Генерал ФСБ Михайлов: С Фургалом мы, конечно, попали

Прилетевший в регион вице-премьер Юрий Трутнев заявил, что у людей есть право выражать свое мнение и очень много людей вышло поддержать Фургала. Но потом добавил, что правительство края плохо справлялось с работой. Очень странное заявление: люди массово вышли поддержать плохо работающую власть.

— У нас в государстве не выработаны меры противодействия подобного рода массовым протестам. Любое управление массами — это высочайшее искусство. У нас таких художников нет, — заявил «МК» генерал ФСБ в отставке Александр Михайлов. — Сегодня все строится исключительно на том, чтобы ломать через колено, возбуждать общественность с точки зрения того, что все проплачено, все это заговор, 30 серебренников — вот через всю эту чушь, которую сейчас активно начинают вбрасывать.

- Вице-премьер Трутнев заявил, что это потому, что местная власть плохо работала…

— В данном случае, люди устали от многих вещей, от диктата той же «Единой России», от того, что связано с отношением власти к народу. Возьмем даже последнее голосование по поправкам. Со слов той же самой Памфиловой получается: вы вообще никто, звать вас никак, потому что все уже конституционно принято, ваша задача прийти и кинуть бюллетень… Вот это народ возмущает страшно. Внутренняя негативная энергетика накапливается и никто с этой энергетикой не пытается разбираться. Я не думаю, что у Фургала были фантастические достижения, что за два года он улучшил жизнь людей, но это была фигура, которая явно не симпатизировала центру.

- То есть арест Фургала стал просто искрой?

— Мы должны реально понимать, кто-то реально возмущался, мол мы избрали человека, а вы его арестовали, кто-то говорит: как же так, 15 лет прошло, а теперь вспомнили. Что это за такие консервы из неприкосновенного запаса, которые можно вскрыть в любой момент независимо от срока давности. Как тут вообще можно это разъяснить? Человек три раза был депутатом Государственной думы, его пропустили на должность губернатора. Кто поверит-то в эти разъяснения? Ведь по большому счету, в тюрьму вместе с Фургалом должны сесть те, кто владел этими материалами и не предпринял меры по наказанию. Это цугцванг. Все понимают, что надо что-то делать, но не могут предложить никакого рецепта. История показывает, что массовые протесты, даже революции, начинались с весьма незначительного повода.

- Но что с этим делать сейчас?

— На этих митингах не выдвинули ни одной политической фигуры, которая поведет за собой людей. Пока идет такой спонтанный протест, нужно политическое искусство умения взаимодействовать с толпой. Нужно искать компромисс, искать диалог.

- Для наших властей отступить — значит показать слабость.

— Наверное самой большой ошибкой будет, если наши пропагандисты начнут искать там чью-то руку, какие-то козни, заведут старую сказку про проплаченность вот этих 30 тысяч. По сути — начнуть мотивировать правоохранительные органы к силовому подавлению. Оправдывать его. А силовое подавление в Хабаровске может привести к всплеску протеста в Екатеринбурге, еще где-нибудь… Мы попали, конечно, конкретно.

Замдиректора Центра политических технологий Алексей Макаркин считает, что протест вышел из-под контроля местной власти:

— Очевидно участие во всем этом команды Фургала. Но вот сейчас эта команда вряд ли заинтересована в палаточных городках. Потому что она хотела показать масштаб, но не ожидала, что масштаб будет таким большим. И возникает вопрос, а управлют ли они все еще этим процессом? Ведь пошла сильная низовая реакция.

- Искорку раздули, теперь пожар тушить надо?

— Надо, конечно, тушить. Но это легко сказать. А как это сделать? Ведь даже по голосованию за поправки видно, что там протестные настроения были выше чем в среднем по России еще до ареста Фургала. Наверное тут нужен серьезный диалог с обществом, нужно показать, что центр заинтересован в развитии Дальнего Востока, что Дальний Восток — свой. Нужен медиатор, который будет говорить с людьми. Но где его взять и кто это будет? Не повестка даже, а стилистика протеста, она все больше напоминает московские протесты. Посмотрите лозунги — «Мы здесь власть». Или требование люстраций. Причем, я думаю, люстрации там несколько другой смысл придается. Если в Москве это требование наказать тех, кто препятствует демократии, то там это скорее антиэлитный призыв. И поэтому тоже будет трудно вести диалог с людьми. Губернатор Фургал для них — антиэлитная фигура. Сам он элита, конечно, но это человек который продал яхту. И это символично.

- В Москве Росгвардия неплохо справляется…

— В Москве можно объяснить росгвардейцам, что против них зажравшиеся москвичи, богатые, в норковых шубах, фашисты, бандеровцы, агенты. Легко, по крайней мере пока, объяснить ребятам из рабоче-крестьянских семей, что против них социально чуждые враги. А там — это люди, которые живут рядом, по соседству. Там проблем с разгоном значительно больше. Попытки силового разгона могут людей взбудоражить. Помните, как на Украине все произошло? Самый плохой вариант — это направление ОМОН, попытка подавить силой.

- Вы говорили, что революции начинаются в столицах…

— Революции с провинции не начинаются, но люди в Москве будут смотреть, что там происходит. Сейчас, когда люди вышли из карантина, был элемент эйфории. Но дальше начинается вопрос экономики. А в 21 году будут парламентские выборы. Будет ли отскок экономики в плюс? Экономисты прогнозируют, что отскока может не быть. А значит выборы в Думу могут стать очень сложной кампанией. С требованием о регистрации оппозиционных кандидатов. А мы видели, что было в Москве в 2019 году, когда и падения в экономике не было, а была унылая стагнация, да и цена вопроса, выборы в региональный парламент, была меньше. И тем не менее — какой масштаб был выхода людей, когда была попытка раскрутить «московское дело»?

источник