КОКОС 2022. Читаем работы

1)Сон, после которого я немедленно выпил.

- Да, мистер Уилсон. Я тотчас приглашу миссис Уилсон, сэр!
- Господи-распрогосподи, да иди ты уже за ней, пока я не сдох!
- Сию секунду, сэр.
- Билли, милый?
- Луиза, я, кажется, умираю!
- Ты поправишься, дорогой. Это просто кризис. Дай поправить твою подушку.
Мисс Лоунс, надо следить за подушкой, посмотрите, ему же неудобно.
- Да брось ты её к чёрту! Я уже точно подыхаю, мне нужно…
- Не говори так, милый! Чем тебе помочь?
- Мне уже не помочь. Теперь я хочу просто выпить. Мне нужен виски, и в путь!
- Этого совершенно точно не будет, мой милый. Никакого алкоголя.
- Чёрт побери! Луиза! Это что, месть за любовницу? Но это же для имиджа! Она и пальца твоего не стоит! Распорядись принести мне стаканчик! Мисс Лоунс, стакан виски, и я отправлюсь в ад с бодрым сердцем.
- Тебе нельзя так много говорить и нервничать. Мисс Лоунс даст тебе микстуру.
- К чёрту микстуру! Мне. Нужен. Виски. Всего стаканчик виски! Один! Пусть продерёт моё разнеженное горло!

- Я буду непреклонна, милый. Это сведёт к нулю твои тридцатисемилетние усилия.
- О, господи! Лучше б я основал общество самоубийц, а не анонимных алкоголиков…
- Билл! Билли! … Билли? Ох… Мисс Лоунс, принесите телефон. Мистера Уилсона больше нет с нами.
Это сообщение отредактировал Gesheft - 27 авг 2022 в 13:08

2) ЛЕТО БЕЗ ГАДЖЕТОВ

– Вадька, выходи! – разнёсся звонкий крик над пятиэтажками.
Во двор вылетел белобрысый мальчуган.
– Что долго?
– На иголку наступил. – Вадька гордо показал красную точку на ладони. - Мама сказала, если игла пройдёт по вене до самого сердца, то умрёшь.
– Знаю. – отмахнулся Санёк, ему не терпелось поделиться тайной с лучшим другом. – Я что позвал – айда на пустырь искать клад!
– Какой клад?
– Фотоаппарат. Только никому! – он понизил голос до шёпота. – Кто-то из старшаков там зарыл фотоаппарат. Но не простой. С красной плёнкой. Если щёлкаешь, то все голыми получаются.

Санёк замолчал, наслаждаясь эффектом, а в голове у Вадьки шарики тёрлись о ролики, а ролики скрежетали о подшипники.
– И Ирку из девятого можно сфотать?
– Да.
– И училку нашу Яну Петровну?

Вадька чуть призадумался, представляя географичку у доски.
– Да, но лучше девчонок в раздевалке. Представляешь – заскочим, щёлк-щёлк и у нас куча фотографий.
– Пойдем быстрее.
Друзья заспешили на заветный пустырь.
Просто так идти было скучно.
– Кто на чёрточку наступит, тот Ленина не любит, – начал прыгать Санёк.

Асфальт плавился под жарким солнцем и загар лип на мальчишеские икры, а впереди была долгая счастливая жизнь без гаджетов.

3) Тупой

Я - тупой. Все говорят, что я тупой. И я им верю. Потому что. Всем виднее. Они же с разных сторон на меня смотрят. А я - только изнутри.
Волосы мне никто не стрижет, потому что. Если ко мне кто-то прикасается, я кричу и падаю на землю.
Когда я пробую сильно о чем-то думать, в моей голове словно кто-то раскручивает полведра воды. Мои глаза из-за этого пытаются заглянуть в центр черепа, а рот открывается. Тогда я ухожу от людей в самый дальний угол и избегаюсь.

В мае в класс пришел Бородатый Не Наш и сказал, что самых умных на все лето заберет в Лагерь. В Ебибит.
Я так разозлился на себя, что украл у ГаБы ножницы и состриг себе все волосы.
Тогда Бородатый Не Наш спросил, зачем я это сделал. Я сказал: «Из-за волос людям неясно, что в моей голове. А теперь стало легче. Мои мысли понятны и не стыдно. Потому что вот он я, весь на виду!

