Приступ всегда предупреждал о своем приходе. У меня было тридцать секунд накатывающей свинцовой тяжести в груди, подступающего удушья, покалывания в затылке и усиливающегося головокружения. Тридцать секунд, чтобы сбросить рюкзак, забиться в кусты и уткнуться в портянки лицом. Чихать ни в коем случае было нельзя! Седьмой день я шел по болотам, испытывая невероятное свербение в носу, жажду и педикулёз. Пустошам и непролазным топям, казалось, не будет конца. Собака Баскервилей напала неожиданно из-за угла. Одного «ГАВ» достаточно, чтобы ко всем напастям добавился еще и понос. Таким образом, уже седьмой день прыгая с кочки на кочку, я боялся даже чихнуть – под каждым кустом болотной морошки поджидали карлики-пидарасы, которым было достаточно одного вида моей голой жопы, чтобы налететь всем табуном. Смеркалось. В носу – свербелось. - Домой! Мне нужно домой! – осенила меня внезапная мысль. – Сервант! Клозет! Абрау! Я зачем-то нарисовал «GG» палочкой на болотной жиже и двинул кони в сторону мегаполиса… Я приближался к месту своего назначения. Вот и родной 121 этаж. Я залез в форточку на кухне и открыл дверцы серванта. Яростно роясь на заваленной вещами полке, добрался до пакета и вывалил из него все на пол. Взял долгожданную бутылку - тёмно-зеленую, с красной полоской герметика и черным носиком. В конце коридора замаячили три тени – она высокая и две поменьше. Чёртовы соседи-алкаши. Я сложил кулак во внушительную фигу: - Вот вам! Во-о-от! По-шумахеровски встряхнул шампуньское, дрожащими пальцами стянул мюзлю и направил дуло бутыли между ягодиц. С характерным хлопком пробка встала на своё место. Я закашлялся, чихнул, рыгнул, икнул и пёрнул одновременно и с нескрываемым наслаждением припал к горлышку Абрау-Дюрсо. Понос и жажда были побеждены! И хуй с ней, с радиацией.
Жаба (не смешная) на 17 Сердцебиение (автор прости, я сначала на другой хотел писать но чет написалось сюда - можешь не читать ну или пнуть меня два раза больно)
Он обнял девушку и прижал к груди, чувствуя бьющееся в своей груди живое горячее сердце.
Блииин!
Лучше почти всей ленты.
Ахахах Ну вот можно же было написать нормально с человеческими именами!
Все прочел, и не по разу некоторые произведения. Многое понравилось. А вот поставить оценку и сделать выбор было затруднительно. После всех мучений поступил просто. Пересчитал количество заметок (_?(..) !) на полях. Да да, для прочтения я распечатал все рассказы! Отобралось 7 штук. Перечитываю и... не могу определить для себя личный критерий оценки. Думал, думал.. плюнул и забыл.
А вчера осознал, я же не литератор и не писатель, и не критик красоты букв к тому же. Сюжет? Да и не такое могу придумать. Подноготный смысл, нравоучения? Ни к чему, у самого жизненного опыта вагон.
Итак, побуду, решил я, простым читателем. А то значит , что выбираем по принципу Нравится/Не нравится. Чисто на подсознательном уровне. Выбор сделан, хотя профессиональный перекос на лицо!
Все прочел, и не по разу некоторые произведения. Многое понравилось. А вот поставить оценку и сделать выбор было затруднительно. После всех мучений поступил просто. Пересчитал количество заметок (_?(..) !) на полях. Да да, для прочтения я распечатал все рассказы! Отобралось 7 штук. Перечитываю и... не могу определить для себя личный критерий оценки. Думал, думал.. плюнул и забыл.
А вчера осознал, я же не литератор и не писатель, и не критик красоты букв к тому же. Сюжет? Да и не такое могу придумать. Подноготный смысл, нравоучения? Ни к чему, у самого жизненного опыта вагон.
Итак, побуду, решил я, простым читателем. А то значит , что выбираем по принципу Нравится/Не нравится. Чисто на подсознательном уровне. Выбор сделан, хотя профессиональный перекос на лицо!
Жаба (не смешная) на 2. Бутылочка (кастрированная, так как нет времени раскрывать все сюжетные ходы этой Саги о Форсайтах) Традиционно прошу прощения за повторы и ошибки - текст не вычитывался (делать мне больше нечего второй раз эту хуйню читать).
