Из грустного... Прошли мимо 4 довольно интересных для меня лота. Уж как я за них не бился, жаба все же победила (красным это мой максимум). Сейчас конечно жалею что не бился до конца. Такие лоты сейчас выпадают не часто, но если и выпадают, думаю это связано с общим спадом доходов у населения, народ потихоньку предлагает из резервных фондов что то действительно интересное. Из новостей с полей бонистики пожалуй все.
Это сообщение отредактировал Juk312 - 29 окт 2020 в 05:57
У меня есть какое то количество их 52, 53, 57 года 1 и 2-х долларовые, но то скорее для разнообразия коллекции. Ибо дизайн у них не меняется уже много много лет. Как то дали мне в руки альбом с долларовой погодовкой и мелкие и крупные номиналы, ну я его просто быстро пролистал, рассматривать там не чего в принципе. Ну а если разговор о совсем старых долларах, то, там, да, есть на что посмотреть. Но там и ценники на них приличные, да и в хорошем сохране сложно что то найти за приемлемые деньги. Мне бонистика штатовская не нравится. Как то изначально не зашла в душу своими дизайнами.
Из грустного... Прошли мимо 4 довольно интересных для меня лота. Уж как я за них не бился, жаба все же победила (красным это мой максимум). Сейчас конечно жалею что не бился до конца. Такие лоты сейчас выпадают не часто, но если и выпадают, думаю это связано с общим спадом доходов у населения, народ потихоньку предлагает из резервных фондов что то действительно интересное. Из новостей с полей бонистики пожалуй все.
Искусство (боны) должны радовать, как и цена на них. А на меня какая-то нумизматическая хандра напала – ничего, даже своё, не радует, покупаю какую-то сопутствующую тематическую хрень. Толи пресыщение, толи погода, толи общий мрачняк. Писать что-то серьёзное тоже настроя нет, поэтому, запилю что-то фривольное околонумизматическое и не только.
Жил такой себе весёлый австриец Фриденсрайх Хундертвассер (Friedensreich Hundertwasser), 15 декабря 1928, Вена, Австрия - 19 февраля 2000, Новая Зеландия. Кто-то наверняка знает его, в основном как весьма неординарного, не прямолинейного и красочного художника/архитектора. Но у него были ещё произведения в геральдике/ вексиллологии, филателистке и почти нумизматике. А ещё он создавал дизайн телефонных карточек, жетонов для казино и плакатов, делал иллюстрации к библии, разработал дизайн Боинга 757. Не буду особо вдаваться в его художественно-архитектурную деятельность, на ЯПе вроде и материал был. Только пара основных штрихов. Фриденсрайх Хундертвассер считал, что нельзя жить в одинаковых домах-коробках: людям от этого плохо. Каждый жилец имеет право высунуться из своего окна и раскрасить или как-то иначе изменить стену вокруг него, куда рук и кисти хватит (не говоря уже о внутренности дома). Он возглавил несколько проектов по реабилитации бывших мануфактур - унылых коробок, которые он превращал в сказочные терема. Как и Гауди, Хундертвассер широко использовал битую керамическую плитку: делал из неё мозаику, расцвечивающую до этого ровную и тоскливую поверхность. Он также насаживал на дома золотые или голубые купола-маковки, нарушающие монотонность прямой крыши, и оборудовал в стенах ниши для деревьев. Самый известный такой проект – KunstHausWien (выставочный зал в Вене). А ещё больше всего Хундертвассер в своём творчестве любил волнистые линии и спирали.
