«У тебя 20 минут, беги»: девушка из Самары рассказала, как восстанавливала паспорт после утери

Это мог бы быть сухой обезличенный репортаж. Но мне захотелось рассказать эту историю со всеми эмоциями — как проходит восстановление паспорта по утере в отделе МВД № 4 Октябрьского района Самары.

День первый
Я потеряла паспорт. Обнаружив пропажу, поехала в паспортный стол по месту жительства — наугад, не зная точных часов приема. По счастливой случайности попала прямо в рабочее время: вторник, 15:00.

У входа уже стояла внушительная толпа.

— Кто последний? — крикнула я.

— А вам куда?

— Паспорт потеряла.

— 102-й кабинет! За мной будете.

— Нет, 103-й, я последний!

По коллективному шушуканью стало ясно: всё-таки 103-й. Договорилась с мужчиной в клетчатой рубашке, что займу очередь за ним, и начала слушать, кто вокруг за чем пришёл: кто-то тоже потерял паспорт, кто-то получал готовый, кто-то пришёл по прописке, кто-то — по миграционным делам, кто-то менял документ по возрасту.

Я спросила: с этого ли вообще нужно начинать восстановление? Приятная девушка из «клуба потерявших паспорт» подсказала: сначала нужно зайти с другой стороны здания и в приёмной написать заявление об утере. Спасибо ей огромное — а если бы её не оказалось рядом? Попросила мужчину в рубашке запомнить меня и то, что я заняла очередь за ним, и пошла писать заявление.

В приёмной уже сидела другая девушка, заполняла такое же заявление. Разговорились — тоже потеряла паспорт, видимо, история распространённая. Постучалась в окошко, получила бланк заявления и опросный лист. Ручка в отделе была одна на всех, и делиться ею никто не спешил — сделала вывод на будущее: свою ручку нужно приносить с собой. Пока ждала, мы с новой знакомой советовались, как правильно заполнять графы — а с кем ещё советоваться, если сотрудники не особо разговорчивы?

Начала заполнять документы. Тут же умудрилась ошибиться и попросила новый бланк — в ответ услышала: «Ну зачеркни, у нас с бумагой проблемы». А я-то думала, что здесь все строго. Дозаполнила, сдала. «Пиши: обнаружила там-то. В краже подозреваешь? Нет? Тогда пиши: факт кражи исключаю. Подпись». Сделала все, как сказали, и спросила, что дальше. Меня отправили к боковому входу, туда, где стояла очередь, вручили небольшую бумажку — и на этом инструктаж закончился.

Было около 15:30. Двери паспортного отдела открылись, и люди разбрелись по кабинетам. Система приема в МВД № 4, как выяснилось, устроена довольно замысловато. Работает отдел со вторника по субботу, понедельник и воскресенье — выходные. Кабинетов несколько: 101, 102, 103, 104, 105 — и у каждого свое расписание. По утере паспорта нужно именно в 103-й, а там принимают только во вторник и среду, с 15 до 17 — итого два дня по два часа в неделю.

Стоя в очереди, я то и дело сверялась с теми, кто уже частично прошёл этот квест: правильно ли я двигалась по шагам. Показывала свои бумажки — вот фото, вот документ, подтверждающий личность, вот справка о том, что заявление подано, — и спрашивала, чего ещё не хватает. Мне подсказали: нужно ещё зайти в 102-й и заполнить протокол. И вопросы задавала не только я — для каждого нового человека в очереди устраивалось целое коллективное обсуждение. А кто ещё поможет, если не такие же люди в очереди? На второй день я уже сама объясняла новичкам, куда вставать и что делать, — но это я забегаю вперёд.


Заняла сразу две очереди: одну — чтобы заполнить протокол в 102-м, вторую — непосредственно по утере в 103-м. Протоколы оформлялись быстро, и около 16:00 подошла моя очередь. За разными столами сидело несколько сотрудников; мне выдали еще один бланк и отправили заполнять. Ручек здесь оказалось уже больше, так что справилась быстро, а где ошиблась — вежливо поправили. К 16:15 вернулась в очередь 103-го кабинета.

Ждали. Ждали еще. Все двигалось медленно — мы засекли время и поняли, что на одного человека уходит примерно 23 минуты. К 17:00 стало ясно: мне и еще пятерым сегодня не повезет. Начали возмущаться — было кому, люди-то работающие. Возмущения быстро дошли до начальника отдела: он вежливо пригласил бунтующих к себе в кабинет. Сказал, что все понимает, но времена такие — сотрудников не хватает, по его словам, из пятнадцати работают шестеро. Рад был бы открыть больше кабинетов, да возможности нет: у сотрудников еще бумажной работы до ночи. Записал наши фамилии и пообещал, что завтра мы будем первыми и точно все успеем.

Я наивно спросила: «Обещаете?» — «Ну раз вам начальник отдела сказал, значит, конечно, обещаю». Стало даже как-то тепло на душе. Не расстроилась, пошла домой — ждать завтрашнего дня.

