Дверь, в ожидании Ресана, Венд оставил незапертой. Сейчас воин стоял в дальней части комнаты, разоблачившись по пояс и рассматривая прорехи в рукаве рубашки, оставленные стрелой. Шаги, донесшиеся из коридора, заставили бросить одежду. Мужчина, поморщившись, наклонился и взял в левую руку длинный боевой нож, до того лежавший на кровати. Он ждал одного человека, но услышал шаги нескольких. Первой внутрь вошла служанка с усталым лицом, молча поставила таз с водой на единственную в комнате тумбу, положила рядом тряпки и так же молча вышла. Следом в дверях появился Ресан, порадовав спутника нездоровой бледностью, покрасневшими припухшими глазами и неловкими движениями избитого человека. - Что стряслось? – поразился Венд. - Неприятности, - ответил за парня незнакомый человек, тоже входя внутрь. При виде Венда его глаза чуть расширились, будто узнавая, движение на долю мгновения сбилось. Воин всмотрелся в лицо человека, пытаясь понять, откуда тот его знает. Память упрямо молчала. Внешностью чужак обладал самой обычной, южнее Радоги так выглядит каждый второй: темно-русые волосы, серые глаза, смуглая скорее от загара, чем от природы кожа, обычное, довольно приятное лицо. Да еще россыпь веснушек на носу. Контрастировало с довольно крестьянской внешностью только обилие оружия. Деревенский парень, подавшийся в наемники и неплохо преуспевший? Не растерявший при этом природного благодушия и еще не получивший коллекцию шрамов? - Прошу извинить за приход без приглашения, - продолжил незнакомец, останавливаясь у порога. - Я обещал мальчику проводить его до комнаты, а теперь вижу: помощь может понадобиться не только ему. Нет, не крестьянин. Или уже очень давно не крестьянин. Говор не тот, обороты речи человека благородного либо привыкшего вращаться среди таких. - С кем имею честь? – поинтересовался Венд, не торопясь убирать нож. - Тибор Цинт, - незнакомец склонил голову в приветствии. - Тарэс? – уточнил Венд, хотя отсутствие приставки ар говорило само за себя. - Да, - кивнул тот. - Венд ар-Син, - представился в свою очередь воин. Мотнул головой в сторону юноши, которой остался стоять, устало прислоняясь к стене. - С ним, как понимаю, вы уже знакомы. - Не совсем, - ответил Тибор. - До обмена именами не дошло. - Тарэс меня спас, - вмешался Ресан, поднимая голову. - От наемников. Там, внизу… - Понятно… - протянул Венд, без труда догадавшись об остальном. - Судя по отсутствию мстителей, кодекс не нарушен? - Кодекс? – удивленно переспросил Ресан, но мужчины не обратили на его вопрос внимания. - Все живы, никто не покалечен, - кивнул Тибор. - Благоразумно, - согласился воин. – Могу ли я как-то отблагодарить вас за спасение моего спутника? Если Тибор – простой наемник, от материального вознаграждения он не откажется. Но чужак разбил его построения: - Я не нуждаюсь в деньгах. Добавил, слегка улыбнувшись: - У меня сегодня день добрых дел. - Обет богам? – последнее казалось маловероятным, но каких только обещаний воину не доводилось слышать за свою жизнь. Когда человек оказывается в смертельной опасности, он начинает предлагать богам действительно странные вещи. И, выжив, порой даже выполняет обещания. Тибор покачал головой: - Хочется иногда уравновесить грехи, скопившиеся на совести. Что поделать, матушка моя была жрицей. - Совесть – неудобное имущество для наемника. - Верно, - согласился чужак.
*****
Ресан с любопытством наблюдал за общением человека, который его спас, и Венда. Боль в животе стала затихать, и интерес к окружающему миру возвратился. Сейчас Тибор вел себя иначе, чем внизу. Из глаз ушла холодность, из голоса – отстраненность. Прежняя маска угрюмости старила; говорящий легко и дружелюбно, Тибор казался намного младше. Приятнее. Проще. Ну конечно, озарила юношу догадка, ведь там, внизу, сидели наемники, перед ними требовалось держать лицо. Мягкость в их среде не приветствовалась. А на самом деле Тибор именно такой, какой сейчас, - спокойный, доброжелательный. Ресан не отказался бы от такого друга. Хотя Венд оказался хорошим попутчиком, и с ним было о чем поговорить, разница в возрасте ощущалась. Счастье еще, что воин не имел склонности к чтению нотаций. - Я смотрю, сегодняшние волнения тебя задели? – продолжил между тем Тибор, кивая на рану Венда. Плоть вокруг деревянного основания стрелы побагровела и распухла, и Ресану не верилось, что мужчина ведет себя так спокойно. Ведь больно же! - Случайный выстрел, - нехотя ответил Венд. - Сам видишь, ничего серьезного. Да и вообще на мне все быстро заживает. - Вы послали за лекарем? - Скоро должен прийти, - подал голос Ресан. Венда, несмотря на благодарность за спасение юноши, присутствие незнакомца заметно напрягало. Возможно, будучи раненым, он чувствовал свою уязвимость. А вот Ресан предпочел бы, чтобы Тибор не уходил подольше. А то и вовсе – остался с ними. Мало ли, им ведь может оказаться по пути… Мысль споткнулась, когда Ресан с запозданием сообразил: это «по пути» он с Вендом еще не обсудил. И идеями своими, пришедшими за время вынужденного сидения в храме, не поделился. - Как хоть тебя зовут, парень? – улыбнувшись, посмотрел на него Тибор. - Ресан Эвники, - ответил тот, привычно выдав давнюю заготовку. - Фамилия без «ар»? – удивился мужчина. - Б-без, - с запинкой ответил юноша, чувствуя, как щеки начинают гореть. Врать этому человеку оказалось намного сложнее, чем Венду. - Хм, - сказал Тибор. - Я был уверен… Вторая часть предложения осталась неизвестной. В дверь торопливо стукнули и, не дожидаясь ответа, внутрь ввалился тяжело дышащий мальчишка, которого посылали за лекарем. - Там такое… такое! - воскликнул паренек, широко махнув руками, словно пытаясь показать, какое именно. – Побоище, – добавил он, пытаясь отдышаться. - А еще храм горит! И второй тоже! И одна из Дланей начала двигаться. А рыцари Гиты… - Ты про лекаря скажи, - оборвал его Венд. - Когда придет? - Не придет, - мотнул посыльный вихрастой головой. - Ни один не придет. Говорю же – там, на площади, побоище. И мертвые тоже. И раненые. И вот… - Ясно, - порывшись в сумке, Венд достал медяк и кинул мальчишке. - Поблизости пожаров нет? - Не-а, - отозвался тот. - Здесь у всех защита стоит, магическая, дорогая. И