Дело Лео Франка

26 апреля 1913 года в подвале карандашной фабрики был обнаружен труп 13 - летней девочки Мэри Фэган, работавшей на этом предприятии. Как установило следствие, она была избита, изнасилована и задушена петлей. По горячим следам следствие сразу же установило виновника преступления - управляющего фабрикой Лео Франка

По горячим следам следствие сразу же установило виновника преступления - управляющего фабрикой Лео Франка, выходца из богатой еврейской семьи.

29-летний Франк был богатейшим человеком в Атланте, выпускник Корнельского университета, любитель оперы и игры в бридж, председатель местной отделения организации «Бнай Брит», женатый на Люсиль Зелиг, представительнице одного из самых могущественных семейств в Америке, чьи предки основали первую на юге США синагогу. В Атланте Франк управлял карандашной фабрикой, на которой трудились по 13 часов при шестидневной рабочей неделе преимущественно несовершеннолетние девочки, среди которой и была Мэри Фэган.

Впрочем, Франк среди женского персонала своей фабрики был известен как сексуальный извращенец, предпочитавший совсем молоденьких девочек. Мэри Фэган, вероятно, не понимавшая своего счастья, и, честно выполняя производственные задания, отказывала Франку во всем остальном. Результат подобного заблуждения был понятен.

То, что в преступлении был замешан самый богатый в Атланте человек, вызвало страх у слуг закона. Мэр Атланты публично приказал шефу городской полиции: «Найдите преступника или будете уволены». Речь шла, разумеется, не о настоящем преступнике, а о том, кого можно сделать козлом отпущения.

Первоначальный подозреваемый, ночной сторож негр Ньют Ли, который обнаружил тело ребенка, был брошен в камеру, жестоко избит и многократно допрошен полицейскими. Однако, несмотря на пытки и избиения, он давал показания против Франка. Главный свидетель обвинения, также чернокожий, рабочий Джим Конли упорствовал на своем: только Лео Франк был последним, кто видел Мэри Фэган.

Процесс Лео Франка начался 28 июля 1913 года. Адвокаты пели соловьями, рассказывая о том, как гениальный юноша управляет карандашной фабрикой, выплачивая своим работницам за какие-то 13 часов работы в 6-дневную трудовую неделю целых 50 долларов в месяц. Впрочем, видя враждебное отношение к Франку публики, защитники потребовали отпустить своего подзащитного под залог в огромную по тем временам сумму в 50 тысяч долларов.

Во время процесса многотысячная толпа стояла на площади возле здания суда, громко требуя покарать убийц. И в этих условиях, выбирая между хрустов зеленых бумажек и справедливостью, судьи вынесли Франку смертный приговор. Но тут вмешался в дело губернатор Джорджии Джон Слейтон, заменивший казнь пожизненным заключением.

То, что за решением Слейтона стояли деньги семейства Франков, надеявшегося со временем вообще оправдать преступника, было настолько очевидно, что даже сторонники Слейтона из правившей на Юге Демократической партии не решились поддержать губернатора. Более того, американский Юг охватила волна того, что в наше время называют «антисемитизмом». В Атланте и в других городах Джорджии возникли комитеты, призывавшие к бойкоту торговцев-евреев, а кое-где дошло даже до их изгнания.

Для Джона Слейтона смягчение приговора Франку обернулось крахом карьеры. Едва пережив покушение на свою жизнь, он в страхе покинул штат, а его дом был разгромлен. Слейтон прожил еще 40 лет, но в качестве скромного преподавателя в воскресной школе. К политической деятельности пособник убийцы вернуться так и не смог.

Тем временем, власти Джорджии отправили Лео Франка в тюрьму, находившуюся за 200 километров от Атланты, справедливо опасаясь за его жизнь, поскольку собравшаяся у здания суда Джорджии толпа не скрывала своего желания линчевать его. Но и заключенные тюрьмы встретили педофила враждебно. Один из них напал на Франка, ранив его в горло самодельным ножом.

