Портос оказался из этих...

Роман Александра Дюма «Три мушкетера» экранизировали около 150 раз. Первая киноверсия истории о гасконце дʼАртаньяне, Атосе, Портосе и Арамисе вышла в 1898 году, последняя на сегодняшний день — 6 апреля 2023-го. За новое прочтение классики мировой литературы взялся режиссер Мартен Бурбулон. Его основной задачей было переосмыслить книгу, впервые опубликованную почти 180 лет назад, и сделать историю созвучной эпохе новой этики.

Новые французские «Три мушкетера» — попытка снять первую по-настоящему фундаментальную и аутентичную экранизацию бестселлера Александра Дюма. Амбиции продюсеров и авторов видны во всем. Во-первых, это не один, а два полнометражных фильма — за нынешним «ДʼАртаньяном» через полгода последует вторая часть, с подзаголовком «Миледи». Во-вторых, внушительный съемочный период (27 недель) и бюджет (72 миллиона евро). В-третьих, въедливая работа с консультантами. В-четвертых, исторические локации — от Лувра до Фонтенбло, предельно точные декорации, гигантская массовка.

Наконец, команда: в ролях — звезды нескольких поколений, в диапазоне от Эрика Рюфа из «Комеди Франсез» (Ришелье) и Луи Гарреля (Людовик XIII) до молодых и модных Франсуа Сивиля (дʼАртаньян) и Лины Кудри (Констанция). Постановщик — Мартен Бурбулон, уже зарекомендовавший себя в жанре комедии («Любовь вразнос») и костюмного байопика («Эйфель»), но никогда не снимавший ничего подобного по масштабу. Впрочем, как и все остальные современные французские режиссеры. Ведь дилогия «Три мушкетера» должна одновременно стать достойным ответом голливудским блокбастерам и продолжить традицию классических европейских картин «плаща и шпаги».

Две эти задачи во многом противоположны, и попытка решить обе сразу амбициозна до некоторой чрезмерности — в этом ахиллесова пята фильма (кстати, вы знаете, что отца Шарля дʼАртаньяна звали Ахиллом?). С одной стороны, вписать события авантюрного романа в скрупулезно восстановленный исторический контекст. С другой — выровнять перекосы текста, созданного в романтическую эпоху, в сторону современной этики, то есть снять аутентичный фильм о далеком прошлом, но все же современный.

Если для Дюма и большинства его интерпретаторов гражданская война и осада Ла-Рошели — лишь эпизод из жизни бесшабашной четверки, у Бурбулона это в центре внимания. Режиссер меняет жанр повествования с приключенческого романа на политический триллер. Герцог Бекингем теперь не герой-любовник, а прежде всего министр обороны Англии. Ришелье и Анна Австрийская становятся более важными персонажами в интриге, а демонический, но вымышленный Рошфор — статистом. Появляется множество новых действующих лиц — например, брат короля Гастон Орлеанский, на свадьбе которого разворачивается кульминационная сцена фильма (у Дюма ее нет вовсе).

Ключом к действию становится не апокриф с подвесками королевы, а исторический заговор Шале, причины и следствия которого сценаристы трактуют вольно. Распря католиков и протестантов выходит на первый план, возникают аллюзии к событиям Варфоломеевской ночи, описанным в «Хронике времен Карла IX» Проспера Мериме — образце аккуратного, написанного без романтической экзальтации исторического романа. Братья, оказавшиеся по разные стороны баррикад, в фильме — Атос и протестант Бенджамен (еще одно изобретение сценаристов).

Этим страдания Атоса не ограничиваются. В романе и большинстве его интерпретаций, сценических или экранных, старший из мушкетеров был образцом благородства. Пусть даже он когда-то обрек на смерть женщину, которую любил, и, сам того не зная, запустил цепочку событий, приведшую к гибели многих людей, включая герцога Бекингема.

Бурбулон разрешает этот невозможный для XXI века парадокс, меняя персонажа до неузнаваемости: теперь это нелюдим, сильно пьющий, начисто лишенный шарма, склонный к паранойе и раздавленный перманентным чувством вины. Авторы «наказывают» Атоса, исключая его из действия половины фильма и заключая в тюрьму (еще одна новая сюжетная линия — детективная: мушкетера обвиняют в убийстве, которого тот не совершал). Героя как бы карают за прошлые грехи, задолго до грядущего столкновения с Миледи. Не так-то просто перестроить ДНК литературного персонажа, которого боготворят последние полтора столетия. Эту ответственность Бурбулон возложил на Венсана Касселя — но даже актеру с такой харизмой такая задача дается с трудом.

Арамис Ромена Дюриса не слишком отличается от романного прототипа, разве что за его показным спокойствием и смирением отчетливее проступает неврастения — следствие двойной жизни. Зато Портос Пио Мармая избежал традиционного фэтшейминга и издевок — тут он не бахвал и не комический силач-простофиля, а раблезианский «человек Возрождения», в придачу открыто бисексуальный.

Еще сильнее изменились женские персонажи. У Миледи (Ева Грин) появляются веские причины разоблачать неверность королевы, и ей есть за что ненавидеть мушкетеров. Интересуют ее не деньги, а власть. И макиавеллиевские методы Миледи по-своему оправданны — другими словами, это уже не та femme fatale, к которой мы привыкли. Анна Австрийская (Вики Крипс) — отважная и жертвенная женщина, во многом превосходящая своего слабака-мужа (хотя Гаррель вывел в самом Людовике XIII отнюдь не смешную, а трагическую фигуру). Даже Констанция, которую Бурбулон сделал незамужней, далека от покорной субретки — это волевая, умная и последовательная девушка, понимающая в политике куда больше, чем ее импульсивный поклонник.

Хорошо написаны в меру современные, но без вызывающих анахронизмов диалоги. В фильме не так много сцен драк, зато их эффектно поставил олимпийский чемпион по фехтованию Янник Борель, а сняты они нередко одним планом.

Другими словами, «Три мушкетера» пытаются угодить буквально всем. Кроме читателей Дюма. Сочетая материал первоисточника с собственными идеями, Бурбулон нарушает не столько букву романа, сколько его дух.

Но все же нельзя отрицать, что фильм обогащает мифологию «Трех мушкетеров» новыми элементами. Перед нами история растерянного молодого человека, мечтающего о любви и славе. Но его поставили перед необходимостью служить чужим интересам и сделали шестеренкой в безжалостном механизме гражданской войны. Девушка постоянно от него ускользает, ролевые модели подводят (он буквально меняется в лице, услышав признание Атоса), король и кардинал не вызывают восторга, смерть за Францию кажется не такой уж завидной участью. Узнать себя в этом дʼАртаньяне смогут многие, в чем-то он сродни протагонисту еще одного классического европейского романа, недавно получившего новую экранизацию, — «На Западном фронте без перемен».

А действительно ли новым «Трем мушкетерам» не хватает чего-то крайне важного или нам просто нужно досмотреть историю до конца, станет ясно к Рождеству, когда на экраны выйдет вторая часть. Кстати, продюсеры заявили, что, если сборы будут хорошими, нас ждут еще и два сиквела — уже совсем как у Дюма.

https://meduza.io/feature/2023/04/08/tri-mu...nizatsiya-dyuma