- А от так у нас ебут! – радовался командир, глядя в потрёпанный морской бинокль в сторону СРБ, - за хвост и об палку! Ну-ка скажи интенданту, пусть мне чаю принесёт – чувствую это надолго!
Я рассказывал уже, но не знаю, запало ли вам в память, что нас очень любили проверять всякие московские комиссии по разным поводам и без. В этом их можно понять: они там в Москве служат же Родине не щадя ничего своего, а мы тут вино пьём, икру трескаем и вряд ли любим их Родину с такой же самоотверженностью и отвагой. Ну и что, что мы в моря бегаем, как велосипеды, хотя это название принадлежит дивизиям многоцелевых лодок, стреляем ракетами и так редко гибнем в последнее время? А журналы? Вы, блядь, видели как эти подводники их ведут? Представляете, сколько у них там нарушений? Стрельнуть-то и дурак может, а вот документацию в порядке содержать или там, допустим, отчёты все вовремя сдавать – это вот высшее военное мастерство.
Или физподготовка. Ну что может быть важнее для подводника, чем умение бегать кросс – а ежели на врага, в штыковую придётся, сможет ли? Надо же проверять, правильно? И вот у них, значит, в Москве там май, тополя пушат и солнце плавит асфальт, а поедем-ка мы, думают себе офицеры из Главного штаба, проверим как эти шпроты кросс бегают. Правда, по приезду в Мурманск оказывается, что Мурманске зима ещё и снега по яйца, но что теперь – обратно ехать, не солона, так сказать, ебавши? В армии тоже люди же служат и все они, естественно, могут ошибаться, - все, кроме офицеров Главного штаба. И вот лучший экипаж дивизии, флотилии и, может быть, вообще всего мира, поставив на вахту самых пухленьких и малоподвижных астматиков
Блондинка Марина с грустью сидела у окна, время от времени бросая полные ужаса взгляды на улицу. Там между гор мусора, остовов сгоревших машин и разломанных киосков бродили сотни зомби, вынюхивая ненароком уцелевших людей, дабы полакомиться свежатиной. Каждый раз девушка вздрагивала и пряталась в глубине комнаты, чтобы не видеть этого кошмара.
Она сама даже не подозревала, как ей повезло. Две недели назад, возвращаясь из ночного клуба, Марина умудрилась поцарапать свой Матиз о фонарный столб. Машину тут же пришлось отдать в сервис, а сама девушка на три дня ушла в депрессию и, не выходя из дома, сидела в многочисленных блогах и социальных сетях, рассылая грустные сообщения и собирая богатую жатву утешений. А через три дня, когда ей удалось прийти в себя, по миру уже вовсю бушевал зомби-апокалипсис.
Да уж, больница место для пациентов малорадостное, хотя и небесполезное, особенно когда прихватывает и не отпускает. Я легла в больницу на абсолютно плановую, нетяжелую операцию. Пару дней до и три дня после, при невозможности читать и пользоваться достижениями науки и техники, - отличное время, чтобы подумать, поанализировать, понять что-нибудь, наконец.
Я девушка очень внешне интересная, первый поклонник появился в 3 года, и с тех пор их было достаточно для коллекции и ничтожно мало для сердца. Замуж я выйти хотела, замуж я и вышла, да не один раз, да все разы - неудачно, детей не родила, внешность к возрасту ягодки сильно пообтрепалась, исчезли кураж и безграничная вера в свое очарование.
Он выходил меня. Появлялся везде. Смотрел преданными зелеными глазами, дарил маленькие, смешные букетики и казался этаким милым недотепой...
В общем, я пожертвовала всем и вышла за него замуж, осчастливила бедолагу. И вот лежа на больничной койке, дыша больничными запахами, я задала себе прямой вопрос: "А чем я пожертвовала?" Неуютом? Одиночеством? Холодной постелью? Безденежьем, гастритом и пустым, холостяцким холодильником? Велики жертвы, ничего не скажешь. Велики безгранично... Не очень мне было комфортно на душе, когда осознала я это. Тягостно и очень противно.
Это был вечер перед операцией. Я держала его за руку, стесняясь своей потребности в его тепле.
Операция не произвела на меня особого впечатления. Голова была занята совсем иным.
Через еще один день полного голода нам разрешили куриный бульон. Моим соседкам по палате его приготовили мамы и дочки. Мне - муж, потративший на его создание целый вечер и прита
На официальной странице в fb 1'ой эскадрильи Воздушного компонента ВС Бельгии завесили интересную галерею собранную за время дежурства бельгийцев за время дежурства их звена в составе Baltic Air Police с января по конец апреля этого года
Второй раз уже ловлю ёжиков около подъезда. Первый был молодой. Молока из блюдца попил, переночевал у меня. Отложил черную какаху из панцирей насекомых и был отпущен утром в лес, в прошлом году. Сегодня отловил матёрого, взрослого. Есть отказался Вискас и кефир. Молока не было, извиняйте. Через 5 минут отнёс в лес. Я думаю я правильно поступаю - всё таки в городе собаки и машины. Если увидел ёжика - отнеси его в лес. Ёжиков второй раз ловлю по этим координатам 55.756983,38.086152. Сами видите - лес рядом. Оттуда они глупые и лезут. Как я их ловлю? Выхожу ночью покурить около подъезда - вижу ежа, ловлю и несу в лес. Гуляш из ежа я готовить не умею и не буду. Всем добра. Несите ежей в лес.
Это произошло 26 мая в ходе съемок выходящей на российском телеканале «Звезда» программы «Процесс», которую ведут писатель Сергей Шаргунов и телеведущий Николай Петров.
Как сообщил корреспондент Александр Чаленко с места событий, инцидент произошел во время выступления Юрия Кота. Он рассказывал о своем 17-летнем сыне, живущем на Украине, и его товарищах, которые не исповедуют радикальной идеологии, у которых совсем другие герои, чем у украинских националистов.
yaplakal.com