Труп невесты Карла Танцлера или самый известный случай некрофилии

Любовь к женщине может сподвигнуть мужчину на самые разные безумства – иногда милые и безобидные, а порой и совершенно чудовищные. Эдвард Лидскалнин, например, создал для своей возлюбленной прекрасный Коралловый Замок, тогда как безумная страсть его современника Карла Танцлера нашла выход в жутком и неоднозначном поступке.

О последнем и пойдет речь в этой статье.

5 фото via

Немецкий иммигрант Карл Танцлер, также известный как граф Карл фон Козель, прибыл со своей семьей в городок Зефирхиллс, что в американском штате Флорида, в 1926 году. Однако он вскоре покинул свою жену и детей ради работы на острове Ки-Уэст врачом-радиологом в Американском морском госпитале.

Там он познакомился с красивой молодой девушкой по имени Мария Элена Милагро де Хойос, которая была младше его на 32 года. Элен была больна туберкулезом и Танцлер часто посещал ее, прилагая безуспешные попытки вылечить ее с помощью рентген оборудования и других методов.

В один прекрасный день Танцлер признался девушке в любви, заявив, что именно ее он искал всю свою жизнь. Еще будучи маленьким мальчиком, Танцлер утверждал, что ему часто является призрак прародительницы графини Анны-Констанции фон Козель, умершей в 1765 году. Танцлер говорил, что графиня указала ему образ его истинной любви – темноволосой женщины, в которой он якобы и опознал Элен.

К сожалению, Элен скончалась в 1931 году. Ее похороны были щедро спонсированы Танцлером, который соорудил для нее целый мавзолей, чтобы иметь возможность каждый вечер посещать место ее упокоения и напевать ее любимые испанские мелодии.

Танцлер был уверен, что Элен часто говорила с ним, уговаривая забрать ее тело с собой в дом. Так он и поступил в один из апрельских дней 1933 года. Разумеется, тело Элен было далеко не в самом лучшем состоянии, поэтому Танцлер основательно занялся приданием ему наиболее «эстетического» вида.

Используя струны и детали от вешалок, он соединил друг с другом кости, вставил в глазницы стеклянные шарики, смастерил парик из остатков ее волос, заменил истлевшие кожные покровы смесью гипса и шелка, пропитанного воском.
Для поддержания формы тела, он набил его тканью, а сам труп нарядил в платье, чулки и перчатки, дополнив получившееся макияжем. Чтобы избавиться от запаха разложения, он регулярно омывал возлюбленную духами.

Танцлер тихо-мирно жил с трупом любимой в течение семи лет, каждую ночь укладываясь рядом с ней спать. И неизвестно доколе бы это противоестественное сожительство продолжалось, если бы сестра Элен не услышала слухи о буквально существующем «скелете в шкафу» обезумевшего от любви доктора.

И действительно, вскоре об истинном местонахождении тела Элен стало известно общественности. Труп был изъят, обследован, и будто бы мало страданий выпало на долю останков Элен, был еще и выставлен на всеобщее обозрение на протяжении трех дней. За это время на нее успели посмотреть более шести тысяч жителей Флориды.

В конце концов, многострадальный прах был упокоен в безымянной могиле.
А в 1972 году доктор, принимавший участие во вскрытии, явил общественности о еще более шокирующем открытии – в промежность тела была вставлена трубка, с помощью которой Танцлер якобы вступать с ним в интимный контакт.

Однако этот факт не был затронут при обвинении некрофила, которого осудили лишь за осквернение могилы Элен. Трудно поверить, однако множество людей в то время жалели Танцлера, говоря, что он просто «эксцентричный романтик». Может, они не знали всех подробностей…

Завершающая

Вскоре после ареста Танцлер был освобожден по сроку давности, то есть истек срок, по которому его могли покарать за совершение этого преступления.
Поэтому Танцлер с чистой совестью вновь поселился в Зефирхиллсе, где прожил остаток своей жизни, продавая фотокарточки с изображением еще живой Элен, пугая туристов своими откровениями и демонстрируя посмертную восковую маску своей возлюбленной.

Наконец, в 1952 году судьба смилостивилась над горе-влюбленным и Танцлер ушел из жизни, вероятно, устремившись к своей возлюбленной, так как единственным свидетелем кончины и утешением его смертного часа была полноразмерная женская фигура с посмертной маской Элен.