И тогда меня на все лето взяли в Лагерь!
И мы ели чурчхелу из мяса. Она называлась «юляки баб». И плавали в море. И вокруг было много картинок и ни одной знакомой буквы, которая хотела бы мне что-то сказать. От этого слова становились просто красивыми узорами. Не давили и не требовали.
Вчера мы вернулись.

Знаете, что такое лето? Лето – это маленькая жизнь.
Сегодня я немножко умер.
Это сообщение отредактировал Паласатое - 27 авг 2022 в 17:44

4) Memento

Тёплый летний вечер нехотя умирал. На краткий миг Анне показалось, что она умерла тоже.
— Да, папочка, да-а!
Закусив губу, она выгнулась дугой, насколько позволяли наручники, стараясь удержать в себе сладкую волну, и обессиленно откинулась на влажные простыни.

Не зря, ой, не зря Марк купил дом в этой глуши. Здесь можно было заниматься любовью где угодно, хоть на крыше, никто слова не скажет. Ни души на день пути. Никто не услышит, как кричит Анна, когда Марк толчками двигается в ней, даря такое наслаждение, о котором в душном городе, полном завистливых людей, она могла только мечтать.

Никто осуждающе не сложит губы куриной гузкой, увидев взгляд Анны, адресованный любовнику, никто не нахмурится брезгливо, увидев, куда она залезла своей узкой ладошкой с аккуратным французским маникюром.

Анна чувствовала, что Марк всё ещё в ней. Повязка закрывала ей глаза, она не видела его лицо.
— Я говорила, что для своих 59 ты слишком активен, милый? Мне кажется, ты когда-нибудь затрахаешь меня до смерти.

Она улыбнулась.

— Марк, слезь с меня уже. И сними наручники, я сама не дотянусь.

Анна сморщила лоб, пытаясь стянуть повязку.

— Марк? Марк…

Вечер мигнул закатом и тоже умер окончательно.

5) Вечер

Ясный летний вечер опускался на окрестности. Птицы подавали последние короткие трели и свисты, гнездясь на ночь. Насекомые, еще недавно надрывавшиеся стрëкотом, лишь изредка шуршали в траве да запоздало проносились над полем. И только вдалеке едва слышались радостные голоса детишек, не желающих покоя и радующихся вечерней прохладе.

"Тррр-трррр-трррр-шшшурхххх" — стайка из десятка жуков-древоточцев с громким шуршанием устроила свадьбу вокруг старого пенька . Отливая вороненой чернотой крылышек, они перелетали с места на место и быстро разбегались от света фонарика.

Где-то в зарослях встревоженно застрекотали дрозды. И тут же угомонились, словно чувствуя торжественность тишины.

Все замирало и засыпало крепким сном. Легкий ветерок мерно убаюкивал листву темного леса, принося с поля острые и крепкие ароматы.

Первые яркие звездочки робко засветились сквозь редкие, полупрозрачные , словно дымка, облачка. Луна важно светилась круглыми сырными боками. Мир замер, окутавшись глубокими сумерками.

— ААААААА, блядь!!!! — тишину разорвал полный отчаяния и боли, во всю мощь молодых легких, вопль.

И снова все стихло. На округу легла теплая августовская ночь.

6) Подсолнухи

– Зачем мы сюда прилетели? – Мия осматривала промёрзлую безжизненную поверхность спутника, находящегося в тени огромного газового гиганта.
– Ты же хотела провести незабываемое лето? – Марк таинственно подмигнул. – Просто чуток подожди.
Девушка кивнула головой.
– А сколько жда…
И тут из-за горизонта выплыло огромное солнце. Мия отвернулась. И увидела необычайную картину.

От земли валил пар. Она стремительно таяла и из неё вверх сотнями ударяли хрупкие на вид прозрачные жгуты, на концах которых раскрывались ажурные зонтики.
– Этот спутник находится в тени почти весь местный год, который длится двенадцать часов, – пояснил Марк. – И лишь раз в году на шесть минут его поверхность освещается солнцем и тут наступает лето.
– Они живые? – Мия легонько коснулась ближайшего зонтика.
– Живые, только это не белковая жизнь, а кремниевая.

