Зеленый

Так сложилось: я гадаю. Не на картах, не по линиям ладони — по себе. И вопрос всегда один: случится или развалится.
В детстве это казалось игрой: если успею проскочить в парадную, пока тяжёлая дверь медленно закрывается, — папа не будет ругать. Если наступаю только на белые квадраты плитки, — контрольную напишу хорошо.
Потом были экзамены, свидания, собеседования, переезды. Никогда не просила у небес. Просто играла с реальностью в маленькое казино на мелочь. Если он ответит до полуночи — ему не всё равно. Если фирма перезвонила в тот же день — значит, туда и пойду. Если в очереди поликлиники окажется свободный стул — анализы хорошие.
Это гадание без свечей, без колоды, без таинства. Чистая «математика» самообмана. Я это понимаю. И всё равно продолжаю.
Сегодня снова гадаю — решается кое-что важное. На телефоне мигает уведомление: «Не забудьте подтвердить визит». Кабинет врача. Решение.
Две недели размышлений, четыре бессонные ночи, три попытки «поговорить» и одна — сбежать от разговора самой с собой.
Под душем намыливаю голову, считаю до десяти. Если успею смыть шампунь — всё пройдёт хорошо.
На остановке гадаю дальше: если первым приедет девятый автобус — я всё отменю. Если двадцатый — поеду.
Приходят сразу оба. Девятый — пустой. Двадцатый — полный, с расплющенными лицами у стёкол.
Стою, держу сумку с документами и направлением и чувствую, как маленькая рулетка внутри меня начинает пищать: «Ошибка системы. Ставки не принимаются».
Смешно: я не верю ни в гороскопы, ни в гадалок. Тем, кто разглядывает чужую судьбу по трём картам, вручила бы почётную грамоту за манипуляции. А себе — нет. Без раздумий подбрасываю в голове монетку.
«Если врач окажется женщиной — значит, судьба даёт знак, что пора. Если мужчина — знак, что рано». Думаю это и одновременно ненавижу себя за слово «судьба».
В регистратуре дают карточку, номер кабинета. Врач — мужчина. Спокойный, усталый, с анатомическими рисунками на стене и кружкой, где стёрлось «Лучший папа». Где-то внутри меня маленькая девочка ставит галочку: «Знак. Всё отменить». Женщина во мне молча садится на стул и кладёт бумажку перед ним.
— Вы уже приняли решение? — спрашивает он.
Как будто решение — кнопка в лифте. Нажал — и поехали.
Я делаю то, что умею: гадаю. Если он посмотрит в окно — значит, считает, что не стоит. Если взгляд не отведёт — значит, не отговаривает. Врач смотрит прямо в глаза, спокойно и выжидающе.
А на меня опускается такая усталость, будто я всю жизнь тащила за собой невидимый мешок этих «если». С каждым разом он тяжелел, потому что любой исход приходилось объяснять приметой, а не собой.
Не получилось? Значит, неправильно загадала.
Получилось? Вот и правильно. Молодец, хорошо настроила реальность.
— Решение за вами, — говорит врач, чуть подвинув ручку. Фраза банальная, но в ней нет загадки. Нет спрятанного условие. Как будто мир на секунду перестал подыгрывать моим внутренним монеткам.
Смотрю на лист, дату, свою фамилию. Никакого будущего — одна констатация.
— Я ещё не решила.
Это правда. Но впервые за долгое время за ней нет ни одного «если».
Встаю, врач слегка кивает — не зная, что его кивок я тоже могла бы превратить в знак. Но не превращаю.
В коридоре пахнет антисептиком и чужим выбором. Сажусь на край пластикового кресла и достаю телефон.
Обычно на этом месте я бы загадала: если за время, пока тут сижу, он напишет хоть одно сообщение — я... И дальше — длинная цепочка условных планов, где ответственность аккуратно спрятана между приметами.
Открываю чат. Пальцы автоматически набирают: «Нам надо поговорить». Удаляю. Пишу по-другому: «Я сейчас у врача. Мне страшно». Отправляю без всяких «если».
Сообщение улетает. Две серых галочки появляются почти мгновенно. Ловлю привычное желание: если он позвонит — значит...
Останавливаю себя на полпути, как котёнка, которого взяли за шкирку. Никакими звонками нельзя измерить, готова ли я к этому выбору. Автобус, чайник, плитка или окна не знают обо мне того, чего не знаю я.
Гадание — удобный способ не жить, а делегировать жизнь совпадениям. Понимаю это не умом, а позвоночником: от шеи до копчика проходит тёплая, очень прямая мысль.
Я могу уйти сейчас. Могу зайти обратно. Могу перенести визит. Могу всё. Но как только придумаю для этого знак — снова превращу себя в бросок кубика.
Телефон вибрирует. Он пишет: «Где ты? Нужна помощь?»
Вдох. Выдох. Я не гадаю — просто читаю и отвечаю: «Я в клинике. Нужна. Но не от тебя». Отправляю. Удивляюсь честности.
Встаю. Иду к выходу. Никакого финального испытания придумывать не хочу. Ни трещинки на асфальте, ни номера автобуса, ни песни по радио.
Решение я всё равно приму — может быть, совсем не то, чего от себя жду.
Выхожу на улицу. Холодный декабрьский воздух обдаёт лицо, обнуляя все мои внутренние «если». Передо мной горит красный — замерший стоп-кадр того, что я так долго боялась решить.
Мелькает жёлтый.
И я, почти машинально, выдыхаю вслух:
— Если загорится зелёный — будет мальчик.