Simson история одной встречи

Лето в самом разгаре. Жаркие дни, отпуск на море, вечера в компании друзей, это ли не то, что нужно охотнику для того, что бы скрасить тягостный период межсезонья!? Казалось бы живи и радуйся, ан нет, периодически поддаёшься желанию достать из сейфа, собрать вскинуть ружьё, которое помнит гораздо больше моментов, чем те, которые вы успели пережить вместе.

Сегодня я хочу рассказать о своем ружье.

Так уж получалось в моей жизни, что любовь к оружию почти всегда оказывалась взаимной. Не имея привычки особо мистифицировать происходящее, тем не менее, склонен отметить, что зачастую процесс поиска охотником своего ружья на деле оказывается поиском оружием своего хозяина. Многие могут с этим не согласиться, но в моём случае все произошло именно так. В очередной раз, проходя мимо охотничьего магазина, я, не упустил возможности зайти и окинуть взглядом предлагаемый ассортимент ружей. Новое отечественное оружие, в виду ряда причин не вызывает у меня интереса, а вот в категории бу часто можно встретить экземпляры, достойные самого пристального внимания. Именно так и получилось в этот раз. Моментально бросившись в глаза, ружьё просто не могло оставить равнодушным. Это был Simson модель 76, 12 калибра, выпуска далёкого 1951 года. Стоя у витрины долго вертел его в руках. Передо мной стоял нелегкий выбор.

Судите сами: многочисленные раковины по всей протяженности канала ствола и солидный слой нагара позволял судить о том, что этого немца не особо баловали чистотой и смазкой, плюс к этому отсутствующий указатель взведения, скол дерева, открывающий взору внутреннее пространство колодки, порванные шлицы винтов и практически стертая насечка, вот только малая доля свидетельств того, что жизнь изрядно потрепала этого старичка. С другой стороны, даже без поправок на солидный возраст, Зимсон был чертовски обаятелен. Светлая колодка ружья выгодно контрастировала с чёрным воронением стволов «Крупп три кольца» о которых раньше доводилось только читать, на сюжетных гравировках боковых фальш-досокок как живые разворачивались сцены охотничьей жизни, практически 100% сохранность воронения спустя 50 лет, чётко указывала на отменное качество работы Зульских мастеров того времени.

Заявленная цена была настолько необременительной, что главный, вопрос, который предстояло решить, это осталось ли у ружья силы послужить еще одному хозяину или же он успел сполна отдать все предыдущему? В итоге, взвесив все за и против, было принято решение «купить и повозиться».

фото

Когда родственники спрашивают «зачем тебе еще одно ружьё» они, как и большинство других обывателей, не догадываются, что универсального оружия, подходящего сразу для всех видов охот не существует по одной простой причине - невозможно обладать взаимоисключающими характеристиками. Жена давно смирилась с этой моей страстью и благоразумно бережет нервы, не вступая в споры о целесообразности очередного приобретения.

Данный же экземпляр обладал длинными 750 миллиметровыми стволами, сужениями 0.9.6 и был бы незаменим для дальних дробовых выстрелов, например, при охоте из шалаша на токах. Оставалось самое сложное – вернуть ружьё к жизни, чем я и занялся, уладив все бумажные формальности.

Первым предстоял процесс, красочно описанный Корнеем Чуковским в стихотворении Мойдодыр. Отмывать каналы стволов, колодку и ударно-спусковой механизм от многолетнего нагара и ржавчины приходилось действительно долго, но терпение и стойкий запах керосина, разносившийся по квартире, квартире не оставили главному врагу оружия ни малейшего шанса. Вычищенные и смазанные стволы, четкие щелчки работы взводителей, ставящих курки на боевой взвод и мягкий ход рычага отпирания делали из прежнего уставшего от жизни старичка, бодрого зрелого мужчину, готового к новым подвигам и победам.

Следующим этапом восстановительного процесса должно было стать восстановление ложе. Сколы достаточно легко удалось убрать при помощи ореховой пыли и эпоксидки, вмятины выправить при помощи глицерина с водой и утюга, а царапины отступили перед наждачной шкуркой. Главной проблемой стала насечка, выполненная с очень мелким шагом (около 28 линий на дюйм), и практически затертая за долгие годы службы. Получившийся результат устроил меня лишь частично, но приобретенный опыт показал, что данный процесс требует не только определенных навыков, но и специального инструмента.

Пропитка льняным маслом завершила процесс, сделав дерево невосприимчивым к влаге и проявив рисунок ореха.

фото

фото

Полагаю, многие охотники поймут волнительное нетерпение, когда после полугодовых усилий по спасению, ставшего уже МОИМ ружья, я наконец-то в 1й раз поехал испытать его бой. Решив не усердствовать и не давать лишних нагрузок на механизмы запирания, были снаряжены патроны с 30 граммовой навеской дроби. Немец не разочаровал. Это казалось невероятным, но вся перепробованная дробь раскладывалась в равномерную кучу. Обычной «любви» ружей к каким-то конкретным номерам, зимсон не проявил и бил любыми «хорошо» или «очень хорошо».

Безусловно, всех возрастных «болячек» убрать не удалось, нет-нет, да проскользнет под юбкой гильзы подработанный правый экстрактор, да стволы с раковинами требуют повышенного внимания и ухода, однако эти мелочи с лихвой окупаются остальными плюсами этого замечательного ружья.

Ну и, конечно, настоящее боевое крещение прошло на охоте, где один из самых запоминающихся выстрелов был рябчик, взятый дробью пятого номера с 60 метров, что, согласитесь, даёт повод говорить о том, что ружьё не осталось безответным к стараниям своего нового хозяина. Теперь периодически улыбаюсь на восклицания знакомых охотников, когда те говорят «надо же повезло! В каком отличном сохране достался тебе этот Simson!».