Кстати, вполне идет как отдельный текст. Ибо фантастика (по крайней мере первая часть с ресторанами и интригами), может даже в реале оказаться не настолько фантастической. Нормуль. Как правильно выше заметили, опыт приходит со временем. Кидай ссылки на новые рассказы/части в том числе в Клуп Калхозных Пейсателей. Пока что за тебя это делают другие.
Смесь запахов кофе и жарящейся яичницы достигла носа спящего Константина, который всю ночь напролет просидел за компьютером, изучая доступные материалы по происходящему на заводе карданных валов, принадлежащему престарелому олигарху старой формации, Льву Речному, на которого Константин получил вчера заказ с авансом. Чем больше Нечаев узнавал о объекте, тем любопытнее он казался: по выданным Ясичем бумагам вырисовывались очень странные взаимоотношения между Речным и юрлицами, арендующими у него площади. Например, с 1994 года на территории его завода не появилось ни одного нового арендатора, но и ни одного старого за все время не ушло, что само по себе удивительно в нашей стране. У его арендаторов нет других офисов за пределами завода, нет сайтов в Интернете и рекламы где бы то ни было. Нет никаких упоминаний о клиентах логистической компании “Гермес Лоджистикс”, при том, что у нее на балансе числится три десятка большегрузов - это очень странно. Вопросы вызывал и патриотический клуб “Заря”, арендующий несколько помещений на территории завода. Костя списался с парой знакомых в среде городских националистов, но никто ему ничего про этот клуб не сказал - даже не слышали о таком, как и о его руководителе - Егоре Васнецове. Добавляла вопросов и арендная ставка для снимающих - она менялась лишь один раз, в 1998 году в связи с деноминацией и ни разу больше! Более того, из всей имеющейся информации оставались загадкой и источники обогащения Речного - с арендаторов он имел копейки, которые даже не покрывали расходную часть. Что-то определенно было не так с этим заводом, что-то очень странное там творилось за закрытыми дверями.
На этом глубокомысленном выводе Нечаев решил открыть глаза и определиться с источником кулинарной угрозы. Запахи и шум моющейся посуды раздавались, как ни странно, с кухни и у Кости не заняло много времени на определение личности человека, который вторгся в его жилище, чтобы приготовить завтрак и прибраться: -Машуль, привет красавица, какими судьбами? - с улыбкой прокричал севший на диване Константин, продирая глаза Шум воды на время прервался и с кухни отозвался женский голосок с легкой хрипотцой: -Заехала посмотреть, как ты тут деградируешь, да и в город надо было туфли прикупить, а то ходить совсем не в чем. Иди уже есть, хватит спать, бухарь! -Ща, пять минут! -отозвался Нечаев по пути в ванную Приведя себя в относительный порядок, Константин проследовал на кухню, где и застал свою подругу Машу за чашкой чая, эффектную рыжую красотку с простым и своим в доску характером сельской девчонки. -Неплохо выглядишь для запойного алкоголика, - с легким осуждением в голосе сказала она. -Маш, я все, честное слово - взялся за большую работу, дали аванс, раздал долги, в общем жизнь налаживается, - после этих слов Костя с аппетитом накинулся на яичницу -Хорошо, что я в магазин забежала, как знала, что у тебя в холодильнике шаром покати. Ну рассказывай, что у тебя там за работа? Пишешь? -Ага, когда совсем прижало - пошел к Ясичу в надежде, что он хоть что-то мне даст, выборы же скоро, у него много заказов. Ну этот старый хрыч мне и выдал крепкий орешек, заказуху на мелкого олигарха Речного, как специально под меня держал! -Слушай, Кость, а не будет как в прошлый раз? - явное сомнение отразилось на ее хорошеньком личике -Не знаю, Машуль, выбора нет, хотя тип он мутный! -Кость, мож ну его нахрен? Я тебе деньжат займу пока, поехали ко мне в деревню, на кабана сходим, поможешь мне по дому немного подремонтировать. -Погоди, Маш, а куда делся этот, как его, Андрей кажется? -Куда-куда, туда же, куда и все остальные - надоел он мне, бесполезный кусок говна. У него только одно место работает, а на что-то кроме постели ума не хватает. -Сама ж таких выбираешь постоянно! -Да фиг меня знает, каждый раз на что-то надеюсь. Ну так чего, поехали, тусанем, отдохнешь, здоровье поправишь, на чистом воздухе-то! И не надо будет ни в какие истории влезать, а там подберешь себе работенку поприличнее. Машино предложение выглядело чертовски заманчивым - она снова была одна и, кто знает, может быть в этот раз ему бы что-то наконец засветило? Да и пострелять на кабана сходить - тоже отличный аттракцион, даже если все пойдет как обычно и черту дружбы переступить опять не удастся. С Машей на охоту ходить было большим удовольствием - она это дело знала и умела прекрасно, дед выучил, пока жив был. Стреляла без промаха, ну чисто снайпер, лес знала, ягоды и грибы умела выбирать. С охоты в основном и жила - на зарплату продавщицы в сельском магазине особо не разгуляешься. -Ну ты чо уставился на меня, как на сумку из крокодила? Мозги совсем от счастья поесть горячего отказали? Давай, поехали - я одна кабана не дотащу, а там хрен знает где мы его найдем и сколько до машины будет. -Не, Маш, предложение королевское, но я уже работу не брошу, мне самому стало интересно узнать про этого Речного - откуда у него деньги? Представляешь - владеет заводом, от которого по бумагам одни убытки, а с арендодателей берет копейки, при этом умудряется создавать видимость достатка. -Кость, ты меня огорчил, но не обидел, так что предложение в силе - телефон мой есть, звони, приеду-заберу! - Машка подмигнула ему и начала собирать со стола грязную посуду.
