Как американцы подавились «Слойкой»

Утром про ассов люфтфавве которые боялись У-2, теперь пиндocы подавились "легендарным" изделием..
День гордости за предков?

Судя по всему, это название произошло от правительственного постановления, где атомная бомба была зашифрована как «реактивный двигатель специальный». А народ расшифровывал название по-своему: «Реактивный двигатель Сталина» или же «Россия делает сама». 29 августа 1949 г. атомную бомбу РДС-1 взорвали на Семипалатинском полигоне. Через три года ученые-ядерщики разработали бомбы РДС-2, РДС-3, водородный заряд и бомбу для тактических целей.
Наличие в документах двух индексов РДС-6с и РДС-6т объяснялось тем, что вначале прорабатывались две принципиально разные термоядерные физические схемы: так называемая «слойка» Андрея Сахарова РДС-6с и «труба» Якова Зельдовича РДС-6т. В ходе работ вторая схема отпала и осталась лишь «слойка», которая и была успешно испытана в августе 1953 года.
Термоядерные испытания уже активно велись в США. 1 ноября 1952 года на Маршалловых островах в Тихом океане, на атолле Эниветок был произведен термоядерный взрыв устройства, под кодовым названием «Айви Майк» (Ivy Mike) с использованием жидкого дейтерия — тяжелого изотопа водорода. Отсюда и пошло гулять по страницам газет словосочетание «водородная бомба». Хотя американцы и взорвали первыми в мире термоядерный заряд по схеме Теллера-Улама на атолле Эниветок,

Мощность бомбы сброшенной на Хиросиму 13-18 килотонн, здесь написано, что у описанной бомбы 400 килотонн и она в 3000 раз мощнее, как то не сходится математика или я чего-то не понимаю


Размещено через приложение ЯПлакалъ

(Photo / Los Alamos National Laboratory)
- это устройство фактически бомбой не являлось, а представляло собой лабораторный образец. Конструкция была стационарной размером с трехэтажный дом и не могла применяться для бомбометания на территории противника.
Первый советский термоядерный заряд был готов к испытаниям к концу лета 1953 года.
Начались работы по подготовке первого натурного опыта на полигоне № 2.
1953 год для КБ-11 планировался очень насыщенным. Кроме испытаний водородной бомбы необходимо было обеспечить три испытания новых атомных бомб со сбросом их с самолетов-носителей. Велись работы по баллистическому корпусу для РДС-6с, готовились первые технические задания на оборудование бомбового отсека дальнего реактивного бомбардировщика Ту-16.
12 августа 1953 года в 7 часов 30 минут по местному времени определенная по методике огненного шара температура светящейся зоны взрыва значительно превышала солнечную. Огромное зарево красно-оранжевого цвета было видно с расстояния 170 километров. Размер облака взрыва составил по высоте и ширине более 15 километров. Полный тротиловый эквивалент оценивался в 400 килотонн

Тогда ответственным за испытания назначили академика АН СССР Игоря Курчатова – в шесть утра он уже был на наблюдательном пункте, откуда дал команду начать обратный отсчет.
«Интенсивность света была такой, что пришлось надеть темные очки. Земля содрогнулась под нами, а в лицо ударил тугой, крепкий, как удар хлыста, звук раскатистого взрыва. От толчка ударной волны трудно было устоять на ногах.
Облако пыли поднялось на высоту до 8 км. Вершина атомного гриба достигла уровня 12 км, а диаметр пыли облачного столба приблизительно 6 км. Для тех, кто наблюдал взрыв с западной стороны, день сменился ночью. В воздух поднялись тысячи тонн пыли. Громада медленно уходила за горизонт

Наблюдения над облаком вели самолеты, в том числе и те, что были подняты для забора проб», – вспоминал один из очевидцев взрыва, физик и участник атомного проекта Владимир Комельков.
На полигоне был возведен макет населенного пункта из 190 сооружений, между которыми поместили образцы военной техники. Особенностью советской бомбы было то, что ее можно было сбросить с воздуха — это был полноценный снаряд. Физики так и поступили — РДС-6с подняли на стальной мачте на 30 метров от земли и сбросили. В результате взрыва в радиусе 4 км были снесены все кирпичные здания; на расстоянии 1 км. Мощный железнодорожный мост со 100-тонными пролётами отбросило ударной волной на 200 м. На полигоне также пострадала специально размещённая для проверки техника: танки, самолёты и фортификационные сооружения. Жар от первой вспышки, по воспоминаниям математика, а в будущем и президента Академии наук СССР, Мстислава Келдыша, можно было ощутить на расстоянии 25 км от взрыва.
Три дня спустя на место прибыл физик, сотрудник Радиевого института АН СССР Николай Власов, на которого последствия взрыва оказали неизгладимое впечатление.
«Общее впечатление страшной и огромной разрушительной силы складывается уже издалека. Да, взрыв действительно получился куда сильнее взрыва атомной бомбы. Впечатление от него, по-видимому, превзошло какой-то психологический барьер. Следы первого взрыва атомной бомбы не внушали такого содрогающего ужаса, хотя и они были несравненно страшнее всего виденного еще недавно на прошедшей войне», – писал Власов.
Только 20 августа, спустя восемь дней после взрыва, газеты «Правда» и «Известия» объявили о прошедших испытаниях.
Вскоре информация о заявлении СССР дошла и до президента США Дуайта Эйзенхауэра. По оценке консультантов из комиссии по атомной энергии США, СССР не просто провел испытания бомбы, но и продемонстрировал научно-техническое превосходство.