Рисовать Фриденсрайх Хундертвассер начал очень рано, в 6 лет. К юношескому возрасту начал оформляться его стиль, на который сначала очень повлияли австрийские экспрессионисты Эгон Шиле и Вальтер Кампманн. Он быстро стал успешным художником: первая выставка прошла в Вене в 1952 году, Хундертвассеру было всего 24 года. На следующий год он рисует свою первую спираль, и это становится его любимой темой. Знаменитым архитектором Фриденсрайх Хундертвассер стал в 55 лет, когда в 1983 году был заложен первый камень фундамента знаменитого многоквартирного дома Хундертвассера в Вене. Jocelyn M. C. Toynbee в «Roman Medallions» в середине ХХ века сетовала на «скучность» и однотипность современной нумизматики, в частности европейской и американской. И во многом она была права. Этот кризис жанра, заключавшийся в сюжетном консерватизме, продолжался, пожалуй, до 70-х годов. А Фриденсрайх Хундертвассер тем временем становится всё популярнее в мире: В 1978 году он разрабатывает Флаг мира для Святой Земли с зеленым арабским полумесяцем и синей звездой Давида на белом фоне и публикует его в своём «Манифест мира». Едет в Сенегал в качестве гостя президента Леопольда Седара Сенгора. Проводит мировой тур своей передвижной выставки: Мехико, Монреаль, Торонто, Брюссель, Будапешт. А его произведения участвуют в передвижной выставке Венского музея «Альбертина»: Канада, Германия, Марокко.
В то же время, в 70-80-е годы во всех культурных сферах начинает завоёвывать позиции постмодернизм. Ещё в 1947 году Арнольд Тойнби (ох уж эта семейка) в книге «Постижение истории» придаёт постмодернизму культурологический смысл: постмодернизм символизирует конец западного господства в религии и культуре. Объявленным «началом» постмодернизма считают статью Лесли Фидлера, 1969, «Пересекайте границу, засыпайте рвы», демонстративно опубликованную в журнале Playboy. Американский теолог Харви Кокс в своих работах начала 1970-х годов, посвящённых проблемам религии в Латинской Америке, широко пользуется понятием «постмодернистская теология». Однако популярность термин «постмодернизм» обрёл благодаря Чарльзу Дженксу. В книге «Язык архитектуры постмодернизма» он отмечал, что хотя само это слово и применялось в американской литературной критике 1960-1970-х годов для обозначения ультрамодернистских литературных экспериментов, автор придал ему принципиально иной смысл. В нумизматике влияние постмодернизма хорошо заметно на монетах Сан-Марино, начиная с 1972 года, о которых я немного писал. Немного филателии.
1975 год, «Austria» Paintings, Hundertwasser, Modern Arts, Nature, Spiral Tree
Вена всегда считалась одним из культурных центров Европы, да и, пожалуй, мира. Музеи, антикварные лавки, аукционные дома и блошиные рынки Вены – это песня. Не удивительно, что на волне постмодернизма в середине 70-х годов Фриденсрайх Хундертвассер вынашивает идею о своей «райской» монете и предлагает услуги Монетному двору Австрии (Münze Österreich) в разработке дизайна пробных монет.
ДЕНЬГИ ДЛЯ ПРОПУСКА В РАЙ
Я всегда ношу с собой первые монеты, как маленькие произведения искусства, которые я всем показываю. Они не являются денежными монетами в обычном смысле, потому что они не являются официальной валютой. У моих монет, в отличии от обычных, нет аверса и реверса, а фактически только лицевая сторона. На реверсе – только различные атрибуты: рельефные печати, штампы с изображением знака моделиста, печати Австрийского монетного двора, знака редактора и знака авторского права, года, названия и номера работы, номера текущего издания и моя подпись готическими буквами и на японском языке. Кроме того, монеты не круглые, а имеют неправильные края. Металл будет денатурирован (патинирован). Серебро станет черным от серы и больше не будет выглядеть как новое серебро. Медь будет затемнена или обесцвечена с помощью кислоты, чтобы получить зелёную патину, как старые римские монеты. Результат неординарный. Это как вещи, которым сотни или тысячи лет, таинственные, как древние гравюры, как очень старые заново обнаруженные сокровища. Если вы держите в руке такой тяжелый