Иркутск, Абердор паб, вечер
Константин по своему обыкновению опоздал - прогулялся с Машей по магазинам и чуть не забыл про назначенную предыдущей ночью встречу со старым приятелем Максом, который обещал навести про Речного справки через своих интересных знакомых. Макс ждал его в углу зала, потягивая светлое пиво. Он всегда выглядел напряженным, но сегодня что-то его особенно беспокоило - он постоянно рассматривал посетителей паба, глаза так и бегали по залу. Со словами “Ну наконец-то!”, Макс выпрыгнул из-за стола в присущей ему энергичной манере и протянул Косте руку. Поздоровавшись, они уселись за столик и Костя полез в меню, решив не торопить события - последний раз он принимал пищу за завтраком. -Кость, погоди ты пока жрать заказывать, давай сначала о деле, ты влез в какое-то дерьмо и я теперь в полном напряге, слышишь? Костины брови полезли на лоб от удивления, Макс в напряге - не понял, что за фигня? Он всегда мог отмазаться от любой проблемы благодаря своим знакомствам - толкал травку постоянным клиентам из разных структур, а тут такие заявления. -Что случилось, Макс, давай выкладывай, я же тебя просто просил поспрашивать про никому не нужного старикана, какие от этого могут быть напряги? -Такие, старикана твоего ведут и довольно давно, его земля многим интересна, но он в нее впился мертвой хваткой, клуб еще этот мутный у него на заводе - непонятно, кто в него ходит? За городом у него не дом, а база подготовки спецназа - стрельбище, огромный гараж, полоса препятствий, городские декорации для отработки тактики. Весь его ЧОП в полном составе живет на территории его участка. Жена умерла, дети - два сына и дочь, за пределами страны, но неизвестно где находятся. -Выходит, криминалом занимается? - воодушевился новостями Нечаев -Нет никаких контактов с барыгами или терок с авторитетами, если он чем-то и занимается, то очень умело, что концов не найдешь. Короче, я пойду пожалуй, что-то меня морозит тут сидеть, заплатишь за меня, ок? - Макс схватил рюкзак и, быстро попрощавшись, заторопился к выходу. Константин так увлеченно разглядывал меню, что не заметил, как к нему за столик подсели двое: -Нечаев, есть разговор Над меню появились удивленные глаза Константина: -Простите, а вы кем будете? - с нескрываемым раздражением ответил он, хоть уже и начал догадываться. -Мы - люди с тем же интересом, что и у тебя. Хотим обсудить на троих, что нам всем известно и сегодня по случаю твоя очередь рассказывать. -Слушайте, мне никаких проблем не надо, я в чужие дела лезть не хочу, только взялся за это дело, едва начал людей спрашивать… - начал оправдываться Нечаев. -Это мы уже заметили, потому и пришли, вдруг ты уже чего-то знаешь и жаждешь с кем-нибудь поделиться? - оскалился второй, который до сих пор сидел молча. -Давайте я пожрать закажу уже, целый день не ел, а в процессе и поговорим, ладно? - осмелел вдруг Константин, поняв, что сегодня его никуда не увезут и скорее всего после разговора оставят в покое под обещание больше никуда не соваться. Оба равнодушно кивнули и он позвал официанта принять заказ. Они тоже заказали себе что-то на перекус и пока еда готовилась, Константин успел рассказать им все, что он к этому моменту узнал, догадался и какие сделал предположения. Под конец трапезы, видимо старший в группе, сказал ему: -Значит так мы поступим с тобой, раз уж ты честно нам все рассказал и ничего не утаил. Не утаил ведь? Мы к тебе претензий не имеем, можешь дальше работать по этому делу, только вот тебе мой номер, запиши куда-то, а то визиток нам не положено и сразу же звони, как чего интересного нароешь. Денег я тебе не обещаю, но Родина тебя не забудет, в противном случае, если ты будешь не очень общителен с нами, Родина тебе все припомнит. Доступно? -Вроде да, вопросов нет, номер записал, буду звонить. А с Ясичем - что? Ему материалы не отдавать? -Пока нет, только в общих чертах ему про свой прогресс говори, а потом когда тебе время подойдет сдаваться - уже не важно будет наверное. Зовут меня - Аркадий Петрович, бывай, удачи в расследовании. Он порылся в кармане рубашки и бросил на стол 2000 рублей, затем вместе с товарищем они спокойно удалились к выходу. Тут Нечаев и вспомнил его - это тот “конторский”, который допрашивал его после истории с торговым центром, ставшей поворотной в его карьере скандального журналиста. “Ну и влип же я в очередную историю, надо было послушать Машку, сейчас бы в баньке парился бы и может быть вся эта хрень прошла бы мимо меня” - подумал он. Но делать нечего, заднюю уже не врубишь - придется идти до конца. Завтра он планировал послоняться возле завода, посмотреть, что за люди входят и выходят, может быть чего интересного увидит.
Орёл, центр совещаний ФСБ
-КАКОГО ЧЕРТА ЗДЕСЬ ПРОИСХОДИТ?! Кто отправил моих парней на такое задание без прикрытия и поддержки? Где эта рожа, которая мне ответит - куда бесследно делись 60 вооруженных до зубов ветеранов и два вертолета с экипажами? Где эта сволочь, которая пропихнула то дерьмо про поддержку и вызволение несуществующего ОМОНа??? - багровое лицо генерала было готово взорваться изнутри, слюни летели во все стороны. Гневную тираду прервал Макаров: -Генерал Теняшин, я бы на вашем месте лучше подумал о том, что нам делать с угрозой, которая умудрилась испарить 60 ваших лучших бойцов и 2 вертолета, а не выяснять здесь несущественные детали. Ваши бойцы не справились с заданием и теперь нам предстоит тут решить, что делать дальше. Я потерял 81 человека, которые там охраняли объект стратегической важности - автономный узел управления системой “Периметр”, которая, как выяснил прошлогодний аудит, не находится под полным контролем генштаба и верховного главнокомандующего. Вы понимаете серьезность сказанных здесь и сейчас слов? Знаете, что означает “не находится под полным контролем” в отношении ядерного щита страны? Об этом знает очень узкий круг лиц, цените оказанное доверие! Генерал как стоял с открытым ртом, так не закрывая его медленно сел в свое кресло, постепенно меняя цвет лица с бардового на иссиня-белый к вящему удовольствию Макарова. -Пётр Андреевич, я не знал… Это что же, при необходимости - мы не сможем произвести пуски? -Мы точно не знаем, наши специалисты пытаются разобраться в системе, очевидно, что она изменялась с того состояния, которое зафиксировано в документации. Привлечены все дееспособные участники разработки проекта. Пока мы можем только сказать, что схема работы “Периметра” усложнена таким образом, что игнорирует прямую команду к активации. Мы выяснили это во время комплексной проверки работоспособности системы при попытке тренировочной активации. То есть, отдельные единицы стратегического арсенала мы все еще можем запускать, но вот случись такая необходимость - с массированным запуском выйдут проблемы. Как и с автоматизированным ответным ударом. Макаров выдержал паузу и обвел взглядом присутствующих. Убедившись, что все поняли серьезность ситуации, он продолжил: -В том лесу, куда высадились и где погибли сначала мои люди, а затем ваши, был резервный узел управления системой. Очевидно, он уничтожен. Точнее можно будет сказать только тогда, когда удастся локализовать лесные пожары. Но я не питаю никаких иллюзий. Из случившегося мы можем сделать два вывода: 1) У противника есть серьезная силовая поддержка, позволяющая противостоять нашим лучшим спецподразделениями; 2) Ему известны наши планы и он на шаг впереди нас. Где-то утечка данных, кто-то из внутреннего круга работает на врага и мы должны выяснить - кто. Жду ваших предложений, господа. Представитель генштаба задал висевший в воздухе вопрос: -А что наши спутники? Неужели не показали, куда ушел противник с места боя? Макаров закатил глаза и глубоко вздохнул: как дети малые, ну в самом деле! -От спутников толку нет, пока получили нужную орбиту - там уже все заволокло дымом, сплошной ковер, можно армии передвигать и никто не увидит. Пожар сделал бесполезным и терморежим сканирования поверхности. Нам остается только забрать останки наших ребят, если сможем что-то найти. Тот же представитель генштаба выступил с единственно возможным для него предложением: -Нужно задействовать военных в борьбе с огнем и заодно начать большие учения в том районе, чтобы в случае обнаружения противника у нас была наготове большая группировка людей и техники, готовых к бою. Макаров оценил предложение: -Наш противник не любит светиться, так что мы должны не только все это сделать, но и дать максимальное освещение в СМИ, чтобы лишить его возможности незаметно действовать. А вот по вчерашнему провалу надо сделать все, чтобы это не вылезло на поверхность. Слышите, генерал, это я к вам обращаюсь - родственники должны молчать как можно дольше. Остается лишь надеяться, что наши западные партнеры не осведомлены еще о нашем ядерном бессилии. Получив правильный вектор движения мысли, избранные силовики принялись обсуждать детали предстоящей операции по поиску и блокированию формирований противника, которые по логике должны были двигаться прочь от охваченных огнем территорий.
evergreen Извиняйте, перегруз на работе, а тексты пишу и правлю я ночами - выход следующей главы пока откладывается. Надеюсь, смогу посвятить книге время в грядущие праздники.
