Коварству гномов нет предела

Серега наконец- то достроил баню и позвал меня, чтобы похвалиться. Намытые до блеска и распаренные, мы перешли в беседку, и пивом почтили память, погибших веников.

Потом в ход пошел самогон.
- Ты попробуй. На кедровых орешках. Мммм…
Тоня его суровая жена принесла нам закуски, всем своим видом показывая, что против и не одобряет.
- Пошли еще за пивом, - Серега поставил под столик пустую бутылку.
- Мне кажется, Антонина не в восторге будет.
- Ааа. Брось. Царь я али не царь. Вот она где у меня, - мне был продемонстрирован кулак, очевидно символизирующий его царственность.
- Ну тады, ой. Сейчас деньги возьму только. У меня деньги и телефон в предбаннике.
- Оставь. Я угощаю. Пошли быстрее, пока она не видит.

И мы трусцою, совсем не по-царски, пошли быстрее.
В магазине Серега загрузил пакеты коньяком, с умным видом поведав мне, что больше - не меньше, и заказав разливного пива, вернулся к прерванной в беседе.
- Представляешь? Купил сыну Швамбранию, а он не читает ни хрена. Что за детки растут. А я балдел от нее. И вообще, у меня всегда была мечта посетить домик Кассиля.
- А что мешает? -я указал на автобусную остановку. -Час езды всего. Возьми сына и вперед к мечте.
- Не поедет он. Слушай, а поехали сейчас.
- С ума сошел?
- Да поехали. За три часа обернемся. Тоньке только скажу. Ааа, черт. Телефон не взял. Лан. Перебьется. Поехали? Друг ты мне или товарищ?

И мы поехали. Оказалось, что местные понятия не имеют, где у них музей. Мы наугад бродили по незнакомым улицам, останавливаясь в укромных уголках, чтобы выпить.
- Ненавижу этот городишко, -бурчал Серега. - А помнишь, как в нас тут гопота заточенными электродами кидала?
- Помню. Я тогда с перепугу думал, что из луков стреляют. Как их звали-то? Девчонок, от которых шли.
- Как-то звали. Смотри, пляж. Пошли окунемся. Я дурею от жары.
Волга раскинулась перед нами, маня и дурманя. Пройти мимо было невозможно. Мы плескались. Пили пиво, коньяк и снова уходили в ласковые волны. Неподалеку загорали три девушки.
- Сейчас мы тебя женим, - серьезно заявил Серега. - Какую полюбишь навсегда? Правую или левую? Среднюю не бери. У нее поза подозрительная.
Он склонился над девушками.
- Дамы, а вы любите элегантных парней?

И не удержавшись шлепнулся между ними. Девушки спешно ретировались, оставив элегантному парню одеяло в качестве трофея.
- Ну и валите, - Серега разобиделся. – Знаете, какая у меня жена? Вы все тьфу по сравнению с ней. Тонечка моя. Милая. Как я тебя люблю и скучаю.
К нему подошли двое парней с серьезными лицами.
- Ну? Чего вам? Не видите что ли, что я в романтишном?
- Одеяло верни.
- Да пожалуйста, - Серега встал.
Один из парней поднял одеяло и толкнул моего друга в грудь.
- Нажрался - веди себя прилично.

Серега от толчка сделал несколько шагов назад, и упал, запнувшись о сооружение, очевидно построенное детками из песка и прутьев.
- Тысяча чертей, - проорал он, взбрыкнув ногой. - Это оскорбление. Я вызываю вас на дуэль.
Неожиданно резво Серега оказался на ногах, и принял мушкетерскую стойку, выставив вперед прутик. Я оказался рядом, тоже выдернул из песка оружие и воинственно рассек им воздух.
- Канальи. Поцелуйте меня в усы Д”Артаньяна.

Парни пятились. Мы наседали. Наконец они не выдержали и стали торопясь удаляться.
- Трусы, - кричал я им в след. - Как вы будете смотреть в лицо кардиналу?
- Пошли вы в жопу, - отозвались трусы с безопасного расстояния.
Серега повернулся ко мне и отдав салют шпагой-прутиком напыщенно произнес:
- Сэр! Это была большая честь! Сражаться с Вами плечом к плечу.
- Благодарю вас, сэр! Большая честь иметь такого достойного союзника, - я так же отдал салют, и за неимением ножен, вложил шпагу в трусы. Это теперь было оружие победы, бросать которое никак нельзя. Мы еще выпили, и окончательно опьянев, поклялись друг другу в нерушимой дружбе.
- Поехали домой, - устало произнес я.

Вокруг как-то разом смеркалось. Оказалось, что уже очень поздно и общественный транспорт прекратил работать. Таксистов мы нашли совсем в темноте.
- Просят,как за чугунный мост, - сообщил Серега после переговоров. - Нет у меня денег больше. Господа! Полковник Кудасов нищ! Пошли пешком. Весело будет.

