых требовалось все больше и больше. В небольших государствах начали появляться диктаторы, объявлявшие о том, что они точно знают, что надо делать. Измученные жители с надеждой прислушивались к словам любого сумасшедшего, способного показать им хоть какое-то направление. Но каждый диктатор начинал с того, что лихорадочно снимал со всех правительственных счетов оставшиеся деньги и уматывал из умирающей страны куда подальше. Агрохолдинги, поглотившие в свое время всех достаточно крупных фермеров, держались до последнего. И последними объявили себя банкротами, пустив скотину под нож и перекопав тракторами весь урожай. Отпущенные восвояси работники незамедлительно приступили к грабежу частных владений. Каждый хозяин хоть одной коровы и десятка куриц считался богачом, и участь его была решена.
Всё это Дымов узнал, когда по долгу службы изучал правительственные архивы, заменяя на посту уходящего на переработку прошлого Министра. Любой крупный город, в котором остались хоть какие-то ресурсы, постарался огородиться от лавины голодных оборванцев, желающих попасть за городскую черту в надежде получить свою пайку еды и жизни. На всех дорогах в города появились вооруженные подразделения, которым было приказано стрелять без предупреждения в любого, кто попытается пересечь желтую линию въезда. Благодаря аналитическому центру Президента все оружие дальнего боя, включая луки и арбалеты, было изъято с полок оружейных магазинов задолго до того, как города накрыла волна безумства. Работая по ночам, бригады нанятых строителей спешно возводили в каждом городе свой Периметр, за которым укрывалось Правительство с кучкой самых состоятельных людей. Но, отгородившись непроницаемой стеной от всего остального мира, они забыли о том, что деньги сами по себе ничего не значат. На них не купишь воды в пустыне, потому что живущему там бедуину не нужны твои деньги, ему чаще всего нужна твоя жизнь.
Мир превратился в острова крупных городов, разделенных между собой зарастающими полыньей трассами, по которым бродили одичавшие люди. В ограниченном пространстве Периметра деньги потеряли своё значение. Былое величие и мираж прошлого богатства еще удавалось поддерживать некоторое время, установив зарплату врачам, учителям и фермерам внутри. Но о роскошной жизни приходилось понемногу забывать. Ресурсы Периметров неуклонно истощались. В переработку шло все – от бесполезных автомобилей до умерших жителей.
Именно тогда тот же аналитический центр предложил Правительству организовать ежедневную раздачу похлебки населению внешнего города. Это должно было снизить накал бешенства, охвативший измордованных людей, и решить вопрос с пищевыми отходами, которые не подлежали вторичной переработке.
Вакцина добра, которую им всем обещал генетик, должна была решить вопрос с агрессивностью городских жителей и позволить Правительству начать восстановление.
***
Они едва не проспали гонг, который каждое утро возвещал о том, что в места выдачи вот-вот приедут бронированные машины с похлебкой. Лиза, которую всю ночь мутило от шоколада, съеденного на пустой желудок, с трудом поднялась и, шатаясь от голода и тошноты, побрела за Димой. За два квартала до точки выдачи на пути у них встал Ник – вожак Черных Ястребов. Покручивая в руках историческую секиру, которую умыкнул по случаю в музее, он насмешливо смотрел на своего бывшего товарища. Дима инстинктивно загородил собой беременную Лизу, но Ник на это только раскатисто захохотал. - Классная телка, - прокомментировал он, - молодая, упругая. Поделись, дружище. Я тебе за это дам яблоко. Он достал из-за пазухи потертой кожанки маленькое зеленое яблоко – падалку с дерева, росшего на территории банды. Дима чуть повернул голову назад и проговорил для Лизы: - Уходи. Прячься. Из последних сил она нырнула в подъезд ближайшего полуразвалившегося дома и укрылась там под лестницей, зажимая рот руками. - Где твои холопы? – нарочито нагло спросил Дима. - Мы – свободная стая, - ответил Ник, - у меня нет холопов, только боевые друзья.
Меня больше интересует, как она выглядит. По идее жопа - это же целая система, агрегат так сказать, а не только банальное отверстие. А кобра, она ж вся, в основном, одинаковая. В длину.
ЕМНИП, жоп, как таковых, у змей нет. Есть клоака, то бишь, банальное отверстие ближе к хвостовой части всего шнурка змеи, через которую она, собственно и гадит, и яйца кладёт.
Ятаган Я бы начала с того, что почитала и обсудила уже выложенное. А то надоело таскать в яп-издат хорошие рассказы с оценкой едва дотягивающей до 20.
