Атец Батько : Сталкнулись три мусаравоза. На разборки пазвали четвертава.
На этот рас жосскую абасцаку с элементами мистицизма аткалоло удмуртцкое патереное калено патомкаф маршакафскава дяди Стебы. Три гаефских патрульных пепилаца скрестили сваи благародные бампера на адном из аживленных перикресткаф готичнова горада Ижефска. Фсе ани ехали на срочное задание па паимке асоба апасных налогаплатильщекоф и патенциальных злостных праванарушителей правил дарожнава движения носителей дензнакоф. Центральный перикрестак на улице Удмурцкая тянул их как магнит. Хуле, аживленное двежение и с умом развешаные знаки давали абильную потчву урожаю зеленых всходоф с изабражением нивазмутимых ебальнекоф презедентоф СШП.
Кароче, первый козловос спешно препаркавался на заветном перикрестке пад знаком 'паварот направо бес аптечки реверсом заприщон' и неуспел щасливый гаер праизнести -'Первыйнах!', как ему в жеппу акуратно уебал другой мусарник, ис каторава незамедлительно паследовало - 'Фтаройнах!'. Пака ахуефшие канкуренты вылезали ис сваих пепелацоф, к месту падаспел третий удмурцкий рейнджер и разьебаф передком бачины тачкам колекк па апаснаму бизнесу, он синей златозвездой тарпедой вылетел черес пиреднее стекло и налету пракричал 'Третийнах! и педестал!'.
Первнаху сразу выписали штраф за нарушение територильных дагавареннастей, так как он был ващще с другово непладароднава участка. После лехкой дискусии Третьенах зафиксировал аскарбление сопственных яитц с помащью нечищенного сапага. Так как яйтца нахадились ф форменых брюках и их владелец был при испалнении, дело запахло креминалом. Защищая паруган
В щель двери просунулась веснушачтое лицо с двумя рыжими косичками. -Это 6-ой А? -Да. -Извините пожалста. Воронцова к директору. Русалка строго посмотрела поверх очков в сторону «камчатки», где за партой развалился наглого вида плотный юнец в потрёпаном пионерском галстуке. -Воронцов, что ты в этот раз натворил? - Да ни чё, Ольга Михайловна. - Давай, шагом марш к директору. Воронцов уныло поднялся, вышел из класса и поплёлся по школьному коридору вслед за двумя огнеными косичками. У двери директорского кабинета рыжая пионерка презрительно посмотрела в его сторону и задрав нос к верху удалилась. Воронцов неуверено постучал. -Войдите. В кабинете кроме Михаила Григорьевича была ещё завуч Софья Яковлевна. - А, Воронцов, садись. Тот обречёно опустился на стул перед директорским столом. Завуч сидела на стуле у стены, теребя в руках какой-то журнал. - Как я понял, зеркало в туалете на 3-ем этаже – твоих рук работа? Колька залилсся краской. «Кто мог заложить? Клеменкова! Вот коза.»- Я уже и не знаю, что с тобой делать. Ещё раз отца вызват? Так это не помогает. Твоё поведение выходит за всякие рамки. Воронцов тоскливо смотрел в угол. -Ты же пионер, или этот галстук для тебя ничего не значит? Да посмотри, как ты выглядишь. Ты же юный ленинец. А твои оценки? Опять на второй год захотел? Воронцов монотонно колупал обшивку стула. - И как тебе не стыдно, Воронцов. Ты позоришь свой класс. Свою школу, -вмешалась завуч.
- Подумай о своём будущем. Кем ты хочешь стать? - Не знаю, - протянул Колька. - Николай, как же так? Пора бы знать. Ты ведь взрослый мужчина. - Михаил Григорьевич, что вы с ним церемонитесь? Он же просто хулиган и лоботряс. Предлагаю поставить вопрос об
yaplakal.com