Израильских офицер: с русскими евреями на службе нам приходится обращаться с определенным пиететом

Кто у нас служит из ваших краев, тех мы условно называем за глаза русскими, хотя это не совсем хорошо и совсем неправильно, ведь мы же все евреи и наша армия – Армия обороны Израиля.

Но, должны же мы, офицеры, как-то отличать одних евреев от других?

Есть все-таки некоторые разные черты культурных традиций и характеров, если один человек переселяется из Канады, а другой из России, из Тамбова, или Новосибирска.

Нам приходится ежедневно сражаться с видимым и невидимым, коварным и скрытным врагом и я должен исключительно досконально знать и понимать, какие моменты мне надо учитывать, командуя людьми.

Скажем, тот же выходец из Канады не будет искать логики и истины в любом моем приказе, а просто станет его выполнять, не задумываясь, почему я, или вышестоящее звено приняло те, или иные военные решения.

С испанским, итальянским, французским, немецким… евреем любого происхождения будет все очень просто, и я не буду сомневаться в его исполнительности.

Но, если мне понадобится человек, который может проявить какую-то, непредусмотренную изначально инициативу, способный сориентироваться и самостоятельно определиться в условиях меняющейся ситуации, то я скорее доверю задание выходцу из России.

Не потому, что я заранее уверен в правильности тех решений, которые он может принять, а из соображения, что он способен на их принятие в принципе.

Но, у таких способностей к боевой самостоятельности есть и один существенный недостаток, с которым мне также приходится считаться.

Которые из России, они неявно, но настойчиво демонстрируют, что им необходимо пояснять причины моих решений, когда я им что-то приказываю.

Не скрою, что меня, как офицера, это не просто раздражает, но и нешуточно напрягает, потому что в армии объяснять подчиненным вообще ничего не положено.

Но, я знаю, что, если израильский солдат русского происхождения не будет понимать мотивы приказа командира, то он и выполнять его будет без отдачи, без «огонька».

Причем, если вообще не будет убежден в правильности и законности моего решения, то может просто отказаться его выполнять, несмотря на все уголовные последствия, которые его будут ожидать.

Поэтому с русскими евреями мы стараемся обращаться на службе с определенным пиететом.

Поверьте моему опыту, не первый год служу, если им оказать некоторое уважение и дать какие-то объяснения, то деловая и боевая отдача от русского будет в 10 раз выше, чем от любого другого.

А мне, как офицеру, в первую очередь нужен результат.

via