21 марта 1889 года в Киеве, в семье адвоката, родился Александр Вертинский — артист, композитор, поэт

«Русский Пьеро» и легенда эстрады первой половины XX века.

Я живу. Я жить могу без веры,
Только для искусства одного.
И в моих глазах, пустых и серых,
Люди не заметят ничего

Рано потерял обоих родителей и воспитывался у родственников. В 15 был исключен из гимназии за плохое поведение и изгнан из дома. Подрабатывал статистом в киевском театре, писал рецензии на выступления знаменитостей и публиковал рассказы в местных газетах. Работал продавцом открыток, грузчиком и корректором в типографии. Выступал в любительских спектаклях.

В 24 переехал в Москву, но в Московский художественный театр его не приняли из-за того, что картавил. Подрабатывал режиссером. Был знаком с Шагалом, Малевичем, Бердяевым, Блоком и Северяниным.

Дебютировал в кино — сыграл ангела в фильме Ильи Толстого.

В годы Первой мировой отправился на фронт санитаром, был ранен.

В 1915 дебютировал на эстраде с программой «Песенки Пьеро»: читал короткие стихи и пьесы в форме певучего речитатива.

После Октябрьского переворота попал в поле зрения ЧК за романс «То, что я должен сказать» (написал его под впечатлением от гибели 300 московских юнкеров; по другой версии, речь идет о погибших под Киевом солдатах).

Я не знаю, зачем и кому это нужно,
Кто послал их на смерть недрожавшей рукой,
Только так беспощадно, так зло и ненужно
Опустили их в Вечный Покой!
И никто не додумался просто стать на колени
И сказать этим мальчикам, что в бездарной стране
Даже светлые подвиги — это только ступени
В бесконечные пропасти — к недоступной Весне!

В 1920 эмигрировал. Позже считал этот поступок опрометчивым, называл себя «капризным, избалованным русским актером» и «неврастеником». Гастролировал по Европе и США.

Все наши актерские капризы и фокусы на родине терпелись с ласковой улыбкой. Актер считался высшим существом, которому многое позволялось. От этого пришлось отвыкать на чужбине: публика может вести себя как ей угодно, петь, пить, есть, разговаривать или даже кричать

В Париже познакомился с представителями Романовых, европейскими монархами, Чарли Чаплином, Марлен Дитрих, Анной Павловой, Тамарой Карсавиной, Иваном Мозжухиным.

Проплываем океаны,
Бороздим материки
И несем в чужие страны
Чувство русское тоски

С 1935 жил в Шанхае, где познакомился с 20-летней грузинкой Лидией Циргвава. После вторжения в Китай японских войск жил крайне бедно. Перед каждым своим выступлением выкупал фрак из ломбарда, а после сдавал его обратно.

В 1943 вернулся в СССР с женой и дочерью (до этого ему много раз отказывали).

Эмиграция — большое и тяжкое наказание. Но всякому наказанию есть предел. Даже бессрочную каторгу иногда сокращают за скромное поведение и раскаяние

В годы Великой Отечественной гастролировал на фронте.

В 1945, после рождения второй дочери, написал одну из самых своих известных песен — «Доченьки»:

Много русского солнца и света
Будет в жизни дочурок моих.
И, что самое главное, это
То, что Родина будет у них!

В том же году написал песню «Он», посвященную Сталину.

Как высоко вознес он державу,
Вождь советских народов-друзей

Гастролировал с успехом по стране (правда, ему разрешили исполнять только 30 из 100 песен). Но был негласный запрет на его появление на больших столичных сценах и в прессе.

У меня нет ничего, кроме мирового имени

Запомнился ролью Князя в фильме «Анна на шее» (1954).

В 1956 писал жене впечатление о докладе Хрущева:

Все фальшиво, подло, неверно. Хрущев сказал: «Почтим вставанием память 17 миллионов человек, замученных в лагерях». Ничего себе?! Кто, когда и чем заплатит за «ошибки» всей этой сволочи?!

Умер в 1957 от острой сердечной недостаточности в ленинградской гостинице «Астория», после концерта в Доме ветеранов — в 68.

За год до смерти писал заместителю министра культуры:

Где-то там наверху все еще делают вид, что я не вернулся. Обо мне не пишут и не говорят ни слова. Журналисты говорят: «Нет сигнала». Вероятно, его и не будет. А между тем я есть! Меня любит народ (Простите мне эту смелость).


Размещено через приложение ЯПлакалъ