По словам руководителя Центра международной безопасности ИМЭМО РАН, академик РАН, члена РСМД Алексея Арбатова, в 1952 году у американцев было лишь взрывное устройство.
«Фактически они испытали физический принцип. Используя атомную бомбу на основе реакций деления в качестве запала, они использовали уже не уран или плутоний, а дейтерид лития. Это не было оружием, а РДС-6с уже представляла собой готовый боеприпас, который был собран и успешно испытан. Однако произведенный взрыв повлек за собой значительное радиоактивное загрязнение окружающей среды. Американцы после нас и свою бомбу очень быстро испытали, так что это было чисто техническое соперничество, которое реального военного смысла не имело. Тем более, что к тому моменту США накопили уже многие сотни атомных бомб, основанных на реакции деления», – рассказывал Арбатов.
По его словам, в отличие от атомной бомбы, водородная целиком была техническим произведением советских физиков, а испытания водородной бомбы 1953 года лишь подстегнули гонку вооружений и стали причиной технологического развития двух стран.

20 августа «Правда» опубликовала правительственное сообщение об испытаниях водородной бомбы в Советском Союзе. Сахаров и его коллеги чувствовали себя триумфаторами.
В дальнейшем КБ-11 разработало водородный заряд для авиационной бомбы, получивший обозначение РДС-27, который был успешно испытан 6 ноября 1955 года бомбометанием с Ту-16. Авиабомба с зарядом РДС-27 была передана на вооружение ВВС. СССР окончательно заявил о себе как о термоядерной державе.
В 1967 году «объекту» было дано новое название — Всесоюзный научно-исследовательский институт экспериментальной физики (в 1992 г. институт был переименован в Российский федеральный ядерный центр). И если Саровский монастырь в свое время называли «академией монашества», то ядерный центр в Сарове — Арзамасе-16 называли «кузницей атомных кадров». Ведь в ядерном центре сегодня живут и работают 70 докторов и более 500 кандидатов наук. Четверо из участников этой замечательной работы успешно продолжают работу в РФЯЦ-ВНИИЭФ.

Послесловие

При разработке РДС-6с у конструкторов и технологов было много хлопот, связанных с рядом новых материалов. Технологические проблемы были важны настолько, что 25 июня 1953 года Завенягин, Курчатов, Александров и Харитон в подробной записке на имя Лаврентия Берии докладывали о ходе работ так, словно член Политбюро работал Главным Технологом. В записке речь шла как раз о деталях для РДС-6с. Никто в атомном ведомстве, включая самого Берию, не знал, что уже НА СЛЕДУЮЩИЙ ДЕНЬ он будет арестован, а вскоре и расстрелян.
Вот что вспоминал об этих днях крупнейший атомный конструктор СССР профессор Давид Фишман. В двадцатых числах июня он в числе сотрудников КБ-11 летел на полигон, группа задержалась в Омске и заночевала в гостинице аэропорта. Вечером Давид Абрамович, слушая по радио сообщение о каком-то торжественном собрании в Москве, обратил внимание на то, что при перечислении партийно-государственного руководства не упомянули Берию. С тем Фишман и уснул — вылет был назначен на раннее утро.
На полигоне все сразу втянулись в работу, а через полмесяца раздался звонок полевого телефона. В этот момент Фишман был на башне — в том месте, где предполагался центр РДС-6с при ее закреплении на башне перед подрывом. Звонил Александр Дмитриевич Захаренков (впоследствии главный конструктор нового объекта на Урале, замминистра среднего машиностроения). Он посоветовал Фишману спуститься с высоты, чтобы не упасть от следующей новости: АРЕСТОВАН Берия(!!!) .

Но даже это известие не нарушило напряженный темп подготовки к испытаниям.

Музей, всё-таки,Саровский, наверное,а не Саратовский
Размещено через приложение ЯПлакалъ

О да, люблю старые аналоговнет, но раньше это хоть было, а сейчас только осваивают бюджет и мощщами трясут
Размещено через приложение ЯПлакалъ

Ну вот, и до Кузькиной Матери уже не долго.
Это сообщение отредактировал Bob54 - 19 авг 2026 в 17:32

Цитата (Amy1626 @ 19 авг 2026 в 17:25)

Музей, всё-таки,Саровский, наверное,а не Саратовский

Спасибо! Опечатка.

Это очень хорошо, но мы и это проебали...
Размещено через приложение ЯПлакалъ

интересно такое читать

Да что там этих супостатов жалеть, «подавились слойкой»... Пиши уж, как на самом деле было. Сошли все с ума от страха, плакали, катались по полу в падучей, кричали «мама-мама», как команда небезызвестного эсминца «Дональд Кук».

Юлий Борисович Харитон в одном из интервью сказал, что - 6с была очень слабой (фактически это была не термоядерная бомба, а атомная бомба с термоядерным усилением) и по настоящему термоядерная бомба у СССР появилась в 1955 году (РДС -37)

РСД, потом РДС, опять РСД. Да похрен что писать. Саратовский, Саровский. Гаити, Таити. Автор - словесный неряха