Иркутск. Квартира Нечаева. Утро. Константин снова проснулся в прекрасном расположении духа - очистка организма от запойного затянувшегося отпуска шла полным ходом. Заваривая себе кофе он затылком слушал новости:
“...на борьбу с огнем брошены дополнительные силы МЧС, а также задействованы военнослужащие и техника. Для поиска заблудившихся в горящих лесах туристов используют армейские бронемашины, устойчивые к огню и обладающие повышенной проходимостью. Генерал крючков заявил, что на ход начавшихся сегодня масштабных учений Центрального Военного Округа горящие леса не повлияют и военнослужащим ничего не угрожает. А сейчас наш специальный корреспондент выходит в эфир прямо с линии фронта борьбы с огненной стихией, Вячеслав - вам слово. Спасибо, Мария, я нахожусь…”
Выключив телевизор, Нечаев скурпулёзно записал в блокнот планы на день, периодически отхлебывая из кружки. Первым делом он планировал посмотреть внимательно на Карданный завод, снаружи само собой. Затем попытаться под видом клиента одной из компаний-арендаторов как-то проникнуть на его территорию. Ну а после этого выехать в сторону особняка Речного, может удастся подобраться поближе. К каждому пункту были добавлены подпункты с вероятными вариациями развития событий, которые вели к следующему ветвлению вариантов. Он называл это “метод трех ступеней” и яро верил в его эффективность. Тяжёлые мысли о заваривающейся каше событий не выходили у Константина из головы - ему совершенно не нравилось, как быстро растет число неизвестных в этом деле и повышаются ставки. С другой стороны - в нем разгорался спортивный азарт, отвечающий на вызов мыслью - “фуфловое дело столько внимания не привлекает, дерзай - Костя, это может быть твой шанс склеить ласты знаменитым”. Конечно играть в ящик он не планировал, само собой был уверен в собственной непотопляемости и исключительной роли в реальности этого шарика, которая не позволит вывести такую фигуру из игры минуя стадию безнравственного богатства, роскошной жизни и, главное, расположения Маши. Прихватив свою мыльницу, бутерброды и термос с чаем, пачку влажных салфеток и ленту туалетной бумаги, а так же две тысячи рублей, он вышел в серое душное утро иркутского августа. Константин потел. В автобусе стояла невыносимая духота и давка, а всяческие попытки улучшить ситуацию с проветриванием тут же натыкались на сопротивление некоторой части пассажиров, которым “дует”. Стоящая в проходе между рядами толпа перемешивалась как мука в мельничных жерновах, люди менялись местами и перетекали с места на место в каком-то причудливом математическом танце. В какой-то момент рядом с Нечаевым возникла мясистая пожилая бабка с вездесущей тележкой и так случилось, что пропихивая ее между людьми она резким движением рук, еще помнящих работу с кочергой на металлургическом комбинате, совмещает ручку тележки с пахом Константина. В этот момент его дыхание перехватыет, а перед глазами расплываются цветные круги. Скрючившись и хватая ртом воздух он восклицает: -Да куда же ты прешь, старая карга! Дома ей утром не сидится - в очереди на кладбище место боишься пропустить? Бабка полностью проигнорировала его слова, продолжая прокладывать себе путь через человеческий океан, однако атмосфера вокруг резко сгустилась и не успел Нечаев продолжить делиться своими ощущениями в след удаляющейся бабке, как услышал в свой адрес уверенный окрик: -Эй, сопляк, рот свой закрой, пока не помогли. Будет всякая шваль тут пожилым людям хамить! Костя воспользовался советом, так как резко растерял всю свою храбрость перед возможностью огрести дополнительных проблем и молча потупив взор доехал до своей остановки продолжая обливаться потом и ощущать на себе движение человеческой массы по автобусу. Проходная завода этим утром была не очень богата на посетителей - работяги пришли значительно раньше появления Нечаева, а клиенты арендодателей в этот день очевидно посещений не планировали. За три часа наблюдений из ворот выехало три фуры, но ни одного человека или машины не прошло внутрь. Охранник средних лет ревностно нес вахту на посту и периодически поглядывал в сторону Константина, явно заметив его длительное присутствие неподалеку. Костя уже собирался было уходить, отринув идею проникнуть на территорию под видом клиента -уж очень он примелькался охране, как вдруг к воротам подъехало сразу несколько тонированных автомобилей, из которых высыпались колоритные лица кавказской национальности с различным инструментом и решительно направились в сторону будки охранника. В Нечаеве боролись две силы: одна рвала его в сторону остановки, толкая под колени пульсирующим страхом, другая пригвоздила на месте, требуя зафиксировать все происходящее. Приехавшие пока его не видели и у них был свой ярковыраженный интерес, а у охранника в ближайшие секунды появится много более важных дел, чем интересоваться у проходимца с фотоаппаратом целями фотосъемки. На экране фотоаппарата при приближении Константин покадрово запечатлел все последующие события. Вопреки ожиданиям, охранник не убежал и не спрятался в будке, а коротко сказав что-то по рации вышел к суетящимся вооруженным горцам. Один из них, активно артикулируя и что-то крича охраннику, начал быстро с ним сближаться, остальные подтягивались следом. Дальше все произошло очень быстро - не успел он закончить свою мысль о необходимости встречи с директором, как в два удара оказался лежащим в пыли, а над ним стоял тот самый охранник в защитной стойке выставив резиновую дубинку. Определенно это был не типичный алкоголик с тремя классами образования, каким ему полагалось быть по профессии и месту работы. Фотоаппарат был готов зафиксировать скорую расправу толпы земляков избитого и униженного парламентера над единственным спартанцем, как вдруг не менее стремительно, чем предыдущие события, численный перевес сместился в сторону обороняющегося - из двери вывалилась толпа в пару дюжин людей в такой же форме и с дубинками, которые без лишних слов и раздумий приступили к приготовлению отбивной из гостей, как будто соревнуясь между собой, кому удастся нокаутировать противника за меньшее число ударов. Порядок был быстро восстановлен, а дальше снова началось любопытное - избитых не оставили валятся в пыли, а запихнули в машины, которые начали загонять на территорию завода. И тут охранники вдруг вспомнили о присутствии еще одного неизвестного в уравнении, двое отделились от остальных, что вернулись на территорию, и двинулись в сторону Нечаева. Разрывавшие его ранее противоречивые чувства в ту же секунду слились в полном консенсусе относительно предпочтительного набора действий и ноги дали Косте хороший старт, который он неплохо развил. Бежал он не оборачиваясь на чистом адреналине и остановился только влетев в уходящий автобус после того, как пробежал соседний рынок насквозь. Он решил вернуться домой и перевести дух, обмозговав случившееся и пересмотрев получившиеся фото прежде, чем ехать к дому Речного.
