Армагеддон

Осень 98-го.
Поезд "Москва - Львов"
Мы с женой Шурой сидели за столиком купе, вчитывались в инструкцию и бережно вырывали друг у друга нашу новую дорогущую игрушку. Ради нее пришлось даже отложить покупку машины.
Но, мы были молоды и авантюрны, да и к тому же, уж больно хотелось.
Подумаешь – машина, машина подождет, на метро поездим, не баре, а вот иметь свой собственный мобильный телефон, вот это да…
С ним, ты сразу превращаешься в сверхчеловека. Хочешь, можешь хоть за гаражи зайти и оттуда позвонить, или… Да мало ли?
Телефон решили записать на Шуру. Во первых – девочки вперед, а во вторых – ей с ним гораздо приятнее знакомится с моей мамой.
«Мама, познакомься – это Шура, а это ее личный мобильный телефон…» - Звучит неплохо.
Жена наугад тыркала кнопочки, а я углубился в чтение толстой, дотошной инструкции: - «Важный совет! : - сообщите Вашим друзьям номер своего мобильного телефона, в противном случае, никто из них не сможет Вам позвонить…»
Тут в дверь купе заглянул проводник и отвлек нас чаем и санитарной зоной.

Наступил вечер.
Мы улеглись спать, жена положила под подушку своего нового друга, а сверху прижала ухом, а вдруг кто из шести миллиардов человек ей позвонит, она же должна быть к этому готова…
В дверь, тихо, но настойчиво постучали.
Я открыл, на пороге стоял проводник с какой-то нервной теткой, по виду - жертвой железнодорожных воров.
Проводник:
- Извините, я сегодня видел у вас мобильный телефон…

Я окончательно проснулся и ответил:
- Вам показать разрешение госсвязьнадзора?
- Да нет, вот тут женщина из соседнего вагона, она...

Тетка оттеснила проводника, вошла в купе и положила на стол большой квадратный бумажный сверток, от которого все вокруг наполнилось чарующим запахом копченого сала.
Она стала быстро зыркать по сторонам, как будто что-то искала и не отрываясь от поисков, надрывно заныла:
- У вас единственный телефон во всем поезде. Дайте позвонить… Христом Богом… Дайте… Мне очень, очень нужно. Хотите, на колени встану?
- На колени не надо. Вам в милицию звонить?
- Нет, мне нужно позвонить домой, в Червоноград, хоть на секундочку. Я должна услышать голос сыночка.
- А что с ним случилось?
- В том-то и дело, что не знаю! Я хочу только узнать – живой он, или…?

Я понял, что тетка не шутит и ей очень надо.
Шура протянула телефон, проводник скривился и инстинктивно отшатнулся от него, как от маленького чернобыля.
Я принялся набирать номер, но заметил, что мы находимся вне зоны доступа.
В те времена вышек сотовой связи было совсем немного, да и те кучковались только в крупных городах, а у нас за окнами пролетал темный заснеженный лес.
Я спросил:
- Так, все же, что у Вас произошло?
- Убитая горем женщина, помялась и ответила:
- Извините, но я не хочу произносить вслух, чтобы не притянуть беду к своему сыночку… Можно я попозже зайду, когда телефон заработает?

Я кивнул, тетка забрала со стола свой шмат сала, извинилась и быстро ушла.
В три ночи, нас опять разбудил дурманящий запах копченого сала, но сети, как не было, так и не появилось…

Под утро снова постучали – это была все та же растрепанная тетка со своим копченым талисманом.
На этот раз ей повезло – сеть еле живая, но все же ловилась и то, только если телефон прижать к оконному стеклу.
Мы долго с непривычки мудрили, перебирали коды стран и городов, наконец получилось - попали в славный город Червоноград.
Женщина, как огромная присоска распласталась на окне и в таком подвешенном состоянии пережидала громкие длинные гудки.
Мы тоже их слышали и старались не дышать…
Наконец, сонный голосок ответил:
- Ало.
- Ало! Ало! Андрико, сынку! Ты живый?!
- Я? Живый… Мама, а ты дэ?
- Иду в пойизди, ты в кино ходыв!?
- Як в пойизди? Ты шо?
- Андрийко, курвий сыну! Кажи, ты в кино був, чи ни!?
- Був, був, там таке було, йой…

На этом наши денежки закончились и разговор прервался.

Меня неслабо напрягла эта ситуация - ходить всю ночь, будить незнакомых людей, потратить все их междугородние телефонные минутки, чтобы только спросить сына - ходил ли он сегодня в кино?

Но высказаться вслух я не успел - женщина обмякла, зарыдала и опустилась на полку. Наконец она вручила мне до боли знакомый шмат сала, поблагодарила и сказала:
- К нам в Брянске подсел мужчина и рассказал, что сегодня, в нашем Червоноградском кинотеатре, во время фильма Армагеддон, случилась страшная трагедия. То ли потолок упал, то ли теракт, он не знает, но погибла куча детишек. И мой Андрийко там был…

…За окнами тянулось раннее утро, заснуть уже не получалось.
Шура лежала в обнимку со своим разоренным героем в красивом чехольчике и думала, наверное: - «Как все же хорошо, что мы купили не машину. Машина - это и вправду ерунда, она еще может подождать…»

© Грубас