Она появилась у нас в пятницу вечером. Все уже ушли, и только я, закопавшись с бумагами, задержался. Так уж повелось, что на новичков сваливают всю «грязную» работу, ту, которую долго, скучно и просто неохота делать. Особенно если пятница, и тепло наконец-то, и на даче уже сто лет как не был. А мне торопиться было не куда – ни семьи, ни любви, ни вредных привычек, которые бы могли заставить бросить все и поспешить «на волю», тем более что диплом повис трупом, и надо было собрать больше материала. Вот и остался. И встретил ее.
Я ее сразу узнал, хотя видел до этого всего однажды и довольно давно. Стоял и смотрел, забыв обо всем.
Вспомнился тогда еще первый курс института, работа мастером в салоне тату, бессонные пьяные ночи и похмельные утренние часы.
Она ворвалась однажды в салон вместе со звоном дверного колокольчика и солнечным светом с улицы. Волосы слегка растрепаны, глаза горят, в руках – мятый листок. Уверенным шагом подошла ко мне, сверкая белозубой улыбкой. На листке – извиваясь кольцами, чернела змея, стараясь захватить раздвоенным языком птичку-колибри.
- хочу такую! - интересная работа. Сама рисовала? Еще одна улыбка и хитрый взгляд - сама. - где бить будем? Ни капельки не стесняясь окружающих, она задрала кофту, обнажив плоский загорелый живот, и ткнула пальцем чуть выше пупка – - вот тут! И снова улыбка.
Татуировка была сложная, место, которая она выбрала для рисунка – одно из самых чувствительных. Работал я долго, часто прерываясь на перекур, давая отдохнуть и ей и себе. Она терпела. Умудрялась шутить и смешно вертела головой, стараясь разглядеть рисунок. Болтала без умолку, рассказывая об инс
Серега был дефективным. Внешне это никак не проявлялось, но в состоянии неглиже дефект сразу бросался в глаза. У Сереги было семь яичек. Тестикул, выражаясь научно. Забавной бородкой они свисали позади хуя, вызывая у интимных подруг сперва приступ страха, затем любопытство, а потом активный интерес. Объемная мошонка не сильно беспокоила хозяина: просторные семейные трусы и брюки на размер больше дарили желаемое ощущение свободы и легкости. Пока Серега жил разгульной холостой жизнью, семияичье скорее радовало, нежели огорчало. Проблемы начались после женитьбы на Светлане, владевшей редкой для женщины профессией плотника. Впрочем, профессиональная ориентация Светланы играет в повествовании второстепенную и даже третьестепенную (семистепенную, если угодно, роль), первостепенно же то, что вскоре после свадьбы молодая жена понесла. Через семь месяцев она досрочно разрешилась от бремени, родив семерых детишек: трех девочек, трех мальчиков и медвежонка. Серега не сильно удивился этому: всякое может случиться; вон, собаки вообще по двадцать щенков приносят, и ничего. Сомнения зашевелились в его голове, когда следующая беременность снова закончилась семерней. На этот раз Серега стал счастливым отцом четырех девочек, мальчика, комарика и баскетбольного мяча. Странное уравнение «7 яиц = 7 детей» лишило папашу покоя, заставив в конце концов отправиться на прием к урологу. Врач Кавторанг Дваводнович Швайнштайгер внимательно изучил Серегину промежность, послушал каждое яичко стетоскопом, постучал молоточком, подсветил фонариком и заключил: никаких отклонений, кроме количественного, нет. Серега, тем не менее, решил на всякий случай заняться самолечением и интереса ради слепил яйца попа
yaplakal.com