Деревья-самоцветы: как поленья становятся кристаллами

В безводной американской пустыне лежат необычные бревна: они целиком состоят из халцедона и опала, а каждая щепка сияет всеми цветами радуги.

220 млн лет назад пустынные пейзажи восточной Аризоны выглядели совсем иначе: здесь росли крупные, под 60 метров, хвойные деревья, зеленели гинго и древние саговники, напоминающие невысокие толстые пальмы.

7 фото via

Лес питала мощная система рек и озер. Местная вода изобиловала всевозможными минералами и металлами — от диоксида кремния до хрома и марганца. Эти вещества попадали на поверхность Земли вместе с лавой и пеплом: к западу и югу от нынешнего парка Петрифайд-Форест тянулась цепь вулканов.

Порой на доисторический лес обрушивались бури и пожары, а стволы и корни деревьев подтачивали насекомые. Поваленные непогодой стволы скатывались в русла рек, а затем оседали на дне озер и в речных излучинах. Большинство из них сгнивали, но некоторые оказывались скрыты слоем земли и глины. Процесс гниения останавливался на глубине 10−15 метров: туда не проникал кислород, бактерии и грибки.

Стволы тысячелетиями лежали под гнетом, сквозь их волокна и поры проходила вода, а растворенные в ней минералы откладывались в древесине, замещая собой разрушающуюся органику. В межклеточном пространстве росли кристаллы кварца и его разновидности: фиолетовые аметисты, радужные опалы, желтые цитрины и халцедоны. Окаменевали не только стволы, но и пни, ветви, хвоя, и даже листья и споры папоротников.

03

04

05

06

07