История депутата, который, будучи 27 раз лишённым водительских прав, продолжал в неадекватном состоянии гонять на машине и искалечил девушку, обрастает такими подробностями и поворотами, что хватило бы на полноценный криминальный сериал, и похоже, что мы нашли ответ на загадку о том, почему он остаётся безнаказанным. А также сюжет о буйствах пьяного Владислава Васкэ за рулём автомобиля и в колодце. Если бы в нулевые были социальные сети, он бы был звездой — вы в этом убедитесь позже. Напомню историю Владислава Васкэ, о которой мы рассказывали ранее и много раз: он — один из лучших людей Вачи, был депутатом, получает награды и благодарности от местной администрации и других структур. При этом в неадекватном состоянии ездит за рулём — прав он лишён до 2050 года. Очередной незаконный заезд привёл к аварии, и он сделал девушку инвалидом. Дело затягивалось, заминалось, и лишь после огласки его всё‑таки выгнали из партии ЛДПР и лишили депутатства, а суд приговорил его к 2,5 годам ограничения свободы — это даже легче, чем условное лишение свободы. Но всё это не помешало Владиславу Васкэ, который, повторюсь, был лишён прав до 2050 года, продолжать управлять транспортными средствами. Более того, он основал свой байкерский клуб и стал там президентом. Об этом знали все: и администрация Вачи, и полиция, — так как фото и видео он выкладывал в социальных сетях и участвовал в городских праздниках. Бизнес Владислава Васкэ построен на реабилитационных центрах, обитатели которых на прошлой неделе рассказали о том, что над ними там издевались, и подали заявление в правоохранительные органы. Наш сюжет об этом дошёл до главы Следственного комитета России Александра Бастрыкина, и было возбуждено уголовное дело. И вот к нам в редакцию стали обращаться новые жертвы реабилитационных центров Владислава Васкэ.
У крысы очень агрессивная опухоль на влагалище. Две операции. После второй опухоль выросла за две недели больше чем была . Повезу в Обнинск на лучевую терапию . Пускай послужит науке , врач говорит редкая опухоль. А для меня это член семьи, везём в четверг, возможно сегодня я с ней прощаюсь. Пока она не понимает, что организм её подвёл, опухоль не болит, писать и какать позволяет, но скоро перекроет, если лечение не поможет. Вот так. Они как люди, и я с ней прощаюсь, но надеюсь на чудо. Зюзя её зовут...
Для меня открытие, что в Белоруссии уже больше десяти лет над куполом государственного музея Великой отечественной войны развевается флаг Советского союза. Круто !
- Вот эти все «Швондеры» довели великую страну… - А вы уверены, что Булгакова читали? - Да, «Собачье сердце» моя настольная книга! Я раз восемь перечитывал. Что вы?! - Ну, тогда скажу, что побольше бы нам таких прямодушных и отзывчивых людей, как Швондер. - Вы это сейчас серьезно?!! - Абсолютно. Это единственный человек, который пытался помочь Шарикову, как ЧЕЛОВЕКУ. И видел в нем не только результат медицинского эксперимента. Документы ему выправил. А как иначе? Вы можете представить себе, как жить в стране, пережившей гражданскую войну, человеку без документа, удостоверяющего личность? Вы без паспорта на улице до ближайшего патруля дойдете, и всё, привет, Сибирь-матушка! - А то, что он профессора прессовал, это как? - А как он его «прессовал», простите? Уплотнить его пытался. То есть подселить еще одну семью в шестикомнатную квартиру профессора. Где он живет с помощником, служанкой, кухаркой… И отказывается прописывать Шарикова. Человека уже, заметьте. А тут Питер, наводненный целыми семьями беженцев без крыши над головой. Которые могут стать жертвами криминала. И среди них старики, женщины, дети. Вот он и втыкает их куда только можно. - И поэтому вламывается в дом врача? - Нет. Он на правах председателя жилищного управления, - а это, кстати, выборная, общественная и не оплачиваемая должность, – то есть, он где-то работает, и в порядке общественной нагрузки следит за хозяйством (смотрит, чтобы паркет не жгли в буржуйках), - приходит вместе с членами правления (!) к арендатору жилья в доме, когда-то принадлежавшему бизнесмену Калабухову. И приходит он, не поверите - договариваться. Договариваться об изменении условий