Мысль, конечно, хорошая и здравая, вот только зелени уже выложенным рассказам это не прибавит. Если только в самих рассказах движуху создавать. А вот мысль посредством предварительного обсуждения здесь повышать качество выдаваемого на публику вполне себе продуктивна.
عالی هستی میدانی چطور از گوگل استفاده کن • На сайте 9 лет
6
Цитата (Ятаган @ 7.09.2023 - 10:55)
Ребята, а если нам реально устроить здесь некую авторскую кухню? Прямо в этой теме. Будем выкладывать куски произведений (или не куски), чтобы покусать друг друга, или похвалить. А потом, после исправления косяков - уже в большой ЯП выдвигаться.
А? Что скажете? Я могу стать застрельщиком.
Тогда держите начало будущего тематического романа.
عالی هستی میدانی چطور از گوگل استفاده کن • На сайте 9 лет
6
Цитата (Ятаган @ 7.09.2023 - 10:55)
Ребята, а если нам реально устроить здесь некую авторскую кухню? Прямо в этой теме. Будем выкладывать куски произведений (или не куски), чтобы покусать друг друга, или похвалить. А потом, после исправления косяков - уже в большой ЯП выдвигаться.
А? Что скажете? Я могу стать застрельщиком.
Тогда ловите начало романа, который будет признан жемчужиной русской словесности начала двадцать первого века.
На дощатый стол перед Бояной плюхнулся кривобокий кувшин с колодезной водой. Девица, принёсшая его, презрительно вздёрнула конопатый нос и уплыла вглубь корчмы, покачивая бедрами. Мол, ешь, пей да уматывай, не занимай зря место, голь перекатная. Бояна молча черпала пустую кашу, угрюмо поглядывая по сторонам. Народу в корчме было не так чтобы много, но люди были. В конце зала ругались какие-то крестьяне, споря, что нонче выгоднее сеять, брюкву, али все-таки репу. В углу в компании тощего чернеца с острым пронзительным взглядом сидели два матёрых гридня. По всему — скупым движениям, негромким словам, спокойному, с прищуром взгляду было ясно — то мужи опытные, жизнь повидавшие. В мошне Бояны давно уже проглядывало дно, и серебра пока не предвиделось. Сюда, в Берестье, она пришла с обозом купца из Турова, как и двое воинов, подрядившись по дороге оборонять его от лихих людей с большака да иных дорожных напастей. Время нынче неспокойное, люди поговаривают, что не только тати-душегубы пошаливают, а и нечисть расплодилась откуда ни возьмись, как только земля-матушка носит ее. Ряд-то поляница выполнила, оборонила от лихих людишек, и купец расплатился честно по уговору, да только на третий день срезали ей кошель на ярмарке, пока приценивалась Бояна к сапогам взамен стоптанных. И без сапог осталась девица, и без кошеля. Ладно что не все гривны с собой взяла, малую толику на дворе постоялом оставила. Да толку в той толике, коли она последняя? Бояна облизала ложку и сунула ее в поясной чехол. Отодвинула пустую миску и собралась было уже подняться, как вдруг за столешницу ухватилась толстомясая рука, покрытая рыжими волосами. — Ну что, красна девица, не передумала? Ласки не пожалеешь для добра молодца? — на Бояну пахнуло перегаром. Поляница повернула голову. У стола, покачиваясь, стоял ражий детина в расшитом золотом атласном кафтане. Из-за его плеча выглядывали еще двое. Все сытые, наглые, они маслено ощупывали глазами Бояну и ухмылялись. Щербато оскалившись, детина подмигнул и подбоченился. — Да не кочевряжься, девка! Серебра насыплю, в шелка-аксамиты одену! Кто еще на тебя позарится? Тоща, ликом черна, а мне люба! Вот такой вот я щедрый молодец… Замуж не зову, не боись, — “Молодец” покачнулся и попробовал было ухватить Бояну за локоть, та отдернула. Детина хватанул шуйцей воздух, потерял равновесие, поскользнулся на гнилой соломе да и ухнул на пол, взбрыкнув сафьяновыми сапогами. Его дружки гыгыкнули было, да тут же заткнулись, словив лютый взгляд молодца. Красный от злости, парень поднялся, подобрав свалившуюся шапку. Напялил ее на взъерошенную голову и навис над Бояной всей немаленькой тушей, обдав девушку вонючим выдохом. — Ну вот что, девка! Надоело лясы пустые точить. Нечего передо мной тут выкобениваться, чай не холоп перед тобой стоит! Айда со мной, сказал! — Детина схватил Бояну за волосы и попробовал поднять с лавки. Поляница молча сжала упрямые губы. Выдохнула и коротко, без замаха воткнула острый локоть в пах наглецу. Рука, ухватившаяся за волосы, тут же разжалась. Бояна ужом выскользнула из-за стола и развернулась к троице. Детина согнулся и, как карась на берегу, хватал воздух раззявленным ртом, ухватившись за причинное место. *** — Положим, я дам тебе время скрыться в лесу. Скажем, пока солнце не опустится за ту ель, не стану спускать собаку. Что скажешь, справедливо? Конь под князем Жебловским всхрапнул и попятился.