Парень копнул грунт около жгута, вытащил едва светящийся камушек и вложил девушке в руку.
– Сувенир на память – батарейка, куда они запасают энергию, чтобы дожить до следующего лета.
Тем временем солнце скрылось, земля мгновенно замёрзла и «подсолнухи» осыпались невесомой пылью.
– Да… Незабываемое лето, – улыбнулась Мия, баюкая в руке подарок.

7) Убить_паука_к_дождю

Эй ты! Да, именно ты! Я так давно ждал этого часа. Наконец-то моё ожидание окончено.
Вспоминай.

Лето 1982, дом бабушки, впереди ещё два месяца каникул и вся жизнь. Ты бежишь во двор и замечаешь большого паука на полу. Это была моя бабушка, годами спасавшая дом от мух и комаров. Она ежедневно повторяла: «Нужно быть добрее к людям» и воспитывала меня с тех пор, как ваш кот съел мою маму.
Как ты ей отплатил? Издав истошный вопль, с силой, достаточной, чтобы убить всех насекомых в радиусе пяти километров, ты втоптал её тело в доски пола.
Я сидел в паутине над шкафом и ничем не мог помешать. С тех пор меня преследует вид грязной лужицы, размазанной между досок — это всё, что осталось от неё.

Я должен был отомстить. Я забрался в твои вещи и вернулся с тобой в город. Я жил рядом все эти годы, наблюдал как ты рос, я видел все гадости и дрянь, что ты творил, пока никто не видит. Я не мог отомстить, не подав знак. Я учился. Наконец, я готов! Радости нет, только усталость и холодная ненависть.

Теперь, шаря рукой по стене в поисках выключателя, вставляя ногу в обувь или залезая под диван, знай: Я ЖДУ ТЕБЯ!
Я уже свил гнездо под твоей кроватью. Как-то ночью, я заползу тебе в ухо, прогрызу перепонку и отложу яйца.

8) Не спать!

Я задумчиво смотрю в окно.
Сквозь алмазной чистоты стекло умилительный пейзаж представляется картиной. Оконная рама тёмного дерева усиливает впечатление.
Дворик сияет каштановыми свечками, ажуром цветущих лип и почти идеальным газоном. Солнце, опираясь на облачную рябь, подсвечивает безмятежный уют.

- Кровь! Надо остановить кровь, - хнычет Серёжа. – Иначе мне конец!
Димка бестолково суетится, пытаясь завернуть пальцы в некую магическую конструкцию.
Карина скорбно молчит, хлопая кущами наклеенных ресниц.
Я улыбаюсь им и отрицательно качаю головой. И шепчу заклинание – «незачёт!».

Серёжа обессиленно затихает. Карина падает в обморок. Димасик наконец вывихивает палец и, морщась от боли, жалобно подвывает.

Я невозмутимо иду «сквозь» них. Их песенка спета. Всё справедливо.

Как истинная ведьма я дала им шанс – загадала «загадку». Что вполне милосердно по отношению к юным невеждам.

Учи они анатомию – вполне бы справились с остановкой кровотечения из бедренной артерии.
Муляж Серёжа «погиб» по их вине.

- Подводим итог! Непригодны продолжать учёбу и не допущены к летней практике – лишь Дима и Карина. Остальных ждёт работа на подстанции «скорой помощи». За мной!
Это сообщение отредактировал Gesheft - 27 авг 2022 в 13:19

9)Последний поход

Пехотным штыком он отрезал куски вываленных наружу чёрных изъязвлённых кишок и вкладывал в подставленные миски, котелки и сложенные лодочками ладони. Иногда дряблая плоть не поддавалась затупившемуся клинку, и тогда он методично пилил, сжимая зубы от боли. Безногие, безрукие, безголовые, погружая в остатки своих тел полученный дар, преображались.

Сковывающая дух пепельная корка трескалась, осыпалась и наружу вырывалась едва видимая тень, которая под лучами всходящего солнца наливалась, обретая объём. И вот очередной кирасир, гренадёр, артиллерист или пехотинец вставал в бесконечные стройные колонны. Они стояли и ждали. Ждал Маренго. Ждали сохранившие верность маршалы. Ждал с занесёнными палочками мальчишка-барабанщик.
Ждали, что сегодня он поведёт их в последний поход.
Но он проснулся.