День второй

В 14:30 следующего дня у входа снова стояла толпа, ждавшая открытия дверей в 15:00. Очередь я уже не занимала — меня же начальник отдела записал в список тех, кто должны пройти первыми. Двери открылись, все разбрелись по коридору. Тут же началось возмущение среди «новеньких»: почему эти шестеро распланировались ещё до открытия? На зов возмущений снова вышел начальник отдела, сказал: «Я видел тех, кто пришёл пораньше из вчерашних, остальные сами решайте». Я вспомнила вчерашние обещания, но решила промолчать и дальше стоять в очереди.


Снова тысячу раз сверила документы. Ожидание затягивалось, время подходило к 16 часам. И тут из кабинета 105 выбежала моя «спасительница» и громко объявила: «Кто следующий ждет очередь по утере паспорта?» Я радостно откликнулась и прошла с сотрудницей в ее кабинет. Вошла, предоставила документы, спросила, что делать дальше.

И тут началось то, чего я совсем не ожидала. В тот момент комната будто стала огромной, а я — очень маленькой, а женщина — больше, а голос её — громче. Она заговорила, с каждым словом повышая тон: «Где у тебя распечатанный чек? В карточке написано „не замужем“, а должно быть что? Твои фотографии не подходят! Я же говорю — не подходят! Ещё раз говорю: не подходят! И что, что у тебя эта фотография была в прошлом паспорте? Ты вообще как собиралась? Ты в очереди сидишь штаны просиживать и в потолок плевать? А может, не глазами надо хлопать, а знать, какие фотографии нужны?».

Обстановка накалялась. Я не пыталась возразить — я хотела лишь знать, как действовать правильно. Разговор перешёл на крик, и я не сдержала слёз. У меня возник только один вопрос: а откуда я должна была знать нюансы, если их никто не озвучивает? Я предложила поставить человека, который распределял бы посетителей, чтобы таких ситуаций не возникало, — ведь я такая не одна. В ответ услышала: «Делать нам нечего, и людей очень много, чтобы ставить вам все объяснять. У тебя есть 20 минут — иди беги делай фотографию, если не успеешь, придешь на следующей неделе».



Я выбежала из кабинета, меня трясло. Понимаете, я даже в юном возрасте не сталкивалась с криком и таким «отчитыванием». Я не привыкла ругаться, стараюсь быть вежливой и ответственной. В слезах я начала быстро исправлять ошибки в заполненных документах — и в этот момент вспомнила, как в первый день из этого же кабинета вышла в слезах юная девушка. Я тогда хотела спросить, все ли у неё хорошо, но отвлеклась и решила не лезть. Не могу точно связать наши истории, но у меня появились предположения о том, что могло довести её до слёз в кабинете 105.

Побежала делать фото. Сделала, успела. Расстроило, конечно, что снимок получился отвратительным — я на нем с красным носом и заплаканная, — но главной задачей было успеть. Побежала обратно в участок, сбилось дыхание; время было около 16:45, значит, у меня оставалось 15 минут. Перед уходом из кабинета 105 я уточнила у сотрудницы, возвращаться ли к ней в кабинет или в 103-й. Она сказала, что к ней. Я отдышалась и постучалась в 105-й. А там уже другая картина: несколько сотрудников улыбались, смеялись, пили чай. Кто-то сидел на столе, кто-то закусывал сладостями. Мне крикнули: «Иди в 103!» — и я закрыла дверь. Чувствовала себя униженной.

К 103-му кабинету я подошла в 16:57 — думала, что уже не пустят, и готовилась к худшему. Но моим страхам не суждено было сбыться. Девушка, занимающаяся вопросами утери документов, оказалась приятнейшим человеком с нежным голосом. Вежливо указала, что исправить, вежливо объяснила, что делать и куда идти дальше, задержалась и довела мой вопрос до конца. После произошедшего я чувствовала себя в этом кабинете как в раю и очень благодарна ей за такое отношение к людям. Затем, в шоке от прошедших часов в участке, я ушла домой.


День третий

В пятницу к 15:00 я явилась в кабинет 101 — получать новый документ. Все прошло быстро: снова вежливая сотрудница, дело пяти минут, сверили фото и мое лицо — и паспорт у меня на руках. Эпопея закончилась, я была счастлива. Посмотрела на фото: оно, конечно, было уродливое.

Так и закончился мой квест. А мысли после него не дают покоя. Меня не пугали и не раздражали очереди. Я понимала, что у МВД не самые простые времена и не хватает сотрудников, понимала, что работа с людьми утомляет. Но я никогда не пойму, почему все это позволяет кричать, срываться на людей и разговаривать по-хамски.

Не утверждаю, но предполагаю, что дело было в том, что я — юная девушка в бесформенной одежде и с красными волосами. Возможно, визуально не произвожу впечатления взрослого организованного человека, и какой-то учительский инстинкт заставляет вести себя со мной так. Не хочу думать, что дело в предвзятом отношении, но и не могу представить, что этот сотрудник разговаривал бы в такой манере со взрослым мужчиной.

тыц