Москва-сити, офис ООО “СтройПромОбъект” -Ну, я слушаю, Василий, рассказывай. -сказал Макаров Сидящий на другом конце стола человек обладал крепким телосложением и непроницаемым лицом, как будто высеченным из камня. Форма носа и ушей однозначно указывали на близость их обладателя к боевым искусствам, а глаза были вместилищем опыта, который он никому не собирался передавать. -Пётр Алексеевич, по кроту работаем, пока ничего. По лесу тоже работаем, смогли пробиться к полю боя вперед армии, пока предварительно объект считать потерянным - вход завален, работы по расчистке начнем не раньше, чем огонь отступит. Картину боя восстановить не удалось - огонь все уничтожил, следов вертолетов и “Альфы” нет - предполагаем, что их забрал противник, вероятно живыми. По противнику есть новая информация - ушел на запад, помимо указанных в радиобмене с первой группой шагающих бронемашин у него есть и гусеничные транспортеры, довольно крупные - видимо как раз для перевозки этих ходунов. Ушёл на запад, пока дальше по следу идти не можем - огонь. По направлению информацию передали в штаб - приступили к усилению в местах возможного выхода. Из Иркутска пришли новости - вчера там какое-то нездоровое движение было у проходной завода, предполагаем топорный почерк наших конторских. Щупали объект имитируя попытку рейдерского захвата, но были биты и весь день провели внутри, вечером их оттуда выпустили, следим за развитием событий, пока не вмешиваемся. Там же был местный журналист, который все происходящее снимал на фотоаппарат - пробили, он работает на нас, не трогаем. -Я тебя услышал, Василий, свободен. Ты когда вылетаешь в Иркутск? -Сегодня в ночь, возьму ребят, экипировку и сходим в гости к Речному домой, события пора ускорять, тем более его нет в городе - уехал куда-то на охоту с целой толпой охраны под видом трудового коллектива. Наш хвост они отсекли быстро, серьезные ребята. -Ну бывай, удачи, что нужно - проведешь через Гену и держи связь, не мне тебя учить. -Вас понял, Пётр Алексеевич, всего доброго. Поднявшись из-за стола, Василий подошел к двери и взялся за ручку, собираясь выйти из кабинета, как услышал слова напутствия от шефа: -Вась, ну ты понимаешь ситуацию - любые средства, без ограничений при необходимости. Хоть танковое сражение в центре города, если посчитаешь это оправданным. Мне нужен результат.
Прошло два дня после бешенного бегства от охраны карданного завода. Оценив серьезность дела, в которое он влез, Константин решил немного переждать перед вылазкой в поместье Речного. На всякий случай дома он не появлялся – лучше перестраховаться немного. Перекантовался у Макса, заодно разобравшись с той подставой в баре, когда тот привел с собою хвост. Понятное дело, что у него не было выбора, но висевший вопрос надо было закрыть, чтобы не осталось недопонимания между друзьями. План оставался прежним – аккуратно в сумерках подобраться поближе к загородному дому Речного и уже на месте постараться собрать как можно больше материала об образе жизни замкнутого богатого старикана. Им никто никогда не интересовался особо, потому и сведений нигде о его жизни не нашлось, полная терра инкогнита!
Было уже 9 вечера, день стал тускнеть – пора выдвигаться. Фотоаппарат заряжен, место на карточке памяти есть, бутерброды и чай обновил у Макса, тот еще с собой дал вспененную фольгированную сидушку, чтобы можно было высиживать в засаде с относительным комфортом. На всякий случай, Нечаев посвятил Макса в свои планы – договорились завтра встретиться для контроля, если Костя не появится к вечеру – Макс пойдет в полицию. После той сцены у проходной – варианты могли быть самые разные. Но он и предположить не мог, какой в итоге выпадет ему...
Теплый ветер шевелил зеленые листья в густом подлеске, окружавшем огромную огороженную трехметровым забором территорию участка Речного. Карты в сети дали Константину неправильное представление о масштабах и расстояниях, так что до границы участка он добрался от места, где его высадила машина, уже практически затемно — далековато Речной на работу каждый день ездил, да еще и по такой дороге, что только на внедорожнике и проедешь. Кроссовки оказались не лучшим выбором для прогулок по лесу после дождя и быстро промокли — только простыть еще не хватало, подумал Нечаев, хлюпая по грязи. Выйдя к бетонному забору он понял, что на этом простая часть его путешествия окончена — с этой стороны никакого материала не получишь. Он был готов к такому повороту событий и двинулся вдоль стены в поисках бреши или удачно растущего дерева, по кторому смог бы перебраться на ту сторону. Удача скоро улыбнулась ему — старый панельный забор, установленный еще в советское время, постепенно поддавался природе и уступал натиску леса. В заборе зияла хорошая такая дыра, в которую могла при желании пролезть и лошадь. По ту сторону лес продолжался и Косте пришлось свериться с картой на мобильном телефоне, чтобы определить свое местоположение и направление движения в сторону того, что очевидно на карте являлось основной постройкой участка — большим домом. Начать он хотел с главного, а потом, если будет время и возможность — изучить и другие пятна, которые видимо тоже были какими-то постройками. Безусловно, было большой неудачей, что производители спутниковых карт не посчитали эти места достойными более качественной съемки.
Никаких следов охраны или движения — Константин двигался в сторону дома окруженный лишь лесными звуками и теми, что производил сам. Иногда ему казалось, что он слишком громко шумит, хоть и старался ступать как можно аккуратнее. Шел он в полумраке, благо ночь выдалась лунная, фонарик включать совершенно не было никакого желания — ему постоянно казалось, что за ним наблюдают. Неудивительно — после такого-то марафона! Вот среди деревьем показался просвет, в котором угадывались силуэты зданий, среди которых была темная махина старого особняка. Речной после перестройки прибрал к рукам ведомственный железнодорожный административный комплекс со всей его территорией и даже отдельным железнодорожным депо, соединенным своей веткой с общей транспортной сетью. Главное здание стало его особняком — своебразный выбор и не было похоже, чтобы он сильно его перестраивал. Видимо этот Речной — очень сентиментальный человек, неспособный порвать с прошлым. В некоторых окнах горел свет, территория вокруг тоже была освещена фонарями, но людей нигде не было видно. Нечаев принялся фотографировать — лучше нащелкать побольше кадров и потом уже отобрать ценные, чем ковыряться с каждым в поиске зацепок, стоящих документирования.
Внезапно вся территория погрузилась в кромешную тьму — привыкшие к свету фонарей глаза временно ослепли при их выключении, вокруг началась какая-то суета и Нечаев рефлекторно упал на землю, попытавшись заползти поглубже в кусты. Со стороны дома послышались звуки бьющегося стекла, удары и сухие щелчки ломающихся карандашей. Константин догадался, что началась перестрелка и противники используют оружие с глушителем. Это был очень странный бой, он никогда не был в зоне боевых действий, но кинематограф приучил его к совершенно другим ожиданиям — сюрреалистичное ощущение, как будто в городе-призраке слышны отголоски старых сражений. Звуки были отрывочны и фрагментарны, но Костя понял, что очагов столкновений несколько и как минимум два — в самом доме, еще пара — с другой стороны. Странным было и то, что охрана поместья не поднимала тревогу, и точно так же, как и напавшие, старалась не издавать много шума. Ему ничего другого не оставалось, как лежать в кустах и ждать развязки — страх сковал его тело и о попытке выбраться в лес и уйти не могло быть и речи.