Фабрикант-педофил уцелел и был помещен в тюремную больницу. Впрочем, вряд ли он чувствовал себя хорошо, поскольку каждый раз заключенные, отправляясь на прогулку и возвращаясь с нее, проходя мимо тюремного госпиталя, где лежал Франк, начинали громко стучать ногами по железному полу и скандировать: «Сдохни, Франк!».

Однако деньги семейства убийцы делали свое, и в Вашингтоне начали готовить его освобождение под предлогом амнистии. Возникла так называемая «Антидиффамационная Лига», начавшая кампанию по освобождению Франка под предлогом борьбы с антисемитизмом. «Свободные» и «независимые» газеты Джорджии вдруг в один голос начали воспевать Франка, скромного гения, благодетеля штата и страны.

Известие о том, что преступник будет освобожден, вызвало соответствующую реакцию у «Рыцарей Мэри Фэган». Группа в 25 человек на восьми автомобилях подъехала к зданию тюрьмы 16 августа 1915 года. Они предварительно перерезали телефонные провода, связывающие здание тюрьмы с внешним миром, так что тюремное начальство было захвачено врасплох. Нападавшие без единого выстрела захватили тюрьму, обезоружили охрану и увезли находившегося в госпитале Лео Франка.

Эти 25 человек отнюдь не были «люмпенами» или «представителями социальных низов». Среди «рыцарей» были бывший шериф штата, два члена Верховного суда Джорджии, один священник, несколько военных в отставке, и другие достаточно влиятельные члены местного общества.

Первоначально Лео Франка собирались повестить на могиле Мэри Фэган, но, поскольку выяснилось, что на кладбище Атланты нет подходящих деревьев, преступника линчевали на окраине родного города Мэри - Мариэтта. Приговор гражданского общества был приведен в исполнение. Куски веревки, на которой был повешен Франк, разобрали на сувениры.

На могиле Лео Франка, было написано по латыни: «Semper idem» («Ничего не изменилось»). Подразумевалось, что ни деньги, ни влияние преступников не предотвратят возмездия, как это было всегда.

Так свершилось Правосудие. Поскольку губернатор Слейтон бежал со своего поста, состоялись выборы нового губернатора, которые с триумфом выиграл обвинявший Франка на суде прокурор Хью Дорси. Общественный обвинитель Томас Уотсон был выбран в Сенат США.

Но до завершения данного дела еще далеко.

Негры не любили евреев, да и евреи не особенно жаловали негров. Белые расисты Юга ненавидели и тех, и других.

Пресса эксплуатировала эти настроения и нагнетала страсти.

Адвокаты Франка вели борьбу, кассация указала на сотню процессуальных ошибок в 17 категориях. За два года в различные судебные инстанции было подано 13 апелляций. Все они были (Верховным судом США в т.ч.) отвергнуты. Проигнорировали и письменное заявление сожительницы Конли, показавшей, что тот признался ей в убийстве Мэри Фэган. На свидетелей оказывалось давление, им угрожали расправой. Джорджиия и весь Юг требовали немедленно отправить на виселицу «еврейского убийцу и извращенца».

31 мая 1915 года состоялось последнее слушание дела. На письменное мнение судьи Роуна (скончавшегося незадолго до этого) в котором говорилось: «Франк не должен быть казнен, его вина не доказана полностью», не обратили внимания.

Шестьдесят восемь лет спустя

В 1983 году, 82-летний Алонзо Манн признался, что видел в день убийства Джима Конли, волокшего в подвал тело Мэри, но, опасаясь мести убийцы, мать запретила ему говорить об этом.

Показания Алонсо Манна в корне всё меняло. Но, уголовное дело уже давно уничтожили, Джим Конли еще в 1962 году ушёл в мир иной, и уже не было никакой возможности вновь начинать расследование, искать и наказать настоящего преступника

В 1986 году суд штата Джорджия признал Лео Франка невиновным.

Его наследникам выплатили денежную компенсацию.