у нас тоже - хозяин позаботился. - Ступай, - кивнул ему воин, и, едва за мальчонкой закрылась дверь, добавил негромко. - Думаю, на горящих храмах защита имелась не хуже. Прости, Тибор, за отсутствие гостеприимства, - добавил он, обращаясь к новому знакомцу. - Но рану следует обработать, и чем раньше, тем лучше. Будем справляться сами. Венд взглянул на моментально побелевшего Ресана и постарался не думать о том, что юноша может рухнуть в обморок раньше, чем вытащит стрелу. Домашний мальчик… Тибор тоже посмотрел на юношу и вздохнул: - По лицу твоего спутника вижу – прежде он стрел не вытаскивал. А вот мне доводилось. - Предлагаешь…? – неуверенно уточнил Венд. Тибор пожал плечами: - Сделаю сегодня еще одно доброе дело, уравновешу еще один грех. - Много грехов скопилось? – не удержался Венд. - Удивишься, - серьезно ответил тот. Стрелу Тибор вытащил действительно умело, с привычной сноровкой остановив кровотечение, аккуратно зашил и перевязал рану. Ресан, которому приказали стоять рядом и помогать в случае необходимости, в обморок не упал, но пару раз казался к тому близок. - К виду крови нужно привыкнуть, - коротко сказал Тибор на его оправдания после того, как юноша второй раз выронил материал для перевязки. Венд, выразившийся бы короче и ярче, смолчал, в очередной раз пожалев, что отказался выпить перед операцией вина. Челюсти мужчина стискивал до зубовного скрипа, но пару раз, не сдержавшись, хрипло выругался. Судя по тому, какие жалостливые взгляды бросал на него Ресан, выглядел он также замечательно, как себя чувствовал. - Где ты так наловчился? – спросил воин по окончанию неприятной процедуры, растянувшись на кровати и глядя, как Ресан под руководством нового знакомца убирает окровавленные тряпки и затирает пятна. - Жизнь научила, - Тибор посмотрел на него оценивающе, но с оттенком сочувствия. Сел на табурет, стоящий рядом с кроватью. - К вечеру почувствуешь себя лучше. - Надо бы еще к Светлому жрецу заглянуть, - робко сказал Ресан. - Лучше всего к Солнечному. Чтобы воспаление не началось… Венд устало кивнул. Если лечил не лекарь с Даром, то рана, какой бы пустяковой ни казалась, могла унести – и порой уносила – жизнь раненого. Заменой такому лекарю могло стать благословение жреца или жрицы. Насчет якобы только Светлого Ресан ошибался. Тут мог помочь и служитель Многоликого, и даже, если уж на то пошло, Серой Госпожи. Это не означало, будто жрецы Смерти занимались врачеванием, это означало только, что они могли – теоретически. Если бы вдруг захотели. - Рана не воспалится, – заявил Тибор. - Как ты можешь быть уверен? – недоверчиво уточнил Ресан. Венд промолчал, хотя ему тоже стало любопытно. Тибор чуть улыбнулся: - У меня легкая рука. - Для этого нужен Дар, - возразил Ресан. - Не обязательно, - отказался тот. - Ведьмак? Или шаман? – усмехнулся Венд. - Похож? – удивленно поднял брови наемник. - Да не особо. - Матушка, будучи жрицей, - объяснил врачеватель, - еще в детстве провела меня через нижнюю ступень посвящения. Жрецом я не стал, но благословение богини призвать могу. - Какой богини? – уточнил Ресан. - Богини Льда, - легко ответил Тибор. - Матушка родом с севера, а отец из местных, внешне я пошел в него. Венд не удержался от искушения взглянуть на юношу. Тот смотрел на Тибора с явной опаской. - В чем дело? – удивился наемник. - Ресан не так давно навлек неудовольствие твоей богини, - ответил за юношу Венд, не видя причин скрывать недавний случай. - Ты? Чем? - Не знаю, - недовольно отозвался парень, отворачиваясь и кидая на Венда сердитый взгляд. - Это случайно вышло. Тибор вскинул брови, но допрашивать не стал, вернувшись к разговору. - Могу обещать: рана затянется быстро. Возможно, к завтрашнему дню останется только шрам. - Легкая рука? – хмыкнул воин. - Верно. Венд полуприкрыл глаза, вслушиваясь в ощущения. Боль торкала уже меньше, словно бы и впрямь начинался процесс заживления – уже сейчас. - Мы оба твои должники, - сказал он. - День добрых дел, - напомнил, улыбаясь, Тибор. Улыбка у него оказалась на редкость приятная, настолько располагающая, что в Венде шевельнулись нехорошие подозрения. Ну не будет обычный человек так помогать абсолютным незнакомцам, не будет вести себя с ними, словно с добрыми старыми друзьями. - Ты меня знал прежде? – спросил он прямо. - Знал? – вроде бы искренне удивился тот. - Когда ты вошел, взглянул так, словно признал. - Ах, это, – Тибор кивнул, улыбка исчезла с лица, на то словно набежала тень. - Нет, Венд, ты для меня незнакомец. Но тебе повезло походить на человека, очень мне дорогого. На лучшего друга, которого я похоронил. - Вот как, - тихо проговорил воин. - Это более вероятное объяснение, чем бескорыстные добрые дела во искупление грехов. - Одно другого не исключает, - возразил Тибор. – Но да, я рад помочь тебе. Словно бы отдал часть старого долга. - Ты живешь в Радоге? - Нет, - покачал тот головой. - Здесь у меня дела. Пробуду еще несколько дней. - Тогда тебе, возможно, будет интересно узнать, что волнения в городе – творение рук Тонгила, – проговорил Венд, решив поделиться с новым знакомцем недавно обнаруженной информацией. - Темного мага? – после паузы уточнил Тибор. - Его. - Он в городе? - Не знаю, - признался Венд. – Но мы с Ресаном видели его людей. Даже если Темный остался в своей берлоге, ничего хорошего Радогу не ждет. Лучше уехать отсюда, как только откроют ворота. - Верно, - после еще одной паузы сказал Тибор. - Верно. Потом встряхнулся, глянул в окно на солнце, приближающееся к полудню, и поднялся: - Мне пора вернуться к делам. Надеюсь, мы еще встретимся, и тогда никакие неприятности не будут омрачать ваши жизни. - Мы твои должники, - повторил Венд. - Забудьте, - мягко сказал Тибор. – Это, в самом деле, ничего мне не стоило. Новый знакомец ушел, и Венд уже начал проваливаться в легкую дремоту, когда Ресан заговорил: - Что значит «Кашима»? - Хм? – Венд, вынырнув из сна, повернулся к юноше. - Кашима? Часть Морского братства, их элита. Ты это от кого услышал? - Морское братство? – повторил Ресан. - Так ведь называют пиратов? - Да, - согласился воин. - Хотя большинство – те же наемники… Так от кого? Юноша тихо вздохнул: - От Тибора. Он один из них.
