Реинкарнация басни

Задолго до Крылова и Эзопа,
В один из летних дней (для рифмы - днёв),
Олимп отметил похищение Европы
Корпоративной вечеринкою богов.
Столы ломились, что всегда приятно.
Амброзию лакал и млад, и стар.
И популярен был невероятно
Напиток дня – березовый нектар.
Естественно, что повод позабыли
(Европу, хоть была и неплоха).
Как только по второй употребили,
Зевс бабу где-то спрятал, от греха.
Закатный луч богам в глаза лупил,
А небо было первозданно чистым.
И пьяный хор божественно вопил:
- Броня крепка и танки наши быстры…
Как где-то позже Муза написала,
Что если бы в тот день был вдруг обстрел,
То ядрам пролетать бы помешала
Гора живых, но очень пьяных тел.
…Короче, оттянулись все на славу.
Вдруг Аполлон сказал, наморщив лоб
- Давай вороне сыра на халяву
Отвалим, чтоб воспел ее Эзоп.
- Ты, Аполлон, не порть парням тусовки, -
Зевс грустно протянул ему в ответ -
Сыр, говорят, бывает в мышеловке,
А на Олимпе сыра просто нет.
Все эти козерогие стада,
Эгейского родного региона,
Дают нам только брынзу. Никогда
Я не отдам ее твоей вороне.
Бери-ка свою лиру фанфаронью
И двигай, если видишь в том резон
В Голландию, в Россию, в Пошехонье,
К производителям продукта на поклон.
В итоге что же? Мумия вороны
Сидит на ветке, тупо сыра ждет.
Поскольку у природы есть законы,
Она уже никак не запоет.
Эзоп из пальца высосал всю басню.
Надеюсь, палец вкусен был и чист.
Ну а Крылов, что совершенно ясно,
Не баснописец был, а баянист.

Мораль у этой басни бестолковой
Была известна сотни лет назад.
Вначале, очевидно, было слово.
А следом появился плагиат.