Коньяк с пивом бурлил в моей голове. Мне казалось, что пойти пешком действительно будет легко и весело. И мы пошли, обнявшись и горланя "А у Тани на флэту", дирижируя шпагами. Рядом остановилась полицейская машина. Документов у нас с собой не было.
- Полицейский, ты не можешь нас забрать, - уверенно заявил Серега.
- Это почему же?
- У него, - он ткнул в меня пальцем, - дитя родилось. Идем смотреть. За рулем не можем. Сам понимаешь.
- Да, - подтвердил я. – Поздравляю, - и пожал обалдевшему полицейскому руку.
- Присоединяюсь, - Серега тряс ему руку тоже.
- А кто родился-то?
- Мальчик, - сказал мой друг.
- Девочка, - отозвался я.
- Два дитя, - Серега показал растопыренные пальцы.- Вот такое у нас счастье. Видишь, прутики? Дети должны их коснуться до полудня. Бабушка велела.
- А за это время мы должны десяти хорошим людям стукнуть ими по макушке, - мне в голову вдруг пришла озорная идея. - Ты же хороший человек?
С тем, что он хороший, полицейский согласился, но от прутика ловко увернулся.
- Ты че? Ради детей же, - Сереге замысел тоже понравился.

Ради детей служитель закона согласился пострадать. Он был и вправду очень даже душевный. И ни какой не полицейский, а прекрасный Российский мент.
- А водила у тебя хороший?
- Если честно, то говно полное.
- Жаль, - искренне расстроился я. - Выпьешь за детей? Надо непременно.
Полицейский выпить отказался, сославшись на службу, и взамен предложил довезти нас до моста.
- Только не пойте больше, - попросил он на прощанье.
Мы пообещали, но мост был бесконечный, и допив коньяк, мы как-то разом снова загорланили.
- Пролетело и упало на столе, - разносилось над Волгой, и редкие машины аккуратно обьезжали нас, бредущих посередине.

Проснулись мы днем, сидя на лавочке в сквере. Шпага Сереги больно упиралась мне в бок.
- Охрененно в музей сходили, - проскрипел друг.
- Да уж. Пошли сдаваться.
- Чето я ссу.
- Гы-гы.

Ничуть не пьян, ничуть не пьян,
а так наклюкавшись слегка,
побрел уныло он до дому,
где ждет его жена сурово,
храня пыланье очага,
чтоб мужа встретить как врага.
- Не смешно. Слушай, а давай ты сходишь, все объяснишь, а потом я подтянусь.
- Ну уж нет. Ты-то ей родной, а меня без жалости убьют.
- Вот блин. Тогда пошли в кабак. Подлечимся и заодно придумаем чего- нибудь. Деньги есть.
- А какого тогда ты перед таксистами нищего изображал?

Но Серега не стал объяснять приступ охватившей его вчера жадности, а резво ринулся в заведение в китайском стиле. Внутри нам полегчало, и румяные мы вышли на свежий воздух.
На улице нам пришла в голову идея подарить Тоньке красивый, кованный, с драконами фонарь, висевший над входом. Почему-то думалось, что получив такой подарок, она растрогается, и умилившись, не станет нас пытать про ночные приключения.

Как мы сняли его без инструментов, посреди белого дня, под камерами, среди толпы прохожих, я не помню. И помнить не очень хочу. Помню только, что убегали мы, дико и радостно хохоча. Антонина ждала нас возле калитки, держа в руке увесистый черенок от лопаты.
- Ну, и где вас носило? Свиньи пьяные!
- Мы не пьяные, мы устали, - пролепетал Серега.
- Да? И кто же вас так устал?
- Гномы.
- Ктоо? - черенок отошел на опасную амплитуду, и мой хитрый друг, оценив ситуацию, сразу прикинулся уснувшим на калитке, предоставив выкручиваться мне.
-Ну да, гномы. Они украли нас, и всю ночь заставляли ковать вот этот чудесный фонарь.
- Для самой прекрасной в мире девушки. Ик. То есть для тебя, - добавил Серега на всякий случай, не просыпаясь.
- Придурка два! Про палки у вас в трусах я даже слушать не хочу, - черенок полетел в кусты. - В баню спать идите. Чтоб глаза мои на вас не глядели.
- Шпаги в угол поставь, - Серега в бане оживился. - Видел? Даже не пикнула.
Мне повторно был продемонстрирован королевский кулак, после чего мой друг повалился на пол и захрапел. Я последовал его примеру.

Фонарь теперь висит у них во дворе. Он и вправду красивый. Шпаги прибиты над входом в баню. Крест накрест. А нам разрешают встречаться только под пристальным наблюдением.



© Бриз