Настоящий хит

Дядя Женя решил написать книгу.

«Чем я хуже этих сказочников заграничных? — говорил он сам себе, присаживаясь за компьютер. — Напишу хит, как Толкин или Мартин, и буду до конца жизни на процент от кинолент жить».

Размениваться на всякие там душещипательные романы дядя Женя не собирался. Он планировал охватить всю возможную аудиторию и мыслил масштабно. Немного гоблинов, немного эльфов, зомби там с пулеметами, дирижабли на угольном ходу, магия — в общем, планировалось нормальное боевое фэнтези. «За них лучше платят», — с такими мыслями дядя Женя нацепил на нос очки и начал внедрять свои фантазии прямиком в электронный блокнот.

— Ты чего так громко стучишь? У меня голова уже раскалывается, — спросила Людка, поднимаясь с кровати.

— Отстань, книгу я пишу, — фыркнул в ответ дядя Женя и продолжил бить пальцами по клавишам, воплощая в тексте свои самые смелые идеи.

— Книгу? — оживилась жена. — А я кем там у тебя буду?

— Никем, — холодно ответил дядя Женя. — Я же не поваренную книгу пишу, а настоящую.

— Ах так, значит?! — Люда треснула рукой по клавиатуре и главный герой вдруг превратился в «вотмжу390,ыэ/».

— Ты чего творческому процессу мешаешь? Я же сочиняю! — прикрикнул на Люду муж.

— Либо ты про меня напишешь, либо у тебя вечером будет творческий ужин. Сочинишь себе курицу с картошкой и будешь представлять, как ты всё это ешь.

— Ну… Ну ладно, — сдался дядя Женя. — Ну хочешь, я тебя королевой гоблинов сделаю?

— Каких еще гоблинов? — завелась жена пуще прежнего. — Делай нормально, чтобы я была молодая и перспективная императрица людей. И чтобы у меня был конь, а ещё красавец муж, можно сделать его эльфом.

— Я про себя не собираюсь писать.

— А я и не прошу про тебя, напиши про красавца мужа, — заулыбалась ехидно жена. — Шучу, — успокоила она дядю Женю, а потом добавила: — Эльфа не надо, пусть тоже человеком будет.

— Ладно, — буркнул дядя Женя и начал вклинивать в сюжет императрицу.

На следующий день позвонила мама и начала разговор со слов:

— Нас с отцом можешь в свою книгу не включать, я уже поняла, что неблагодарного эгоиста вырастила — ни слова не сказал, всё жена за тебя выдала! — обиженно пробурчала она. Потом, немного успокоившись, добавила: — Но про Васю не забудь и про племянников своих.

— Мам, да какой Вася?!

— Да брат твой родной! Хос-по-ди, уже родню не помнит.

— Да помню я! Я тебе говорю про то, что у меня не автобиография — я фэнтези пишу, понимаешь?

— А что, в фэнтезях твоих нельзя про брата родного написать? А он ведь тебя всегда выручал. Помнишь, как в детстве, когда ты ногу сломал в овраге? Он ведь тебя тогда на себе принес. Вот тебе и готовый сюжет.

— Да уж, Пулитцеровская мне обеспечена, — съязвил дядя Женя.

— Не напишешь — считай, ты мне не сын, — сказала мать и сбросила вызов.

— Тьфу ты, — выругался дядя Женя и сломал главному герою ногу. — Я за сигаретами, — крикнул он и вышел из квартиры, закончив очередную страницу.

— О, Женька, чего не здороваешься? Как писателем стал, так сразу зазнался? — схватил дядю Женю за рукав сосед.

— И ты уже в курсе? Ну, Людка… Язык, как помело!

Дядя Женя вырвался из захвата и хотел было идти дальше, но сосед его остановил:

— А хочешь, я тебе долг прощу?

— Слушаю, — заинтересовался дядя Женя.

— Про меня в книге своей укажешь — считай, двести деревянных отдал, — радостно заулыбался сосед.

«Вот те раз, книга еще не вышла, а уже первые заработки», — подумал про себя дядя Женя.