Встал с постели и, держась за живот, подошёл к окну. Серые волны мерно катились из ниоткуда в никуда в предрассветных сумерках.
Солдат в красном мундире принёс завтрак: овсяную кашу и чай.
Стекло привычно хрустнуло на зубах. Осколок был настолько крупным, что он даже рассмотрел его на просвет. Потом усмехнулся и быстро проглотил – его ждали и следовало поторопиться.

10) Зайка

Сквозь щербатую дверь сарая сладко тянуло крапивой и иван-чаем.
-Отойди, Зайка! Ну же!
Пашка засмеялся, пряча загорелые руки от шершавого языка. Не давая пройти к двери, корова снова ткнулась лбом в грудь парня и громко замычала.
- Ты чего, заболела ли?
Приложив ладонь к влажному носу коровы, Пашка огляделся. Всё как обычно. Только шорох какой-то, словно камушек упал. Наверное, пацаны на речке "блинчиками" балуются, а он здесь. Пашка представил как ныряет в прохладную воду, разгоняя с волн сверкающие блики солнца.
- Всё хорошо, Зайка, скоро мамка придёт.
Потрёпывая преграждающую путь корову за белые уши, Пашка пробрался вдоль стены к двери и толкнул её наружу. Корова протяжно замычала и в хлев ворвался палящий луч солнца.

Ацак добежал до укрытия, и не выпуская винтовки из рук, опустился на землю. На щеке убитого им шурави дрожал крохотный солнечный зайчик. Отдышаться и идти дальше. Только не спать.
За окном звенели струны рубаба. Нежная мелодия, как гюрза, скользила между кустарников, стремясь к окутанным облаками хребтам Гиндукуша.
- Возьми наан, брат. И никуда не ходи.
Голос сестры звучал тихо и робко. Ацак взглянул на горящее за её спиной солнце и сделал шаг вперёд.

11)Портал

Случилось так, что летом наш цех переехал на второй этаж фабричного корпуса. Наш директор так решил сэкономить на аренде, чем подкинул нам проблем. Дело было в том, что в лифт помещались не все рулоны с плёнкой, нужные нам для работы. Весь материал шире трёх метров теперь нужно было подавать в окно.

Мы сварили крепкий приёмный столик и придумали мосток с гладким покрытием, который выставляли прямо на подоконник. Первый же подъем показал, что процедура эта очень неудобная и опасная. Тогда в процессе подъема один из парней мечтательно сказал: «Вот был бы у нас портал, через который рулоны сами залетали бы в окно!» Так и стали называть эти подъемы – порталами.

Водителя нашего манипулятора звали Саша. Как-то в очередной портал нужно было поднимать пятёрки, это самые здоровые рулоны весом 130 кг. Подали две нормально, а у третьей в процессе подъёма отвалилась торцевая крышка и рулон, выскользнув из тубуса полетел в ту сторону, где за рычагами стоял Саша. Рулон ударился торцом прямо за его пятками и благополучно завалился вдоль борта никого не задев. После чего Саша обернулся и простодушно спросил: «Парни, я вам ничего не сломал?» Такого хохота я не слышал больше никогда в жизни.

12) Бледно-зелёная чаша

Я всмотрелся в переливы бледно-зеленых пятен на чёрном фоне. Они двигались, обретали форму и цвет.
«И я задаюсь вопросом, случайные ли импульсы зрительных нервов или это картина в моём воображении… и насколько глубоко я решусь войти в это состояние и воспользоваться свободой… и я лечу в прошлое, в глубокое прошлое. Я лечу в Грецию, где есть всё»

Из мутного облака показалась голова:
- Предположим, что не всё.
- Мой мир, я здесь царь и бог! Кто ты такой, чтобы спорить? - вскипела мысль.
- Я - Сократ.
- Постой, тебя же за юношей… старый развратник!
- Бессовестная ложь. Я учил их подвергать всё сомнению, если ты человек, а не тупая скотина. Всё, даже существования бога.
- Богохульник, ты оскорбляешь чувства верующих!
- Грех обижать убогих разумом, а среди моих учеников таких не было, я не позволял мерзавцам и дуракам делать их такими.
- Как же жить без веры?!
- Так же, как и без сомнений. Ноль сомнений после нуля размышлений — вот ваш идеал веры.
- Развращал опасными идеями! Выпей яду!
- Я готов.
- Но почему не выбрал изгнание? Путешествовал бы…

