Немного о фондовом рынке России

Вчера была тема, как чувак купил акции в надежде обогатиться, тут вот товарищ объясняет, почему у нас эта схема не работает.
Российский фондовый рынок падает до минимумов 2022 года, а у читателей возникают мысли — есть ли такой предел падения, при котором наши элиты ЗАДУМАЮТСЯ.

Ответ: ну, конечно же, нет. Нет такого уровня падения рынка, который способен повлиять на российский межэлитный консенсус хоть по какому-то вопросу. Его не существует.

Фондовый рынок для российских элит это такая низкая тварь, что даже утопая в реке, российский элитарий не подаст ему руку. 😀

Как-то не приходит нашим мысль, что деньги лучше всего создавать из воздуха. Но НЕ безудержной печатью национальной валюты, от которой потом инфляция.

Деньги из воздуха надо создавать раздутыми оценками капитализации публично торгуемых компаний. Все богатые страны по мере сил соревнуются именно в этом, именно такими пирамидами.

На вырученные деньги потом можно накупить по всему миру папуасов, и платить им не нефтью и золотом (которые редкие и ценные), а фантиками на собственной бирже.

Беда в том, что мы вот нашу МОЕХ-пирамиду развивать не хотим. Не имеем ТАРГЕТА, скажем так. И даже направления не имеем.

Да и вообще, как-то это всё бездуховно, да? Нет в этом коллективной жертвы. Нет общего строя, в который надо встать. Какая-то чушь, акции-шмакции… Это всё зачем российскому человеку? Нам это не надо.

Мы не имеем «таргета» и не имеем цели, и для развития нашей «пирамиды» ничего не делаем.

По итогу в нашей «пирамиде» никто не хочет участвовать, и наши фантики стоят дешевле говна, и никто в них не верит, и мы не можем ими расплатиться (напрямую или через деньги) — мы вместо этого на решение вопросов тратим природные и административные ресурсы.

У нас люди не хотят делать паблик бизнес, в этом нет перспектив (нет рынка, нет бабок). Зачем тебе делать у нас бизнес, если провести IPO и нажить себе в карман бабла всё равно не выйдет?

Талантливый предприниматель пойдет делать бизнес туда, где уважают его желание озолотиться. Где все в едином порыве — нет, не коллективную жертву во имя братского народа приносят — а в едином порыве ПАМПЯТ СРАНЫЙ РЫНОК, насдак и снп, то есть, создают вэлью из воздуха. От Сitibank до Трампа. А уже из этих денег хоть Майдан финансируй, хоть Тайвань.

Отдельные умельцы создают триллионную компанию по запуску залупы на Марс, которая (очевидно) никогда не состоится, но это и не нужно, главное, что есть ВЕРА. И общая идея.

А куски этой веры/идеи ты уже можешь продать за РЕАЛЬНЫЙ КЭШ, реальных живых людей привлечь на свою сторону.

С капитализированных компаний можно взять налоги, с граждан-инвесторов можно взять налоги, и на эти бабки уже можно и самолеты, и снаряды, и всё что хошь сделать. Вот как важны функционирующие рынки.

Туда все бегут, потому что там есть идея. Заключается она в том, что нам всем надо жить богато и кушать вкусно.

Здоровый финансовый рынок это вопрос национальной безопасности, но мы пока ещё этого не поняли. Это даже в очень «коммунистическом» Китае давно поняли, а у нас не поняли.

Можно посмотреть членов Политбюро 2.0 и прикинуть, какая их часть реально зависит от стоимости российских компаний на бирже.

Сами можете убедиться, что среди наших лидеров (реальных, у которых в руках власть) количество держателей акций в качестве основного дохода стремиться к гулькиной писе.

Превалирующее большинство зарабатывает с расходов, а не с доходов. И пока это так, падение рынка не будет являться шоковым фактором для власти. Никто на это не обращает внимания, именно с точки зрения стратегии развития моей любимой Российской Федерации.

Да-да, когда-то очередь государственного приоритета дойдет и до рынка, когда цели и задачи будут достигнуты и т.д. и т.п. А пока мы только и можем, что покупать весьма дешевые бумаги. Чтобы затем весьма долго ждать их «оживления», чтобы в очень дальней перспективе стать очень-очень богатыми.

Что ж, это не самый плохой вариант, но мы, знаете ли, хотели бы как-то немножко пораньше. Желательно, до пенсии.

Тг Антонов такой Антонов
Размещено через приложение ЯПлакалъ