Пуся

Собакочетверг же и всем, кто еще не успел пообедать в назидание - рассказ.

Автор - Наталья Иванова

Вчера укрывала кусты и молодые саженцы на зиму. 15 шт. Ничего не ела весь день, только чай. Надо было засветло успеть, и кормушки зимние поставить, и замотать стволики, чтобы перезимовали. Не день, а сплошные испытания. На обратном пути зашла в магазин, стою в кассу, а передо мной мопс стоит. В вязаной жилеточке. На жилеточке тряпочка нашита, написано "Пуся".

Тут Пусина хозяйка приходит с корзиной еды. Берет она Пусю на руки. Мы стояли тут, говорит!
И Пуся на меня смотрит так гордо, с высоты хозяйки, стояли, да! Хорошо, говорю. А я устала так, давление упало, есть хочу, нет сил спорить и тд. Жизнь одна и так мало времени для радости.

И тут наша касса зависает, к нам бежит Галя, начинает что-то нажимать, мы все стоим ждём. А у меня аж в ушах свистит, и в глазах искрит, как я устала. И я беру, открываю пакетик с булочкой "конвертик грушевый" и кусаю большой кусок.

Ээээ! – Говорит возмущенно Пуся. Гляньте, граждане, чо дееется! Прямо у кассы, из пакетика, булку откусывают!
И хозяйку свою лапой так тыц, смари, мол, чо! Хозяйка смотрит и говорит, а вот мы домой придем и тоже покушаем, Пуся. Мы дома кушаем, а не в очереди в кассу!

А я устала, сил нет ответить даже, объяснять что-то там и тд. Жизнь одна, и так мало времени для радости. Поэтому я сырок творожный распаковала и откусила тоже. А то аж руки трясутся. 15 кустов укрыть, это знаете ли сильно, каждый куст же надо обвязать, потом лутрасил и вообще... сдохнешь тут, пока там Галя кассу отвисает.

Йоооо! – Кричит Пуся. Вона чо она! И сырок ест! Смарити все!
И видно, что Пуся тоже хочет сырок.
А вот мы до дома потерпим, да, Пуся, говорит хозяйка. Мы терпим всегда до дома, да?

Я спокойно доедаю себе сырок, и Пуся уже не особо терпит, потому что тянется к корзинке , где ещё сырки и всякое вкусное.
Галя жмет на кассу, касса выплевывает какие-то пустые чеки , мы стоим.

Мне немного лучше после сырка и булочки, но я еще беру маленький иммунеле, открываю и пью. Потому что, зачем мне лишние испытания.
Ааааа! – Вопит Пуся. Я тут до дома терплю, как не родная, а она ещё и пьёт тут не знаю, что это, но тоже хочу!
А вот мы всегда до дома терпим и дома едим! Говорит хозяйка. И пьём дома!

Бедные, говорю я. Хочешь кусочек булочки, спрашиваю я Пусю. Тут без варенья остался уголок. Тебе можно? Дааааа! Орёт Пуся. И показывает, толкаясь ногами, что она переезжает жить ко мне. И тут отвисает касса, и я достаю копчёную куриную ногу в упаковке и кладу её на ленту.

Аммм! Орёт Пуся, уверенная, что ногу я тоже, прям у кассы, сейчас же начну есть.
Можно ей кусочек булочки? Спрашиваю я хозяйку.
Маленький, да, сдаётся та. Пуся сметает булочку и всем видом говорит, что хозяйка ей больше не родная мать, а Пуся есть сирота. И она согласна ехать ко мне в дом, особенно, если ещё и нога тоже с нами поедет.

Мы вот уже сейчас, сейчас идём уже! Говорит хозяйка Пуси, и начинает выкладывает пакетики Гале на кассу. Но Пусю было уже не унять. Она рассказывала, что её обманывали всю жизнь, и говорили, что в магазине есть нельзя, а вот та тётя ест, а Пуся - нет, и надо немедленно звонить в опеку и в ООН, и высылать уже делегацию, тут собака помирает от голода в очереди в кассу, а мировое сообщество молчит!
Ая? Страдала Пуся. Ая?

И вся очередь прям прониклась, и да дайте ей кусочек какой-нибудь, сказала очередь. И хозяйка сказала, ну сейчас, и дала Пусе какую-то палочку сушеную, для собак, я и сама без обеда, сказала хозяйка, и я без обеда, сказала Галя. И многие в очереди начали хрустеть, и распаковывать что-то, и это есть.

Потому что жизнь — одна. Так мало времени для радости. И нам не нужны лишние испытания.

Орфография и пунктуация автора сохранены