Я видел сегодня во сне много крокодилов. Они гонялись за мной по большому загородному дому в Загорянке в котором прошло мое детство и за который нынче судятся родственники моей бабки.
Это был замечательный дом. В лучшие времена он насчитывал 46 комнат, включая две без окон. Изначально, он был двумя рублеными коробками с мансардами и центральным проходом посредине. Но с годами вторая половина, которая принадлежала моей прабабке, стала под её руководством лихорадочно прирастать во все стороны комнатенками в надежде на богатый улов дачников. В результате, левое крыло дома гротескно раздулось во все стороны, обзавелось тремя выходами, двумя балконами, лестницами, дополнительной печкой и огромным чердаком, который дети превратили в штаб. Детей было много. Нас трое - внуки бабушки Лены, хозяйки правой половины; две девочки дяди Вали, брата моей бабушки, и два сына тети Оли - младшей сестры бабки. Был еще Андрей Макульский, сын старшей сестры тети Гали, но ему уже было почти двадцать лет, и хотя он много времени проводил с нами, все-таки называть его ребенком было бы не правильно.
Целыми днями, все лето напролет, мы носились по этому исполину, нередко подвергая себя опасности, а дом разрушениям, особенно страдал потолок мансарды: обваливалась штукатурка, шли трещины, у одного дачника просто кусок обвалился. Прабабка нас ругала и гонялась с большой шваброй, приводя в дикий восторг, смешанный с ужасом, ибо прабабка казалась нам страшной колдуньей. В сущности, это было не так: милая старушка, убежавшая в 20-е годы с Восточной Украины, осевшая в Москве, а после войны переехавшая в тогда еще не такой людный поселок Загорянский.
Ну и народ пошел, доложу я вам. Сплошное недоразумение, а не народ. Разве что одним алфавитом пользуется, а во всем остальном – беда и разногласия. Ну и идиотизм, конечно тоже. Куда ж без него. У нас без этого стадного явления, люди в туалете свои надобности уже не могут справить. Я уж не говорю, чтобы просто поздороваться. Собственно, я так категоричен, потому как в неприятность угодил. Через свою же доброту и жалость к братьям нашим меньшим, а равно как через тупость людскую, я и угодил, если хотите, в каталажку.
Иду, представьте себе, домой. Трезвый, обратите внимание, иду. Через продуктовый магазин. Мне продуктов велено было купить. Ну, купил по списку все, разве что яиц не стал приобретать. Вечно мне с ними не везет. Разбиваю я постоянно их, или тухлые подложат. В общем, выхожу с продуктами из магазина, вижу такую картину. Пес, не сказать, чтобы рыжий, но мотивы присутствуют, сидит перед входом и жалобно так на всех посматривает, мордой тянет, взглядом прямо таки слезу прошибает. А у меня как раз такое настроение возвышенное. Дай думаю, я песика чем нибудь угощу. Возвращаюсь в магазин, подхожу к мясному отделу. - Барышня, а чем бы мне песика угостить? – спрашиваю продавщицу. - Возьмите эскалоп, очень чудный эскалопчик сегодня завезли, - наверное, она не услышала, что я песику покупаю. - Да мне песику, - говорю. - Какому песику? Собаке что ли? Так бы и сказали. Вот, сердце ему купите. И стоит недорого, и костей нет – не подавится. Взял здоровый кусище этого сердца и обратно к собаке. Подхожу, вижу: старушенция уже какая-то перед ним сложилась, в сумках-пакетиках роется и что-то ему перед мордой выкладывает. Ну, думаю, врешь
В газете "Вечеpняя Одесса": - Вчеpа вечеpом в поpту загуляла и не веpнулась домой сука пегой масти, с белой гpудью, по кличке "Маня". Hашедшего пpосят пеpедать ей, что если сунется домой, муж ее пpистpелит. ......
Секретарша спрашивает у шефа: - А почему ваша жена так подозрительно на меня смотрит? - Потому что сама когда-то была моей секретаршей!
.......
Если водка - яд, может надо отсосать его из бутылки?!
.......
В кабинете у врача: - Доктор, когда я разговариваю с женой, она меня не видит! - Бля-а-а-а!!! Кто здесь?!