Горький глоток, просыпаюсь в реальность через образовавшуюся дыру.
«И я задаюсь вопросом, стало ли моё сердце горячим и тяжелым или это самообман»

13) Sex_death_nigtmare

Угольно-чёрный поезд уносил Эго к свободе, разгоняя клочья гнилого тумана. Под змеиное шипение пара и злой перестук колёс, длинное, лоснящееся от влаги тело паровоза вылетело на поросшую редкой травой равнину.
Земля содрогнулась. От края до края горизонта, медленно, вздымая к облакам тучи пыли, восстала стена, перерезав полотно пути. С истошным лязгом сцепок состав влетел в каменный монолит и… растворился в звонке будильника.

Она вошла в его сны в образе хрупкой девушки и моментально подчинила, открыв запретные грани секса. С тех пор каждую ночь Эго ждали управляемые наслаждения: фантастические, неправдоподобные, преступные, запредельные, с единственным условием — умерев во сне умрёшь навсегда.
Никто не знал о его тайне.

Лишь постарев на десять лет за год он догадался, что его жизнь пьёт суккуба, а единственный путь к свободе — Чёрный поезд. В каждом сне он отходил точно по расписанию, но она не желала отпускать. Сны о тщетных попытках побега превратились в смертельную игру, где сигнал будильника — гарант жизни.

* *
Мать заглянула проведать забывшегося тревожным сном сына. Вздохнула:
- Выспаться бы ему, — и... унесла часы.

Утро. Он спал тихо, почти не дыша. Почти?

14) Помолимся о Мэри Энн

Люси наблюдала за работающим в саду Нилом. Образцовый муж и гражданин с достоинством английского пэра поливал такие же безупречные, как и он сам лилии. Неделя - две и болезнь заберет её. В похоронном зале, украшенном белоснежными цветами, Нил произнесет речь о невосполнимой потере и коснется холодной руки Люси. Идеальный вдовец.

Через месяц он закроет на ключ её комнату, зимой баллотируется в мэры, а спустя пару лет снова женится.

От яркого солнца на глазах выступили слёзы. Обессиленная, Люси прислонилась к стене.

Грешники умирают летом под весёлый щебет птиц, жадно вдыхая густой аромат перезревших персиков. Как Мэри.

"Помолимся о пропавшей Мэри Энн и она к нам вернётся". Враньё! Полвека прошло и где она?! Тогда на службе Нил выглядел несчастным как никогда..

Она щёлкнула замком секретера и достала старую газету с объявлением о пропаже. С пожелтевшей фотографии на неё смотрела миловидная девушка в жемчужных бусах.

" Полицейскому управлению Гринстоуна.

3 мая 1950 года я- Люси Паркер убила любовницу своего мужа.."- закончив писать, Люси вложила в конверт нитку жемчуга и запечатала.
Фигура Нила потеряла безупречные очертания и бесформенным пятном стекла на землю.

15) Сон Петрищева

Дул холодный северный ветер. По подоконнику стучали крупные градинки. Петрищев только что проснулся. Он встал с кровати и нессамши налил и выпил 100 гр водки, хлебнул из открытой бутылки вчерашнее пива со стола, теплое и противное.
— Да гуси-лебеди, приснится же такое!
Во сне Петрищев шел по кукурузному полю и срывал початки. Один початок срывает, другой примечает… Принес домой початки, стал варить. Тут звонок в дверь: на пороге стояла его бывшая жена с авоськой.
— Ах ты сука, ты че сюда приперлась? Я только кукурузу поставил, и сразу ты запах почуяла, и пришагала. Думаешь, я тебе угощу? А вот хер тебе, а не кукуруза.

Петрищев захлопнул дверь и пошел на кухню. Пахло шикарным ароматом. Петрищев взял вилку и открыл крышку. Но кукурузы в кастрюле уже не было.
— Вот мразь! — воскликнул Петрищев.
Он выглянул в окно. Его бывшая жена тащила авоську с дымящейся кукурузой. Его кукурузой!