кусок металла со всеми его световыми и теневыми эффектами, а также с черной и зеленой патиной, вы чувствуете, как будто вы вошли в страну чудес. Пластичные формы создают новое измерение. Нереальность моих пространственных форм становится реальным, чтобы можно было к ним прикоснуться и прочувствовать даже слепым. Действительно невероятно иметь возможность носить такую монету-картину в кармане своих брюк, при этом, она не будет изнашиваться и выглядеть ужасно. Напротив. Становится всегда лучше и красивее. Время от времени вы касаетесь её пальцами, вынимаете из кармана и смотрите мокрым под проливным дождем или в ванне под водой, или в стакане воды, или на солнце, или она отсвечивает от свечи. А когда наступает ночь и темнота, вы чувствуете формы своими руками. Ночью, под одеялом, когда вы одиноки или больны на больничной койке между стерильными стенами, или когда вы умираете в одиночестве, я думаю, что это прекрасно, иметь что-то подобное в своих руках. Вы можете согреться с ним, как с горячим камнем. Или остудить себя, как снежным кристаллом или кусочком голубого льда. Вы можете положить монеты в огонь или в воду. Здесь все мои миры сосредоточены и представлены в виде прекрасного дежа-вю Эдема. Это как ренессанс, как воскресение в новом измерении. Это как входные деньги в рай. Написано в Kaurinui 1 октября 1978 года в связи с его рисунками для монет. Опубликовано в каталоге монет Хундертвассера: Hundertwasser Coin catalogue, Gruener Janura AG, Glarus, 1978, pp. 3-6. Schurian, Walter (ed.): Хундертвассер - Schöne Wege, Gedanken über Kunst und Leben. (Красивые Пути - Мысли об искусстве и жизни) Мюнхен: Deutscher Taschenbuch Verlag (DTV), 1983, с. 80-82 и изд. 2004 (Мюнхен, Ланген Мюллер Верлаг), с. 97-98 (немецкий) Шмид, Виланд (ред.): Хундертвассер, 1928–2000, каталог Raisonné. Том II: Фюрст, Андреа Криста: Каталог Raisonné. Кельн: Taschen 2002, стр. 1022-1023 (выдержки из немецкого и английского).
Серия из 5-ти монет «ДЕНЬГИ ДЛЯ ПРОПУСКА В РАЙ» ЛУКОВАЯ БАШНЯ В ЗОЛОТОМ ДОЖДЕ;
англ. ONION RAIN; нем. ZWIEBELTURM IM GOLDREGEN
Gold Weight: 50 g диам.: c. 4.5 cm, irregular Edition: 100 Silver Weight: 35 g; диам.: c. 4.5 cm, irregular Edition: 1,000 Bronze Weight: 35 g; диам.: c. 4.5 cm, irregular Edition: 10,000
1978 год Studio: Österreichisches Hauptmünzamt (Austrian Mint), Vienna Executed by: Lorenz Weiß, Vienna Эскиз (картина) New Zealand, July - August, 1978 29.5 x 20.6 cm, Pencil on drawing paper Signed bottom: ONION RAIN 787 / Hundertwasser, Private collection, Vienna
В тираж пробные монеты Хундертвассера не пошли. Слишком постмодернистскими показались, наверное. Австрийцы вообще любят говорить, что они смотрят на немцев, если у них в течение 3-х лет новый проект получается (не только в нумизматике, а вообще по государству), то они у себя внедряют. Ну, экономно. А Немецкая нумизматика весьма консервативна, так что не пошло. А Хундертвассер всё равно наштамповал в частном порядке. Последняя пока картинка: Friedensreich Hundertwasser's "Three Dimensional Coin Sculpture" Sculpture"Zwiebelregenturm und Traenen" (Onionraintower and Tears) Vienna 1987 Diameter 10 cm / 4 inches Этот медальон (токен) был разработан Хундертвассером, изготовлен под его руководством, а затем пожертвован для сбора средств, представлен и выставлен на продажу во время немецкой телевизионной лотереи ARD 30 января 1988 года для благотворительности.
Это сообщение отредактировал Конфайнмент - 11 ноя 2020 в 21:29
Где-то через месяц на этом же чердаке рядом с трубой попалась под ноги районная газета за 69й год, свернутая трубкой. Пнул - а она тяжеленькая. Итог - 144 монеты последнего чекана - Александр 3 и Николай 2, от 1 до 5 копеек. Из редких - 2к 1902г, 3к 1907г и 5к 1911г
Ну и конечно не мог пройти мимо такого шикарного тройного лота. Большая редкость! А состояние! Думаю на счет не большой очистки, и что то из этого готов наверное буду предложить в продажу коллегам. А возможно все три останутся в коллекции, ибо ценник на них только растет . Французская Экваториальная Африка 100 франков. 1947г. (Как мне думается).