В ночи раздался мощный рык: - Не стрелять, бл, прекратить огонь! Свои! Капитан Ленец, «Вымпел», прекратить огонь! Ему ответил удивленный голос: - Ну, п...ц, бл, о..ть теперь, выходите, чтобы мы вас видели! - Выхожу, у нас раненные, давайте сюда медиков быстрее. - У нас, бл, все здоровые наверное... Переходите на общий канал, хорош орать, разберемся с потерями и раненными, потом поговорим.
Суета стихла, выстрелы прекратились, бойцы перестали хранить молчание и отовсюду послышалась раздосадованная нелепой в своей трагичности ситуацией отборная солдатская матершина. Нечаев решил, что самое время убраться отсюда, пока перестрелявшие друг друга спецназовцы разбираются, как такое случилось. Кое-как поднявшись на неверные ноги, согнувшись в три погибели он двинулся по памяти в направлении дыры в заборе, через которую он проник на территорию. По крайней мере ему казалось, что это то направление. В темноте позади заплясали лучи фонарей и он рванулся было на землю, но потом решил — что они просто перестали прятаться и включили фонари для удобства, а не его поисков. Он с облегчением пришел к выводу, что его никто не заметил и возможно он даже попадет сегодня домой живой и здоровый. Порадовавшись этой мысли он продолжил пробираться через кустарник, как вдруг густая черная тень метнулась на периферии зрения в его сторону. Не успел Нечаев повернуть голову в сторону движения, как почувствовал сильный удар в лицо. Теряя сознание он упел заметить в замедлившимся вокруг мире плавные движения странных бесформенных теней, которые приближались под ярким лунным светом для того, чтобы сожрать и разорвать его на куски.
С раскалывающейся от боли головой он очнулся на влажной земле, подняв голову — Константин постарался сориентироваться и осмотреться. Один глаз не видел и что-то текло по лицу. Попытавшись вытереть ладонью лицо он обнаружил свои руки связанными, в следующую секунду холодное дуло уперлось в его правую щеку, а сверху кто-то молча уселся. Нечаев намёк понял и замер на земле, оставив попытки принять позу поудобнее. Боль двигалась — начавшись в верхней части головы она постепенно сползала в левую сторону лица. Где-то рядом заговорило радио: - «Гнездо», я «Рассвет», доложите обстановку
Рядом, невысоко над землей, ответил спокойный голос (значит их было как минимум двое): - «Рассвет», я «Гнездо», докладываю: спектакль окончен, с обеих сторон есть 200-е и 300-е, урон нанесен существенный, мы не участвовали — наблюдали. Взяли гражданского, фотографировал, что с ним делать?
Пауза затянулась, Косте показалось, что весь лес замер в ожидании решения его судьбы. Кто эти люди? Ушедшие заранее с объекта охранники Речного?
- «Гнездо», есть угроза обнаружения и раскрытия? - «Рассвет», отрицательно — угрозы нет, отход обеспечен, противник зализывает раны и выясняет отношения. Повторяю вопрос по гражданскому. - «Гнездо», новые вводные, отходите к точке сбора. С гражданским поступайте по обстановке.
Давление ствола на щеку усилилось, Нечаев услышал, как взводится курок пистолета, в это мгновение перед смертью он почувствовал непреодолимую усталость, бессмысленность борьбы и неизбежность гибели. Но его палач в последний момент передумал, безмолвно поднялся с него и вместе с напарником двумя тенями быстро и бесшумно расстворились в ночном лесу. Константин не верил своей удаче, он лежал боясь пошевелиться еще битых полчаса, постоянно ожидая выстрела — но вокруг ничего не происходило. Устав ждать и наконец поверив в свободу, он перевернулся сначала на бок, а потом на спину. Ноги были свободны, а вот с руками надо было что-то делать — они были хорошо связаны. Вещи пропали — может быть остались лежать там, где на него напали, может их унесли с собой тени. Сорвав связанными в запястьях руками влажной травы, Нечаев кое-как обтер лицо от засыхающей крови, поднялся на ноги и неуверенной походкой, спотыкаясь, двинулся в направлении, куда ушли двое, логично предположив, что они будут идти от дома в сторону забора.
Уже светало, когда он наконец вышел к бетонному забору, окружающему участок. По счастливой случайности ноги привели его прямо к тому месту, где был пролом, через который он вчера вошел. Когда Нечаев вышел к дороге, уже вовсю занимался день. Обессиленный, грязный, с окровавленным лицом и связанными перед собой руками — он представлял собою жуткое зрелище. Первая же машина остановилась, из-за руля форда выскочил полный мужик в ветровке и размахивая руками подбежал к едва стоящему на ногах Константину:
- Мать моя женщина, мужик, держись, сейчас подхвачу!
Нечаев начал было заваливаться набок, но мужичок проводно поднырнул и принял на себя измученное тело.
- Давай, держись, сейчас мигом в больничку домчим, потом расскажешь, что с тобою приключилось!
Не заботясь о салоне автомобиля, он как мог уложил Константина на заднее сидение. Тот тяжело дышал и смотрел в потолок одним глазом смертельно уставшего человека. Не успела машина тронуться с визгом покрышек, как Нечаев провалился в тяжелый болезненный сон. Время от времени он выплывал из дрёмы и даже отвечал на какие-то вопросы своего спасителя, а потом и врачей. В себя он пришел на больничной койке. С трудом открыв глаза(их все еще два!), он порадовался, что все еще видит мир в стерео-режиме, пусть один глаз и открывался лишь на маленькую щёлочку. В проявляющейся вокруг реальности он увидел висящий слева от кровати в воздухе рыжий пушистый шар. Затем в центре шара начало проявляться лицо, фоном — окно в августовский вечер и обшарпанная штукатурка. Шар заговорил приятным и знакомым голосом:
Хм, интересно. На Самиздат не пробовал ходить? Вроде бы, там могут неплохо помочь в плане оценки, распространения и вообще насчет дальнейших идей и всего такого прочего. Я для себя там очень много интересного из авторов выкопал. Буду рад видеть там еще одного :)
Baalbeckhan Есть я там, под псевдонимом Грачёв Андрей Валерьевич, выкладываю как и здесь главы по мере появления. Было небольшое обсуждение, но быстро затихло. Мне там лень с форматированием текста разобраться, оттого он не очень удобен для чтения.