Петрищев схватил с подоконника гантель и кинул в женщину, но промахнулся и попал по Опелю прямо в лобовуху.
За дверью послышались шаги. «Это владелец опеля» — понял Петрищев. Он вышел в окно и слез по водостоку. Петрищев забежал в ближайший лес. Там он увидел берлогу, а в берлоге сидела жена и ела кукурузу.

16)Кошмар

Максу снова снилось, что его везут после аварии.
Каталка остановилась, и доктор, вместо осмотра вдруг протянул ему руку для рукопожатия. Ничего не оставалось, как протянуть свою.
Он выпростал руку из простыней, и доктор крепко ухватил её, помогая Максу встать. Макс возмутился - попавших в аварию нельзя поднимать без осмотра. Но потом он сообразил, что подал доктору правую руку.

Свою правую руку! Вырвав руку из докторской он уставился на неё. Знакомые с детства дактилоскопические завитки так растрогали его, что на глаза навернулись слёзы. Макс сжал кулак, чтобы почувствовать свои пальцы.
Значит, аварии не было? Всё было просто сном? Свежая культя у локтя, примерка протеза - всё приснилось?
Слёзы потекли по щекам, и Макс проснулся.

Он прищурился, чтобы разглядеть светящиеся цифры на ногте большого пальца. Три часа ночи. Подумав о шторе, Макс щёлкнул пальцами. Вместе со шторой в спальню опустился непроглядный мрак, в котором едва заметно помигивали индикаторы киберпротеза.
Потрогав его надёжную прохладу, Макс «подумал» протезу, подобрать себе новый блок распознавания объектов.
- Приснится же, - успокаиваясь прошептал он, - живая рука. Да нахрен бы она сдалась?

17) Список

Солнцезащитные очки. Крем от загара. Шлепанцы. Пляжные шляпы. Раскладные шезлонги. Пляжный зонт. Ящик со льдом. Вино. Пиво. Водка. Шампанское. Коньяк. Соки. Газировка. Свежие овощи. Сыр. Копчёная колбаса. Хлеб. Яйца. Соления. Соль. Сахар. Крупы. Приправы. Консервы. Топор. Пила. Саперная лопата. Раскладной столик и стулья. Туристические сидушки. Кухонные ножи. Кухонная доска. Одноразовая посуда. Кружки. Рюмки. Жидкость для растопки. Дрова. Спички. Шашлык. Шампура.

Надувная лодка. Ремнабор. Мультитул. Удочки. Наживка. Котелок. Сковородка. Набор продуктов для ухи. Чайник. Чай. Кофе. Термос. Печенье. Варенье. Конфеты. Маска и трубка для подводного плавания. Ласты. Надувные матрасы. Полотенца. Запасные плавки и купальник. Веревка для тарзанки. Твистер. Мяч. Бадминтон. Волейбольная сетка. Карты. Бумага и карандаши. Фотоаппарат. Книга. Журналы.

Гитара. Губная гармошка. Запасная одежда и обувь. Непромокаемая куртка. Аптечка. Повербанк. Мобильник. Мыло. Шампунь. Моющее средство. Пакеты для мусора. Гигиенические салфетки. Палатка. Тент. Туристические коврики. Спальники. Презервативы. Фонарики. Репеллент. Туалетная бумага. Минералка.

18) Сикеру погибающему

- Только сунь свой длинный нос… - не оборачиваясь, проворчал Вседержитель и расправил поля панамки. В краю вечного лета стояла совсем не райская жара. Запахи фимиама и подкисшего молока мешались в знойном воздухе.
- Воистину, оно безупречно! – воскликнул грациозный Зверь, склонившийся над Творением.

В золотых глазах Зверя от созерцания столь великой красоты выступили слёзы. Он нечаянно моргнул, и две горькие капли смутили кристальную чистоту.
- Ой! – только и сказал грациозный Зверь. От расстройства он высох и сморщился, сделавшись тощим дрожащим Бесом. – Прости, па…
Творец нехотя поднялся со своей лежанки на берегу молочной реки и склонился над поруганным Творением.

- Да будет так! – Вымолвил он, наконец. – Возможно, Творение сие было чересчур безупречным.
Глянув в спину уходящему Творцу, Бес сунул рыльце в Творение и уполовинил его одним глотком. Потом блаженно причмокнул и засеменил за своим Отцом.
- Так оно сделалось даже лучше, - размышлял он, предаваясь себялюбивым мыслям, - О-о, твари из тварного мира назовут его как-нибудь разэдак. «Слёзы Сатаны» - звучит ведь!