Оживим маленько) Прикупил тут себе дачу, нашел на чердаке 2 банковских пакета по 10 пачек советских денег, 10 и 25р) Клад блин) 35000 рублей)
Вот тебе развлечение на всю зиму, на форумах читать про серийные номера, а в монетах искать редкие года и разновиды. Я обычно так делаю, после того как 27 кг монет продал за 10 тысяч (СССР,РФ), но предварительно всё в тетрадь переписал. Потом посчитал, там на 96 тысяч. С этого началось мое увлечение нумизматикой.
НУМИЗМАТИЧЕСКИЕ ГОЛОВОЛОМКИ–ЭМБЛЕМАТЫ (ЛАТ. EMBLEMATA)
Одну такую расшифровку личного авторства почти современной эмблематы монеты Монако я тут пространно уже изложил. Далее благодарно воспользуюсь материалами и мыслями Урсулы Кампманн (Ursula Kampmann) и MoneyMuseum Zurich. Естественно, будет и отсебятина – тупо копипастить как-то скучно. Урсула Кампманн изучала историю в Мюнхене и Саарбрюккене, докторантура 1991 года. Историк, нумизмат, куратор книжной коллекции MoneyMuseum Zurich, автор многочисленных статей и книг по экономической истории и нумизматике. Лауреат Почетной премии Общества международной валютной истории (der Gesellschaft für Internationale Geldgeschichte) и премии Вренели Международной нумизматической выставки (World Money Fair).
Официально как жанр вообще, а не только в нумизматике, эмблемата оформилась в эпоху Возрождения, но корни её в античности и, прежде всего, в Римской Империи. В эпоху Возрождения это действительно была игра или зашифрованное послание, в то время как в Римской Империи – вполне открытый посыл языком символов, по большей части носивший информационно-пропагандистский характер. Следует отметить, что в нумизматике эмблемата, в силу ограниченности поля «творчества» и действовавших канонов чеканки монет, несколько отличается от классической структуры. Это делает её ещё более «загадочной» и требует или наличия дополнительных знаний, или поиска подсказок-расшифровок в других источниках. Интересно, что некоторые правители или «весомые» особы сознательно использовали эту уловку для определения степени образованности своего окружения, Как, например, Альфонсо I д’Эсте (итал. Alfonso I d'Este; 21 июля 1476, Феррара - 31 октября 1534, Феррара), о котором пойдёт речь далее. Герцог Феррары, Модены и Реджио (1505-1534), участник Итальянских войн и войн Камбрейской Лиги, третий муж Лукреции Борджиа.
Немного теории и истории зарождения. Эмблемата - особый жанр, соединяющий изображение и текст в единое целое. Классическая эмблемата обладала трехчастной структурой: motto - девиз (как правило, не более пяти слов), symbolon - гравированное изображение, subscriptio - пояснительное стихотворение (со временем все больше уступавшее место пространному прозаическому тексту, с многочисленными, порой крайне причудливо подобранными цитатами из античных авторов, Священного Писания и т.д.). Даже в то время, когда они были созданы, большинство современников не понимали эмблематов. Поэтому образованные люди составили лексиконы, содержащие головоломки и способы их решения.
Титул. Бокки, Ахилл. Символы и эмблематы. Гравюры Дж. Бонасоне. Болонья, 1574. 48, 357 с., грав. 21×16,5 см. Второе издание (первое вышло в 1555).
[Symbolicarum quaestionum de universo genere quas serio ludebat. Edité par Apud Societatem Typographiae Bononiensis. На латыни]. Ахилл Бокки (1488-1562) - болонский гуманист, преподаватель, профессор и историк Болонского университета. Он также основал одноименную Академию, - Академия Боккиана, - в которую входили профессора, философы и гуманисты, оживлявшая культуру Болоньи в середине XVI века.