Незадолго до того, как пересечь отметку полудня, солнце словно замерло. Застыло в небе, издеваясь над жалким смертным. Минуты тянулись как часы, и Арон, теряя выдержку, начал ходить по небольшой комнате. Наконец светило перевалило через полуденный барьер. Вновь обозначились тени, и маг, закрыв ставни, подошел к зеркалу, заранее выложенному на стол. Клановец отозвался сразу. - Вы готовы записать, господин? - Говори, я запомню. Семнадцать адресов и все детали, касающиеся детей, впечатались намертво – на память северянин никогда не жаловался. - Вызову тебя позднее, - сказал наемнику, сдерживаясь, чтобы не сорваться с места. - Удачи, господин, - отозвался тот. Поверхность зеркала потемнела. Семнадцать домов, расположенных в разных частях города. Сколько уйдет на них времени? Придется проникнуть в каждый, найти нужного ребенка и убедиться, не тот ли он. Не успеет ли Мэль раньше? Единственное облегчение – полукровка пока не знает, где именно следует искать. Жестоко-рассудочная часть натуры вновь вопросила: не стоит ли избавиться от полуэльфа заранее? Ведь Богиня не ошибается. И речь идет не о золоте, не о должности - о жизни его ребенка… Но убить вот так, без доказательств единственного, кто поддержал его в этом мире? Без кого Арон бы давно сложил голову? В чем он тогда окажется лучше Тонгила-прежнего? Мужчина коснулся браслета, сейчас невидимого. Удержит ли полукровку в случае чего «поводок»? Будет ли он вообще иметь значение? Если Мэа-таэль попросил о помощи своего деда… Северянин не очень представлял, на что способны шаманы Многоликого, но чувствовал – на многое. Проникать в чужие дома оказалось не сложнее, чем он ожидал. Закутаться в Тени, пройти через черный ход, скользнуть мимо прислуги - и методично обыскать весь дом. Укрытие от чужих глаз давала любая тень, и если люди, находящиеся внутри, замечали, как сумрачно стало в комнате, то лишь ежились и недоуменно смотрели в окна на яркое солнце. Просто запустить Тени внутрь, как в дом, где прятался император, Арон тоже мог, но те передавали лишь общее впечатление от присутствующих и их количество. Ни о возрасте, ни о внешности Тени рассказать не могли. В пятом по счету доме мужчина услышал имя «Альмар». Замер, вслушиваясь, и подавил разочарованный вздох - речь шла о месячном младенце. В восьмом доме… Вот восьмой дом его смутил. Не местоположением – оно оказалось самым обычным – но жителями. Оборотни. От этих не спрячешься в Тенях, эти почуют. Даже находясь в человеческом облике – почуют. Уйти и сперва проверить остальные дома? А если Альмар именно здесь? Войти открыто? Назваться человеком Тонгила и просто спросить о ребенке? Дверь отпер молодой парень, из-под длинной рубахи которого виднелась кольчуга, у пояса висел короткий меч. Правую руку он красноречиво держал на рукояти. - Ну? – спросил неприветливо, всем видом показывая: чужак должен быть благодарен уже за то, что ему вообще открыли. Арон благодарен был. В такой день, как сегодня, действительно могли оставить стоять на пороге. Мысленно вздохнув, северянин протянул руку, показывая тамгу. Брови парня поползли вверх. - Почему время неурочное? - Впустишь или на пороге говорить будем? - Ах да, - парень посторонился, позволяя чужаку пройти, закрыл дверь и крикнул вглубь дома: - Мастер, тут к вам! - Пусть проходит, - отозвался гулкий бас. - Вперед и направо, потом по ступеням вниз,- проинструктировал парень. - Мастерская там. Мастерская обнаружилась, где и было сказано, заполненная людьми: мастер-оружейник, несколько подмастерьев постарше и один ученик, сидящий у окна и тщательно счищающий ржу со старой кольчуги. Северянин окинул все помещение быстрым взглядом, привычно оценивая. Мастер между тем уже поднимался со своего места, вытирая старым полотенцем смазку с рук. Следовало подойти к нему, но глаза Арона сами, без его на то воли, зацепились за маленькую фигуру у окна. Ученик сидел в профиль, свет падал неровно, играя тенями, и никак не получалось толком разглядеть лицо. - В мое отсутствие Курим главный, - мастер сурово оглядел молодежь. - Опять будете валять дурака – останетесь без ужина. Подмастерья загомонили, наперебой уверяя в своем должном усердии. - Позвольте, - проговорил между тем маг. - Какое необычное плетение. Кольчуга из Каганата? Вопрос прозвучал глупо, выставив его неучем, не способным распознать стандартную ковку, зато выдуманный предлог позволил приблизиться к мальчику. Тот поднял голову, посмотрев Арону в глаза, и вежливо ответил: - Вовсе нет, господин. Это кольчуга септов. - Конечно, - согласился мужчина, с усилием переведя взгляд с лица ребенка на предмет разговора. - Как я сам не увидел. Должно быть, блики смутили. И подумал, что остальные девять адресов ему без надобности.
- Итак? – благодушно спросил коренастый оборотень, устраиваясь в соседней комнате в удобном кресле и кивая Арону на стоящее рядом. - Я думал, на сегодня с нашим участием ничего не планируется, господин Кинегим? - Не планируется, - сказал северянин, представившийся фальшивым именем, и, решив не тянуть, добавил просто. - Я за Альмаром. - Сегодня? – удивился оружейник. - Тар Митрил обещал забрать паренька дня через три, когда все в городе уляжется. Арон на мгновение прикрыл веки, пряча гнев. Перед мысленным взором возникло лицо полукровки, такое, ах, искреннее. «Убью, - подумал холодно. - Сам лживую глотку перережу». - Кое-что поменялось. Нужно сегодня, - подтвердил спокойно. - На тамгу могу взглянуть? – доброжелательно уточнил оборотень. - Конечно, - маг позволил мастеру взять пропуск в руки. - Сам Тонгил заряжал? Чувствую, Силой прямо истекает. - Сам, - вежливо подтвердил северянин. - Прежде я вас отчего-то не видел, - продолжил между тем мастер. - Я вас тоже, - Арон криво улыбнулся, поднимаясь. - Прошу прощения, но если мы не поторопимся, то пропустим паром. - Да-да, - мастер тоже встал, возвращая тамгу. - Все же хотелось бы знать, зачем Тонгилу этот мальчик на самом деле? - Господин Митрил должен был вам сказать, - Арон сомневался, что полукровка сообщил семье оружейника о том, кем ребенок приходится магу. - О да, якобы Тонгил решил взять Альмара учеником. Слишком неправдоподобно. - Чем вас не устраивает причина? – отозвался северянин. - Тонгил не берет учеников, – оружейник пожал плечами. - С чего ему изменять своим привычкам? - А почему не берет, вам известно? – уточнил Арон. - Не интересовался. - Так поинтересуйтесь. Тонгилу нет смысла учить обычного стихийника, каких девять из десяти. Но у мальчика такой же редкий Дар, как и у самого мага, – северянин надеялся, что звучит его версия правдоподобно. - Какой Дар? – недоверчиво осведомился мастер. - Спросите у него сами. Думаю, господин Тонгил не откажется поведать вам подробности, – отозвался Арон. После возникшей паузы оружейник медленно кивнул: - Спрошу, пожалуй. Альмар будет рад услышать, что ему нашли учителя. Радостным мальчик не выглядел: - Кто? Какой маг? – серые глаза смотрели напряженно и немного испуганно. - Господин Тонгил, - мягко проговорил северянин, надеясь не испугать ребенка еще сильнее. - Но ведь он не берет учеников! – Альмар перевел растерянный взгляд на оружейника – должно быть, как на человека, более заслуживающего доверия, чем