Сквозь огонь эпохи: 110 лет Луису Корвалану

Лучше всего об этом человеке расскажет то, каким он был другом. А он был другом Эриха Хонеккера. Это была многолетняя искренняя дружба, основанная на взаимной преданности коммунистической идее.

Корвалан был верным соратником социалистического президента Чили Сальвадора Альенде. После военного переворота 11 сентября 1973 года, когда к власти пришел генерал Пиночет, Корвалан был арестован, подвергся пыткам и содержался в жестоких условиях в концлагерях, включая остров Доусон, который еще Дарвин назвал островом смерти. Сын Корвалана, 28-летний Луис Альберто, умер через два года после переворота от жесточайших пыток.

Руководство ГДР во главе с Эрихом Хонеккером развернуло масштабную кампанию солидарности с чилийскими коммунистами. Были приняты тысячи чилийских беженцев, спасавшихся от террора хунты. В результате этих тесных связей между странами дочь Эриха Хонеккера, Соня, познакомилась с чилийским коммунистом Леонардо Яньесом Бетанкуром и вышла за него замуж.

Когда в декабре 1976 года Корвалана обменяли на Буковского, уже в январе 1977 года лидер чилийских коммунистов прибыл в Восточный Берлин. Хонеккер лично устроил ему триумфальную встречу в аэропорту Шёнефельд перед лицом 50 тысяч граждан и вручил ему высшую государственную награду ГДР — Орден Карла Маркса.

В 1983 году Луис Корвалан, безопасно живший в Москве, принял решение тайно вернуться в Чили, чтобы возглавить вооруженное подполье против Пиночета. Корвалан лично рвался на родину, заявляя, что не может спокойно жить в Москве, пока его товарищи гибнут в подполье. Для завершавшей свое перерождение советской номенклатуры были непонятны революционные порывы Корвалана, его стремление к борьбе, риску, тяготам и лишениям.

Отклик солидарности пришёл из Германии. Узник гитлеровских застенков Хонеккер хорошо понимал узника пиночетовских концлагерей. Хонеккер лично отдал приказ министерству госбезопасности ГДР («Штази») провести сложнейшую секретную операцию. Корвалану в Берлине сделали три пластические операции, изменив форму носа, разрез глаз и всю внешность. ГДР изготовила для него безупречные фальшивые документы, по которым он три года успешно руководил подпольем в Сантьяго прямо под носом у ищеек Пиночета. Хонеккер рисковал спровоцировать международный скандал, но пошел на это ради революционной солидарности.

Прибыв в Сантьяго, Корвалан возглавил глубоко законспирированное коммунистическое подполье. Его жизнь превратилась в партизанский блокбастер с поддельными документами, взрывами эстакад и расстрелом диктаторского кортежа в глухом горном ущелье. Вот только риск и кровь на асфальте Сантьяго были настоящими.

Самый яркий фрагмент этого сопротивления — покушение на Пиночета в сентябре 1986 года. Его осуществила группировка, ставшая военным крылом компартии Чили. Выжить диктатору удалось только чудом: по лимузину стреляли из гранатомета, но первый выстрел дал осечку, а после второго граната пробила стекло машины, но не разорвалась.

В подполье Корвалан, практически ежедневно рискуя жизнью, оставался вплоть до того момента, когда кровавый палач все же вынужден был уйти, — и этот день он и его соратники приближали как могли.

Параллельно с вооруженными акциями Корвалан руководил гражданским протестом. Компартии удалось мобилизовать профсоюзы и бедные кварталы Сантьяго. Это мощное внутреннее давление заставило Пиночета пойти на проведение исторического плебисцита 1988 года, на котором граждане Чили сказали диктатуре твердое «Нет».

После падения Берлинской стены и краха социалистического блока роли Корвалана и Хонеккера полностью поменялись. Когда правительство Бориса Ельцина лишило Хонеккера защиты в Москве, бывший лидер ГДР укрылся в посольстве Чили в России. Это был знак от Корвалана: мы вместе до конца. Всё время преследования Хонеккера Корвалан вёл публичную кампанию в Сантьяго, заявляя: «Мы не можем предать человека, который протянул нам руку в самый темный час Чили».

Летом 1992 года под давлением Берлина и Москвы чилийскому посольству всё же пришлось выдать Хонеккера. Смертельно больной бывший лидер ГДР оказался за решёткой в немецкой тюрьме Моабит — той самой, где когда-то его держали гитлеровцы. Судебный процесс длился полгода, но в январе 1993-го из-за критического состояния здоровья Хонеккера дело прекратили.

В 1993 году Хонеккер эмигрировал в Чили, где уже жила его дочь. Там, в Сантьяго, они с Корваланом снова оказались рядом. Корвалан навещал тяжелобольного друга практически ежедневно вплоть до его смерти в 1994 году.

После смерти Хонеккера в 1994 году Корвалан на протяжении 16 лет оставался ближайшим другом и защитником его вдовы Маргот. Их книга «Беседы с Маргот Хонеккер о другой Германии» стала манифестом. В то время как весь буржуазный мир праздновал «конец истории» и победу капитализма, два пожилых человека в Сантьяго в своей книге заявляли, что их коммунистические идеалы не умерли, а ГДР была прекрасной попыткой построить справедливое общество.