Генерал Мороз и немецкое топливо в ВОВ

НЕ ломайте, долго не задержу. Писать очевидные вещи не буду, а так, для познания.
Тема заинтересовала меня. Немцы говорили "Генерал мороз". Ну я понимаю что они мерзли в 41, но дальше у них не было проблем с зимним обмундированием. Тем более первые отопители в танке для танкистов сделали немцы, в связи с сильными морозами в России. Почему же они называли "Генерал Мороз" до конца войны. Давайте разберемся подробней и ещё вспомним как химик-органик Петров очень помог нашей армии.
Автомобили танки и самолеты Германии получали синтетическое топливо угольных химических заводов. Да, да, Вы не ошиблись услышав слово каменный уголь. В Германии было мало нефти, а угля просто много. В особенности – бурый уголь, что вообще стало спасением, поскольку он не был таким востребованным. Методом Бергиуса можно было получить синтетический бензин, а методом Фишера и Тропша — синтетические бензин, соляру и мазут.
В среднем на производство 1 тонны топлива расходовалось 4 тонны каменного угля или от 8 до 10 тонн бурого угля.

А теперь вернемся в 1941 год, в Ленинград.
В начале зимы 41 года произошел в общем-то рядовой случай. Над Ленинградом был подбит Мессершмитт-109 и пилот не дотянув до своих посадил в машину черте города. Пока его арестовывали, собралась толпа зевак, среди которых случайно оказался химик-органик Петров. Он чисто профессионально заинтересовался на чем летает самолет немца, а поскольку с пробитого бака потихоньку текло топливо, он это топливо в пузырек собрал немножко. Это был Бензин С3. ОН окрашивался в зеленый цвет, имел октановое число 80. Петров открыл в лаборатории преинтереснейшую вещь, а именно оказывается температура замерзания трофейного бензина было минус 18-20 градусов цельсия, против -60 у нашего бензина. И первый вопрос который пришел ему в голову, а как же немцы будут летать когда температура воздуха в Ленинградской области опуститься ниже -20? Далее он добился приема у заместителя командующего ВВС Северо-Западного фронта. Поверили ему не сразу, более того заставили повторить исследование но уже с другой порцией бензина с другого подбитого самолета. Потом ему доставили бензин по приказу командования разведчики из-за линии фронта. В общих чертах, результаты от всех этих исследований совпали.

Ну и осталось ждать морозов. И вот эти самые морозы грянули. В это время наша разведка обнаружит на аэродромах в Гатчине и Северской скопления немецкой авиации, причем в одной только Сивирской было 40 бортов Ju-88, 31 истребитель и 4 транспортных самолета. А дальше самолеты 125 бомбардировочного авиаполка майора Садалова с высоты 2500 метров нанесли удар по аэродромам противника. Немецкие зенитчики работали хорошо, а вот свои истребители немцы поднять так и не смогли. Мороз был за -20 градусов. Чуть позже на смену нашим пешкам (Пе-2) прилетели штурмовики 174 ШАБ под командами старшего лейтенанта Смышляева, в это же время группа из девяти И-153 подавляла зенитную артиллерию. Через два с половиной часа семерка пешек все того же 125 БАП ведомое капитаном Резвых нанесла второй удар по аэродрому. Всего в этих полетах участвовало 14 бомбардировщиков 6 штурмовиков и тридцать три истребителя.

Вместе с этим налетом естественно были налеты и на другие аэродромы, в результате которых Первый немецкий воздушный флот под командованием генерал-полковника Альфреда Келлера понес существенной потери и на некоторое время фактически потерял свою боеспособность. Конечно немцы постарались доставить более качественный бензин и восполнить потери самолетах, однако способность наносить массированные авиаудары по Ленинграду, люфтваффе смогли только к апрелю 1942 года.

Аналогично беда преследовала и немецкие танки так-как во всю технику заливали синтетический эрзац бензин, а ведь были еще и смазочные масла для их. Техника не была рассчитана на такую низкую температуру. В результате техника замерзала, ломалось и конечно же выходила из строя на долгое время.

В то же время мы были готовы к зиме гораздо лучше. Затворы своего оружия смазывали зимним маслом, а про зимнюю одежду наших бойцов думаю рассказывать не стоит.
Обмундирования зимнего конечно в 41 году у немцев не было и валенки они не носили. Более того, сапоги давали строго по размеру, и теплые носочки немцы дополнительно одеть не могли. А у нас кстати начиная с восемнадцатого века солдатам выдавались сапоги на размер больше специально, то есть их можно было набить соломой вовнутрь, а позднее газетами и вот таким образом избежать обморожения, даже если какое-то время не было валенок.
Потери Германии только от обморожения в 41 году составили 133 тысячи человек на передовой. Обморожение ног у немцев достигали 40% от всех потери суммарно. И вот простой вывод "Генерал Мороз", а также другие "природные генералы" как ни крути воевали все-таки на нашей стороне это было счастье.

Кстати не будем забывать что у нас тоже была острая проблема с авиационным топливом, но по другой причине. Советские заводы производили его с октановым числом 70–78, в то время как в США выпускали авиабензин с числом 100, дававший повышение мощности двигателя на единицу горючего на 50%. Пока наша промышленность энергично повышала октановое число авиагорючего, его дефицит восполнялся из поставок по ленд-лизу (поставлялось как само топливо, так и присадки, повышающие качество авиакеросина).

Можно конечно описать топливо Германии в ВОВ, какого цвета и маркировка, но думаю это не интересно. Самое главное в моем посте было показать что мороз не только морозил солдат Германии, но и полностью выводил из строя технику.

Я закончил, всем желаю радости!

Цитата (HansMeinIgel @ 30.07.2023 - 18:48)

Ты сам, или гуглоперевод?.. Перечитай, што пишешь. .

Прости, чукча не писать, он рассказывать любит.