чужак, явившийся ниоткуда. - Я помню, это еще Кирумо говорил. Кирумо? В памяти Арона всплыло лицо светловолосого подростка, которого он едва не убил. Откуда Альмар мог знать маленького оборотня? Как его сын вообще оказался здесь? Впрочем, все это подождет. Сейчас нужно обеспечить ребенку безопасность и разобраться с предателем. - Тебе нужно собрать вещи? – спросил он, меняя тему. Альмар открыл рот, собираясь что-то сказать, но оружейник перебил: - Я отправил за ними жену. У паренька почти ничего не было, мы дали ему одежду своих младших. Альмар посмотрел на мастера, потом на Арона: - Я могу отказаться? Если я… я не хочу? - Не хочешь учиться магии? – удивился оружейник. - Не хочу к господину Тонгилу, - опустив голову, сказал мальчик едва слышно. - Я боюсь. Говорят, он страшный человек. Вероятно, северянин изменился в лице, поскольку оборотень проговорил, извиняясь: - Паренек из столицы. Сами знаете, какие там слухи о господине ходят. Еще и родился у почитателей Солнечного. - Конечно, - кивнул Арон, беря себя в руки. Реакция ребенка естественна, завоевать его доверие будет непросто. Возможно, разговор об их родстве следует отложить на некоторое время, дать привыкнуть… Встряхнись – приказал он себе. Никаких эмоций. Ты для него чужак, веди себя естественно. - Вопреки слухам, своих людей господин Тонгил не трогает, - сказала, улыбаясь, симпатичная русоволосая женщина средних лет, только что сошедшая по лестнице. Протянула Альмару аккуратный сверток. Улыбнулась ребенку: - Ты Темный, значит, из своих. Тот взял вещи и неуверенно ответил на улыбку. Кажется, немного успокоился. - Тем более, как сообщил мне господин Кинегим, - продолжил разговор оружейник, - твой Темный Дар необычен, мало какой другой маг возьмется тебя учить. - Это потому, что я теневик? – вскинул Альмар голову, глядя Арону в глаза. - Это действительно редкая способность? Оружейник успокоено хмыкнул, только сейчас поверив в объяснение северянина. - Верно, - после короткой паузы ответил мужчина. - Очень редкая. И Тени, и Отражения…
Вести сына в крепость Тонгил не решился. Кто из людей и оборотней верен Мэа-таэлю больше, чем ему, Арон не знал. Не знал и того, как развернется ситуация в случае открытого противостояния. Безопаснее и проще полукровку сразу убить, магией или сталью, но тогда имя заказчика останется неизвестным. Северянин почти не сомневался: Мэа-таэль задумал свои планы – какими бы те ни были – не в одиночестве. Наверняка имелись и сообщники – кто знал суть задуманного, а не просто следовал приказам управляющего. Кто? Кто из людей, оборотней, молодых магов, порой появляющихся в крепости? Возможно, Лорган? Так ли уж бескорыстно полуэльф защищал его в столице? Так ли уж случайно именно этот Темный привез послание от Ковена? Слова полукровки о дружбе Лоргана и Тонгила-прежнего… Возможно, еще одна ложь, в которую он поверил? И – самое главное, смущавшее больше всего. То, чего не случалось никогда прежде: его интуиция, так чутко реагирующая на опасность, продолжала молчать. Даже сейчас, когда он уже знал. Как у Мэля получилось? Единственное объяснение, пришедшее Арону в голову, говорило: это работа шамана. Считалось: шаманы слабее магов. А если нет? Если, в своем отличии, их Сила способна – нет, пожалуй, не сломить, но обмануть Силу мага, не вступая с той в прямое столкновение? Шаманам требовался большой запас времени, они не могли убить словом или жестом, не могли испепелить врага мысленным усилием… Но если это время у них имелось… Прежний Тонгил не мог не знать все это, но в дневнике не нашлось даже намека. И ни одна из книг по магии, все же прочитанных северянином, не упоминала о шаманах. Словно тех и вовсе не существовало. Нет, везти мальчика в крепость Арон не решился – слишком велик риск. Нужно было убежище здесь, в городе. Надежное место, которое не затронут волнения, куда не посмеют войти разгулявшиеся наемники и мародеры, где не попытаются искать защиты преследуемые рыцари Гиты. И где люди приложат все усилия, чтобы уберечь его сына от опасности. Как северянин ни ломал голову, только одно место хотя бы относительно отвечало всем нужным условиям. К сожалению, владелец этого места не оказывал бесплатных благодеяний и цену назначал по своему вкусу. Если мужчина не ошибался, его долг, вернее, долг Тонгила-прежнего, уже и так велик. Как скоро потребуется возвращать? - Разве мы идем не в порт? – спросил Альмар; первая его фраза с тех пор, как они покинули дом оружейника. Сам Арон несколько раз думал о том, чтобы заговорить с сыном, подбирал слова – и не произносил их. Анализ настоящих и грядущих неприятностей таких усилий не требовал. - Ты ходил в местный храм Многоликого? – вопросом ответил северянин. К его удивлению, мальчик кивнул: - Когда мы с Кирумо пришли в город. Почему вы спрашиваете, господин? - Потому что некоторое время тебе придется побыть там. В крепости пока… небезопасно. - Тогда я мог бы остаться у мастера, - логично возразил Альмар, останавливаясь и с тоскливым видом оглядываясь назад. Людей вокруг поубавилось – приближалась ночь, никто из простых горожан не желал встретить ее на улице. - Слишком многие знали о твоем местонахождении, – маг тоже остановился. Место для разговора казалось удачным: узкий безлюдный переулок с глухими каменными стенами домов. Некому подслушать. - Кто-то из знавших оказался ненадежен. – Арон сделал ударение на последнем слове, и мальчик испуганно вскинулся: - Отцу известно, что я здесь? Я думал… я надеялся… Мужчина вздрогнул и только через мгновение вспомнил о Дейкасе, которого ребенок считал своим родителем. - Пока нет, но он может узнать очень скоро, - проговорил северянин, который на самом деле практически забыл об этой проблеме. По сравнению с другими она оставалась второстепенной, хотя потенциально опасной. Дейкас, конечно, продолжает искать ребенка, желая довершить начатое. Но вряд ли догадается особое внимание уделять северу страны. Империя слишком велика, у одного аристократа, неважно насколько богатого, не хватит средств держать агентов во всех ее городах. - Тебе безопаснее сменить имя и придумать новое прошлое. Хотя бы на время. Тару Мэлгону вскоре придет в голову логичная мысль проверить учеников Темных магов. И искать его люди станут мальчика по имени Альмар. - Мне нужно новое имя? – ребенок прикусил нижнюю губу, задумавшись. - Пусть будет Рик, - торопливо сказал Арон. - Рик, сокращенно от Рикард. Хорошее имя, правда? - Да… - неуверенно проговорил мальчик. - Да, как скажете. - Тогда все станут называть тебя именно так, Рик, - и, решившись, северянин протянул руку, легонько проведя по волосам сына, откинул в сторону отросшую челку, лезущую тому в глаза. На мгновение задержал ладонь, борясь с желанием обнять маленькую фигурку ребенка, прижать к груди, пообещать, что теперь все будет хорошо. «Не торопись, - напомнил себе. - Не напугай»… Мальчик тем временем вздохнул: - Какой он на самом деле? Господин Тонгил, я имею в виду. Вы же хорошо его знаете? А какой он на самом деле?
Читать тут не хватило сил. Долго. Сходил по ссылке выше и прочитал все произведение. Там уже и вторая часть оказывается недописанная есть. ТС - вторая часть пишется или пока можно расслабиться ?