Первой книгой эмблемат, задавшей эту структуру и породившей жанр как таковой, была «Emblematum liber» Андреа Альчиато, впервые напечатанная в 1531 г. в Аугсбурге и выдержавшая до 1782 г. не менее 130 переизданий по всей Европе. Общим свойством эмблемат (эмблем) было то, что «краткая надпись не столько раскрывала смысл гравюры, сколько усложняла его... Пояснение, в свою очередь, не являлось обстоятельным описанием скрытого в гравюре и краткой надписи смысла, которое исчерпывало бы содержание эмблемы». Эмблема предлагала зрителю некую тонкую образную сеть, призванную уловить пульсирующий, переменчивый смысл - приглашала к диалогу и размышлению, задавая мысли направление движения, но вовсе не давала готовых ответов.
Ахилл Бокки, сформулировал это следующим образом: «Не возомни, любезный читатель, что сии изображения, зовомые эмблематами, которые дошли до нас издревле, сотворены из ничего, и значения, которые они предлагают, могут быть так просто поняты; они скорее оболочки, которые скрывают неизменное и вечное знание, дабы дурные и испорченные люди не осквернили Святость и Святыню, то святое и священное знание, которое должно быть открыто и доступно лишь добрым, и только им, ибо они лелеют свою сияющую чистоту и отвращаются от всякого низменного чувства». В этом отношении вся культура, возникшая вокруг эмблем, была воплощением свойственного позднему Возрождению и Барокко стремления, выраженного в словах Бенвенуто Челлини о том, что истинный мастер «призван находить невидимые вещи, скрытые в тени естественных предметов, и воспроизводить их своей рукой, являя взору то, чего, казалось, ранее не существовало».
Ну что ж, хватит пустозвонить, отправляемся в Феррару времён Альфонсо I д’Эсте. Какая странная картина! В капитанском кресле (captain's chair в оригинале от Урсулы Кампманн, которое я идентифицировал как Курульное кре́сло (лат. sella curulis)) сидит мужчина в шлеме. В правой руке он держит голову льва, из которой вылетают пчелы. Перед ним пень, вокруг которого обвилась змея. То, что нам кажется в прямом смысле сюрреалистической головоломкой в стиле Сальвадора Дали, маркиза де Дали де Пуболь, было задумано создателем монеты именно как головоломка. Этой картиной он бросал вызов образованным современникам. Немного познавательного занудства. Курульное кресло (лат. sella curulis) - отличительный признак курульных магистратов, особое кресло без спинки с X-образными загнутыми ножками. В Древнем Риме могло принадлежать только высшим магистратам, отсюда - курульный магистрат (лат. magistratus curulis). Таким образом, обладать курульным креслом имели право консулы, цензоры, преторы и курульные эдилы из числа ординарных магистратов, а также все экстраординарные магистраты. Из жрецов право на кресло имели только великий понтифик и севират (лат. saсerdotes Аugustales). В дальнейшем, в Средневековье и в эпоху итальянского Возрождения подобие античного курульного кресла стали называть савонаролой, или дантеской. В период французского ампира начала XIX в. и позднее, в период историзма, мебельщики воспроизводили древнеримские курульные кресла в качестве предмета обстановки роскошных аристократических особняков, поскольку такая мебель ассоциировалась с величием императорского Рима.
FERRARA Alfonso I d’Este, 1505-1534. 1 TESTONE OR QUARTO. Без указания даты
Вообще-то, не смотря на относительно высокий класс редкости, типов и разновидностей этой монеты довольно много, а хернюшек на алиэкспресс ещё больше. Параметры в зависимости от типа отличаются. Например, есть разновидности по количеству пчёл (что бы это значило и почему нет 8 пчёл, а 9 только в пробнике, Урсула не пишет): 4-7, 10 BEES R2, 9 BEES TRIAL STRIKE R4. Country Duchy of Ferrara (Italian states); Type Standard circulation coin, Years 1509-1522, Value 1 Testone = 1 Quatro (1/4); Composition Silver; Weight 9.7 g; Diameter 29 (28) mm; Orientation Medal alignment ↑↑; References MB# 34, MIR# 271, CNI X# 26-29 Obverse: Armored and bearded bust to left. Lettering: •ALFONSVS•DVX•FERRARIE•III• Есть разные вариации надписей легенды аверса, например, ALFONSVS DVX FERRARIAE III DE FORTI DVLCEDO Reverse: Самсон в шлеме сидит лицом влево, держит львиную голову, из которой вылетают пчёлы. Змея, обвившая пень. Lettering: •DE•FORTI•DVLCEDO•
Давайте расшифровывать и не забывать, что образованный человек эпохи Возрождения ну просто обязан был прочитать и руководствоваться The Physiologus. Этот сакральный труд был неопровержимым источником непроверяемых знаний о животных, которых в то время видели живыми лишь очень немногие люди.
