Эмоциональное выгорание, врача скорой пост

ЭМОЦИОНАЛЬНОЕ ВЫГОРАНИЕ, говорите...

1.
Смотрим с подругой "доктора Хауса". Врач из команды харизматичной сволочи убил пациента. Диктатора. Убил сознательно.
Три серии рвёт себе на попе волосы. Хаус бросает спасательный круг - способ прикрыть убивца и выйти сухим из воды. Убивца не раскрыт и не посажен, продолжает работать. И рвать волосы на ягодицах.
Подруга-скоропомощница, стаж - 6й год.
- А у тебя на вызовах люди умирали же, да?
- Разумеется.
- И что ты делала?
- Отписывалась, отзванивалась и ехала на следующий вызов.
Логично. А что тут ещё можно сделать.

Страшно не то, что умрёт на твоих руках. Страшно, если тебя сделают крайним.
Спим спокойно. Незнакомые покойники в гости не заходят.

2.
Вспомнилось своё, четырёхлетней выдержки.
Бригада - доктор-неофит и два фельдшера. Все юны и непростительно фанатичны. Особенно доктор, фанатичен до безумия.
Врачей на станции скорой дефицит, потому бригаде неофита-доктора дают неофициальный статус "полуреанимационной". Всё по-взрослому, но без дефибриллятора (их тоже дефицит).
Вызов: мужик выписался из больницы, после инфаркта. Прихватило сердце, добрая жена насыпала ему под язык нитроглицерина. Щедрой дланью половину пузырька. Истерическое:
- Умирает!!!
Из селектора:
- Срочно на вызов!!!
И юные спасатели Малибу шустрыми хомячками под сиренами мчатся спасать вселенную от нитроглицерина.

Не спасли. Но качали от души. Доктор офанател до психиатрических симптомов. На водяном матрасе качали, выгнав жену из комнаты и закрыв дверь.
Доктор командовал:
- Адреналин! Атропин! Адреналин! Атропин!
Доктор нажатиями на впалую грудь покойника ритмично раскачивал водяной матрас. Фельдшер вдувала мешком Амбу пахнущий резиной воздух в бледную ротовую полость пациента. Я колола пресловутый "Адреналин! Атропин!" по-моему даже иногда в вену.
Когда в сумке осталось по три ампулы и того, и другого, колоть стал доктор. Под язык, в трахею. Уколол бы и в сердце, наверное, но ампулы кончились раньше. Со звоном последней стекляшки, я прилегла к покойнику под бочок и стала щёлкать кнопками кардиографа:
- Динамики нет... Динамики нет... Доктор, уже пять минут, как идеально прямая.
9 ампул адреналина. 9 ампул атропина. Труп наконец-то стащен на пол с водяного матраса. Застывшее лицо доктора, его первая реанимация:
- Что мы теперь его жене скажем?

Полчаса спустя, двадцатилетняя я, курящая у машины "скорой".
Ощутившая себя лет минимум на пятьдесят. С наивной мыслью "После такого мне уже ничего не страшно!"
И разумное - доктору от второго фельдшера:
- А может не стоит писать в карте вызова, что мы укололи 9 ампул адреналина?
Скажем, что ампулы разбились. И поедем пополняться. Заодно чаю попьём...

3.
Через полгода после доктора-фанатика, уже вдвоём - я и другая, с длинным стажем, доктор (сейчас умирает от цирроза). Реанимация на залитом чем-то липким полу.
- Ленок, а знаешь как в сердце колоть?
- Теоретически и то чуть-чуть.
- Четвёртое межреберье слева, два пальца от грудины... Игла под углом 45 градусов. Вот эта игла, да.
- Доктор, а вдруг у меня не получиться? (титры внизу экрана "Доктор, правда можно?")
- Ты на неё (пациентку) посмотри. Мы тут уже никого не спасём.
Дрожащими руками в четвёртое межреберье, два пальца от грудины. Кровавый вихрь в шприце. Адреналин струйно. Алилуйя!
Ласковый пинок по пятой точке:
- Уходим быстро, пока родственники не очухались.
...И работаем дальше в режиме "всё нормально, как будто ничего не было".

Качать 40 минут, когда всё понятно уже на третьей. Условно-обязательный цирк на выезде. Непременно с серьёзными лицами.