Вот все нравится! Начиная от самого произведения, заканчивая интеллигентными ответами ТС на сообщения "критиков". И режим выкладки нравится. Бесит, конечно, но нравится. :) Хочется прочесть историю запоем, но это не сделанные дела, бессонная ночь... а по-маленьку каждый день - маловато, но зато каждый день. Но бесит :) Мой любимый жанр. Очень затягивающая история, интересный мир. И темп тоже нравится (это я про количество описаний).
SergeVRmf А я вот, наоборот, лучше бы сутки напролет читала бы, но всё сразу. Но буду ждать здесь, а потом всё целиком перечитаю. И тут высказывались по поводу необъёмного описания деталей, оно не нужно. Я не смогла прочитать ни одну книгу Толстого из-за этого, 15 страниц описания осеннего леса – это слишком. Veden Продолжайте выкладывать, не теряйтесь. Лично я вас только здесь смогу почитать, да и хотелось бы свежей крови на ЯПе
Жаль, если так. В любом случае спасибо за ваше мнение.
По-моему нет. Случайно попалось и увлекся, читаю с удовольствием. Язык хороший, без лишней выпендрежности, сюжет, судя по всему, простой, однолинейный, напоминает, на мой взгляд, манеру Андре Нортон. Ладно, не буду, пока, умничать. Почитаю дальше, увлекло. Очень люблю фэнтази, несмотря на возраст.
Позволю себе не согласиться. На данный момент повествования выделяются линии Тонгила/Мэля, Венда/Ресаны и, видимо, закончившаяся линия Кирумо/Альмара. Да, эти линии не являются полностью самостоятельными и имеют множество точек пересечения, но однозначно делают сюжет не строго однолинейным.
Это сообщение отредактировал Lanista - 4 апр 2018 в 08:41
Отличная вечеринка, не правда ли? • На сайте 15 лет
3
вапще ни разу не любитель этого жанра, но это произведение очень понравилось!!! не знаю кому там стало нудно и однообразно, читал просто запоем. один из лучших рассказов, что попадались за последнее время. Автор, большое спасибо!
А у меня такой вопрос - откуда Тонгил знает п р а в и л ь н ы й язык Существа?
Он вроде обычный наемник, ни разу не посвященный в древние тайны жрец, без пяти минут маг.
Тонгил - сын жрицы, о чем он ни раз упоминал. Наемником стал вынужденно, в детстве его готовили совсем не к этому. В начале книги также есть упоминание о том, что он знает несколько иностранных языков. То, что Существо называет "правильным" языком - это всего лишь язык людей, которые его вырастили. Впрочем, все выяснится через несколько глав.
Альмар лежал на спине, глядя в потолок. Ночь давно вступила в свои права, и помощник жреца, его сосед по комнате, тихо посапывал, отвернувшись к стене. Луна, округлившаяся на три четверти, висела в небе напротив открытого окна и щедро заливала комнату серебристым светом. Окно выходило во внутренний двор храма, воздух наполнял пряный аромат ночных цветов. Потолок, украшенный странными узорами, то складывающимися в дивных зверей, то распадающимися на несвязные линии, притягивал взгляд, заставляя глаза скользить по извилистым дорожкам рисунка. Сон не шел. А вот мысли, напротив, навязчиво лезли в голову, заставляя то так, то эдак поворачивать сегодняшние воспоминания. Господин Кинегим – Темный маг, судя по всему, - говорил много интересного. Интересного и странного. И порой в его поведении проскальзывало что-то, напоминавшее мальчику отца. В поведении, в выражении лица, в словах. Отца из прежнего времени, до событий в храме. Альмару не следовало бояться господина Тонгила. Следовало отнестись к будущему мастеру без предвзятости. Слов было больше, но смысл укладывался в эти два предложения. «Тебе нужно решить самому, каков в реальности Тонгил,» - сказал ему маг. – «Постарайся забыть слухи, в них много лжи и преувеличений. Смотри, слушай, делай выводы. И помни, что сказала жена оружейника: своих Тонгил не трогает, если на то нет серьезной причины. Например, предательства. Ты же не собираешься подсыпать магу яд?» Мальчик прекрасно помнил, как растерялся и даже испугался этого неожиданного вопроса, как отчаянно замотал головой, не понимая, отчего его сопровождающий вообще заговорил о подобном. Господин Кинегим тогда криво усмехнулся: «Вот и молодец. Имя господина Тонгила - самая лучшая защита от Дейкаса… от твоего отца. Даже если тар Мэлгон узнает, где ты находишься, ученику Великого он ничего не посмеет сделать.»
*****
Вернулся Арон, как и планировал, незадолго до заката. Вошел, невидимый, в крепость, снял амулет, потом спросил у ближайшего стражника, где Митрил. - В городе, господин, - уверенно ответил тот, и Арон заставил себя кивнуть, скрывая колыхнувшие злость и разочарование. Неужели полукровка почуял неладное? Или получил сообщение из дома оружейника? - Когда обещал вернуться? - Не знаю, господин, - слегка удивился стражник. Вероятно, магу априори следовало быть в курсе. - Сообщи на посты: как придет, пусть заглянет ко мне, - велел северянин. Просто ждать казалось невыносимо, и Арон вновь достал дневник Тонгила-прежнего. Почти во всем, что писал маг, он разобрался, но последние три страницы, заполненные за день до его появления, перечитывал вновь и вновь. Причина этого не в последнюю очередь заключалась в методе записи, выбранной Темным. В отличие от остальных листов эти чернели иероглифами Народа Песка, на языке которого северянин читал куда хуже, чем говорил, поэтому разбор получился с пробелами. Но содержание стоило потраченных усилий. Тонгил-прежний расписал на последних страницах подготовку к ритуалу, Арону незнакомому. Название, однако, звучало впечатляюще – «Единение со Светом». Ни с Тьмой, что казалось естественным и понятным, ни с Тенью, если таковая, подобно источникам Света и Тьмы, действительно существовала. Тонгил пожелал невозможного… Если, конечно, название не было метафорой, скрывающей оборотную сущность. Игрой лживых слов. - Звал? – знакомый голос вырвал из размышлений, и Арон с удивлением осознал: мысли о магии унесли его от главной насущной проблемы, которая как раз вошла внутрь и закрыла дверь. - Да, Мэль, - северянин махнул рукой в сторону свободного кресла, заставив то развернуться так, чтобы собеседники видели друг друга. - Садись. Какие новости? Полуэльф почти упал в кресло, со вздохом вытянув ноги. - Все идет, как мы рассчитывали. - Устал? – посочувствовал Арон. - Я же не маг. Это ты