- Нет-нет, ты недооцениваешь их, - неожиданно рассмеялся Творец. – Они назовут его «Буравчик».

19) Житие мое

Летом всегда хочется перемен и я решил сделать этот мир лучше, но мне не дали. Вернее, дали... по рукам.
— Ты что, хочешь приравнять себя к богам? — Сказали мне, — сиди тихо в своей норке, а наружу только за хлебом. Ты страшный на морду и не имеет значения, что добрый внутри. И бабу себе ищи тоже страшную, ибо красивых мало, и потому они считаются народным достоянием.

Этот безумный мир именно так был задуман, всё просчитано в нём на века вперёд. Без жестокости, войн, катаклизмов и ледниковых зим, что с успехом выкашивали земную биомассу, он давно бы превратился в большую помойку, где на каждом клочке суши сидело бы с десяток озверевших и голодных особей. Так что не надо тут…

А я что? Я понятливый и быстро нашёл подругу, такую нежную и возвышенную, хоть и страшную. Предложил плодить себе подобных. Но она захотела красивого. Или хотя бы зажиточного, с яхтой. Мой электросамокат её не устроил.
И всё равно хочется кальвадо́са и обжигающего поцелуя, влажной загорелой кожи, запаха бриза и водорослей, хочется разного и много.
Думаю, всё сбудется, а пока сижу в компании жонглёра-неудачника и двух агрессивных нудистов. На столе пиво и вобла.

А мир жесток, и его переделка уголовно наказуема.

20) Маруся

В голове кто-то старательно орудовал отбойным молотком. Рот напоминал пустыню в жаркий полдень. Тело затекло так, словно я пролежал без движения целую вечность. Попытался пошевелиться и понял, что намертво прилип к какой-то клейкой, желтой поверхности. Пока прикидывал, что да как, кто-то совсем близко простонал - «помогите...».

Наконец я сумел поднять голову и оглядеться. Ужас скользким, холодным змеем проник в самую душу. Вся поверхность была усеяна прилипшими к ней людьми. Кто-то еще корчился и просил помощи, кто-то уже не шевелился. Рядом, почти касаясь меня, лежала какая-то толстуха. Внезапно, она захрипела и задергалась в конвульсиях, отчего все вокруг заколыхалось.

«Прости меня, Господи! Больше ни капли спиртного, клянусь!» - закричал я, дернулся... и проснулся. Увидел старые рваные обои, грязный, в желтых разводах матрас и прослезился, никогда еще убожество спальни меня так не радовало.

С серой от пыли люстры свешивалась черная от мух клейкая лента. Клей давно высох, как и мухи, которым так не повезло. Я посмотрел на ленту, вспомнил прошлое и опять заплакал. На этот раз горько и жалобно. Маруся — так звали женщину, которая эту ленту когда-то повесила.

21) У каждого своё море

- Справа по борту парус на горизонте! - крикнул матрос, свесившись с рея.
- Отлично! Рулевой, три румба вправо, ставь марсели! Да поживее, крысы трюмные, добыча уходит! - капитан глянул в подзорную трубу и хищно улыбнулся.
- Есть три румба вправо! - повторил приказ рулевой и лихо крутанул штурвал.
- Вот я вам сейчас устрою марсели! - гневно крикнул стоящий на берегу дед. - А ну марш с баркаса, шантрапа!

Грозные пираты в один миг снова стали двенадцатилетними пацанами и всего за несколько секунд, прошлепав по трапу босыми ногами, исчезли в прибрежных кустах. Дед еще раз прикрикнул на них, поправил старую засаленную фуражку и сам не спеша поднялся на борт.
Жаркое лето подходило к концу и вода в реке стала слишком холодна для купания — вот мальчишки и облюбовали старое судно для игр. Дед был даже не против, если бы не разбитый иллюминатор.

- Ишь, пираты, — буркнул он себе под нос и уселся в своё любимое кресло. - Насмотрятся ерунды в своем телевизоре.
Дед еще раз осмотрел в окно кусты, достал из кармана трубку, а с полки у кресла взял книгу. Раскурив от спички крепкую махорку, он пролистал вступления и начал читать с первой главы:
- Зовите меня Измаил. Несколько лет тому назад...