Я осматривала всех своих друзей. Сколько лет прошло, а никто почти не изменился. Почти. Там присмотришься: тут морщины, там венозные сеточки, тут шрамы, там коронки, там седина, тут пятна какие-то трупные уже. Не ну а вы думали – тридцатник это вам не это. А самое такое, что на заднем плане целый новый человек в нашей шайке-лейке именем Лёха ползает игрушки в манеже глодает. Вылитый Гоха, токо глаза Надькины – большие выразительные коровьи. Романтиком вырастет, а не токарем-долбоебом четвертого разряда, как папаша. Вот это уже достижение. Ни Витёк с Нинкой, делающие карьеры и вджобывающие как две папы карлы, ни Машка с вахтовиком-миллионером Вадиком, который на этой вахте в Пиздюпинске-Заполярнинском, уже хуй небось отморозил, таким достижением похвастать не могли. Но все самцы были при баских котлах и пинджаках не на картонке у Хуй Сунь Выня мерянных. Надька, по малолетке ходившая в ходку на год за воровство, рассказывала очередную «невыдуманную бля буду» историю про свои похождения на женской зоне. - Короче, я уже не могу, почти кончаю – мыша попалась активная, да такая жирненькая – копошилась что твой вибратор. Ну я вся уже трясусь как бетономешалка, паханша Светик орет: «Держите ее крепче – ща вырвется», а они как схватились крепче, и удачно так, как знали суки, что у меня эрогенные зоны в подмыхах, ну я и кааак кончу со сквиртом. И весь этот поток под напором прям на Светика. Сидит, обтекает, своими шарами лупает. А сверху еще и катапультированной из пизды мышой в моей смазке прямо по носу ШМЯК. Я сижу лыбу давлю обкончавшаяся, а в зрительном зале - мхатовская пауза и лебединое озеро как в девяносто первом при смене власти. Ну все ржут сидят – а че им после третьей бутылки бы не ржать? А Витька спрашивает: - А дальше то что? Опустила паханшу и ничего? Все навострились, а впечатлительный Гоха аж зажмурился. - Как ничего? Зарезали насмерть меня – двадцать восемь ножевых!!! Пауза. И снова ржач. А я на Гоху смотрю – такой он ща милый, ранимый. Всегда как выпьет, так преображается: глаза как у бассета, в которых вся печаль народа израилева, весь обмякает – бери его на руки и как кота наглаживай. Ну я тут и нагладила, когда Надька в МФЦ моталась льготы малоимущим вытрясать… Захожу – а он теплый остограмленый сидит. Грит, не знаю зачем мы живем. Все тлен и пустое. Ну а я че, железная? У него из трусов семейных такой смысл жить свисает, что ой мой. Короче, дальше как-то само все получилось. Вроде вот только наклонилась к нижней полке холодильника помидорчик взять, даже трусы сняла чтобы помидор было сподручнее выбирать поспелее, прогнулась в спинке как в детстве на гимнастике и чувствую – ебут. Потом ожил, расправился – яйца то к земле не тянут. Даже бегать по утрам собирался… Но так и не бегал, насколько я знала. Перед Надюхой стыдно только. Ну Витька заметил мой сплин и говорит: - Ребята, чота у нас Ирин Батьковна грустная пиздец. Давайте ее веселить. Ну мужики оживились – у меня-то халат в тело еще не врос, а юбка такой длинны, чтобы фантазии место не оставалось. И вывесилить меня и отулыбить были бы не против. - В бутылочку! – орет Машка! - Фиии целоваться! - как я представила, че там в прокуренно-водочных глотках меня чуть не вырвало. - Нее, - загадочно улыбается Машка, делая губки уточкой, - на минеты и куни! Предложение было радикальным и потребовалось еще две бутылки решимости, чтобы поиграть в этот потенциально олимпийский вид спорта. Естественно, я, как самая унылая, крутила первой. Все сходили подмылись, разделись до исподнего и сча сидели в предвкушении с эрекцией на три часа и увлажненные. Бутылочка лихо крутанулась и указала… на Леху, который уже давно спал в том же манеже в обнимку с плюшевым зайцем. - Даже не думай! – заорала Надюха, видя дьявольские огни в моих глазах. А я и правда на секунду задумалась. Будто крылом судьбы мазнуло по лицу, даже запах перьев ощутила. Пока я обдумывало это знамение авгуров, следующий «по солнышку» Гоша сильно напрягся и включил бассета, сжав ноги. Ничо, ща опять его мотивируем на утренние пробежки – под общий ржач, я развела его ноги руками, сделала губки уточкой как учила опытная Машка и полезла в семейники. *** (далее следуют жаба на организацию гарема из мужиков на станкостроительном заводе им. Двадцать второ партсъезда цк кпсс, который некогда писать) *** С чемоданом я стояла около знакомой «хрущевки». Ничего за двадцать лет не поменялось. Та же разросшаяся сирень, те же