Ромка нервничал, противно кололо в груди, да и руки мелко дрожали. Как школьник. Нервно достал сигарету из смятой пачки. Потер виски. Хлопнула дверь, он резко дернулся, побежал, задевая случайных людей.
- Ну как она? – вцепился в халат врача.
Мольба застыла в глазах. Доктор покачал головой, медленно стащил маску с лица и еще раз качнул головой.
Ромка закачался из стороны в сторону, ударил кулаком в стену, разбивая руку в кровь. Сползая на колени, сдерживая крик, что рвался из груди. Обхватил голову руками и тихонько завыл.
Олеська смотрела на отца. Не в силах понять, что случилось. Ее огромные блюдца глаз вопрошающе уставились на него. Ромка подхватил дочь на руки, прижимая хрупкое тельце к себе. Впитывая в себя исходящее от нее тепло и полноту жизни. Ей только предстоит понять, что мамы нет. Им обоим с этим теперь жить. Учится дышать без нее. Строить жизнь заново.
- Мама у нас ангел, да? - голос дочки вернул в тяжелую действительность. Ромка, глотнул тяжелый ком, кивнул, не в силах подать голос.
Хуже всего было ночью, когда обрушивалось непонимание и разочарование. Боль проникала в самые темные закоулки мозга, вытягивая наружу самые светлые моменты их жизни. Дни, когда они были счастливы.
Вместе с Олеськой ему было легче. Она трепетно хватала его за руку, когда ей было страшно, интуитивно чувствовала его боль. В такие моменты девочка залезала на колени и рассказывала «Курочку Рябу», повторяя, словно мантру, наизусть заученную сказку. Однажды, заметив как он на кухне сжимая кулаки и пялясь в одну точку, плакал, тихонько подошла. Обняла за колени и по взрослому заключила:
- Папа! Так нельзя, она ведь все видит. Она будет сердиться.
С
Читать дальше...
|
yaplakal.com