The Physiologus (греч. Φυσιολογος) - это поучительный христианский текст, написанный или составленный на греческом языке неизвестным автором в Александрии; его состав традиционно датируется II веком нашей эры читателями, которые видели параллели с писаниями Климента Александрийского, который, как утверждается, знал текст, хотя Алан Скотт привел доводы в пользу даты в конце 3-го или 4-го века. Physiologus состоит из описаний животных, птиц и фантастических существ, иногда камней и растений, снабженных моральным содержанием. Описывается каждое животное, и следует анекдот, из которого выводятся моральные и символические качества животного. Рукописи часто, но не всегда, снабжены иллюстрациями, часто щедрыми. Книга была переведена на армянский в V веке, на латынь к началу VI века или, возможно, даже к середине IV века, а затем на эфиопский и сирийский языки, затем на многие европейские и ближневосточные языки, а также на многие другие языки. Этот труд сохранил свое влияние на представления о «значении» животных в Европе более тысячи лет. Три основных редакции Physiologus, каждая из которых имела собственное тиражирование, существовали в византийской литературе в многочисленных копиях и версиях на протяжении всего средневековья. Многие переводы на другие языки были сделаны с текстов Александрийской редакции. Все три основных редакции Physiologus известны в славянских переводах. Они появились у балканских православных славян, на болгарском и сербском языках, а позже были приняты в средневековой литературе Румынии и России. Воспринимаемый как произведение популярной гомилетической литературы, Physiologus в своей старейшей редакции был переведен в Болгарии, вероятно, еще в X веке. Он был предшественником бестиариев (книг зверей). Средневековая поэтическая литература полна намеков, которые восходят к традиции Physiologus; текст также оказал большое влияние на символику средневекового церковного искусства: такие символы, как феникс, восставший из пепла, и пеликан, кормящий своих детенышей своей собственной кровью, до сих пор хорошо известны. Более поздние редакции Physiologus представляют собой более позднюю стадию общественного мышления и литературных вкусов. Насколько можно судить по сохранившимся копиям, текст Александрийской редакции с момента создания прошел длительный процесс развития. Этот процесс развития виден в постепенном наслоении текста, которое ученые связывают с этапами внедрения и принятия церковной догмы. Появление более поздних редакций, однако, является результатом редакционных изменений, которые повлияли на характер работы в целом. В византийской редакции, написанной в эпоху позднего средневековья, можно наблюдать отход от символико-аллегорической интерпретации персонажей в Physiologus, уходящей корнями в ранневизантийскую эстетику и поэтику, и введение вместо него морализаторства в повседневной, земной жизни. Еще одно важное нововведение, внесенное в византийскую редакцию текста и, конечно же, отраженное в его южнославянских переводах, - это удаление некоторых старых символов и появление новых персонажей, знакомых из реального мира.