Ятаган, я просто напомню, что постить незавершёнку - фи. Как по мне, нет смысла нести что-то сначала сюда, потом в инкубатор. Ну прочитают тут что-то 3,5 землекопа, чем это поможет в дальнейшем? Проще сюда ссылки на темы в инкубаторе пихать, наверно. Впрочем, такая доска объявлений уже была создана и заглохла, как и ещё куча всяких благих починов.
исследования, на которые Правительство выделило миллион кредиток
Наверное, всё-таки "кредитов". Кредит -- почти общепринятое название валюты в фантастике, а "кредитка" намекает на банковскую карту, которая вряд ли бы работала в описываемом мире.
Цитата
щедро удобрил бы кровью мостовые Города
Почему "города" с заглавной, если их несколько?
Цитата
возродить забытый всеми добрый мир прошлого
Без претензий, просто усмехнулся из "доброго мира прошлого". =)
Цитата
Результат решил предстоящий разговор с Конклавом и Президентом
ИМХО, смещён акцент. Здесь подлежащим выходит "результат", результат не может что-то решать. "Результат был определён предстоящим разговором...".
Цитата
Воду еще можно было найти, когда в ржавых бочках она скапливалась после дождей
А когда не скапливалась нельзя было найти? "Воду ещё можно было найти -- после дождей она скапливалась в ржавых бочках".
Цитата
Дима смотрел на нее, которая наслаждалась вкусом заплесневелого шоколада,
Чем плохо причастие "наслаждающуюся"?
Цитата
уходить утром за бесплатной едой, копаться в гниющем мусоре, которым были завалены улицы города
Вопрос: откуда берётся мусор, если в Периметре, по сути, ничего не осталось?
Цитата
электричество экономилось, заливая тусклым светом лишь центр самого стола.
Вряд ли светом заливало прям само электричество.
Цитата
Благодаря аналитическому центру Президента
А где у Президента аналитический центр?.. ИМХО, "Благодаря аналитическому центру при Президенте".
Ятаган Смотри, начну с начала. Ты представляешь министра. И надо сразу ему имя дать в первом предложении. Слишком нарочито выглядит "Дымов" во втором. Я бы сделал так
Цитата
Перед столом Министра Всеобщей безопасности Дымовым стоял невысокий невзрачный человечек в костюме стального цвета и мятой клетчатой рубашке. Человечек беспрестанно шмыгал распухшим простуженным носом, старательно отводил взгляд от строго лица Дымова и нервно мял в руках видавшую виды фетровую шляпу.
"Скривил губы". Расхожее выражение, надо уходить от таких штампов. Можно заменить на что-то, что придаст ему индивидуальности "плюнул в сторону", "сказал "бу-бу-бу"" и так далее
Цитата
Дымов выдержал паузу, которая должна была означать всю важность разговора, скривил губы и обратился к посетителю:
- Итак, гражданин Наумов, насколько я понимаю, ваши исследования, на которые Правительство выделило миллион кредиток, зашли в тупик.
Потом меня удивило, что эксперименты с вакциной проводились на пауках. Я дилетант в этом, но зачем на членистоногих проводить? Вроде на млекопитающих проводят типа мышах (да на них тоже там указано, но пауков я бы убрал или если на них действительно проводят в жизни эксперименты -- как-о с научно точки зрения эту инфу провести, типа, "ученые сначала проводят на пауках, так как...)
В целом как по мне деепричастий многовато. Я бы строил предложения проще. Не спорю, все вроде чистенько смотрится и стройно, но длинные предложения зачастую утомляют.
Теперь к сути. Министры все эти и президент нарочито картонные. Ну надо их показать, что они тоже люди. Пусть они вакцину называют "шмурдяком", например. Так ты только подчеркнешь, какие они все уроды. То есть не хватает диалогов "Аля Тарантино".
Это сообщение отредактировал Choke - 7 сен 2023 в 15:05
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии. Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.
1 Пользователей читают эту тему (1 Гостей и 0 Скрытых Пользователей)
yaplakal.com