можешь по двое суток не спать: напитался Силой и вперед, - полукровка вздохнул. - Скоро отдохнешь, - пообещал Тонгил. - Рассказывай. - Да ничего интересного. К нашему кандидату на трон я послал Турина и Шааса – помнишь, мелкие чернявые маги, ходившие с нами сегодня? Пройдут Вратами, передадут свиток с условиями, выслушают ответ, вернутся, доложат, - Мэа-таэль зевнул, в последний момент прикрыв рот ладонью. - Извини. - Что с рыцарями Гиты? - Наемники пока справляются. Оборотней задействуем, когда будем окончательно чистить город. - По твоим оценкам, сколько слуг Гиты ускользнуло? - Из города? Меньше десятка – включая находившихся с императором. - Оптимистично. Мэль хитро усмехнулся: - Я перекрыл тропы контрабандистов. Нет смысла держать закрытыми ворота, если птички упорхнут через подземный ход. - Уверен, что перекрыл все? Полуэльф с довольным видом кивнул: - Уверен. Парни разведали заранее, требовалось только отдать приказ. Уйти смогли маги на службе Гиты и жрецы, бывшие с ними. Но тут уж ничего не поделаешь. Арон закрыл дневник, встал, положил его на полку шкафа, стоявшего за спиной полуэльфа. Спросил оттуда: - Про Альмара есть известия? Обычный рутинный вопрос, который он задавал каждый день. Мэа-таэль повернулся, стараясь держать мага в поле зрения. Лицо полукровки приняло серьезное и чуть виноватое выражение, как всегда при этом вопросе: - Если бы что-то стало известно, я сообщил бы тебе в первую очередь. Мне очень жаль, Арон. - Понятно, - глухо произнес северянин. Следующие действия произошли одновременно. Тонгил выбросил петли Теней, которые должны были связать полукровку, обвить ему руки, ноги, захлестнуть шею. Требовалось лишь шевельнуть двумя пальцами. Доля секунды… Полуэльфа в том месте, куда целили Тени, не оказалось. Прыжок, слишком быстрый для взгляда - и Мэа-таэль уже на полпути к выходу. Уйдет! Проклятие! Слишком быстрые движения, быстрее, чем у оборотней. Северянин и не подозревал, что полукровка способен на такое. Да, не только Арон скрывал при совместных тренировках предел своих возможностей. Барьер на дверь маг бросил в последнее мгновение, рука Мэля наткнулась на прозрачную стену в паре дюймов от деревянной поверхности. Вновь движение, почти неуловимое человеческим взглядом, и в обеих руках полуэльфа, уже повернувшегося к двери спиной, блеснули длинные клинки. И рассекли Тени, почти схватившие его… Северянин отшатнулся – от неожиданности. Странное ощущение – чувствовать острый металл, разрезающий призрачное продолжение собственной плоти, но не испытать при этом боли. Растерянность – он не представлял, что подобное возможно. Защититься от магии сталью? Тогда пусть будет по-другому. И ни скорость, ни эти противомагические клинки не помешают. Мэль вскрикнул, правой рукой схватившись за браслет на левой. Кинжалы звякнули о пол. Лицо полукровки моментально побелело. Впрочем, Арон чувствовал себя немногим лучше: передача боли вытягивала из него силы куда быстрее, чем любое другое магическое занятие. «Поводок» работал на максимально возможном уровне – по идее, полуэльфу уже следовало потерять сознание… Мэа-таэль вскинул голову, черные глаза дико вспыхнули, правая рука метнулась к горлу и с силой рванула за синий кристалл, висевший на цепочке. Цепочка порвалась, кристалл упал на пол, расколовшись на части, и Арон ощутил, как часть его перестала существовать. Часть, принадлежавшая магии. Мэль, не спуская глаз с Тонгила, наклонился за клинками. «Поводок» перестал действовать, ничто в поведении полукровки не напоминало о боли, которую он недавно испытывал. Северянин сделал шаг назад, еще один, пытаясь взять себя в руки. Возможно, потеря Силы временна. Но даже если нет - всю прежнюю жизнь он прожил без магии, сумеет и сейчас, если придется. Нужно только не обращать внимания на гложущую пустоту, поселившуюся внутри. Мэль тем временем, не рискуя повернуться к Арону спиной, протянул руку назад и вновь попробовал коснуться двери. Барьер стоял. Какое-то время они молча смотрели друг на друга. - Поговорим? – наконец предложил полукровка.
Руку еще резало фантомными остатками боли, в горле еще стоял кисло-соленый вкус собственной крови – боль, вызванная Темной магией, не просто причиняла страдание, она убивала. Нет, нескольких мгновений для этого недостаточно, недостаточно даже для того, чтобы серьезно повредить внутренности - в этом Мэль не сомневался. Но последствия останутся и будут ощущаться еще несколько дней – если эти дни он проживет. Тонгил стоял напротив, на расстоянии восьми шагов, лицо – бездушная маска, глаза – обычно темно-серые, посветлели до прозрачности. Они всегда отсвечивали леденистым голубым светом, когда маг злился. Сейчас Тонгил не просто злился, он был в ярости. И не последняя тому причина лежала стеклянными крошками у ног Мэа-таэля – поделка деда, так удачно отданная ему стариком именно сегодня. Разбившись, кристалл образовал барьер, преграждающий доступ как к Темному, так и к Светлому источникам – универсальная защита против любых магов. Будь они на открытой местности, Тонгилу хватило бы отойти шагов на пятнадцать – и магия бы вернулась. Но не в комнате с запечатанным выходом. Рукояти любимых клинков в руках принесли некоторую уверенность. Впрочем, Тонгил тоже был вооружен. Как всегда. Мэа-таэль не сомневался: маг, как и он сам, даже спит с кинжалом под подушкой. А последние тренировки, после случая с кровью солнечной гидры, доказали: по навыкам и скорости они стали примерно равны. В такой ситуации – если дело дойдет до обычной схватки – скорее всего, они просто убьют друг друга. Доводить до драки Мэль никак не хотел. Хотя бы по той причине, что после бессонной ночи и проведенного на ногах дня шансы свои полуэльф оценивал невысоко. Магу хорошо: даже сейчас, лишенный доступа к Силе, он выглядел таким свежим и отдохнувшим, словно всю сегодняшнюю ночь провел в мягкой постели. - Поговорим? – предложил полукровка. Не самое умное, не самое оригинальное, но другое в голову не пришло – слишком уж быстро все случилось. Да, Мэа-таэль ожидал разоблачения, но не сегодня. Отчего-то казалось: отвечать перед Тонгилом придется только после того, как полуэльф запустит все свои планы. Или не придется. Мэа-таэль очень надеялся на