22) Иришка

Я держу тебя за руку, и всё расплывается
Успокой меня заново, мне ужасно нравится
Как ты выглядишь в этой нелепой шапочке Фонари затухают я держу тебя за руку

- Милая моя доброе утро как ты?
- Любимый у меня для тебя новость У нас будет ребёнок!
- Родная моя как же я рад! Ух ты это моё продолжение, если будет пацан, то буду с ним на рыбалку ходить, научу работать с инструментом, а если девчонка то научу драться чтобы никто не обидел. Иришка у нас будет ребёнок.
- Иришка, может тебе не надо ездить сегодня в Красноярск
- Нет мне надо, мне надо.

Она выпорхнула и запах её тела, духов. Шлейф и аромат чуть уловимый, но такой терпкий. Остался приятным послевкусием. Она мать моих детей моя половинка. Это продолжение меня. Сверчки и кузнечики орут с утра и сильный запах свежескошенной травы из открытого окна. Начинается лето и новая жизнь.
- Солнышко, а может я дома останусь? Так хочется ещё полежать обнять тебя

- Ну что ты милая тебе ведь надо ехать я тебя провожу и встречу.

Она ушла чтобы вернуться я всегда буду её ждать.

Сегодня 11 мая на трассе М54, произошло ДТП, все кто был в легковой машине погибли мгновенно, среди их, беременная женщина, таким образом, число жертв может составить более 4 человек.

23) Цвет морской волны

- Летняя ссылка в Тверскую область. У пацанов из компашки были Уралы. Летом ребята робили на комбайне, копили. Это ж особый шик, моцик у уважающего себя должОн быть. Цвета морской волны
Они выходили на вечернюю, уже прохладную улицу, пахнущую тёплой пылью и парным молоком. Выводили железных коней. Садили нас, девчонок, кого в коляску, а зазноб - вторым номером. Ездили к лесному озеру, пекли картошку, песни под гитару, столб искр от костра в чёрное небо сквозь иглы сосен, лягвы орут.

Было и потайное место - избушка сторожа на заброшенной маслобойке, рядом плотинка и развалюха мельница, омут с русалками и страшилки про домового, что обитает в сторожке. И жутко и интересно одновременно было среди корабельных сосен и разноцветного мха.
Конечно, всякие любови случались промеж нас, но чистое было и непорочное.

За мной ухаживал рассамый деревенский мачо и вот как-то подкатил он на своем Урале, а коляска полна ромашек, васильков и колокольчиков. Целая коляска цветов! Мои первые цветы.

- Ну что, отец, с днем рождения! 80 лет - не шутки. А я тебе. Урал восстановил. Цвета морской волны. Доставай из шкатулочки памяти драгоценную бусину - юность. Ну чего ты, батя, что за повод для слез?

24) Вселенная

Свернувшись калачиком и прикрыв хвостик опавшей листвой, она мирно дремала прямо на дороге. Ей снился дивный сон! Будто маленькая и озябшая, витает она в благословенных небесах. И никакая она не маленькая. Раскинувшись во всё небо, она снисходительно поглядывала свысока на чванливые моря и надменные океаны. Ибо была она куда больше их.

Безумный хоровод звёзд и галактик кружился в ней, раскрашивая безудержным весельем мрак бескрайнего космоса. Суетливые метеоры бросали распушённые хвосты и растворялись в её необозримых далях. Даже величавая Луна, бледнолицая спутница влюблённых, отражалась в ней махоньким блюдечком на огромном праздничном столе. Смахнув с небосвода хмурые облака, она сверкала мириадами огоньков и наполнялась величием. Всё, всё, всё, что явлено рукой Его, отражалось в ней, сверкало ночными огоньками и утопало в непознанной глубине глубин. Ибо была она Вселенной!

А потом торопливый, скрипучий башмак, не разбирая дороги, шлёпнул ей прямо по хвостику, прервав это удивительное сновидение.
Лужица проснулась, стряхнула с себя ночные грёзы лёгким ветерком, угомонила мятежную рябь и заблистала удивительными огоньками в лучах юного солнца.