— Я подумаю. Возможно, посвящу тебе абзац.

— Почему не главу? — обиженно спросил сосед.

— На главу ты мне не одолжил.

— Ну хорошо, только пусть этот абзац будет на две страницы! — не отставал сосед.

— Ага, так и сделаю, — соврал дядя Женя.

— Только пусть я буду каким-нибудь нереальным персонажем! — крикнул в спину спускающемуся по лестнице писателю сосед.

— Да ты и так нереальный персонаж, — пробубнил себе под нос дядя Женя.

Он не дошел до магазина буквально сто метров, когда не него чуть не наехала машина, из которой радостно закричал старый приятель Гагик:

— О! Женя-брат, ты чего тут один и без охраны?! Слышал, что ты собираешься стать знаменитым, а друзей в знаменитости не зовёшь! — вышел обниматься из машины мужчина.

— Тьфу ты, — сплюнул дядя Женя. — И ты уже в курсе!

— Конечно в курсе! Лаура мне с утра все мозги вынесла! Вон, говорит, у Людки муж скоро популярностью обрастёт, деньги будет лопатой грести, а ты чего книги не пишешь? — громко говорил Гагик, размахивая руками. — А я не могу, понимаешь? У меня же дел выше крыши, какие уж там книги!

— Понимаю, — кивнул дядя Женя.

— Но ты не переживай. Я договорился, — «успокоил» Гагик друга и подмигнул. — Напиши про меня. Можешь даже деньгами не делиться, главное, напиши.

Дядя Женя вытер лицо рукой, стараясь стереть возмущение.

— Хорошо, напишу. Будешь главным зомби, — не тратя время на отговорки, согласился он.

— Пойдёт, — кивнул Гагик. — Только, главное, не забудь, чтобы фамилия моя была указана! Это самое важное! — гордо заявил он.

— Издеваешься? Зомби Гагик Геворкян?

— А что такого? — удивился тот. — По-моему, звучит.

— Слушай, мы с тобой старые друзья и очень хорошие… — начал было дядя Женя, но Гагик его перебил:

— Вот и прекрасно! Жду свой экземпляр. Давай, счастливо, мне на работу надо. — Он сел в свою машину и уехал.

Дядя Женя уже задумался о том, чтобы перебраться писать куда-нибудь в глухую деревню, где не ловит мобильная связь, а тебя не ловят друзья, желающие попасть в твою книгу, но понял, что уже почти все и так в ней.

Не дожидаясь пока ему позвонят, дядя Женя сразу написал про своего армейского друга, затем про шурина и про своего начальника.

Всю неделю новоиспеченный автор не выходил из-за стола, строча текст. Окрыленный своей невероятной фантазией и широким словарным запасом, дядя Женя чувствовал, как стои́т на пороге чего-то выдающегося. Буквы складывались в слова, слова — в предложения, а те — в целые страницы. Мир становился шире, герои — интересней. Удалось гармонично вписать всех знакомых и друзей, даже зомби Гагик Геворкян получился весьма симпатичным героем с интересной предысторией.

***

— Ну, что скажешь? — заламывая от волнения пальцы на руках, спросил дядя Женя у Люды, когда она дочитала главу.

— Скучно, — отозвалась жена и пошла на кухню.

Тут у дяди Жени упали очки, настроение и желание творить.

— Почему скучно? Там же столько сюжетных изгибов, новые расы, огромный мир! — кричал писатель, ворвавшись на кухню.

— А любовь? Где она там? — спросила жена, нарезая лук.

— Да какая, к чёрту, любовь? — удивился дядя Женя. — Я же не мелодраму пишу или твои дурацкие ромфанты.

— Сам ты дурацкий! — огрызнулась жена. По щекам её текли слёзы. — Все твои герои серые и злые!

— Они такими и должны быть!

— Если там никто не влюбится, то я это читать больше не буду.

— Ой, да пожалуйста, — махнул рукой дядя Женя и ушёл искать других критиков.

— Как-то шуток маловато, — прокомментировал сосед, прочитав главу. — Да и я тут какой-то тупой получился.