последнее. - Поговорим, - согласился Тонгил. – Скажи для начала, кому ты продал меня? - Ты не так все понял, - попробовал полукровка, больше от отчаяния, чем в реальной попытке заставить мага поверить себе. - Возможно, - Темный слегка наклонил голову, рассматривая Мэля, как любопытную букашку, будто раздумывая, прихлопнуть сейчас или немного погодить. Знакомый взгляд. Вдоль позвоночника скользнула ледяная крошка предчувствия – нет, Мэа-таэль не боялся смерти, редко кто в его семье умирал от старости. Он боялся умереть в одной из лабораторий Тонгила, лишенным человеческого достоинства, превращенным в объект для очередного эксперимента. Разобранным на части, как бездушный механизм. - Возможно, - повторил между тем Тонгил. - Объясни, друг мой, как именно мне следовало понять? - Почему ты хотел связать меня? – вопросом на вопрос ответил полукровка. - В чем я провинился? - О, ты не понимаешь? – Тонгил холодно улыбнулся, и рука Мэля, помимо воли, вновь скользнула за спину, еще раз проверить барьер. – Однако воспротивился ты резко. - Когда меня пытаются схватить, я всегда сопротивляюсь. - Допустим, - неожиданно согласился Темный. - А вот это, – маг кивнул на осколки кристалла, - нашлось у тебя совершенно случайно? - После «поводка», - последнее слово прозвучало с искренней горечью, - я решил: дополнительная защита не помешает. У меня нет желания гибнуть из-за твоей паранойи. - Подарок деда? – уточнил маг, и Мэль только пожал плечами. - Пусть так, - вновь кивнул Тонгил. - Тоже объяснимо. Было бы наивно с твоей стороны работать на Темного и не предусмотреть путей отхода… Но хватит с играми. Я знаю про Альмара. - Что? – Мэль сумел сохранить на лице маску искреннего недоумения, но по спине вновь пробежал выводок ледяных муравьев. – О чем ты говоришь? - Ты все понял. - Нет, Арон. Я не понимаю, к чему ты ведешь. Тонгил вздохнул, но взгляд остался таким же острым и холодным: - Я восхищаюсь твоими способностями к лицедейству, друг мой, но во всем нужно знать меру. Я нашел сына. Я выяснил: тебе давно известно о его местонахождении. Меня интересует, кому ты продался, чем тебе заплатили, и для какой цели вам потребовался мой ребенок. Требовалось ответить, сказать нечто, доказывающее его невиновность, но в мыслях воцарилась гулкая пустота, и пока Мэа-таэль судорожно подыскивал контраргументы, молчание затянулось. Тонгил вскинул брови: - Ну же, Мэль, облегчи душу. - Я не предавал тебя, - выдохнул он наконец, когда тишина стала невыносимой. – Не предавал! - Тогда почему лгал мне про сына? – мягко спросил маг. - Потому что это оказалось единственным способом защитить его. - Защитить от кого? – взгляд Тонгила жег почти физически. - От тебя. - Ты заговариваешься, - после короткой паузы сказал маг. – Попробуй еще раз, только причину подбери лучше. - Какой смысл притворяться теперь, Арон? Если ты и в самом деле забрал Альмара… Думаешь, я поверил в твою трогательную речь о светлой любви десятилетней давности и нежных чувствах к результату этого союза? Все знают, для чего Темным нужны кровные родичи. - Для чего? – ледяным тоном уточнил Тонгил. - Один ритуал с кровью ребенка – и к тебе вернется память. Сын для тебя - живая страховка, чтобы использовать при необходимости. Универсально лекарство от любой магической травмы. Ты всегда был осторожен, Арон, всегда рассчитывал на много ходов вперед. - Отдаю должное, Мэль, звучит даже правдоподобно, - кивнул Тонгил одобрительно. - Заранее продумал речь или сымпровизировал? Полуэльф коротко хохотнул: - Что, даже мне не хочешь признаться? Продолжаешь лицемерить? На лице мага заиграли желваки, и Мэль уже решил: его проклянут до седьмого колена; но Тонгил сдержался, только радужка глаз обесцветилась еще больше. - Какое тебе дело до того, жив ли мой ребенок? – спросил он ровно. – Он тебе никто. - Он – никто, - не стал спорить Мэа-таэль. - В отличие от тебя. Я не хотел, чтобы мой друг стал сыноубийцей. Не хотел возненавидеть тебя. - Именно за это? – в глазах мага мелькнуло недоумение. - Полагаешь, это самый страшный грех? - Да, - уверенно ответил полукровка. - Мне плевать, по скольким трупам ты поднялся наверх, сколько Светлых и Темных уничтожил, сколько рабов не вышли из твоих лабораторий. Но свою кровь убивать нельзя. - Красивая речь, - медленно проговорил Тонгил. – В таком случае, ты будешь рад узнать: я не желаю и никогда не желал Альмару зла. Он действительно дорог мне – как сын. Ложь, сплетенная тобой для семьи оружейника, станет правдой - я действительно буду учить ребенка магии. Всему, что знаю… Лицо мага осталось прежней холодной маской, но глазам вернулся оттенок цвета. Мэль на мгновение отвел взгляд. Очень хотелось поверить словам Тонгила. Очень. Ведь и давнее видение можно объяснить иначе. Раз у мальчика Дар, Тонгил мог просто показать ему одну из лабораторий. Мэа-таэль не очень представлял, для чего, но, возможно… Полукровка моргнул, стряхивая наваждение. Чушь! Отцовские чувства у Темного мага к мальчишке, которого и не видел-то никогда вживую? Наверное, оттого и оставил воспитываться в чужой семье, чтобы не привязаться случайно, не привыкнуть. Поверить в пробуждение родительского инстинкта одновременно с потерей памяти? Не слишком удивительное совпадение? - А теперь давай без сказок, - продолжил тем временем маг. - Кто на самом деле твой наниматель и какая у него цель? - У меня нет нанимателя, - резко ответил полукровка. - Значит, собственная задумка? – уточнил Тонгил. - Тогда поделись планами, друг. - У меня нет никаких тайных планов, - глаза мага опять начали обесцвечиваться, взгляд обжигал холодом, заставляя ежиться. – Арон, я только хотел спасти Альмара, переправить его в безопасное место. Только это. - Значит, не хочешь рассказать по-хорошему, - мягко сказал Темный. - А ведь это редкая возможность, друг мой. - Арон, прошу, поверь мне. Я столько лет верно служил тебе! - проговорил полуэльф с максимальной искренностью, на мгновение позволив себе бросить один короткий взгляд в окно, так удобно выходящее на запад. Солнце погрузилось за кромку горизонта почти полностью, оставив видимым лишь изогнутую алую нить. Потянуть время еще немного… И либо следующие минуты станут последними минутами его свободы, либо… нет.