Что касается пчелы, Physiologus сообщал, что это трудолюбивое существо, способное коллективно творить великие дела. У Овидия сказано, что пчелы жили добродетельно. Их размножение было любопытным: нужно было убить быка, не проливая его крови, и хранить его в закрытом доме. При открытии дверей через три недели из туши вылетел рой пчел. Эта информация была известна Альфонсо д'Эсте и всем тем, кому предназначалась эмблемата на реверсе TESTONE 1509-1522 годов - знания классиков были общими для образованного человека. Так же, как Ветхий и Новый Завет. А в этих библейских произведениях рассказывается история Самсона и льва. Самсон убил льва, а позже он обнаружил в его туше улей. Он отнес сладкий мед своим родителям, а филистимлянам, приставленных к нему на свадебном пиру, загадал загадку: «Из ядущего вышло ядомое, и из сильного вышло сладкое». Альфонсо д'Эсте, заказавший эту монету, создал свою эмблемату из этих мотивов: воин держит в руке голову убитого льва, а пчелы поднимаются из его пасти. Именно поэтому здесь написан девиз: DE FORTI DVLCEDO, что в переводе означает «сладость доблести». Можно интерпретировать это примерно так: сначала идет война, а после победы - сладость мира. Змея, обвивающаяся вокруг пня, олицетворяет проницательную предусмотрительность, которую правитель должен проявить, чтобы достичь мира. От себя дополню, что Урсула Кампманн не обратила внимание на «капитанское кресло», которое является одним из атрибутов высшей власти Античного Рима. А, следовательно, подчёркивает статус правителя, возможно, самого герцога Альфонсо д’Эсте, а также властные права на всей принадлежащей ему территории. Не будем забывать, что история герцога Альфонсо д’Эсте – это сплошное отстаивание независимости его владений, прежде всего от притязаний со стороны постоянно сменявшихся на престоле Пап. Поэтому, когда Альфонсо д’Эсте приглашал знатных современников, художников и писателей к своему двору, он мог иногда проверять их общие знания, давая им такую монету и прося их интерпретировать картину.
Тот, кто мог изящно выполнить эту задачу и перемежать ее немного княжеской похвалой, мог рассчитывать на защиту герцога Феррары. Потому что он был щедрым и мог себе это позволить. Кроме того, Альфонсо д’Эсте создал очень мощную армию, вооруженную артиллерией собственного производства, считавшейся лучшей на то время. Военные успехи Альфонсо во многом основывались на пушках Феррары, отливавшихся на собственном литейном заводе. На двух своих портретах герцог позирует, опершись о пушечное жерло. Современники отмечали, что сам д’Эсте обладал большим талантом в этой сфере. Феррара стала первой крепостью, где были устроены угловые бастионы, и именно там впервые стали использовать артиллерию наступательно. К моменту смерти Альфонсо на вооружении его армии было 300 пушек, причем за отливкой некоторых из них он следил лично. Когда болонцы восстали против папы Юлия и сбросили его бронзовую статую работы Микеланджело с ворот, где она была установлена, Альфонсо приказал собрать осколки и переплавить в орудие, названное в его честь La Giulia. Эта пушка была установлена на крепостных валах. Пушки по имени «Землетрясение» и «Большой Дьявол» помогли ему разбить испанцев под Равенной. Альфонсо д’Эсте упомянут Маккиавелли в «Государе»: «Итак, я скажу, что значительно менее трудно сохранить за собой государства наследственные и привыкшие к роду своего князя, чем новые; достаточно князю не нарушать строй, установленный его предками, и затем править, сообразуясь с обстоятельствами; такой князь, даже при среднем искусстве, всегда удержится в своём государстве, если только какая-нибудь необычайная и особенная сила не лишит его владений; однако, даже лишённый государства, князь при первой неудаче захватчика вернёт его вновь. Мы видим в Италии пример герцога Феррарского, который выдержал все нападения венецианцев в 1484 году и папы Юлия в 1510 году единственно потому, что издавна управлял этим владением: дело в том, что у исконного государя меньше оснований и он реже бывает поставлен в необходимость угнетать; поэтому его должны больше любить, и если особенные пороки не сделают его ненавистным, то вполне в порядке вещей, что подданные естественно будут желать ему добра.».
Сейчас кила два хохломы. Уже новые пошли. Просто, каждый день, мелочь с кармана высыпаю в коробку. Раньше только полтишки и гривники, сейчас не разбираю, сыплю всё.
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии. Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.
1 Пользователей читают эту тему (1 Гостей и 0 Скрытых Пользователей)
Я обычно так делаю, после того как 27 кг монет продал за 10 тысяч (СССР,РФ), но предварительно всё в тетрадь переписал. Потом посчитал, там на 96 тысяч. С этого началось мое увлечение нумизматикой.
yaplakal.com