— Так с оригинала писал, — хихикнул дядя Женя.

— Вот! Вот об этом я и говорю. Добавь остроумия и абзац увеличь!

— Да это же не комедия.

— А ты сделай комедию!

— Ага, — кивнул дядя Женя и поспешил за другими мнениями.

Гагик сразу предупредил, что читать не будет, так как ему некогда, но сказал, что написано плохо и дал много советов, как надо писать правильно.

— Чему учит твоя книга? — спросила мама, когда дядя Женя сидел у неё в гостях.

— Ничему не учит, — пожал плечами тот.

— Вот и плохо. А должна учить дружбе и уважению к старшим. А еще должна прививать любовь к труду. Папа тоже так считает.

Отец лениво кивнул.

— Мам, это не тот жанр, — пытался объяснить дядя Женя. — Бред получится.

— Ничего не хочу слышать. Пиши так, чтобы мне не стыдно потом было про тебя подружкам рассказывать. А то тут гоблины какие-то, маги — вот где бред.

В какой-то момент дядя Женя понял, что надо писать две книги. Одна будет для родных и близких, а вторая — для широкого читателя. Тогда никто не обидится, и у него будет шанс попасть на полки магазинов, а не просто опозориться перед издателем.

Спустя полгода дядя Женя поставил конечную точку в обеих рукописях и выдохнул. Наконец всё было закончено. Он не стал медлить и тут же разослал свой вариант в издательства — как отечественные, так и зарубежные, а вариант, написанный для друзей, отправил в типографию. Он планировал выпустить десяток экземпляров самиздатом и подарить всем, кто принял участие в создании книги, чтобы они ничего не заподозрили. Себе он не планировал заказывать эту чушь.

Предложения посыпались буквально через неделю. Рукопись дяди Жени хвалили, героев называли невероятно реалистичными, предлагали контракты, заикнулись о возможности съемок, предложили писать продолжение. А вот из типографии как-то не спешили с новостями. То станок у них сломается, то половина отдела уволится. Но Дяде Жене было плевать — главное, что его другую книгу заметили, и теперь оставалось только дождаться её выхода и неминуемой славы.

***

— Сынок, вчера купила твою книгу в магазине, ты просто молодец! Я в восторге! Всем друзьям про тебя рассказываю! — разбудила как-то звонком мама.

— А что, книги уже продают? — испуганно спросил Женя.

— Продают! На самом видном месте в магазине стоят!

— И как? Тебя ничего не расстроило в ней?

— Нет, всё очень здорово! И про дружбу, и про то, что старшим помогать нужно! И гоблинов этих своих убрал! Я горжусь тобой!

Следующей неожиданностью стал восторг, который исходил от Люды.

— Ну вот, я же тебе говорила, про любовь надо! — заявила жена, вернувшись вечером с работы с книгой в руке. — Теперь сам видишь, что не ошибалась! Книга прекрасная, я в метро читать начала!

— Да какая любовь?! Я же ничего такого там не писал! — удивился дядя Женя и уже хотел было вырвать книгу из рук жены, как зазвонил телефон.

— Женя-брат, книга — огонь! Я сам не читал, некогда мне, но Лаура говорит, что очень хорошо! Вся родня уже купила! Мы теперь всем рассказываем, что про нашу фамилию в фэнтези упомянули. Люди не верят и покупают книги, чтобы проверить! Молодец! — кричал в трубку Гагик.

Тут-то до дяди Жени дошло. Трясущимися руками он достал телефон и нашел сообщения с файлом рукописи, которые отправил в издательства.

— Так и есть, перепутал, — задумчиво произнёс дядя Женя.

— Что перепутал? — спросила Люда, продолжая читать.

— Неважно, — улыбнулся дядя Женя, — уже неважно.

В этот самый момент ему позвонили из типографии:

— Добрый день, мы готовы начать печатать вашу книгу. Сколько экземпляров вы планируете оплатить? — спросил голос в динамике.

Дядя Женя улыбнулся и ответил:

— Давайте один. Оставлю себе на память.

Александр Райн