Арон внимательно следил за каждым движением полукровки, за каждым его жестом, за самым малейшим изменением в мимике. Без толку. Идеальная маска. Может, это и вовсе не его настоящее лицо? Может, он уже бесы знают сколько времени носит амулет на якорях, скрывая истинную сущность. Может, этот амулет работает не только на внешность, но и на поведение, помогая лгать и притворяться. Может… Северянин усилием воли остановил поток мыслей. Как прежний Тонгил не свихнулся от этого постоянного потока врагов, в которых превращаются даже друзья? От бесконечного хождения по краю пропасти, когда все вокруг так и норовят столкнуть тебя вниз? Вспомнился собственный вопрос сыну – «Ты же не собираешься подсыпать магу яд?» - и испуганно-растерянные глаза ребенка. Нашел о чем спрашивать десятилетнего мальчика! Дожил. Впрочем, по большей части вина за его нынешнее состояние лежала на человеке, стоявшем напротив. Человеке, которого он привык считать своим якорем в этом мире. Человеке, никогда, похоже, не говорившем правду. Что ж, Арон найдет другие якоря. Или создаст их сам. Только бы враги дали на это время. Стеклянные крошки кристалла разом вспыхнули, разогнав легкий вечерний сумрак, собравшийся в комнате. Взгляд северянина метнулся к лицу полукровки, к его глазам, полнящимся сейчас шальным азартом. То ли не сумел удержать маску в предвкушении победы, то ли сбросил добровольно, уверенный в собственной неуязвимости. Маг ощутил, как вокруг него шевельнулись щиты, как напряглись в неведомом ожидании Тени. Арон не смог бы сказать, как он это понял, но до приготовленного ему полукровкой оставалось едва мгновение. Руки сами, без участия разума, метнулись к жалам, которые мужчина всегда носил на себе. Северянин успел бросить один раз, с обеих рук, успел попасть – хотя не совсем туда, куда целился. Бесов полукровка дернулся в сторону, и серьезную рану нанес только один клинок. А потом мир вокруг мага взорвался. Это не походило ни на что, испытанное прежде, и слава богам, длилось оно не дольше секунды. Барьер, отрезавший Силу, рухнул, и та, вернувшись, приливной волной ворвалась в эррэ… Когда северянин пришел в себя, оказалось: магический удар бросил его на пол. Уже наступил полумрак, стены испятнали хлопья пепла, на креслах слабо тлела обшивка. Больше всего досталось столу: из самого его центра вырастал язык пламени, слишком четко очерченный для натурального огня. Дверь, ведущая наружу, стояла распахнутой, на полу и на стене виднелись свежие следы крови. Но и только. - Ничего, Мэль, - пробормотал Арон, с трудом поднимаясь. - Это ненадолго, «поводка» тебе не снять. Даже если руку отрежешь, не снять. Мужчина постоял, собираясь с мыслями, потом, гася огонь, повел в воздухе ладонью. На душе было пусто. Умей Арон вспыхивать огненным гневом, стало бы легче, но его злость и ненависть всегда оставались холодными, промораживающими насквозь, делающими мир кристально четким, а дорогу к мести – безусловно ясной. Иногда – как сейчас - эта ясность резала душу ледяными осколками. Северянин погладил «поводок» - серый браслет на запястье – и потянулся по невидимой нити ко второй части заклинания, к браслету на руке полукровки. Неожиданно споткнулся. Нить выходила за пределы крепости – и растворялась в воздухе. Вот как, стало быть, ощущается барьер, выстроенный шаманской магией. Если бы Мэа-таэль сумел снять «поводок», нить бы не прошла, браслет показался бы пустым. Этого не произошло, поскольку для снятия «поводка» потребовалось бы найти Темного, по Силе равного Тонгилу. Шаман и не снял, он просто заставил связь между браслетами притвориться несуществующей. Маг криво усмехнулся. Итак, легкий способ отпадает. Подошел к шкафу, снял с верхней полки зеркало, положил на стол и послал вызов. Ответ пришел не сразу – то ли клановец уже спал, то ли оказался чем-то занят. «Господин?» - прошелестело в сознании. «У меня новое задание для тебя», - слыша, как внутренний холод проникает в голос и не пытаясь его скрыть, сказал Арон. – «Ты знаешь полуэльфа, который служит мне? Его прозывают Митрилом, его настоящее имя Мэа-таэль». «Да, господин». «Он оказался предателем. Найди его и доставь мне, живым или мертвым». «Какая награда, господин?» «За мертвого – двадцать таланов. За живого - шестьдесят. Живого, способного разговаривать и достаточно целого. За любое промежуточное состояние цена будет соответственно снижена – я не желаю тратить время на его выхаживание перед допросом». «Это слишком большие деньги за голову не-мага», - в голосе клановца проскользнуло подозрение. «В семье Таэлей есть могущественные шаманы; один из них проживает здесь, в Радоге. Мэа-таэль не имеет Дара, но искусно пользуется чужими артефактами. Кроме того, он носит амулет личины», - Арон вызвал в памяти образ человека, в которого превращался полукровка, и отправил клановцу. – «Возможно, он обратится к своему деду, и тот даст ему еще один, мне незнакомый». «Понимаю, господин», - отозвался клановец. «Постарайтесь избежать прямой схватки. Он двигается быстрее, чем Вольные, и оружием владеет лучше, чем твои люди». «Лучше?» - недоверчиво переспросил клановец. «Лучше», - подтвердил Арон. – «Кроме того, из-за его смешанной крови яды и сонные порошки могут действовать слабее или не действовать вовсе». «Хорошо, господин, я буду иметь это в виду», - согласился собеседник. «Тогда удачи», - пожелал северянин, прерывая контакт. Аккуратно убрал зеркало на место, привычно наложив на него иллюзию, и пошел к выходу. Шестьдесят таланов – достаточно большая сумма, чтобы даже союзники Мэля из оборотней, если таковые есть, испытали искушение его выдать. Следующий день прошел, до краев наполненный заботами. Но слишком уж часто в голове мелькала привычная мысль «нужно спросить Мэля», а потом сменялась моментальным осознанием: ни спросить, ни просто поговорить уже не получится. Запланированный допрос в подземельях нельзя назвать разговором. Меньше месяца провел северянин в этом перевернутом мире, но казалось порой, будто полжизни, и полукровка успел стать важной ее частью, успел врасти в душу. И теперь приходилось с корнями выдирать остатки дружеских чувств. Объявление Мэа-таэля предателем и назначение цены за его голову прошло спокойно, последовавшее за этим перераспределение ответственности - тоже. Волновал мага вопрос тайной сети осведомителей. В комнатах полуэльфа никаких записей не нашлось, да Арон не очень и рассчитывал. Либо полукровка помнил все наизусть, либо, вероятнее, нужная информация осталась в замке. Ситуация в Радоге, тем временем, возвращалась в норму. Последних рыцарей Гиты, ускользнувших от наемничьих отрядов, выследили оборотни. Храмы Гиты, загоревшиеся одновременно по всему городу, превратились в руины, которые теперь трудолюбиво расчищались, освобождая место. Новые члены магистрата, в порыве благодарности господину Тонгилу за внеочередные выборы, так удачно поставившие их во главе города, отдали магу территорию разрушенных храмов в безвозмездную аренду на сто лет. Без обложения городским налогом. Документ о переходе под руку наместника Севера подписали в тот же день, тихо и без всякой помпы лишив вольный имперский город его статуса. Скоро можно будет спокойно вернуться домой, в замок. К Стае, к мрачным лабораториям и книгам по магии, к благополучно забытому каравану из Кирет-града, все еще ожидавшему решения своей судьбы, к заложникам… Последнее, честно сказать, тревожило Арона. И Стая, и стражники-люди были ему верны, но что мог наслушаться Рик от живших в замке молодых нобилей? Особенно северянину не хотелось встречи сына с эльфенком - тот бы многое мог рассказать ученику своего похитителя. И тут уже не скажешь, будто это просто слухи, привычно очерняющие страшного Темного мага. Значит, от эльфа следовало избавиться прежде, чем везти сына в замок. И от эльфа, и от других мальчишек – Арон представления не имел, кого из них Тонгил-прежний брал в постель, и не горел желанием узнать. Открытым оставался вопрос с Риеном, так не вовремя обнаружившим в себе Темный Дар. Отправить юношу домой означало подписать ему смертный приговор. Впрочем, это было решаемо. Еще один момент заставлял северянина неприязненно морщиться: широко известные предпочтения Тонгила-прежнего. Обязательно найдутся умники как среди врагов, так и среди союзников, уверенные, будто новый ученик тоже не избежал его специфического внимания. И слухи эти рано или поздно дойдут до Рика. Как Арон ни ломал голову, на данный момент он нашел только один способ избежать подобного. И этот способ требовал, чтобы он вновь надел личину и отправился в город, оставив пока мальчика в храме.
Это сообщение отредактировал Veden - 5 апр 2018 в 10:34
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии. Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.
1 Пользователей читают эту тему (1 Гостей и 0 Скрытых Пользователей)
yaplakal.com