Как мы ели «скорпиона»., Приключилось со мной (

Сия печальная история произошла совсем недавно. Я люблю острую пищу, даже не так, ОСТРУЮ. Всегда увлекался тем, что бадяжил разные сорта перцев в соусы, частенько делал острую сальсу, но по причине проживания в Республике Беларусь, доступными мне были только некоторые сорта иберики, чили, да халапеньё (не самые острые перцы на свете). После временно-постоянного переезда за границу у меня появился доступ к сортам перца, которые раньше я попробовать не мог. Тут мне довелось повстречаться с единомышленником, который не меньше меня любил острую пищу и эксперименты с ней. Как то с этим товарищем, на совместном застолье, уже изрядно подпив, решили попробовать не соус есть и не приправу к мясу добавлять, а попробовать цельного острого монстра под названием хабанеро. И вот, посадив жену за руль, уже едем в ближайший магазин, где этого зверя можно купить. В магазине наши косенькие глазки, на нашу беду, узрели совсем другой перец, который, в отличие от искомого хабанеро был гордо запечатан в отдельный пакетик с этикеткой в виде черепа и костей и надписью гласящей о том, что это найострейший перец в мире, а именно «Trnidad Moruna Scorpion». И вот тут наши подвыпившие мозги сыграли с нами злую шутку вида: «море по колено рыбы до хуя», и мы купили этого коварного гада. Зацепили ещё ведро мороженного и поехали домой.
Приехав домой и вобравши в себя ещё солидную долю спиртного, для храбрости, мы приступили к поеданию самого острого «скорпиона». Сели друг напротив друга, взяли по перцу в руку и, радостно улыбаясь, начали жевать ,тогда ещё не страшное, вместилище капсоицина. Условием было полностью прожевать и проглотить тушку гада, выигрывал же тот, кто последним хватался за мороженное.
Понимание ошибки, которую мы совершили, пришло вместе с кристальной, я бы сказал абсолютной, трезвостью в наши головы и практически одновременно с болью. Это было не остро, это было невыносимо больно. Губы, язык, нёбо, задняя стенка глотки, всё не горело, как это обычно происходит при поедании острой пищи, всё просто кричало о боли. Голова превратилась в источник невыносимых страданий, воздуха отчаянно не хватало, начали онемевать скулы и судорогой сводить мышцы шеи. Мне, взрослому мужику, пережившему переломы нескольких рёбер, ноги, 3х пальцев, носа (слава Богу не одновременно) и не жаловавшемуся никогда на боль, хотелось плакать, как маленькому ребёнку. Сквозь слёзы, текущие ручьём, удалось разглядеть мороженное и, схватив ложку, отпихивая друг друга, метнуться к спасительному ведру. Облегчение приходило на жалкие секунды, пока комочек спасительного холода лежал во рту и, медленно тая, стекал в пищевод, затем пытка начиналась по новой. К несчастью ведро оказалось жалким ведёрочком, и 2 килограмма мороженного закончились в считанные минуты. Тут я вспомнил про бутыль молока, стоящую в холодильнике, и мы, ничуть не смущаясь, тем, что завтра дети останутся без хлопьев на завтрак, принялись уничтожать мои запасы молока. Затем пришла очередь льда из морозильника, воды из бутылок, а потом и из-под крана. Через полтора часа невыносимых страданий боль начала стихать. Вид наш к тому моменту был абсолютно жалок, красные распухшие глаза, губы как у лучших представительниц утиного рода из известных соц-сетей. Язык…, я даже не знаю как его описать, на язык было больно смотреть, ярко-малиновый, почему-то совсем гладкий, распухший до размеров едва помещавшихся во рту, он, при малейших попытках пошевелить им, отдавал острой болью в, и без того, воспалённый мозг. О продолжении возлияний уже не могло быть и речи, и жалкие и окончательно поверженные, мы разбрелись по комнатам спать, под ехидные смешки и подколки наших жен.
Утро. Это было самое незабываемое утро в моей жизни. Этим утром я понял буквальный смысл фразы о поиске приключений на собственную жопу. Жопа страдала, страдала не меньше чем вчера голова, причем страдала в прямом смысле этого слова, при попытке сходить в гальюн появилось ощущение, что в меня сзади вставили раскалённый прут и несколько раз там его провернули, хотелось залезть на стенку или забиться в угол. Подмывания струёй холодной воды принесли некоторое облегчение, но гадкое чувство жжения всё равно осталось. Душу согрел только протяжный тоскливый вой товарища из второго туалета, и сдавленный мат, последовавший за этим. Но цирк только начинался, комбинация: водка, молоко, мороженное, лёд из холодильника и вода из-под крана не совсем не закрепляющее повлияли на наш кишечник, и разбавленный, но всё ещё дееспособный скорпион целый день напоминал нам о неправильности принятия решений «на пьяную голову»
В последствии, снимая лоскутами кожу с обожженного нёба и рассматривая этикетку, мы прочли: «жжёт 2 раза, первый на входе, второй на выходе».
А перец острый я до сих пор люблю и всё ещё готовлю сальсу и соусы разные, только отношусь к этому намного осторожнее.