4.
Десять лет. Приехали в Калугу лечить мне глаза.
Мама и я. Идём по территории больницы. Угол корпуса сдвигается, как шторка в театре и на сцене - две медсестры, реанимирующие женщину на каталке. Одна давит на грудь, вторая дышит изо рта в рот. Нет Амбу, нет салфеток. Напрямую.
В нескольких метрах - я, раскрывшая рот от удивления и мама, спрашивающая у реаниматоров, как пройти к такому-то корпусу.
Та, что дышала, отвлеклась и объяснила дорогу.
- Мам, они её спасут?
- Не знаю, пошли быстрей, опаздываем уже.

5.
Завод "Ремпутьмаш", фельдшер медпункта. Вызов в цех:
- Быстрее!!! Умирает!!!
Первый раз в жизни один на один с реанимацией.
Синий, на полу, подбегаю, коленями на грязный пол. Открыть рот, проверить язык, выдвинуть челюсть...
До меня его реанимировало полцеха. Полцеха здоровых мужиков.
Руки на грудину, правая сверху, локти не сгибать, нажим с плеча. И понимаю, что руки проваливаются...
Под пальцами, в мясе, пальпируются обломки рёбер. И я бы сломала парочку, но вкусного мне не оставили.
Но 40 минут - обязательны. Вполсилы, на каждый толчок - порция крови и пены изо рта реанимируемого.
- Ты его так не откачаешь, он ногами на запад лежит, а надо на восток! - охранница с советами.
- НА Х*Й ИДИ!!!
Иди, да. Я и так знаю, что откачать тут невозможно. Но выдержать серьёзное лицо 30-40 минут должна и обязана.
Отписаться "для прокурора" и уйти домой.

Пить. До вечера. С осознанием того, что я что-то ещё, оказывается, чувствую.
Два месяца ловить на себе взгляды рабочих завода и упрёки "Что ж ты... Не спасла... А ещё медик!" и "Тебе не стыдно? Спишь спокойно?", и "Такой он хороший человек был!.."
Не пытаться ничего объяснить - на это уже ума и стажа хватает.
Даже того, что по результатам вскрытия спасать там было некого.
И это без учёта раскрошенных ещё до меня рёбер.
А потом забить. И жить дальше. И всё-таки приснился: "Ты не виновата!"

6.
Вопросы-индикаторы своим:

- Реанимировал?
Да, неудачно. Плевать? Да.
Нет. Настанет и твоё время.

- БОМЖа хоть раз бил?
- Нет, они же тоже люди! (в бан, пока не вырастешь)
- Бил/было пару раз. (молодец, большой)

7.
Эмоциональное выгорание - это когда, находясь в общественном месте и видя, что кому-то плохо, ты не орёшь во всю Ивановскую "Я медик!", а тихо с*ёбывашься подальше, думая "Хоть бы не спалили, что я медик!"
Когда, видя на улице пьяное тело, подходишь к нему с целью дать лёгкого бодрящего пинка и сказать "Уползи подальше в кусты, чтоб тебя с дороги не было видно."
И думаешь не об этом теле, а о тех, кому придётся везти его в больницу, после звонка "сознательных" прохожих.
Когда, видя, что "сознательные" уже на стадии "а давайте вызовем ему скорую, вдруг ему плохо", подходишь и говоришь "да ну нах, он просто пьян" и, получив по лбу вопросом "а вы медик?" опять же уползаешь подальше.

Когда всё твоё милосердие в том, что ты не выгоняешь в мороз из своего подъезда БОМЖа. Не потому что тебе его жалко. А потому что на улице он замёрзнет и "скорой" придётся его везти, а приёмнику мыть, а больнице выделять койко-место.
И, говоря БОМЖу:
- Шоб тихо, сука, сидел и не гадил, - получаешь в ответ:
- Спасибо! - вперемешку с пьяными слезами.
А потом возвращаешься в квартиру и хочешь вытереть руки. Потому что - противно.
Не это липкое слюнявое "спасибо". А сама себе противна.
Потому что и соседи по подъезду могут решить, что ему - плохо.

8.
И больше нет спасённых или не спасённых жизней.
Есть только вылеченные фарингиты, которые и без меня бы прошли.
И погашенная "гасталом" кислотность в чьих-то желудках, которая и без меня бы погасла.
И травмы, способные добраться до травматолога без моего участия.
И градусники, которые они сами себе ставить считают дурным тоном.
И я снова чувствую себя пятидесятилетней...
И мне не снятся покойники. Мне снятся ночные дороги.

6.8.14 г.

Это не мое. Нашел вконтакте по подписке. Но подпишусь, ей Богу, под каждой буквой!!!

Добра всем, мира и любви!
Берегите себя!