Президент Волков молча стоял в центральном зале храма, медленно переводя взгляд с фрески на фреску. В воздухе висел легкий аромат ладана – здесь давно не проводились богослужения, но запах веков уже никогда не выветрится из здешних стен. Внезапное решение приехать сюда застало службу охраны и обитателей монастыря врасплох. Не было никакого пресс-релиза, журналистов и публичной огласки этого визита, не было его и в планах, известных первому помощнику Волкова, стоявшему сейчас чуть поодаль от главы государства, давая тому столь редкие минуты уединения и покоя. Андрей Орлик пришел в команду Волкова еще во время его первого срока и быстро завоевал доверие президента своей честностью и умением ориентироваться в сложных течениях закулисной политики, невидимой простому обывателю. Он был одним из немногих людей, которым Волков мог на самом деле доверять и в ком он был абсолютно уверен. Охрана осталась у входа, в храме был только президент и его первый помощник. Фигура Волкова излучала напряжение и тревогу, лицо было застывшей каменной маской, за которой ворочались мрачные мысли. - Андрей, здесь больше никого нет? -Мы здесь одни, Алексей Иванович, перед вами все помещения проверили — никого здесь нет - Записывающая аппаратура? - Насколько мне известно — нет. Везде микрофоны не поставишь, а Ваш внезапный визит точно не оставил времени на подготовку оборудования. - Пойдем, пройдемся немного Волков дождался, пока Андрей поравняется с ним, и они неспешно двинулись по залу: - Ты знаешь, я не очень набожный человек, но все же люблю бывать в подобных местах. От них веет миром и безопасностью Орлик терпеливо ждал, он уже понял, что визит сюда не случаен и у шефа есть к нему деликатное поручение. Подойдя к алтарю, Волков остановился и повернулся к Андрею, затем, глядя ему прямо в глаза, протянул простой бумажный конверт. Да, в 21 веке потаённые дела властителей мира сего все так же передавались через бумагу, так как все современные способы обмена информацией были под строгим контролем спецслужб. Ирония — для населения ты самый влиятельный человек в огромной стране, а в реальной закулисной политике — всего-лишь фигура на доске и далеко не ферзь. Волков безусловно имел власть, ему были лояльны значительные силы, однако проблема была в том, что между ним и этими силами были прослойки представителей других властных групп, причудливо перемешанные и курирующие свои интересы, контроллирующие все шаги конкурентов и влияющие на его решения. Все советники, аналитики, министры, все они принадлежали различным кланам, союзам и группам лиц. А президент был встроен в эту систему, как один из игроков, как представитель одной из групп, фрагментарно разбросанной по разным уровням власти. Здесь непрерывно шла игра, одни группы ослаблялись, другие усиливались и то, что выходило наружу как политические новости, обычно было результатами борьбы внутри элит. Коррупционные дела, политическое преследование, скандалы — все было подчинено правилам незримой игры. И сейчас в этой игре вдруг выросли ставки. Его дурят, теперь уже в открытую — Макаров вывел его за скобки какой-то большой игры, в которую он решил сыграть в одиночку. От условно-доверенных лиц в ФСБ Волков получил общие сведения об операциях Макарова в Иркутске и Кыргызстане, был в курсе происходящего на Алтае. Оценив риски, он принял решение играть на опережение — надо рисовать себе спасательный круг до того, как окажешься за бортом. Так появилось это письмо. - Андрей, это письмо должно максимально конфиденциально попасть в руки Джона Стюарда и я буду ждать от него ответного письма. Ты сможешь так это организовать, чтобы никто лишний об этом не узнал, ведь сможешь же? Орлик кивнул и протянул руку к конверту, но Волков не разжимал пальцы, буравил помощника взглядом: - Пообещай мне! - Алексей Иванович, будьте уверены, ни одна живая душа не узнает об этом письме, кроме адресата. - Спасибо тебе... Мне больше некому доверить такую важную миссию. Пошли, пока охрана не хватилась.
Иркутская область. “Горный-3”
На центральном транспортном узле еще продолжались разгрузочные работы, когда от разведки пошли сообщения об активности спецслужб в районе завода и особняка Речного. Майор Васнецов, ветеран спецподразделения «Молот», созданного для охраны группы Речного, как одного из людей с максимальным уровнем допуска и полным набором полномочий по исполнению проекта «Воссоединение», был просто восхищен профессионализмом и слаженностью работы специалистов оперативного штаба Центра Специальных Вооружений «30-30», чьи представители на постоянной основе присутствовали в этом комплексе. Им было суждено стать ядром боевого блока возрождающегося государства. У них были лучшие инструктора, лучшие бойцы, лучшая экипировка, самые полные разведданные и широчайшая агентурная сеть по всей нынешней России, включая высшие эшелоны власти. Они еще до решения Речного по активации экстренного протокола самостоятельно начали восстанавливать связи между секретными объектами СССР, они проводили тайные операции на поверхности и всегда были на шаг впереди. Вот и сейчас — благодаря им удалось избежать бойни в поместье Речного — они заранее знали, когда туда придут федералы и это позволило красиво вывезти все содержимое складов, оружие и персонал. Теперь все обустраивались в новом доме, а «тридцатые» в это время вели одновременно еще несколько операций. Административный сектор гудел, как встревоженный улей. Был распечатан зал оперативного контроля, вскрыты пакеты с координатами связанных с комплексом объектов, куда «30-30» направили свои усиленные разведгруппы для установления контакта и выяснения статуса. Были реактивированы считавшиеся космическим мусором советские спутники связи, запущены кодированные позывные на молчавших 30 лет частотах УКВ, пошли первые донесения от принявших новое командование подразделений, живших в полной или частичной изоляции, без каких-либо сведений о статусе проекта, но с маниакальным упорством исполняющих приказы давно умерших людей. В прокуренном выдержанным десятилетиями беломором зале совещаний непрерывно шло планирование, назначение чиновников на ответственные посты, открытие новых министерств — проект «Воссоединение» был едва запущен, но уже приводились в действие механизмы создания будущего правительства огромной страны, собирались и анализировались сведения о научном, промышленном и продуктовом потенциале государства, которому предстояло сменить руководство. Разрабатывались программы восстановления грамотности населения, реанимации промышленности. Прошли считанные дни, а жернова бюрократического аппарата уже вращались с бешенной скоростью. Очень скоро время изоляции и забвения пройдет и необходимо быть настолько готовым встретить новый мир, насколько это возможно. В оперативном центре рядами возле мониторов сидели мужчины и женщины в наушниках, в воздухе стоял гвалт голосов и стук громких, но не знавших сносу клавиш терминалов: - Установили связь с Заводом тяжелого машиностроения Мягкова! Начал прием данных, получаю численность населения, состояние предприятия, сведения о гарнизоне. Гарнизон готов перейти под общее командование и безоговорочно признает власть Советского Союза, со стороны администрации возражений также нет, получаю номенклатуру производимых предприятием изделий, запросы на сырье и снабжение, контактные данные связанных объектов.
Лев Викторович Речной был назначен временно исполняющим обязанности генерального секретаря вновь формируемой партии. Он с достоинством принял такую ответственность и несмотря на преклонный возраст с головой окунулся в работу. Жить ему оставалось 3 дня.
Беловежская пуща. Беларусь.
