Операция в донецком аэропорту, Взгляд с Путиловского моста

Четырнадцатого сентября шел тяжелый бой в донецком аэропорту. Практически весь день военный корреспондент Бен следил за развитием событий с Путиловского моста.

Проблема аэропорта не дает покоя бойцам и жителям ДНР уже несколько месяцев. На совести карателей, засевших там, целое кладбище мирных граждан Донецка.
Все, чьи дома лежат в руинах, в чьи дворы почти каждый день залетают смертоносные гостинцы, осаждают бойцов ДНР одним вопросом:
©Ridus.ru

Цитата

«Когда же вы их наконец выгоните оттуда?». Но выгнать не получалось. Последний раз, 11 сентября бои под аэропортом обернулись тяжелыми потерями: погибло трое прекрасных солдат, за чьи жизни не могла не наступить расплата.

Возмездия ждали со дня на день. После очередного обстрела украинской артиллерии 14 сентября, час отмщения настал. Армия ДНР решилась пресечь террористические атаки на северные районы города. Пропустить этот момент было нельзя.

Я прибыл к Путиловскому мосту около 10 часов утра. Завязывалась артиллерийская перестрелка. Жду. Прошло больше получаса и вдруг, вымахивая по метру на каждом шагу, в расположение влетают разведчики. Я встречаю знакомое лицо того парня, Димы, который ангелом-хранителем берег меня на предыдущем задании.
Тогда мы не успели обменяться телефонами.

Не успели и сейчас: Дима убежал за снаряжением. Командир срывает голос: у всех должно быть по максимуму боекомплекта. За плечами почти у каждого гранатометы. Командир повел свою разведку сам, а остальных бойцов он будет вызывать, находясь на переднем крае. Взвод за взводом уходили они на мост. Двигались аккуратно, перебежками: здесь работают снайпера карателей. И 11-е число уже показало, как они работают.

Около полудня взобрался на Путиловский мост и я. На легковых машинах, на микроавтобусах, на грузовиках летели мимо бойцы разных подразделений в сторону аэропорта. Прошло несколько бронетранспортеров и танков. Наша артиллерия не переставала отрабатывать позиции противника. Ближе к часу дня, отстреляв боекомплект, орудия потянулась назад. Зеленка у аэропорта уже вся трещала в автоматном и пулеметном огне.

Тем временем снова заговорила артиллерия противника. Снаряды пролетали над головой и летели в город: агонизирующая группировка у аэропорта продолжала свое черное дело. Быть может, они и пытались попасть по нашим колоннам, по расположению и даже несколько раз клали рядом (например, один снаряд «града» разорвался метрах в 30−40 от укрытия, где я был), но, как обычно, большая часть гостинцев от Порошенко летела в ненавидимые украинцами жилые кварталы города.

С Путиловского моста мы могли только наблюдать за происходящим. Видели, как в середине дня черный дым стелился над аэропортом, как одна за другой проскакивали туда подкрепления и как обратно выезжали кареты скорой помощи. Такой бой не мог обойтись без потерь: полагаю, что число раненых с нашей стороны измеряется десятками.

В перерывах между обстрелами иногда и к нам залетали шальные пули. Впрочем, ничто не помешало некоторым особо отчаянным местным жителям попытаться пройти вдоль линии огня по своим домашним делам.

Видели мы на мосту двух бабушек. Одна с той стороны шла с осколком в животе, мерно помахивая палочкой (я помог довести ее до расположения, где ей оказали медицинскую помощь). Другая, уже вечером, шла на ту сторону домой, и остановить ее было трудней, чем украинский танк. Она попрощалась обескураживающим: «До завтра, ребята».

— Куда? — недоумевают наши бойцы, завидев посреди боя гражданскую машину.
— На Спартак, — как ни в чем не бывало отвечают обыватели.
— У тебя голова на месте, по линии огня разъезжать собрался?
— Но…
— Дергай отсюда!

На Путиловском распоряжался человек, который остался здесь, отказавшись от госпиталя. 11 сентября он был ранен под аэропортом на переднем крае. По-отечески он берег своих людей и постоянно одергивал меня, запрещая вылезать за интересными кадрами. Может, поэтому я так ничего и не снял, но остался цел и невредим…

После обстрела он звал меня так: «Кино! Ты где? Цел?» или (до обстрела): «Кино, а ты знаешь, куда бежать?» — «Я?» — «Ну не я ж здесь новенький». С бойцами он тоже деликатен: «А ты иди с пулеметом к бойнице. Только аккуратней». Боец медлит… «Но к бойнице… но аккуратней».

К вечеру стало ясно, что наши зацепились за аэропорт. Артиллерийская пальба отдалялась. Машины с личным составом потянулись назад. И все же украинские орудия продолжали огрызаться.

— Ще не вмерла Україна? — отзывается старшой на этот гул. — Ничего, мы ей поможем: чтоб уж вмерла.
Эти слова не показались мне неуместными, пока я смотрел на поднимавшийся от жилых кварталов дым.
— А у них грошей нема на похороны.
— Ну, так их американцы закопают.

К вечеру бой стихал. Проезжавшие назад бойцы, говорили, что «операция закончена». Их голоса не звучали разочарованными. Впрочем об итогах, конечно же, судить еще рано.

Продолжение следует