В конце 70-х, к нам, в институт иностранных языков, постоянно приезжали на стажировку молодые люди из разных стран. Учить русский язык. Все они жили в нашей общаге в Петроверигском переулке – мрачноватом, сером здании в центре Москвы. Общага не отличалась от любой другой общаги в мире. И этим всё сказано. Иностранных студенток там спаивали и ебли, а иностранных студентов просто спаивали.
Мы, студенты старших курсов, оборзевшие от своей значимости (дембеля, бля!!!) частенько заваливались туда с вполне определенными целями и строили юных грызунов гранита науки по полной программе.
Сделаю отступление и скажу, что я в студенческие годы частенько промышлял написанием заказных рефератов по научному коммунизму (во, как!) для студентов-иностранцев. Такса была фиксированная – 2 бутылки шотландского виски и блок американских сигарет. Иностранцы легко покупали это в своих посольских магазинах или в валютной «Березке», куда доступ советским гражданам был запрещен.
1 сентября, я получил очередной гонорар за реферат, написанный по заказу одного студента-монгола по кличке Чингис-хан. Сука, вы видели когда-нибудь двухметрового монгола? Нет? А я с ним учился. Ещё с весны он мне оставался должен, и сегодня, принес должок.
Где будем пить? В общаге. Надо же отметить начало последнего курса. Втроем, я и два моих одногруппника, мы двинулись в нужном направлении.
Бабушка-вахтёрша была гречанкой. Уж не помню, каким хуем она оказалась в Москве, может, бежала от власти «чёрных полковников», может ещё почему, но женщина она была добрая и никогда не записывала нас в книгу гостей и не стучала коменданту о гулянках до утра.
Утро. Я просыпаюсь под звон будильника, спросонья нацепив недовольную физиономию. Слегка припухшую, с небольшими, но симпатичными мешками под глазами. Жена ещё спит, мирно посапывая под аккомпанемент трелей будильника. Целую её в щёчку и иду на кухню.
Ставлю чайник и натягиваю маску бодрости, промытую холодной водой из-под крана. Привычный кофе в постель приносится с маской заботы. Ненадолго на лице появляется маска любви, сменяющаяся маской удовлетворения.
Потом по очереди – спешащая, опаздывающая, извиняющаяся, деловая, отдыхающая, предобеденная, втягивающе-дымо-табачная, сплетничающая, втыкающе-интернетовская, телефоно-ожесточённо-переговорная, ожидающе-выходная.
Шесть часов – очередная маска, предвкушенческо-пивная, напялена и я несусь по проспекту на встречу к друзьям. Звонок жене и извиняющаяся маска.
Вечеринка в разгаре. Маска трезвости постепенно сменяется хмельной, полупьяной, пьяной и самой последней – вдрызг-пьяной. Они уживаются с пошло-шуточной, сально-анекдотной, заразительно-хохочущей, задумчиво-мечтательной и задушевно-общительной.
Дома маски уже еле держатся. Натянул жалостливо-просительную для объяснений с женой. Не удержалась. Пришлось натянуть раскаянно-умилительную.
Ночью стало дурно. Я прошёл в ванную и попытался водой промыть лицо. В голове образовалась какая-то пустота, расширяющаяся и выжигающая всё изнутри. Страдальческая маска еле держится на лице, готовая упасть в раковину. Я потянул её за край и стряхнул на пол. На её месте - маска брезгливого омерзения. Сорвал и её, запачкав брезгливостью следующую, удивлённо-ошарашенную. За ней следует гневная и злобная маски.
Милиционер, прогуливающийся возле метро, всем своим видом сразу вызывал уважение. Причем к одной его явственной черте – аппетиту, потому что при относительно небольшом росте был чрезвычайно упитан. Отчего казалось, что ножки у него короткие, и он перекатывается с места на место, а не ходит. Взгляд его был суров, и направлен в светлое будущее. Наверное, сам себе он напоминал шерифа с Дикого Запада. Не хватало только коня. Ну, или ковбоя еще одного. Видимо милиционер это сознавал и выискивал в толпе прохожих себе пару. Его взор остановился на парне в очках на минус шесть, со здоровенной собакой неизвестной породы. Предположительный "клиент" был неплохо одет, слегка сутуловат и немного рассеянно осматривался по сторонам. С такого точно можно было что-то поиметь. - Молодой человек! На минутку! Прапорщик Пыржин, ваши документы, – милиционер козырнул. Парень остановился и посмотрел на Пыржина с холодным удивлением энтомолога, нашедшего новый вид таракана домашнего. - Интересно, - сказал он. – Garbage. - Чего? – не понял Пыржин. Самое странное, что выражение морды собаки очень напоминало хозяйское. Она тоже была холодно удивлена и разглядывала объект сверху до низу. Даже решила понюхать. - Firewall, фу! – парень дернул поводок. – Do not touch this! Spam! Фу!
Собака оскалилась и тихонько зарычала на милиционера. Пыржин на всякий случай сделал шаг назад и тихонько повторил: - Ваши эти... документы! - Флуд. – резюмировал "клиент" и скривил губы. Пыржин вдруг подумал, что кто-то тут явно сошел с ума. Он ничего не понимал. Странная
Если американцкий блокбастир снимает кампания «Парамаунт Пикчерз», то фильм — гавно.
Если американцкий блокбастир снимает кампания «XX век Фокс», то фильм — гавно.
Если фильм — американцкий блокбастир, то фильм — гавно.
Если режыссер фильма Джэймс Кэмерон, то бюджэт картины больше пятиста миллионов долларов. Во время съемок для реальности спецэффектов пришлось взорвать статую свабоды, а патом заново ее пастроить. Главный герой пидесят четыре раза прыгает в фильме с небаскреба без парашюта. Главнова героя играет шварцнеггер, а актриса, испальняющая главную роль, после премьеры жэниццо на режысере.
yaplakal.com