ржавые кроватные сетки вместо забора, те же крикливые воробьи. В окне на третьем этаже свет не горел, хотя было уже темно. Трубку Гоха не брал, хотя клялся, что можно пожить у них и не тратить командировочные на гостиницу. Надюха же к тому времени уж года три как переехала на ПМЖ по адресу «кладбище Лесное, могилка с синей оградкой» – к сожалению, не все водки одинаково полезны. - Тетя Ирина, вы к нам? Я удивленно посмотрела на худого юношу с густой копной черных волос с единственной выбеленной прядью в аккуратной длинной сорочке и черных штанах с подворотами. Я потупила пару секунд, пока не увидела огромные грустные романтичные коровьи глаза. - Здравствуй, Леша. Какой большой вырос! Даже не узнала. Он потупился и попинал асфальт носком кеды, не зная что еще сказать. - К вам, к вам – папа у тебя трубку не берет. - Да он к бабушке уехал срочно – у ней сердце опять. А там связи и нет толком. - Ну ладно, - я вздохнула и взяла чемодан, - рада была тебя увидеть. Пойду в гостиницу. - Не нада в гостиницу, - он поймал меня за руку и тут же пунцово покраснел, - у нас переночуете. Я картошки пожарю… - Ну пойдем, кормилец. Он неловко, стараясь больше меня не касаясь, отобрал чемодан и я пошла вперед, чувствуя как его взгляд прожигает обтягивающее платье на моей еще очень даже классной жопе. Подходя к двери, я уронила сумочку и наклонилась ее поднять. Ммм… Какое приятное забытое чувство, когда тебя раздевают и по-животному хотят. Весь вечер бедный парень с непрерывной эррекцией на такую красивую ухоженную длинноногую тетю Ирину делал вид, что все нормально. Я уже и сама завелась, перед глазами было легкое марево, через которое хрупкий юноша-девственник смотрелся очень и очень привлекательно. Особенно учитывая, что хуем он пошел явно не в мать, а в отца – трусы пыталось разорвать и выбраться наружу явно что-то очень впечатляющее и жуткое. И тут снова вернулось то чувство, то крыло судьбы. Вновь легкое касание лица мягких перьев, запах, и шелест. Я поняла намек, ваше судьбейшество – пришла пора платить долг – ведь игровые долги это дело чести. - Я вам па ппаст люю лю , - отворачиваясь и пряча пах в ладошке, блеял раскрасневшийся Леша, - на дидване или в родительск ОЙ! Это я подошла к нему сзади, подышала в шею с вставшими дыбом волосками, провела по впалой груди и запустила руку с крашеными коготочками в трещавшие по швам плавки. Решительно отконвоировала его, держа за эрегированный член на диван, толкнула, чтобы он сел, присела на колени рядом и сдернула плавки. Ну что ж, это будет интересно, хоть наверное и недолго, судя по размеру набрякших огромных яиц. Но у нас впереди… На сколько там Гоха застрял в деревне? Я хищно улыбнулась, развела его ноги в стороны, сделала губы уточкой и в его огромных глазах отразились мои, в которых плясали дьявольские огоньки.
Это сообщение отредактировал UrsusPrime - 9 июн 2022 в 14:47
Жаба №21. У всех Ленка как Ленка если Вы узнали себя - мне жаль.
Ленка и Олег выбежали на край обрыва. На ней были новые туфли и губы. «Как бы пиздануться красиво?» - только и успела подумать она, как Олег схватил её в охапку и ебаным осьминогом они покатились с кручи в сторону реки. Каким-то чудом Олег сумел затормозить перед зарослями, оставив после себя борозду глубиной 45 сантиметров. - Я люблю тебя! - А я тебя! - А я тебя сильнее! - Нет я! - Пошли нахуй, ванильные уёбки! – громко проблевался кто-то в прибрежных камышах. Туман, поднимавшийся с реки, почти скрыл фигуру Олега. Ленка стала искать на ощупь: Так, этот хуй не моего, а соседа Мишки. Этот тоже не моего, а мужа Лариски. Этот вообще резиновый Каа. А вот он, олежкин! - Сделай мне приятно, детка! – Олег сделал Ленке подножку и намотал её волосы на руку. Ленка сосала жадно и глубоко, с соплями и слезами.
- Ты совсем охуела? - Подзатыльник вывел Ленку из сна в реальность. – Четвёртую подушку испортила! Ленка стыдливо вытащила замусоленый уголок подушки изо рта. На языке еще оставался вкус х/бэшки. Кровать и всё возле неё было покрыто гусиным пухом и перьями из разорванной наволочки. - Опять с Бобруйским во сне шароёбилась? Четвёртая подушка в хлам! Где я тебе столько гусиных перьев возьму? Арнольд снял со стены ружьё, дал жене на всякий случай леща и пошёл на двор к гусиному стаду.
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии. Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.
1 Пользователей читают эту тему (1 Гостей и 0 Скрытых Пользователей)
yaplakal.com