Едва вернувшись на базу с пленными альфовцами и подбитым ТАКТом, Валентин Сергеенко был тут же направлен на инструктаж, из которого узнал о старте проекта «Воссоединение» и своем новом задании в Республике Беларусь. Задача была установить контакт с объектом незамысловатого названия «Радиоприбор» имевшим высший приоритет и особую важность в промышленной карте возрождающегося Союза. На позывные объект не отвечал, так что было принято решение о заброске хорошо вооруженного десанта в размере 80 человек — с многотысячным городом никто воевать не собирался, нужно было установить контакт, разведать обстановку. Переброска предстояла дальняя, так что никакой поддержки техники, но все бойцы получат полную штурмовую экипировку, включая радио-оптический камуфляж. Такая щедрость говорила о по-настоящему ответственном задании: 80 комплектов брони и 80 камуфляжных плащ-палаток — практически половина всех запасов этого сложнейшего и ресурсоемкого обмундирования. Транспортировка прошла без особых проблем — на всем пути следования работала агентурная сеть и в нужных местах оказывались нужные люди. Выход на объект укрепил недобрые предчувствия Валентина — гермодверь не открывалась уже очень давно. У бойцов с собой был специальный ключ-стартер для распечатывания таких дверей, установленный в правильном месте он разряжался с определенной частотой в толщу двери, активируя пиропатроны, расталкивающие створки на небольшое расстояние. Пока шла накачка ключа, группа еще раз проверила оружие и связь. Зеленый огонек возвестил о готовности прибора к работе. - Оружие к бою, фонари не включаем, огонь открывать по необходимости. Помните — там наши люди, с которыми нам надо установить контакт. Внутри могут быть какие-то проблемы, мы должны быть готовы ко всему, - после этих слов Сергеенко нажал на кнопку активации. Лампа погасла, он отцепил прибор и отошел от двери. Секунд через 20 по массивной гермодвери прошла вибрация и створки отскочили друг от друга, обнажив проем полутора метров шириной. Из проема вывалилось три скрюченых тела, Валентин уловил застарелый трупный смрад даже через фильтры шлема. Темнота по ту сторону двери не была кромешной — кое-где на стенах еще горели лампы аварийного освещения, так что приборы ночного видения, встроенные в шлемы бойцов, работали хорошо. 80 человек, перешагивая через иссохшие мумии, просочились в проем. Внутри их встретила картина страшного разрушения — с той стороны шлюза вповалку лежали кучи высохших тел, стены испещряли отверстия от пуль, виднелись следы пожара. Несколько сотен человек, судя по остаткам одежды тут были и гражданские, и военные, сошлись в смертельном бою у выхода из комплекса. Бойцы «30-30» аккуратно перешагивали через мумии мужчин, женщин и детей. Комплекс стал огромным склепом, в котором по документам должно было быть более двух с половиной тысяч человек. Отряд двигался по единственному тоннелю в сторону караульных помещений и КПП, продолжая натыкаться на тела погибших в борьбе людей. Никаких признаков жизни не наблюдалось, трагедия случилась здесь много лет назад. -Капитан, в сети есть питание, реактор еще работает, - доложил один из бойцов. -Продолжаем движение, всем быть начеку, мы пока не встретили и половины обитателей. Если тут еще есть кто-то живой — думаю они могут быть нам не очень рады. Группа последовательно пересекала заброшенные помещения — раскуроченный КПП, усеянную телами площадь транспортного узла с остовами сгоревших поездов метро. Время от времени попадались хорошо освещенные коридоры и помещения, кругом царила грязь, сырость и смерть. Читая настенные надписи, Сергеенко начал понимать, что тут произошло — бунт. Голод, нужда, отсутствие цели — привели к восстанию. Кругом были призывы взломать двери и выйти в мир, проклятья в адрес администрации, требования к солдатам не подчиняться преступным приказам. Тут и там попадались наспех возведенные баррикады, усеянные телами их защитников и штурмующих. Через некоторое время начали попадаться указатели — нарисованные на стене краской стрелки. Бойцы двинулись по ним дальше, продолжая углубляться в недра комплекса. Через примерно километр блужданий по корридорам, они вышли в просторное помещение, которое раньше наверняка было центральной площадью города. Теперь же она была похожа на грязную свалку вперемешку с поселком бомжей — вокруг были горы мусора, грязные шатры, тряпье и кости валялись под ногами. Кости были человеческими, еще розовыми от недавно укрывавшей их плоти. Каннибализм, вот что это такое, подумал Валентин. Его группа распределилась по площади, бойцы залезли в каждый вонючий шатер, под каждую тряпку. В итоге в центр освещенного круга выволокли 42 обтянутых кожей скелета в грязных, ободранных лохмотьях. В нем бурлила ненависть к одичавшим согражданам, он не мог принять такой выбор. - Скоты, среди вас еще остался хоть кто-то, владеющий человеческой речью? - обратился к дикарям Сергеенко. Его люди разделились — часть держала под прицелом это жалкое стадо, другая — взяла под охрану все входы.
Один из оборванцев, тараща на него впалые глаза поднял руку и запинаясь, глотая звуки, произнес: Я могу! - Пойдешь со мной, - с брезгливостью в голосе ответил ему командир.
Через два часа с той стороны, куда Сергеенко увел дикого жителя «Радоприбора», раздался одиночный выстрел. Остальные пленные повернули свои пустые лица в сторону звука, не замечая, как их охранники подняли оружие на изготовку. Через 5 часов живыми в комплексе остались только пришельцы с поверхности, которые разделившись по-хозяйски деловито принялись рыться в картотеках, отбирая ценную документацию, которая еще послужит советским гражданам. Последней задачей было заглушить реактор и вновь запечатать этот склеп. Может быть когда-нибудь сюда еще придут люди.
Иркутск. Городская клиническая больница №8
Он жадно присосался к бутылочке минеральной воды, которая по случаю оказалась у Маши с собой. Выпив ее всю залпом, он перешел прямо к делу — нельзя терять ни минуты: - Маша, ты на машине? -Да, ты только не дури, тебе бы тут хотя бы денек под присмотром полежать! - решительно сказала она - Срочно уходим отсюда, едем к тебе, быстрее. Где мои вещи? - он резко сел и в голове тут же взорвалась авиабомба боли, - Мммммм, как же больно... -Радуйся, что глаз на месте, а то сразу было непонятно — есть ли он еще у тебя -Помоги мне подняться, надо быстрее уходить. Помнишь Макса? -Торчка, чтоли? Ну да, помню — нервный такой. -В общем он уже наверное пошел к ментам, да еще и до кучи конторским мою пропажу сдал, а у них там вчера очень нехорошая ситуация вышла и мне меньше всего сейчас надо оказаться их козлом отпущения, быстро тащи сюда мои штаны, как же больно, черт!
Кое-как собравшись, в обнимку с Машей Константин спустился на первый этаж и проковылял к выходу. Персоналу было глубоко наплевать на него, так что никаких препятствий на пути они не встретили. Машина белая Нива стояла на другой стороне улицы, едва она тронулась — к больнице подъехал черный автомобиль с мигалкой, который пустили прямо на территорию.
Теплым летним вечером семья морского офицера в отставке собралась на маленькой кухне. В чашках дымился ароматный горячий чай, в стеклянной вазочке лежали сладости. Легкую клеенчатую скатерть трепал ветерок. На шести метрах кухни размещалась простая мебель, небольшой стол, плоский маленький телевизор, белый холодильник, и пыльный старый радиоприемник “Океан-209”. Радио было причудой пожилого главы семейства - крепкого и здорового как медведь старика с лихими густыми усами. Однажды в 1994 году он принес это радио домой, водрузил на тогда еще холодильник ЗИЛ, воткнул вилку в розетку, включил и строго-настрого запретил домочадцам трогать, выключать или перенастраивать. Перечить капитану атомохода в этой семье было не принято, так что все быстро смирились с таким заскоком и радио все эти годы тихонько работало на пустой частоте, издавая легкое шипение статики на минимальной громкости.
За столом сидело четверо: пожилой капитан первого ранга в отставке, его миниатюрная супруга, их старшая дочь и внук - курсант нахимовского училища, приехавший к родным на побывку. Секундная стрелка настенных часов продолжала свой размеренный бег, в то время, как замерев в оцепенении, три головы круглыми глазами таращились на старый пыльный радиоприемник. Он ожил, от треска помех не осталось и следа - несущая частота была чистой и в ней шла повторяющаяся запись - три коротких сигнала. Пип-пип-пип. Ничего больше. Только один из сидевших за столом не повернул голову - он всегда знал, внутри себя верил, что этот день однажды настанет. Сделав глоток, он поставил свою чашку чаю на стол, встал, выключил радиоприемник, и молча взял с полочки у телефона старую записную книжку с потрепанными желтыми страницами. Надел очки и уверенной рукой начал искать телефоны сослуживцев, пришла пора им снова встретиться. Он уже давно не чувствовал себя столь живым, с тех самых пор, как ушел со службы, не найдя в себе сил изменить данной один лишь раз присяге.
