Первая волна омоложения

Вот лицо постарело верхнее,
выраженье застыло сложное.
Ваша молодость — дело верное,
дело важное, неотложное.
В соответствующие органы
мы направили предложение:
соберем всей страною органы,
пусть случится омоложение!
Наш народ — он слегка запуганный,
но когда получил задание,
мясо с кровью отдаст за Путина
и поделится щедро тканями!

Опааа...

Пенсионер из Рязани — жертвует глазами!
Студент из Таганрога — пожертвовал ногу!
Мальчик из Нальчика — жертвует два пальчика!
Рабочий из Вятки — жертвует пятки!
От Алёнки — селезёнка!
От Андрюши — уши!
От Михея — трахея!
От Кости — кости!
От Марьи Петровны — полушария зада!
Вы только скажите, что еще надо?
Пересадим любое — у нас всё с собою!

Спасибо, россияне, спасибо...

И со всех краёв люди в путь идут —
едут сутками, с пересадками,
чтоб помочь дорогому Путину
с имплантацией, с пересадками.
Каждый рвет от себя последнее,
каждый тянется приобщиться и —
тоже праздновать двухсотлетнее
хоть молекулой, хоть частицею.
Смотрит Путин в бинокль испытанный —
к Мавзолею столпилась очередь.
Так, а что тут у нас с элитами?
Почему тут одни рабочие?

Опааа...

Игорь Сечин — принес чью-то печень!
Мизулина Елена чьё-то колено!
Мизулиной дочка — кишечник и почку
и достает из кармана пенис шамана
Песков — усы, Лавров — брови!
Шойгу — канистру крови!
Не своей тоже, для себя держал в прихожей.
Соловьев принес рот — демонстрирует, орет
Медведев — желчный пузырь и слюнную железу
Все здесь, все внизу!

А простой народ своё что ли приносит?

Опааа... А так можно было?!!

Студент из Рязани — тащит ящик с глазами
Пенсионер из Калуги — голову супруги
Таксист из Отрадного — много непонятного
Врачи Екатеринбурга — весь набор хирурга
Жители Петрограда — вообще всё, что надо!
Ну вообще всё, что надо!
Ваше величество! Просто назовите количество!

Пока достаточно. О второй волне омоложения будет сообщено позже.

Удалимся теперь с учеными
в подземелие с белой плиткою
с инструментами кипячеными
с острым скальпелем, с белой ниткою
светит лампа, гремит посудина,
и в итоге труда усердного
нам сошьют молодого Путина —
бесконечного и бессмертного.
Обновленного и безгрешного
симпатичного, двухметрового
Не удастся наладить прежнего —
соберем из обрезков нового.

Так, а сердце кто-нибудь принес?

Опааа...

Леонид Каганов