Три коротких сигнала были знаком “Внимание, всем!”.
Иркутская область, “Горный-3”
В зал совещаний ворвался запыхавшийся радист: -Товарищ генерал, установлена связь с ОКБ “Электрон-5”, но только с администрацией и она отказывается признавать нашу власть. Говорят, что готовы к обсуждению торговых отношений, но о подчинении не может быть и речи! Генерал сжал руки в кулаки и с силой опустил на поверхность дубового стола: - Предатели! Что с гарнизоном? Он тоже под их контролем? Мне нужны все данные по этому предприятию, имена возможных заместителей руководящих должностей и командного состава. И пригласите сюда наших друзей из “30-30”, а лучше вообще срочно собирайте весь совет, бегом! -Есть, товарищ генерал, - козырнул лейтенант и поспешил скрыться за дверью от взгляда взбешенного командующего гарнизоном.
Уже через 20 минут все были в сборе и изучали оперативную информацию. Первым слово взял подготовивший оперативный доклад майор: - У них на данный момент должно быть приблизительно 4500 человек гражданских и 1500 солдат в гарнизоне. Справившийся с эмоциями генерал направил докладчика в нужное русло: -Давай подробнее о гарнизоне: вооружение, техника, оборонительные позиции. Майор спешно перелистнул бумажные страницы планшета с машинописным текстом и, найдя нужное место, продолжил: -На 1994 год по последним имеющимся данным у них было 52 танка, из них 10 Т-80У, 17 Т-72Б, 21 Т-64БВ и 4 Т-55М6. Порядка 130 единиц ствольной артиллерии, калибров 76-152, 11 тысяч единиц иного оружия, включая автоматические гранатометы, пулеметы 7.62 и 12.7 калибров, стрелковое оружие. Большой объем взрывчатки и тяжелая техника для земляных работ. -Что с самим комплексом? Майор перелистнул еще несколько страниц: -Комплекс построен по типовому проекту “Улей-3”: центральная входная галерея упирается в главный опорный бастион, за ним идут казармы, ангары с техникой и оружейные склады, транспортно-погрузочный узел, производственный сектор, складской сектор, жилой сектор, администрация, склады военного резерва и камеры раскапывания с законсервированной землеройной техникой. Все сектора соединяются железнодорожным сообщением, главная ветка проходит через весь комплекс, альтернативных входов в плане не предусмотрено. В разговор включился полковник Центра Специальных Вооружений “30-30”: -Воевать с ними в лоб - дурная затея. Есть основания полагать, что гарнизон все еще лоялен Союзу, но отрезан от информационных каналов и просто не в курсе нашего существования, а предатели используют их втемную против нас. Установить связь с гарнизоном - наша первоочередная задача, но на этом проблемы не заканчиваются - даже имея на своей стороне армию внутри, мы обречены на бойню с гражданскими, которых неизбежно поднимут гнилые царьки из аппарата администрации. У нас уже есть один вымерший “Радиоприбор”, повторение его урока нам ни к чему. А значит нужна компактная диверсионная группа для быстрого проникновения и нейтрализации - это наш профиль. Генерал внимательно посмотрел в глаза полковнику: -Вы справитесь? -К суду доставить предателей не обещаю, но минимальные жертвы среди гражданских гарантирую своей головой. Мы не в том положении, чтобы из-за кучки подонков терять самый ценный ресурс и допускать разброд. В “Радиоприборе” вырожденцев пришлось уничтожить - не было никаких шансов вернуть их в человеческое общество после того, через что они прошли, здесь же у нас тысячи трудоспособных квалифицированных граждан СССР и хорошо укомплектованная боевая часть. Полковник, по привычке чуть прищурив один глаз, начал водить пальцем по калькам начертанных тушью чертежей комплекса: -Мне надо внимательнее изучить схемы, снимите копии и передайте в мою канцелярию, завтра в 10 утра снова здесь соберемся и я представлю вам план решения этой проблемы. Группа Сергеенко как раз вернулась из “Радиоприбора” и должна уже была передать документацию в аналитический центр - сутки им на отдых, затем будем готовить проникновение.
Москва. ЖК “Алые Паруса”
Власть развращает. Макаров знал это как никто другой. Власть меняет людей, делает постыдное вожделенным, а банальное - недостойным. Переходя на новый уровень манипуляции реальностью, изменяешь свое представление о ней. Власть над людьми пьянит сильнее самого чистого наркотика, безграничная власть. Власть, заставляющая страдать, умолять. Жертва отдает свою агонию боли как высший дар повелителю, самое сокровенное и искреннее, что у нее есть. Макаров ревностно охранял тайну своих пороков и лишь несколько человек знали, откуда в его тайной квартире появляются люди, и куда потом исчезают их останки. И их он тоже предпочитал периодически менять. Их агония доставляла ему даже большее удовольствие, чем детские крики - еще до первого надреза они точно знали свою судьбу, он специально заставлял их присутствовать в самые интимные моменты художественных сеансов релаксации. Чем отчетливее потом они понимали, что сейчас хозяин начнет творить с ними - тем яростнее и искреннее было их желание жить, а затем и быстро умереть.
Сегодня был особенно дурной день, держать маску невозмутимости в Орле было просто невыносимо - дебилы, все до одного, галдели наперебой, отказываясь принять простую истину - они все слишком тупые для занимаемых ими должностей. Это по сути совсем не плохо в обычное время - тупой исполнительный жулик в хозяйстве очень полезен, им легко управлять и он точно знает свое место в пищевой цепочке, но в случае присутствия реальной угрозы - вся бесполезность и никчемность этого генетического мусора, способного лишь к “освоению бюджетных средств” вылезает на поверхность. Операция по поиску и уничтожению диверсионной группы противника на Алтае провалилась с треском - враг рассеялся как дым от созданных им пожаров, в Кыгрызстане тоже полное фиаско - наемники перебиты, находка уничтожена, в Иркутске деятельные дебилы (худший из видов дебилов, по мнению Макарова) из краевого ФСБ на голом энтузиазме решили штурмовать поместье Речного в то же самое время, когда туда прибыли ребята Василия. 13 человек убитыми и еще дюжина раненых! А от Речного уже и след простыл. Завтра, завтра он займется поисками крота в своем окружении, кто-то сдает его планы противнику. Но это будет завтра, сегодня он отдохнет, у него впереди целая ночь удовольствий. Хром, нержавеющая сталь, острые как бритва, с зубами, захватами и зажимами. Электрические, пневматические и гидравлические - они все в его распоряжении.
Завтра на ТВ появится очередной душещипательный и одновременно скучный сюжет о пропаже в столице двух подростков, возвращавшихся из школы. Или не появится… Макаров улыбнулся своим мыслям хищной плотоядной улыбкой и открыл дверь пентхауса на последнем этаже дома.
Это сообщение отредактировал Narkozzz - 29 мар 2016 в 01:03
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии. Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.
1 Пользователей читают эту тему (1 Гостей и 0 Скрытых Пользователей)
yaplakal.com